Девайсы

       — И вот что они такое? — тихо риторически буркнул под нос Конан, прижимаясь обратно к тёплому и успокаивающему Куробе. Тот неопределённо хмыкнул. Кайто уже свалил из комнаты.        — У меня есть несколько теорий... Тот камень, что я тогда крал... Есть про него легенда, что он помогает разобраться в своих чувствах запутавшимся, — произнес вор, зарываясь пальцами в волосы детектива глубже. — И если отталкиваться от этой мысли, то они — своеобразные проекции наших желаний. Например, ты можешь видеть себя Шиничи, к которому я лезу в обеих своих версиях.       Конан смущённо промолчал: несмотря на все свои претензии, что Кайто и Кид к нему лезут, сделать он с этим абсолютно ничего не пытался. И сейчас этот факт как-то сыграл не в его пользу.       И, конечно же, Куроба это легко заметил.        — Так нравится быть в центре моего внимания? — поддразнил он с улыбкой. — Радуйся, впрочем, что твоё тело не так влияет на эти проекции.       Конан вновь вздрогнул, вспоминая про засосы на шее и начиная догадываться об их происхождении и источнике. С бушующими в крови Куробы гормонами-то... Реакция его телефонов была более, чем ожидаема. Да и подколки его собственных телефонов по поводу подзарядки тоже становились яснее: он сам хотел, чтобы они искали его внимания любым способом, ища такое же внимание у настоящего вора.       С другой стороны, о самом Куробе это тоже много рассказывало. Например, про то, что он ещё тот извращенец при необходимости. И что совсем не против того, что Конан сейчас так глупо льнёт к нему, сопротивлявшись ранее больше для галочки.        — К слову, подозреваю твой Шиничи тут же станет Конаном, когда ты вернёшь тело, — "порадовал" его Куроба. — У меня похожее происходило, когда я наряжался в костюм и менял... Не личность, но отношение к жизни.       Детектив улыбнулся, понимая, что имел в виду вор, поскольку жил ровно такую же жизнь. Конан — не полноценная личность, но что-то очень к ней близкое, как и сам Кид для Куробы.        — Полагаю, нам тогда обоим придётся несладко. С шестью-то извращенцами, — грустно усмехнулся он, понимая, что, в общем-то, не так уж он и против этого. А значит, вполне возможно, что даже после всего все телефоны и аккумуляторы сохранят свои личности, продолжая домогаться хозяев.        — Вполне возможно, — легко согласился Куроба, — но тогда нам стоит уточнить систему имён, чтобы не запутаться во всех них и нас с тобой в том числе. Например, твой Шиничи — Кудо хотя бы на время. Потому что потом ты займёшь его место и будет подозрительно, если я буду звать тебя по имени.        — Тогда ты — Куроба, мой телефон — Кайто. Ты же со своим Кидом — кайто*, — предложил детектив, прекрасно зная, что его будут звать как Конана. Он хитро щурился, однако утыкаясь носом так, чтобы этого не было заметно вору.        — Договорились. Ключи от дома я потом тебе дам, а то на ограбление пока толком не вылезти, — легко согласился Куроба, не делая попыток отодрать от себя Конана.       В общем и целом, остаток дня прошёл мирно. Куроба развлекал его историями про фокусы и прояснял некоторые моменты за кадром ограблений, которые Конан уже разгадал. Например, как именно они тогда проникли в ряды лётчиков вертолётов, особенно самый незаметный Кид со своими вещами. Или как ему пришла в голову идея телепортации. Или как он булькал недовольно в холодной весенней солёной воде, тихо проклиная Конана за раскрытие.       Куроба вообще мог рассказывать целую вечность множество самых разных историй, в которые он влипал, но чаще незаметно для публики. Особенно Конана позабавила история, как в начале воровской карьеры он, как Кид, настолько был раздражён неловкостью начинающего фокусника в выполнении простого трюка, что спрыгнул сверху, раскрывая себя и показывая мастер-класс. Или как он два дня бегал по поместью, ища нужный камень, а в итоге оказался у него под носом. Почти в прямом смысле: владелец камня посчитал забавным создать скульптуру вора и вложить ему этот камень в руку, что была у лица, как если бы Кид уже украл у него камень. Шутка определённо удалась.       Ушёл Конан поздно и с неохотой, тихо бренча комплектом ключей в кармане.