Увидь же то, что так близко

В пустых коридорах раздавались глухие удары. Звук отдавался от стен, создавая дребезжащее эхо. — Ну же! — послышался гневный вопль. — Идиотская железяка! Весь этот переполох в пустующей мастерской устроил маленький чернильный демон, пытавшийся топором разрубить тот ремень, что удерживал его друга на доске, больше похожей на постамент неправильных форм и размеров. Но лезвие только сильнее затупилось, а прочные оковы были по-прежнему целы. — Почему не получается? — взвизгнуло это существо, занося топор для очередного удара. В этот раз инструмент справился со своей задачей — ремень, разрубленный на месте крепежа, соскользнул вниз, высвободив наконец столь заветную для Бенди цель. Его единственного лучшего друга, да и единственного друга вообще. Демон придержал Бориса за плечи, чтобы тот не упал вслед за злосчастным ремнём. Затем взвалил волка себе на спину и потащил в заранее начерченный на полу белым мелом пентакль. В пентакле не было ни единого изъяна. Каждая руна выведена с идеальной точностью, а печать, не дающая оборвать ритуал, наложена умело и крепко. Когда-то давно именно здесь и был проведён обряд оживления двух мультяшек-компаньонов. Джоуи Дрю пришлось отдать во имя этого свою душу. И отдать без остатка. Кроме того, он поплатился своим рассудком, утрачивая последнюю связь с реальным миром. Им было отдано даже больше, чем требовалось изначально. Вот почему Бенди и Борис могли любить. Вот почему надежда всегда теплилась в их сердцах. И именно это дьяволёнок решил принести в жертву. Не нужна ему любовь, не нужна ему треклятая надежда! Он грезил лишь о мести. Бенди почувствовал, как его сущность затрепетала. В то же мгновение чернила брызнули из него потоком, сковав все движения, и вытягивая невидимой нитью энергию. Чертёнок, перестав что-либо видеть, зажмурился. С ног до головы его окутала рвущая на части боль. Чернила растеклись внутри пентакля, а потом заструились к бездыханному телу волка, наполняя его живым теплом. В опустошённом смертью взгляде мелькнула искорка. Глаза перестали бесцельно взирать в пустоту, а сфокусировались на каком-то определённом объекте. Борис, всё еще не понимая, что происходит, приподнялся на локтях. Его густая шерсть свалялась, руки и ноги дрожали, словно в лихорадке. Но в целом выглядел он достойно. –Ух ты, сработало! — прошептал Бенди.Голос его особой радости не выдавал, звеня сталью. — Бенди! — Борис заметил друга и подполз к нему. — С тобой всё нормально? — Да, только… только помоги мне встать. — Конечно, — силы понемногу возвращались к волку, и он, сев на колени, подтянул друга за локти вверх. Теперь их рост поравнялся. — Ой, что с тобой? — вырвалось у него. Демон, скособочившись, наклонил голову в бок, чтобы хоть частично спрятать лицо. — Всё в норме, ага. По некогда милой мордашке демона стекали чернила, смешав всё, кроме улыбки, в одну чёрную массу. Фигура стала на удивление выше и поджаристей. Из-под ног стремительно расползалась чернильная лужа. — Я не уверен, ведь ты можешь… — Я не растаю, — отрезал Бенди. — У нас есть более насущная проблема! Создатель вернулся. — Кхм, который? — проскулил Борис. — Генри, чтоб его! А как думаешь, разве мог прийти кто-то ещё? — чертёнок не скрывал своего бешенства. — Мистер Джоуи? — сделал жалкую попытку волк. — Даже не смей упоминать имя этого мерзавца при мне! — Бенди занёс руку для пощёчины, но успел сдержать себя, напоровшись на распахнутые от испуга глаза. — К тому же, — продолжил он, — я лично позаботился, чтобы он уже не вернулся. — Что ты сделал? — голос Бориса прозвучал непривычно резко. — Бенди, что ты сделал, чёрт тебя дери?! — Я его давно убрал с дороги. — Демон притворно задумался, пряча ехидство и насмешку. — И ты поможешь мне провернуть что-то похожее с Генри. — Нет, — губы волка изогнулись в оскале. По комнате прокатился истерический смех. — Не-е-ет? Отказываешь мне? После того, что я для тебя сделал? Поверь, дружище, теперь ты так просто у меня не отделаешься. Бенди уверенно шагнул к Борису, но тот вовремя отшатнулся, издав гортанный рык. — Чудовище! Монстр! Вот, что ты сделал. Обратил себя в бесчувственную тварь, — Борис покачал головой, избегая смотреть на то, что было перед ним. — О чём таком ты толкуешь? Чувства не нужны