Развлекашки

81. Фитц. Спокойные линии мышц под кожей. Несмотря на общую женственную плавность линий, слишком отчетливый рельеф. Гормоны понемногу изменяют тело парня. Слишком слабо и неспешно. Немного повлияв на внешность и почти никак на инвазию, которая всё так же неуклонно прогрессировала. Прогресс замедлялся только на то время, пока негодник был далеко от ментата. Уже въевшаяся привычка - постоянно проверять состояние инвазии и лишь потом все остальное. Например, медленно провести кончиками пальцев по багрово-черной границе синяков. Плечи передёргиваюся, если скользнуть ближе к ребрам. Кстати, негодник всё ещё тощий. Как он умудряется, для Фитца так и осталось загадкой. Сейчас почти не важной, отступившей ради удовольствия наблюдать за тем, как негодник реагирует. Это почти так же завораживающе, как и следы. Стоило скользнуть по границе одного из наиболее ярких следов, как Рига завозился, приподнимая голову. - Хозяин? Осторожный вопрос, на который так и хочется шлёпнуть по заднице. Которая с весьма провоцирующим звуком приподнялась. Интересно, это из-за эрекции? Не слишком затейливая шутка, которой захотелось поделиться. - Гидравлический домкрат? Рига глубже зарылся головой в руки, явно не находя ситуацию подходящей для шуток. Ну да, всё на полном серьезе. Чуть обидно, что легкий тон не подхвачен. Нелепое чувство, словно признаешься в первой любви, а она обнимается, ради того, чтобы проверить, что из сладостей припрятано за спиной. Ещё один шлепок, сжимая пальцы под довольный выдох. Резче, до ощущения пекущего ладонь тепла. К фиолетово-багровым полосам добавляются крайне отчетливые оттиски ладони. Как всегда, внешнее проявление чужой боли волнует кровь. Звуки шлепков отчетливо ложатся на кожу. Негодник почти мурчит, вкушая ту же боль. Как и всегда, совершенно бесстыдно и открыто кайфуя. Жадно тянется, пытаясь получить больше. Или… несколько почти ласкающих касаний, лишь отдаленно напоминающих шлепки. И кажется еще немного и негодник замурчит от кайфа. Это кажется даже интимней, чем безумный сексуальный марафон. Осторожное касание выступающего позвонка, отделяющего шею от спины и сильный удар в подъягодичную складку. Негодника почти подбросило, хоть он и успел упереться руками в стену в изголовьи кровати. Возбуждение электризует кожу, ощутимо встопорщивая волоски. Легкое прикосновение и ноги раздвигаются, не вынуждая произносить что-то слишком пошлое для этого момента. Медленное, текучее ощущение кожи, тонкой даже тактильно. Более сильное сжатие пальцев на мошонке, оттягивая. Все же не выдерживая и прихватывая зубами за загривок. Это же не должно так возбуждать? Похрен. На то, что отсутствие пола у раба - нелепая отговорка. Особенно, когда этому самому рабу выкручиваешь яйца. Ласка, сплетенная с болью. Реакция Риги, привычно несдержанная. Требовательная. Ещё несколько шлепков, отчаянно резко. Ладонь словно затекла - то же ощущение сотен иголочек. Мстительно, со всей силы туда, где багрянец борется с многоцветьем синяков. Нет привычного ровного ощущения. Теперь под пальцами кожа бугристая, горяченая. По ней можно с силой провести ногтями, провоцируя просящий скулёж. Потянуть за руку на себя, взахлёб упиваясь поцелуем. Мокрые пряди тянутся как нитки слюней в порнухе. Красный, задыхающийся, словно его душат. Негодник цепляется за мужчину, сначала просто легонько ёрзая в ответ на тисканье за задницу. Злобно щурится заплаканными глазами. - Хозяин! Требовательно. Словно это не его колбасит от прокатывающегося кайфа. Напряженно замирает, когда Фитц, откровенно дрязня, проводит пальцем между ягодиц. - Если ты сейчас же не трахнешь, меня, то я тебя вырублю! - лёгкая запинка, всё же выдавая румянцем смущение, - и изнасилую! Торопливый обжора. Провоцирующе медленно выдыхающий на