Шанс изменить жизнь

-Приветик, - ХимЧан залетел в палату, как свежий ветерок. Вот уже месяц он каждый день приходит навещать Бана, рассказывает ему о последних новостях, о детках и просто несет всякую чушь. Но это время самое любимое для Бана, потому что только в такие моменты боль уходит, в эти моменты он понимает, ради чего он так рвется быстрее поправиться, - У меня для тебя хорошая новость. Директор договорился о твоей выписке, продолжать лечение ты можешь и дома. А мы о тебе позаботимся. -Может тогда лучше уж сразу в морг? Позаботитесь вы, как же. Вы о себе-то нормально не можете позаботиться, что говорить о больном человеке. Точно меня в гроб загоните, - новость обрадовала Гука, но он был бы не он, если бы не поворчал. -Ладно тебе, только представь, я буду рядом все 24 часа в сутки, это ведь здорово. -Еще хуже, когда же мне отдыхать от тебя? -Бан ЕнГук, признайся, ты счастлив до безумия, - не унимался Ким, - ну что, собираем вещи? Доктор уже все заполнил, мы можем ехать. Дома все было по-прежнему. Детки радостно встретили поправившегося «папочку». ХимЧан в честь такого великого события приготовил праздничный ужин, досыта наевшись и наговорившись, все разбежались по своим делам. Гук чувствовал себя уставшим, поэтому пошел в комнату и прилег в кровать. Но не прошло и нескольких минут, как в ней объявился Ким и улегся рядом, уткнувшись лицом в шею Гука. Бан уже привык к такой близости. Как-то, придя к нему в палату, ХимЧан бесцеремонно улегся вот в таком же положении на кровать и, как ни в чем не бывало, начал рассказывать о новостях, произошедших за день. Он сказал, что таким образом делится своей энергией, а значит, лечение будет проходить гораздо быстрее. Вот и сейчас он нежно, боясь причинить боль, обнимал Гука и что-то рассказывал. Что именно, было абсолютно не важно, потому что от этих прикосновений и от щекочущего дыхания на шее, по телу ЕнГука пробегало множество мурашек, все тело расслаблялось, он наслаждался этим моментом. -Ты меня совсем не слышишь, - недовольно проворчал Ким. -А надо? – улыбаясь, сострил он. -Хотелось бы. Я иногда говорю важные вещи. -Тогда слушаю, - не прекращая улыбаться, продолжал Гук. -Наконец-то нашли менеджера Ли, он признался, что по приказу человека, с которым поспорил директор он устроился к нам в агентство на работу и в тот день выполняя его же поручение вызвал тебя. Это конечно мало что решит, но на время приостановит грязные делишки с их стороны, а к тому времени мы уже возможно дебютируем. То есть нам угрожает чуть меньше опасности, чем раньше. Ты рад? -Я просто счастлив, - он сильнее обнял Кима и, закрыв глаза, тут же задремал. -Нет. Ну, нормально. Уснул, - ХимЧан даже и не думал злиться, некоторое время он смотрел на спящего Бана, потом чмокнул его в щечку и уснул в его объятиях. ЕнГуку снился прекрасный сон. В единственном уцелевшем после апокалипсиса доме, они с ХимЧаном наслаждались тишиной и спокойствием. Не осталось ни души на этом свете. Как они сами остались в живых, было не важно, важно то, что губы Кима по-прежнему оставались нежными, прикосновения ласковыми. Руки ХимЧана скользили по спине Бана, а тепло его тела, прижатого к голому торсу Гука, грело намного приятнее радиоактивного солнца, лучи которого теперь сжигали дотла. Желание, возникающее в такие моменты близости между ними, невозможно было унять, и мешать им было уже некому. Стоп! Откуда тогда этот давящий на мозг стук. Кто может стучать в дверь, если из двух оставшихся на Земле людей оба находились в этой комнате? Неохотно просыпаясь, Бан проклинал стучавшего в дверь и, подходя к ней, придумывал план уничтожения нарушителя спокойствия. -Ой, мамочки, ЕнДже, посмотри на его лицо, тебе не кажется, что он нас мысленно уже убил, четвертовал и закопать даже успел? – с широченной улыбкой произнес Зело. -Ага. У меня не только своя жизнь пронеслась перед глазами, но и еще парочки каких-то человек, - поддержав брата-близняшку, он выставил ладонь, Зело тут же среагировав, ударил по ней