для преследуемых мною целей, забудь. — Не знаю, что движет тобой в эту минуту, но знай, что этого момента у тебя больше нет друзей, — Борис навис над Бенди, вглядываясь туда, где предположительно были глаза. — Я не отдам Генри тебе. — Ты настаиваешь на том, что не собираешься мне помогать? — улыбка демона дрогнула, пыл угас, но тут же загорелся с новой силой. — Борис! Это отличная возможность свершить возмездие. Ах, мы с тобой так похожи, но ты в отличие от меня, ведёшь себя просто глупо. — Когда-то мы были похожи. Больше нет. Меня не привлекает идея превращаться в то жалкое отродье, каким ты сейчас являешься, — волк сморгнул слёзы. — Не буду таким, как Джоуи. Не смей меня просить об этом. Бенди внезапно почувствовал чистую, бешеную ярость. Он попытался незамысловатым ударом в живот вышибить дух из Бориса, но тот оказался достаточно поворотливым, чтобы отскочить в сторону, схватить что-то с пола, а затем кинуть в чертёнка. Бенди застыл, глядя перед собой, и не решаясь опустить взгляд на топор, который с лёгкостью вонзился ему в грудь. Он дрожащей рукой вырвал инструмент из себя и согнулся в приступе кашля. Мир в одно мгновение превратился в сплошное разноцветное месиво, застилающее всё под собой. Дьяволёнок рухнул на четвереньки, сипло застонав. — Бенди! — раздался вопль ужаса. — Господи, нет, нет, нет! Я не хотел! — Как думаешь, могло всё обернуться иначе? Пожалуй да, если бы я, не колеблясь, убил тебя…сразу после отказа, — выдавил из себя Бенди. — Беги, спасай своего ненаглядного создателя. А меня оставь здесь, ясно? Теперь мне остаётся лишь навсегда затеряться в прошлом. — Что я наделал? — взвыл волк, пропуская слова демона мимо ушей. — Пожалуйста, умоляю, не умирай. Не сдавайся после всего, что было. Он положил голову чернильного демона себе на колени, обнял одной рукой за плечи, а второй тщетно пытался закрыть дыру. — О чём ты, м? Ты был прав на счёт всего. Я сделал из себя бесчувственную сволочь. И не был нужен тебе таким. — Я был в силах найти способ всё исправить. Был в силах, чтобы спасти тебя, но предал эти возможности. Я растоптал нашу дружбу, когда сказал, что ты мне никто.  — Помнишь, как создатели учили нас дружить? Их волновала репутация студии, не больше, но я, честно, тебя ненавидел. Во время шоу делал вид, будто ты мне нужен, будто мне есть какое-то до тебя дело, не понимая, насколько ты нуждался в взаимности с моей стороны. Хотел привести детишек в восторг, знаете ли,  — слабый смешок. — Но потом, помню, все от меня отвернулись. Денег с последнего выступления собрали больше обычного, Джоуи нашёл ту дамочку, которая предложила ввести нового главного героя. Никто не думал заступаться за меня, конечно, идея-то была прекрасной, всем надоел скучный чертёнок. Мне так хотелось забыться, покончив с этим адским кошмаром, вызванным переменами в и без того коротенькой жизни! А ты взял и пришёл. Я и в тот момент ничего не понял, наговорил так много ужасного, велел проваливать с глаз моих. Ты не ушёл и после этого. Его рассказ постоянно прерывался всхлипами и болезненными стонами. — Ты понял, что такое дружба раньше меня. Бенди остановился, часто и хрипло дыша. — Спасибо, — вдруг опять сказал он, не обращая внимания на то, что Борис просил его замолчать, чтобы беречь остатки жизни. Всё ещё верил в счастливый конец, глупенький. — Спасибо, что помог вспомнить самые яркие и лучшие моменты жизни. Знаешь, тебя там больше всего. Я… я снова могу их видеть! Там только ты и я!.. И каждый раз ты снова и снова возвращаешь меня к жизни. Волк слышал, как кто-то громко и надрывно плачет. Пока не понял, что плачет он сам. Ему осталось только зарыться носом в шею друга и крепко-крепко обнять. Он сидел так до тех пор, пока чернильное тело не утратило своей физической формы. Чёрная жидкость, разлившись, смешалась с пылью и грязью, пропитывая собой дощатый пол. Всё было кончено. Борис поднялся на ноги и ненароком пихнул банку из-под супа, которой раньше здесь точно не было. Она укатила в другую комнату, с глухим стуком ударяясь о стену. — Есть т-там кто? Выйди и п-покажись, — послышался обречённый голос. Ну конечно, один друг у Бориса всё же остался. И он ни за что его не упустит. Отдаст ему всё, что осталось, как когда-то отдал ему свою последнюю радость Бенди.