шлепок и тянущийся руками к члену. За задницу тянуть к себе на член не так удобно, как за яйца. Медленно обволакивающий все чувства жар. Плавно покачивающийся. Сжимающийся до перехватывающего дыхания от шлепков. Словно дающий прочувствовать кайф мазохиста. До одури долгий поцелуй в тягуче протяжном жаре. Почти на пике, жадно рассматривая искаженное удовольствием лицо. Жадно целуя россыпь веснушек по переносице. До ломоты в суставах цепляясь за скользкую от пота и смазки задницу. Грубо рваными тычками всё же врываясь в оргазм. С трудом заставляя себя сделать ещё несколько шлепков, пока дрожь не дергается, обхватив цепкими лапами, с судорожным плачем тычась в плечо. Даже через влажную ткань дыхание негодника ощутимо. Забавно привычный расклад. Мужчина не успел раздеться, слишком увлекшись происходящим. Разве что негодник не отрубился, лишь обмякнув и бессмысленно таращась. Видимо, мозги все же решили не принимать участия. Неуклюжая возня, пытаясь расцепиться. Привычная морока с сонным телом, приводя его в порядок и ещё раз обрататывая следы мазью. Когда Фитц вернулся из душа, Рига уже укопался в одеяло, выставив пятку и руку по плечо. Стоило сесть на кровать и Рига издал неопределенно-довольный звук, то ли отворачиваясь, то ли пряча ухо под одеяло. Фитц подергал скудный кусок одеяла, не захваченного негодником. Спящий раб держал цепко. Ну разве что не показывая жестом степень своего похуизма на чужое неудобство. Ибо лень. Мужчина вытянулся рядом, рассматривая потолок и пытаясь понять, почему его это умиляет, а не раздражает. Думать мешало неудобство позы. А если прижаться, обнимая поверх одеял, то в попытки мыслить вкрался сон. Недовольное бурчание и пихательная активность почти разбудили ночью. Но поудобней подгребенный теплый куль очень усыпляюще затих. Ещё одна вычитка контракта аренды. Такое ощущение, что мужчина уже наизусть выучил этот заковыристый текст с огромным приложением спецификации. Ужас, конечно, но это не оставляло двусмысленностей.Четкий список действий, которые вещь Родрига Фолк может выполнять согласно контракту аренды. И еще более монструозное нагромождение терминов, скрывающее под собой инвазию и предписывающее изоляцию раба при её активации. Может, это всё и не понадобится? Но Рига слишком часто сравнивал себя с декоративной собачкой, явно бесясь от скуки и не нужности. Негодник - хороший мальчик. С одной стороны, Фитца подбешивал клубок проблем, свалившихся вместе с этим рабом. Он понимал, что для Риги все это даже хуже. Много страшней. Смущало то, как он сам небрежно и не задумываясь преступил через казавшиеся незыблемыми принципы. Настолько увлеченно, что только через полгода осознал это. Тут же отказываясь от этих мыслей. А парня всё же жалко. Опять Фитц проснулся слишком рано. Но всё же, стоит одеться - разгуливать в халате при бодрствующих детях не хотелось. А Карлос наверняка минут через десять выползет на пробежку. Рига, естественно, всё ещё валялся в кровати, растянувшись поверх одеял, приспустив штаны и неспешно перебирая сережки. Распахнул глаза, неверяще уставившись на мужчину и пытаясь прикрыться одеялом. Так как выбрал он то, на котором лежал, то получилось плохо. Фитц отловил негодника за лапы, прижимая к кровати. Медленный поцелуй, нашаривая смазку и сильнее сжимая бедра коленями. Перебирая скользкими пальцами, все так же медленно целуя. Теплый металл шариков ощущается твердыми гладкими прикосновениями. Пальцы до боли стискивают запястья, не давая вывернуться. Хриплые стоны извивающегося в попытке прижаться плотнее Риги. Дрязняще-приятное скольжение скользкой ладони явно куда ощутимей для начавшего раньше Риги. Или это разница в возрасте? Но тому слишком быстро стало слишком много. Пауза, залипая на яростно зажмурившееся лицо. Мокрые