своей. Парни начали хихикать, совсем не обращая внимания на то, что в дверях стоит разъяренный хен. -Чего приперлись? – отвлекая их друг от друга, все тем же недовольным тоном продолжал Гук. Судя по темноте за окном, до рассвета было еще далеко. -Мы сегодня вместо будильника, - весело продолжал Зело, - спать некогда, осталась неделя до дебюта, менеджер заедет за нами через пол часа, так что вставайте и собирайтесь. -Ясно, - проворчал сквозь зубы Бан и захлопнул перед парнями дверь. -А.. эээ… завтрака не стоит ждать, да? – пролепетал ЕнДже, обращаясь уже к закрытой двери. Последние недели были очень загруженными. Все были наготове, тексты вызубрены, движения отточены. Но даже несмотря на то, что придраться было не к чему, парни продолжали тренировки. Со здоровьем ЕнГука проблем не было, все раны уже давно зажили и не давали о себе знать. ХимЧан оказался отличной сиделкой и благодаря огромному желанию Бана поскорее вернуться в строй, на выздоровление ушло вполовину меньше времени, чем ожидалось. ЕнДже и Зело продолжали дурачиться день ото дня, придумывая новые забавы. Если остальным и требовалось время на восстановление после тяжелого дня, то этим двоим, казалось, даже спать нет необходимости. Они всегда были полны энергии и как заводные носились по дому. ЧонОп и Дехен в свободное время чаще всего сидели у телевизора, просматривая в очередной раз один из старых, вошедших в легенду боевиков или играя в приставку. У них всегда была своя атмосфера, на которую никто посторонний даже не смел посягать. Мун любил время, когда они оставались наедине. ДеХен был тем человеком, с которым можно поговорить на любые темы, они понимали друг друга с полуслова, а иногда и вовсе молчали, тогда тишина говорила за них. Но их отношения были не просто дружеские, они любили друг друга. Они поняли это случайно, так же случайно каждый из них стал самым важным человеком в жизни. ЧонОп считал, что у них все прекрасно, но в последнее время что-то стало происходить с ДеХеном, и найти причину этого Мун не мог, как он ни старался. Сегодня, когда они ехали после тренировки обратно домой, ЧонОп снова заметил отрешенный взгляд Де и, во что бы то ни стало, решил выяснить причину. Поэтому, как только они зашли в комнату, ЧонОп в очередной раз задал тот же вопрос: -ДеХен, что с тобой происходит в последнее время? -Все нормально, - ответил Де. -Ты каждый раз говоришь, что все нормально, но я-то вижу, что вовсе это не нормально. Ты сам на себя не похож. Ты сейчас ведешь себя точно так же, как в начале, как чужой человек. Неужели ты не можешь поделиться со мной своими переживаниями? Даже если я и не могу ничем помочь, то выслушать и дать совет я точно могу, - не унимался Мун. -Говорю же, что все нормально, - стоял на своем ДеХен, - ложись спать, сегодня был тяжелый день. Я в душ. «Уснешь тут, когда ты в таком состоянии», - подумал ЧонОп. Он долго не возвращался, за это время Мун уже сто раз решил устроить ему скандал и столько же раз уверял себя, что больше не заговорит с ним, устроит забастовку и будет игнорировать до тех пор, пока тот не признается в чем дело. Однако когда Де вернулся, он не нашел ничего лучше, как сделать вид, что спит. Тот, видимо, спать не собирался. Открыв шкаф, он перекладывал вещи с одной полки на другую, по крайней мере, так показалось ЧонОпу, а потом, подойдя к кровати, он наклонился над лицом Муна и еле касаясь, поцеловал его в губы, после чего дверь в комнате скрипнула и повисла тишина. Не думая и секунды ЧонОп тут же вскочил и последовал за ним. -Что это значит? – вопрос Муна застал врасплох Де, он рассчитывал уйти без свидетелей. Ответа не последовало. ДеХен стоял молча, опустив голову вниз. Уже сейчас ЧонОп заметил большую сумку на плече друга, значит, туда он складывал вещи из шкафа. -Ты нас бросаешь? Меня бросаешь? – никакой реакции в ответ, - Вот просто так, не объяснив ни слова? А ты подумал, каково будет мне, как я должен буду разбираться в происходящем? Хочешь уйти – уходи, но без объяснений я тебя не