Шестерёнка

Серые улицы пыльного города. Солнце плотно скрылось за тусклыми облаками. Бледнолицые прохожие куда-то спешат. Боятся, что их уволят с работы, а с безработными разговор короткий. Как же ему это надоело! Антон откинулся на спинку кресла, сильно зажмурил глаза. Одинаковый пейзаж за окном автобуса ему хорошо знаком - в городе откуда он едет было тоже самое. Он не боялся, что другие пассажиры решат, что ему плохо - здесь никто не обращал внимания ни на кого, кроме себя. Так поступало и государство. На душе было скверно. Он открыл глаза и продолжил рассматривать скучные улицы. Стекло слегка запотело - холодает. В автобусе было не выносимо душно и стоял отвратительный запах. Машина пошатнулась и остановилась. Антон достал свой чемодан и направился к выходу. Порыв ветра неумолимо пробирал до костей. Стоя с чемоданом в руке он осмотрел дом снаружи: серый, безжизненный. Такой, как и все вокруг. Дверь открылась и на порог вышел старичок с залысиной. Антон направился к нему. - Добрый вечер. Я - Гектор Медина, управляющий этим домом, - на автомате проговорил управляющий. - Добрый. Меня зовут Антон Резшак. Я искал свободную квартиру, - сказал он это грубо и сам понимал это, но на душе было паршиво и без этого. - Знаю-знаю. Это ключ от Вашей новой квартиры, - только успел договорить Гектор, как внизу послышался телефонный звонок и он поспешил уйти. Ступая по бетонным старым ступенькам, Антон вошёл в дом. Бесцветный маленький подъезд с обрывками какого-то плохо сорванного плаката. Фикус в углу растёт в небольшом горшочке. Тоже пыльный, как и всё в этой стране. Чтобы не впасть в депрессию окончательно Резшак решил осмотреть свой ключ. Он был старым и ржавым. На нём болталась бумажка с цифрой "4". Тяжело вздохнув, мужчина с чемоданом отправился на второй этаж этого здания. Он быстро нашёл подходящую дверь. Антон только поднёс ключ к дверной скважине, как обнаружил - дверь не заперта. Оставив чемодан в подъезде, на цыпочках он двинулся в квартиру. Слышно было какое-то лепетание и сильный грубый голос. Он выглянул во вторую комнату и увидел двух полицейских, стоящих по бокам от старичка на стуле. У немолодого человека была разбита губа и из неё текла кровь. Весь в ссадинах и синяках, а сзади него стоял толстяк в Министерской форме. Агента из Министерства Антон не сразу заметил, ведь тот стоял в тени. - Кто помог тебе раздобыть это! - кричал работник Министерства на побитого. - Я... Я... Я болею... Мне нужно это лекарство! Но... Но... У нас его не производят... - Молчать! Директива Министерства №6124: Гражданам запрещено хранить импортные лекарства без письменного разрешения! - громоподобным голосом вещал слуга народа. - Мне не когда было ждать! Они бы неделю рассматривали мой запрос, а я через два дня умер бы без лекарства! - старик изо всех сил пытался оправдать себя, но перегнул палку. - Ах, "неделю бы рассматривали"?! Не нравиться устройство нашего славного государства?! Взять его! - зычно рявкнул толстяк и полицейские схватили побитого и потащили к выходу. Прошлый жилец пытался ещё себя хоть как-нибудь оправдать, но его уже не слушали. Антон пулей вылетел в подъезд и схватил чемодан, якобы он только что сюда поднялся. Стражи порядка со стариком и Министерским представителем вышли из квартиры. - Ага! Новый жилец приехал! Быстро вы, - приветливо заговорил толстяк, но Резшак знал, что это липовое отношение. - Благодарю, Вас, - простенько ответил он держа чемодан. - К чему эти формальности! Меня зовут - Марк Шайтс. А Вас? - Антон Резшак, - ему хотелось побыстрее отделаться от него. - Что же удачно обосноваться здесь, и не делаете глупостей - Мудрый Вождь не прощает, - угрожающе произнеся последние слова, Шайтс ушёл вниз. Антон с чистой совестью и ужасным настроением вошёл в свой новый дом.