ресницы, непривычно яркие обветренные губы. Чуть толкаясь бедрами в ладонь - слишком хочется продолжения. Рига завозился, явно собираясь исчезнуть в ванной, привычно посчитав дальнейшее не своей проблемой. - Не хочешь мне помочь? Скорее предлагая, нежели прося. И, уж тем более не приказывая. Рига мучительно залился краской, дернув головой в чем-то не слишком явно напоминающим кивок. Фитц умудрился стащить с негодника майку, не выпуская ёрзающую пакость. Легко уступая тычку в плечо, перекатываясь на спину. Вдумчиво тиская за задницу, пока Рига непривычно откровенно проходит ладонями по груди. Вниз по животу. Обхватывая пальцами член и давая притянуть себя ближе. Вместо еле ощутимого обещания прикосновения - одуряющее чувство плотного нажима. Сухая спина с сейчас очень выраженным рельефом под ладонями. Жадно целуя наливающееся пятно засоса на шее. Нет уже отдельных прикосновений - сплошной вязкий кайф. В котором возмутительно незаметно проскальзывает всё более настойчиво тыкающийся в бедро член. Все более настойчиво потирающие уздечку пальцы. Путающие пальцы волосы. Кайф, приминающий поджавшиеся яйца. Вкус влажной горячечной кожи на губах. Медленно и вязко накрывающий оргазм, оставляющий лениво тискать расслабленно сопящего в плечо негодника. Осторожные пальцы вкрадываются в волосы, проводя по коже, вытягивая пряди и снова зарываясь. Неожиданно приятно. Рига осторожно обводит контур уха. Интересно, это ласка или инспекция? - Ты же знаешь, что с рабом можно делать что угодно? Осторожно прощупывая почву. - Да. Очень напряженно и насторожено. - Например, раба можно сдать в аренду какому-либо заведению. Слегка поддразнивая и продолжая ласково проводить по пояснице пальцами. - Да. Рига явно не понимает, к чему это. Но не испугался. Слабоумие, отвага или доверие? - Я еще не подписал контракт с больницей Сантья-Льехау. И у тебя декада, чтобы меня отговорить. Скидывая контракт на интер негодника. Тот, кстати, совершенно напрасно, оторвался от копания в волосах, честно залипая на длинный нудный файл. - Я не буду Вас отговаривать. Это прозвучало ещё более напряженно. - Значит, после отпуска ты обязан пройти медосмотр. - Вы тоже? Фитц даже растерялся от такого поворота разговора. У него ничего не болит, самочувствие в норме. И ему явно не светит контакт с людьми или же дежурства. - Нахрена? - Как это нахера?! Последний раз общий медосмотр Вы проходили двадцать восемь кругов назад. Самое интересное, что Рига назвал точную, как прикинул Фитц, цифру без малейшей заминки. - И откуда у тебя такая подозрительная осведомленность? Надеясь увести в разговор в сторону от перспективы впустую убить день. Негодник смущенно заерзал, мыкая что-то невразумительное и неохотно сдавая Канду. - А мне казалось, что медицинская карта относится к конфиденциальной информации. - Вы сами мне разрешили! Это было необходимо чтобы понять, что именно делать с вашей спиной. И хватит заговаривать мне зубы! В вашем возрасте необходимо регулярно проходить медостмотр! - И чем же тебя не устраивает мой возраст? Фитц очень постарался не беситься. Не хватало ещё скандалами портить конец отпуска. - Согласно статистике, в Вашем возрасте начинает проявляться большинство болезней. Которые без своевременной диагностики и лечения могут существенно ухудшить качество жизни и вызвать массу осложнений. Фитц с удивлением посмотрел на негодника. Рига ведь уперся. И… он что, беспокоится за мое здоровье? - Хозяин, пожалуйста. Это займет всего пару часов. Я беспокоюсь не только за Вашу спину. - С которой, кстати, всё нормально! - И чтобы всё так и оставалось, пожалуйста, сделайте мне приятно. Негодник состроил жалобные глазищи. Учитывая, насколько хорошо у него получилось, действительно волнуется. - А что, для беспокойства есть повод? Мужчина