Чужая игрушка

      Вот уже три дня как Матиас куда-то уехал. Какая-то архиважная и супертайная конференция. Хэлти отчаянно скучал. Даже поизводить Коннора не получалось: Цепной пес был дико не в духе и чем-то все время занят. Даже когда Хэлти звонил ему с требованием куда-то отвезти, тот приезжал, хватал блондина и тащил в машину. Молча довозил до места и сматывался раньше, чем Хэлти успевал опомниться. Не реагировал ни на шутки, ни на подколы. А если и реагировал, то таким взглядом, что мальчишка тут же затыкался. Видать, в отсутствие босса дел оказалось слишком много. Правда, временами на Хэлти накатывало подозрение, что Пес старается с ним не общаться нарочно. Чувствовалось в нем какое-то загадочное напряжение, а еще не отпускало чувство, что Коннор нарочно старается не смотреть ему в глаза и не разговаривать с ним. Поначалу мальчишка приписал это своим чарам, самодовольно решив, что брюнет попросту изо всех сил борется со своими желаниями. Но вскоре понял, что это больше напоминает чувство вины, вот только откуда оно у Бешеного Пса? Все это казалось странным и тревожным. В душе поселилось беспокойство, которое заставляло парня еще горячей мечтать о том, чтобы вернулся Матиас. Неясное ощущение опасности заставило Хэлти свести встречи с Коннором до минимума.       И вот однажды зазвонил телефон, в трубке раздался голос Матиаса:       — Привет, куколка.       — Матиас! Ты приехал! — Хэлти подскочил на своем диване, словно кот. Радости его не было предела.       — Ты соскучился?       — Еще как! — завопил блондин.       — Тогда быстро собирайся и тащи свою маленькую задницу в отель. Коннор отвезет тебя.       — Лечу! — мальчишка отбросил телефон и принялся собираться.       Шортики, топик, курточка, сапожки на каблучке. Парень так спешил, что даже не стал выдумывать чего-то эдакого, похватал первое попавшееся. Волосы он к счастью выпрямил еще с утра, как знал!       Не успел он натянуть сапоги, как тренькнул мобильник.       — Я у подъезда, — мрачно сообщил Коннор.       Хэлти схватил куртку и, на ходу надевая ее, помчался на выход. Запрыгнул в знакомый автомобиль.       Он так спешил увидеть своего опекуна, что даже не задумался, куда они едут, почему в отель. Тревога кольнула только в тот момент, когда он увидел здание. Но и тогда Хэлти не дал себе труда задуматься, охваченный радостью от предстоящей встречи. Они с Коннором быстро поднялись на второй этаж, не пользуясь лифтом, прошли по коридору, устланному богатым ковром и освещенному бронзовыми красивыми светильниками. Цепной пес распахнул перед ним дверь, пропуская, Хэлти радостно шагнул вперед, ожидая увидеть Матиаса, и изумленно застыл.       Перед ним была большая богато обставленная круглая комната. Ее можно было бы назвать гостиной, если бы не огромных размеров кровать, стоявшая напротив входа. Столики, уставленные напитками и закусками, многочисленные кресла, кушетки, диваны. Неяркие бра по стенам, от которых вся комната тонула в полумраке.       Они все были здесь. Все. Начиная с Первого и заканчивая их ближайшими помощниками. В общей сложности двенадцать человек, считая Коннора. Трей сидел в кресле почти посредине комнаты, за спиной у него виднелась кровать. Вокруг стояли все остальные. Первый отпил виски из стакана и приподнял его, приветствуя ошеломленного парня.       — Что происходит? — пролепетал Хэлти, чувствуя, как сердце сжимается от страха. — Где Матиас? Проводите меня к нему. Он… он меня ждет.       — Матиас на конференции и проторчит там еще неделю, — проинформировал его Трей.       — Но телефон, он звонил мне! — воскликнул блондин. Его сердце предательски ушло в пятки.       Трей усмехнулся и повернул голову к одному из своих людей.       — Привет, куколка, быстро собирайся и тащи сюда свою задницу, — произнес тот, настолько точно подражая голосу Матиаса, что сомнения отпали.       — Так что Матиаса здесь нет, — подвел итог Первый. — Зато мы все здесь.       — Что вам нужно?.. — прошептал Хэлти. От страха он едва держался на ногах. Юноша сделал шаг назад и тут же наткнулся на двоих мужчин, которые крепко взяли его за локти.       — То, что можно получить от такой горячей шлюшки, как ты, — любезно проинформировал Трей.       — Вы не посмеете! — отчаянно выкрикнул Хэлти. — Матиас вас поубивает, он вас на ленты порежет!       И замолк, увидев одинаковые усмешки на лицах собравшихся мужчин.       — Ты в самом деле веришь, что так будет? — отозвался Трей. — Ты же не дурак, Хэлти. Оглянись, мы все здесь. Все те, кто делает твоему боссу бизнес. Ты в самом деле уверен, что он предпочтет избавиться от нас, а не от одной жалкой шлюшки? Это первое. Второе. Мы создадим друг другу алиби, и сколько бы ты ни обвинял нас, только выставишь себя идиотом. И, в-третьих, даже если ты убедишь Матиаса, ты думаешь, ему понадобится шлюха, по которой проехалось столько мужиков? Нет, Хэлти, ты ничего ему не расскажешь.       Он был прав! Он был прав, и блондин это понимал. В горле пересохло от страха, с трудом облизав сухие, как бумага, губы, юноша судорожно огляделся, наткнулся на лицо Бешеного Пса.       — Коннор… Коннор, ты ведь не позволишь им? Ты ведь… — и замолчал, увидев выражение в темных глазах мужчины. В них была алчность хищника, узревшего, наконец, столь желанную добычу в пределах досягаемости.       — Кое-что он нам действительно не позволил, — утешил его Трей. — Но только кое-что. Вариантов у тебя всего два, куколка. Первый: ты послушно делаешь все, что от тебя хотят, и мы будем нежны и заботливы с тобой. И ты уходишь отсюда оттраханным, но целым. Второй: ты сопротивляешься, и тогда все равно уходишь оттраханным, но далеко не целым. Выбирай.       Хэлти закрыл глаза, по щекам потекли слезы.       — За что? — прошептал он.       — Не за что, а почему, — Первый встал, подходя к нему и становясь рядом с Бешеным псом. — Потому что мы тебя хотим. Ты ведь так долго добивался нашего внимания, куколка. Поздравляю. Ты его добился.       Юноша распахнул блестящие от слез глаза, губы предательски дрожали.       — Не надо так нервничать, малыш, мы будем очень осторожны с тобой.       Почему-то в это не верилось.       Кто-то подал Коннору стакан, и Бешеный пес протянул его Хэлти:       — Выпей.       — Зачем?.. Что это? — срывающимся голосом пропищал блондин.       — Выпей, будет легче, — спокойно сказал Коннор.       Юноша смотрел ему прямо в глаза:       — Не надо, Коннор, пожалуйста, не надо. Ты же всегда говорил, что не любишь мальчиков.       — Поздно, детка, — усмехнулся тот, — ты приложил слишком много сил, чтобы убедить меня в обратном. Пей, я сказал.       Он поднес стакан к губам мальчишки.       «Я умру, — в панике думал блондин, глотая холодную жидкость. — Мне конец, я не выдержу этого».       Но не попытался вырваться. Знал — бесполезно. На него вдруг навалилась апатия, а может, так подействовало питье. Но он лишь прикрыл глаза, чувствуя, как руки Коннора начали расстегивать его шорты. Соскользнула с плеч куртка, топик аккуратно сняли. Разули. Так же осторожно сняли и трусики, явно стараясь не испортить ни одежду, ни белье.       Держа за плечи, его подвели к одной из кушеток, стоявшей прямо посредине. Чьи-то руки гладили бедра, поглаживали по заднице. Открыв глаза, Хэлти с безнадежностью увидел, что все мужчины уже раздеты. Круг сужался вокруг него, и он в страхе закрыл лицо ладонями.       — Не надо, не надо, — отчаянно зашептал он.       — Тихо, малыш, все будет в порядке, — услышал он голос Коннора.       Мужчина осторожно убрал его руки и принялся неспешно целовать соленые от слез пухлые губки.       Коннор умел целоваться… Где-то на грани сознания мелькнуло полное горечи сожаление, что он мог бы узнать об этом совсем по-другому. Сильные ладони мужчины скользнули по бокам, спустившись к маленьким, поджатым от страха ягодицам, принялись мять их.       — Давай, Коннор, — раздался чуть насмешливый голос Трея. — Сегодня Первый ты. Тебя он достал покруче, чем всех нас.       Хэлти хотел возмутиться, но губы Пса не позволили, вышло только возмущенное мычание, а в следующую секунду Хэлти понял, что просто сгорает от вожделения.       «Афродизиак! — в панике подумал юноша. — Вот что они мне дали!»       Но было поздно. Все было поздно: и возражать, и вырываться, потому что член уже налился кровью под самую завязку, внутри горело, и вскоре стало все равно, кто и как будет первым, а потом и вторым.       