отпущу, - настаивал Мун. Будто смирившись с неизбежностью выяснения ситуации, ДеХен запустил руку в карман куртки, достал оттуда письмо и протянул его Муну. Быстро пробежав по строчкам и осознав смысл содержимого, он молящими глазами посмотрел на Де: -Нет, ты не можешь так поступить с нами, со мной и тем более с собой. Осталось совсем немного, потерпи. Письмо было от матери Де и писала она про то, что находится в больнице. Отчим в очередной раз избил ее. Судя по письму, она не знала про амнистию сына, она и представить не могла, как изменилась его жизнь. Знай она это - не стала бы писать. -Ты ведь не к ней собираешься? – злясь на сложившуюся ситуацию, спросил ЧонОп, - Ты собрался закончить начатое. Но ты не убийца, ты не сможешь… ДеХен по-прежнему стоял молча, Мун слишком хорошо его знал, он сразу же все сам понял и объяснения тут были не нужны. -Пойми, так ты ей не поможешь, злость в тебе все решает за тебя. В этот раз тебя посадят на такой срок, что она может и не дождаться твоего возвращения. – ЧонОп решил привести все имеющиеся доводы, чтобы остановить друга, - Еще немного и все изменится. Ты же сам понимаешь, что можешь все решить другим путем, просто надо немного подождать. Это глупый поступок, уже сейчас можешь начинать жалеть о нем. Де отказывался слышать, он долго обдумывал, как он должен поступить и, выбрав путь, был твердо настроен. Остановить его уже никто не мог. -Уйдешь сейчас – пути назад не будет, - последняя попытка уже отчаявшегося ЧонОпа. -Прости, - первое и последнее сказанное ДеХеном слово. Он ушел, даже не подняв взгляда. ЧонОп так и остался стоять у двери, понимая, что все кончено. И ради чего все это было? Перечеркнул все одним махом. Он одновременно и злился на него и сочувствовал. А в сердце оставалась надежда, что пыл его немного утихнет к тому моменту, как он доберется до дома и он осознает все, что услышал сейчас. Дни пролетали один за другим, а от ДеХена не было вестей. Все парни были уверенны в его возвращении, но с каждым днем их надежда таяла. Всю ночь перед дебютом ЧонОпу не спалось, однако под утро он все же уснул, а, открыв глаза, не поверил своим глазам. На самом краешке его кровати, боясь разбудить его, сидел Де. На лице его была нежная улыбка, а в глазах спокойствие. Тот самый Де, любимый Де, к которому Мун привык, по которому он так скучал, без которого все казалось неправильным. ЧонОп тут же заключил его в свои объятия, ощущая тепло его тела, слыша его сердцебиение. -Мы знали, что ты не сможешь бросить нас, - обратился к нему Мун, все еще обнимая, - поэтому не говорили начальству о твоем уходе, а твое отсутствие объяснили тем, что приболел. Мы молодцы, ведь, правда? -Да, молодцы, - улыбаясь, ответил Де, - я вел себя глупо. И, кстати, ты отлично тогда мне промыл мозги, уже выходя из дома, я начал осознавать происходящее. Но мне надо было… я должен был увидеть маму, удостовериться, что она подождет меня. Ты не представляешь, какая реакция была у нее, когда я объявился в больнице. Она подумала я сбежал, - весело смеясь, продолжал он, - а когда услышала, что произошло за последнее время так засияла от счастья, что у меня как камень с души упал и я со спокойной душой смог вернуться домой. Правда на обратном пути меня обчистили, а без денег и телефона добраться мне было сложновато, вот и задержался так сильно. -Надо скорее всех разбудить и обрадовать хорошими новостями, - Мун не мог поверить, что все так хорошо сложилось. Сегодня у ребят было прекрасное настроение, наконец-то всем их проблемам пришел конец, поэтому, когда они стояли на сцене под несмолкающие аплодисменты после прекрасного исполнения песни, каждый из них твердо смог осознать, что в их жизни началась новая, светлая полоса. И все вместе они достигнут небывалых высот. Директор, ждавший их в гримерке после выступления, не переставал хвалить и поздравлять. Сейчас всех их переполняло ощущение счастья. Именно с этого момента началось прекрасное восхождение на вершину славы столь необычной группы ВАР.