уже был почти готов уступить. - Исключительно мое убеждение, что не бывает полностью здоровых людей. - Мелкая мстительная пакость! - Легкая так уж точно. Негодник усмехнулся, лениво потягиваясь и закапываясь пяткой под одеяло. - А мне лечащий врач запрещает таскать тяжести без разминки. Негодник уткнулся носом в подмышку, смущенный и обрадованный одновременно. - Вы серьезно насчет аренды? - Если ты хочешь этого, то годовой договор с начала месяца. На шее словно сомкнулись клещи. Оставалось надеяться, что хруст мужчине только показался. - С-спасибо. Захлебывающийся эмоциям шепот. Когда Фитц уже всерьез обеспокоился, не стоит ли начать отбиваться, пока его не придушили, негодник отстранился. Смущенно ойкнул, неприятно ловко еще раз дернув голову, стряхивая ощущение немеющих ног. Как обычно, на обратном пути вещей в два раза больше, хоть ещё вчера вечером мужчина был уверен, что всё купленное на месте влезет в небольшую сумку. И откуда, например, взялся огромный рулон ковра? - Что это? Фитц обвиняюще ткнул пальцем в хрень, сумевшую занять полбагажика. - Ковер. - Нахера?! - Юная фра попросила купить. С Анги дело дальше “он же симпатичный” не пройдёт. - Я просто счастлив, что она не попросила купить десяток хорьков. - У нас аллергия на шерсть. Но они были такими милыми. Хотя… вроде есть порода лысых... Фитц честно представил и содрогнулся. - Никаких шныряющих гондонов. И да. Насколько я помню, местные ковры делают как раз из шерсти. Тебя это ни капли не смутило? - А вас не смущает, что у нас аллергия на шерсть, пропитанную слюнями животных. И от ваших костюмов из натуральной шерсти я ещё не умер. - А это как раз легко исправить! Отлавливая вредину удушающим захватом. Хоть и почти сразу же отпуская - всё же не лучшее время для игр. Серпантин это красиво. Когда очередной поворот раскрывает вид на поросшее лесом ущелье или дорога впереди тонкими штрихами виднеется на склоне. Узкая полоска океана иногда вклинивается в горизонт. Мрачная вышка, как тушь на акварельном рисунке контурирована солнцем. И Карлос, честно пытающийся не ныть об остановке ка каждой высокой точке с хоть как-то напоминающей подходящую площадкой. Предгорья, заросшие лесом усылипи всю мелкотню, до кучи придавив и сына. Фитц уже подумывал, не стоит ли остановиться на обед, лениво переругиваясь с интером о том, что можно счесть подходящим местом для остановки. Тихий стон с заднего сиденья. Это откровенно пугало. Что ещё могло случиться с негодником? Он же всё время был на виду! Спит, мирно растёкшись на заднем сиденьи и перехваченный ремнём. С очень несчастной моськой. Ворочается, пугая ещё больше странными конвульсиями. Не инвазия - до опасного накопления возмущений без вмешательства ментата ещё далеко. Плести диагностическое заклинание Фитц не любил и в куда более спокойной обстановке, чем в движущейся машине. Ничего. Слегка повышенная температура, но в пределах нормы. Ничего страшнее полудживших следов сессии. Смущающее осознание происходящего накрывает внезапно - негоднику просто снится что-то эротическое. И просыпаться бледная немочь не хотела. - Рига, - тихо, пытаясь не разбудить остальных. Парень простонал, утыкаясь носом в Фитца. Недовольно мявкнул, когда мужчина продолжил его тормошить. - Не буууу! Категорично заявил, устрашающе зевнув в знак серьезности намерений. Пришлось вытаскивать расслабленную пакость и тормошить по пути к туалету. - Вот что Вам опять припёрло? Очень несчастно, слабо пытаясь то ли отстраниться, то ли вывернуться, чтобы свернуться сладко спящим клубком в укромном уголке. - Ты уверен, что не хочешь немного привести себя в порядок? Фитц с трудом удержался от того, чтобы не рявкнуть. Рига явно задумался, потупился, медленно и крайне обстоятельно заливаясь краской. И настолько быстро исчез