Его поставили на четвереньки на кушетке. Множество рук сразу гладило его тело. Прямо перед лицом оказался член Коннора, и Хэлти, не раздумывая, взял его в рот. Кто-то растягивал его задницу, пока он занимался членом Бешеного Пса, кто-то ласкал соски, чья-то рука тискала яички, и от всего этого в опоенном наркотиком теле рождалось яростное желание, причиняющее боль.       Но вот все прикосновения исчезли, Коннор оттянул его голову от себя, и Хэлти понял, что сейчас случится. Он выгнулся, приподняв зад, словно течная сука, извиваясь и постанывая от нетерпения. Ему хотелось трахаться, да так, как никогда в жизни. Все страхи, запреты, возмущения уплыли прочь. Огромный член ворвался внутрь, и он не сдержал протяжного похотливого стона, выгибаясь еще сильней и насаживаясь на ствол еще глубже. Коннор не стал его щадить, да и одуревший мальчишка и не просил об этом. Он извивался, подавался назад, всхлипывал, стонал, не обращая внимания на отпускаемые собравшимися комментарии. Он их почти не слышал.       В какой-то момент Трей поднес к его губам свой член, и Хэлти покорно взял его, понимая, что крышу его все равно уже не догнать. Ему хотелось трахаться, так хотелось, как никогда в жизни. И с каждой минутой хотелось все больше. Скоро он понял, что поочередно ласкает ртом двух мужчин, а сзади сменяется третий, но все было неважно. Важно, что его окружали разгоряченные красивые мужские тела, сильные руки, горячие члены, дарившие такую сладкую и желанную сейчас боль, смешанную с диким наслаждением.       В какой-то миг он осознал себя на кровати, со всех сторон окруженный мужчинами. Их руки, губы, члены были кругом. Голова кружилась от запахов секса, пота, алкоголя, крови… Да, даже, кажется, была кровь.       Вот мозг снова включается. Он распластан по постели, ноги, согнутые в коленях, широко раскинуты, так, что больно суставам, но это неважно. Запястья раскинутых рук вжаты в матрас, И Коннор, снова Коннор, берет его, а он всхлипывает и подвывает, насаживаясь на его член, потому что мужчина только дразнит, угол не тот, хочется большего…       Снова другой человек… Теперь его берут сбоку, жестко, грубо, это больно, но возбуждение не отпускает. Он не помнит, сколько раз кончал. Наверное, его яички похожи на сдувшиеся воздушные шарики, но он все равно хочет… И покорно открывает рот для очередного члена. Больно, тяжело, но наркотик не отпускает, хочется еще и еще…       Кто-то дает пить, умом Хэлти понимает, что снова могут подсунуть афродизиак, но покорно пьет, слишком пересохло натруженное горло.       Марафон начинается снова. Сколько уже?.. Ему никогда этого не вспомнить. В какой-то момент он вдруг разражается рыданиями, отчаянными, бессильными. Его отпаивают, оставляют лежать. Где-то на грани сознания он слышит голоса и с трудом узнает их:       — Думаешь, можно?       — Думаю, да.       — А не порвем?       — Да брось ты! Его жопа сейчас так растянута, кулак твой войдет. Неужели не хочешь попробовать?       — Пробовать, так пробовать все, — в усмешке отчетливая интонация Бешеного пса.       — Давай.       Хэлти, без сил лежащего на кровати, снова окружают два мужчины.       Коннор гладит его, ласкает гениталии, чертово возбуждение уже почти прошло, но снова вспыхивает под его руками. Брюнет ложится на спину, укладывает на себя Хэлти, насаживая его на свой член.       — Коннор… Коннор, — всхлипывает мальчишка, — я не могу больше. Не могу, пожалуйста…       — Тише, — сильные пальцы почти что ласково вытирают слезы со щек. — Это последний раз.       — Правда?..       — Правда, малыш, потерпи еще немного.       Бешеный пес крепко прижимает его к своей груди, и тут Хэлти почувствовал нечто, от чего глаза стали огромными. В него начал проникать второй член.       — Нет! — выкрикнул мальчишка в ужасе, силясь вырваться, но куда там!       — Тихо! — прикрикнул Коннор, — просто расслабься и позволь. Все будет в порядке.       — Нет… Зачем вы так… — но он лишь бессильно падает на грудь мужчине, чувствуя, как раздвигаются стенки заднего прохода, когда в него втискивался Трей.       