в туалете, словно телепортация всё же существует. Покопавшись, Фитц нашел штаны и белье, радостно посоветовав завозившемуся Карлосу не пытаться пить кофе с закрытыми глазами. Постучал в запертую дверь. - Что?! - У меня есть то, что тебя сейчас обрадует. - Гильотина? Мерзкая озабоченная дрянь! - Лучше. Отрывай. Щелчок замка. Рига увлеченно оттирал штаны бумажными полотенцами, просияв при виде сменной одежды. Здравая мысль мужчине не нравилась категорически. Куда больше импонировал вариант, на который провоцировал шугающийся негодник. Хотелось оттрахать его, зажимая рот. - Ты в порядке? Рига неуверенно кивнул, бормоча что-то о неровностях дороги. Стон, с которым Рига стянул штаны возбуждает почти так же, как и переливы следов розг. Фитц с трудом сдержался от того, чтобы ограничиться тем, чтобы притянуть к себе негодника. Осторожно провел рукой по пояснице, сжимая ягодицу. Это кажется почти кощунством - добровольно лишать обоих столь чувственного переживания. Пальцы на плечах напряглись сильнее, мягкий тычок пахом. Черт. Ещё немного я действительно его трахну прямо в общественном туалете. - Прости. - Я верну их. Потом. Почти болезненное усилие, активируя артефакт и убирая напоминание о совершенно безумном кайфе. Негодник обреченно ткнулся лбом, тоже пытаясь успокоиться. И совершенно привычно начал искать спокойствие в злости. - Отпустите! Да сколько можно издеваться?! Сделать это даже сложнее, чем убрать следы. Затянувшуюся паузу прервал какой-то шум снаружи, заставивший отпрянуть обоих. Кашлянув, мужчина ретировался за кофе и пончиками. - Можно я за руль? - Нафига? - Боюсь опять заснуть. Аргумент, конечно, сильный. Всё же, негодника подобные ситуации смущают. А ведь он в них попадает постоянно. Кофе Риге, добавляя в свой сахар и пытаясь максимально незаметно засунуть в карман выпечку, купленную на случай, если кто-то проголодается. Мерзкий бледный вредина безжалостно распихал Карлоса, вручив тому кофе и еду. Под их вечную перепалку мужчина решил не сопротивляться дремоте и доспать. Карлос уехал на следующее утро, с неудовольствием признавшись, что отпуск это прекрасно, но слишком быстро кончается. Анги с Ригой начали яростно прочесывать магазины, мотивируя это тем, что надеть совершенно нечего. Маньяки. Ковер, кстати, занял почти всю гостиную. Фитц косился на него, пытаясь понять, привыкнет со временем или это многоцветье узоров ему не нравится. Хоть сами по себе узоры действительно гармонично дополнили гостиную. Негодник привычно устроился рядом на полу, активно переписываясь. Рассеяно прищурился на Фитца, неохотно отлипая от экрана, когда мужчина провел по шелковистым волосам, скуле, шее с отчетливым пятом засоса. - Я согласовываю список и очередность осмотров. Негодник задумчиво боднулся в руку, возвращаясь к переписке и явно не считая её поводом перестать гладить такого замечательного Ригу. Нежелание убивать время в больнице или лень? Фитц и сам бы не смог сказать, что портило ему настроение. Складывать символы в осмысленные слова не хотелось. Рассматривать сидящего рядом парня было приятнее. Отблески света экрана подчеркивали контур лица, придавая почти сказочное очарование. И так он еще больше был похож на девушку. - Боишься? Несчастный вздох и тихое признание. - Побаиваюсь. Тепло кожи под майкой перестает казаться таким провоцирующим. То, что творится в этой невезучей и дурной голове так и осталось не до конца понятным. - Я чем-то могу помочь? - Не думаю, что здесь выйдет какая-то помощь. - Как минимум, прекратить, не начиная мучить. - Даже в сказках принцессы не радуются заточению. - Можно отложить, пока ты не придёшь в себя окончательно. Пара месяцев занятий по медитации? - Предпочту всё-таки выбраться из этого панциря. Немного поздновато, начинать подобный разговор спустя полкруга. Даже сейчас он казался неуместно личным. - Глупо наверное, - мужчина с трудом оторвался от рассматривания завитушки на ковре, заставляя посмотреть на собеседника. Жутко хотелось выпить. Неслышное движение, звяканье и невероятно вовремя подсунутый бокал с виски. И замерший ровно в той же позе раб, отчаянно скрывающий настороженное ожидание реакции. Кивок в отет на благодарность. И можно качнуть жидкость в бокале. Действительно глупо. Фитц легко мог просчитать и свои действия и реакцию на них негодника. Сколь угодно пошлые. Вынудить его захлёбываться удовольствием. Но произносить вслух, или же обсуждать поисходящее в постели - смущало. Глупо, пошло, грязно. От льда тянулся хитросплетения почти невидимых прожилок растворяющейся в напитке воды. Да что может быть пошлого? Ни один из них не делает ничего достойного осуждения. - А как ты относишься к следам на теле? - Это Ваш фетиш, - интонацией подчеркивая свою непричасность и всё же продолжая мысль, - и я вижу, как Вам это нравится. Странно, но то, что разговор смущает обоих, успокаивало. - Учитывая планируемое увеличение социальной активности это может мешать. - Мне свести их? Взгляд искоса показал, что Рига тоже смотрит куда угодно, лишь бы не на собеседника. Вздохнув, мужчина притянул парня к себе. Это странным образом успокаивало - можно спокойно гладить по пояснице, не видя собеседника, но ощущая успокаивающее тепло. - Наверное. Что они для тебя? Рига чуть повозился, обнимая одной рукой и распределяя вес чтобы не мешать. И явно выигрывая время. - Мне нравится, что они болят. Мужчина чуть не кашлянул от неожиданности признания. Словно разделенная с кем-то привычка перестала быть мелким пошлым грешком. Глоток виски, запивая непонятную радость. - Значит, продолжишь разорять меня в магазинах косметики? Ехидное фырканье. - Ну вот и договорились. - А ты до этого пробовал розги? - Да, но фра Дакерш решила, что лучше знает, что мне нравится. Негоднику опять не хватило боли? Или послевкусия. - Без просечек не то? - Не в просечках дело. Просечки получаются и в результате неаккуратного замаха. А вот правильно вкладывать силу мало кто может. - Ну, зрелище почти пугает. - Фитц мотнул головой, вспоминая свою реакцию на кровавое месиво. Почти пугающее возбуждение. - И завораживающее послевкусие. Следы, твоя реакция на прикосновение. Я начинаю совсем другими глазами смотреть на сад. - Я сосредотачиваюсь только на ощущениях. - И куда тише и смущенней. - Они восхитительны. - И ты не видишь ничего страшного в температуре и обширности повреждений? - Ну оно же всё проходит. Строго говоря, кроме обычной обработки иногда использовалась дезинфекция с помощью обычной поваренной соли. - Соль по вкусу? - Умоляю, только без других специй… Фитц кашлянул, надеясь что Рига догадается ответить развернутей. Негодник передернулся. - Да был один случай с корицей. - После которого в табу попали игры с едой? - Еда это не игрушка. И, тем более, не девайс. Значит, это был другой случай. Странно, но осмотры действительно уложились в полдня. Обычное унизительное рассматривание его в максимально непристойном виде. Только в рот залезли трижды. Фитц успел даже посидеть в кафе, просматривая нападавшие результаты осмотров и анализов с иногда пугающе длинными списками назначений. Откуда у него ухудшение зрения на один глаз?! Вранье и провокация! Какие-то витамины и корректирующие гормоны лекарства от эндокринолога, бормочущего из изменении липидного обмена из-за потери жировой ткани. Непривычно долгие тесты на скорость восстановление маны. Мучительные замеры объема маноносителя и его аккумулирующей способности. Разве что внимание к спине было привычно. Хоть и тут, больше обычного - придирчивость, с которой проходила проверка нервной ткани настораживала.