Теперь они оба трахали его, но проклятое зелье, влитое в него, заставляло разъезжаться бедра, насаживаясь на оба члена. Это было больно, но не настолько, чтобы погасло возбуждение, наоборот, Хэлти чувствовал, что оно утихнет, только если он даст обоим мужчинам довести дело до конца.       Но вот, наконец, тело взрывается оргазмом, приносящим облегчение, а вместе с ним и боль.       Мужчины покинули его тело, и мальчишка тихо и беспомощно заплакал, утыкаясь в заляпанную спермой подушку.       Он начал погружаться в прострацию, но ему не позволили.       — Вставай, — приказал Коннор.       Его подняли и отнесли в ванную.       У Хэлти еще оставалась надежда, что биологические следы, сохранившиеся на одежде и белье, дадут шанс на месть, но увы.       Его вымыли до единой мельчайшей складочки кожи, вычистили под ногтями. Прополоскали задницу и не один раз. Даже заставили промыть желудок, чтобы и там не осталось следов спермы, которую он мог проглотить.       Чистенького насухо вытерли, аккуратно одели.       Шатающегося от слабости мальчишку вывели под руки и усадили в машину Второго.       Хэлти не мог даже сориентироваться, где он и с кем. Только обжигающий вкус коньяка из фляжки заставил его немного очнуться.       Из машины его на руках вынес Коннор. Сам парнишка стоять уже не мог. Второй донес его до квартиры Хэлти, раздел и уложил в постель, сделав ему крепкого сладкого чаю, добавив туда изрядную порцию коньяка.       Допив, Хэлти отбросил чашку на пол и, упав лицом в подушки, завернулся с головой в одеяло.       «Сон, это только сон, — лепетал он, изо всех сил борясь с подступающей истерикой. — Это только сон, Хэлти. Ты перебрал вчера в клубе, соскучился по сексу…»       Последняя мысль была лишней. Он завизжал в подушку, раздирая ее руками и зубами, но силы тут же кончились, и остались только горькие отчаянные беспомощные рыдания…       — Хэлти? Хэлти, ты чего? — Коннор склонился над постелью, тихонько потряс его за плечо.       — Пошел вон!!! — завизжал мальчишка, подскакивая. — Пошел вон, сука!!! Тварь!!! Ненавижу!!!       Оба кулака мальчишки со всей силы врезались в лицо опешившего мужчины, отшвыривая его назад.       Коннор слетел на пол, со всего маху приземлившись на задницу и нехило приложившись затылком о стену.       — Хэлти?!       — Не подходи, тварь! Я все расскажу Матиасу! Расскажу! И плевать на все! Я расскажу, что вы сделали со мной! Я расскажу!!! А потом убью себя! Слышишь? Убью! Я верил тебе, тварь, верил! Ненави-и-и-и-жуу-у-у-!!!       Истеричный визг перешел в хрип, мальчишка рухнул на постель, корчась в судорогах, отчаянно пытаясь вдохнуть воздух.       — Хэлти! Хэлти! — мужчина схватил его, в панике, думая кому звонить. — Хэлти, я сейчас… Я доктора сейчас… Погоди! А, мать его!       Последняя реплика донеслась уже откуда-то из коридора, что-то грохнуло, падая, брюнет заматерился.       А Хэлти вдруг огляделся.       Он сидел на кровати Коннора в его холостяцкой берлоге.       Мальчишка ошеломленно огляделся. На нем теплая пижама, рядом на тумбочке какие-то лекарства.       Вернулся Коннор, уставился настороженно на блондина:       — Ты как?..       — Хреново, — честно признался мальчишка, пытаясь отделить реальность от бреда. — Коннор… Что происходит? — беспомощно спросил он.       — Что происходит? — с раздражением отозвался мужчина. — Происходит то, что один безмозглый малолетний придурок ебнулся с перил моста в ледяную реку. А теперь выносит мне мозг, потому что болеет, а эта сволочь Матиас не нашел никого, кроме меня, чтобы за тобой присматривать!       Повисло оглушительное молчание. Потом на потрескавшихся губах блондина расплылась совершенно счастливая улыбка, заставившая Бешеного пса решить, что температура не прошла-таки даром.       — Так это был бред! — радостно сообщил Хэлти.       — Ага, — осторожно ответил брюнет. — Похоже на то. И в тяжелой форме. Бредил ты почти сутки.       — Коннор!       — Чего?! — испуганно отозвался мужчина.       — Я люблю тебя! — Хэлти сиганул ему на шею, и они опять едва не загремели на пол.       — Я тоже пытаюсь тебя любить, — ответил брюнет, пытаясь осторожно отцепить его от себя, но получалось крайне плохо. — Сейчас приедет врач.       — Коннор?       — М?       — А о чем я бредил?..       — А… Кхм… Я… потом тебе как-нибудь расскажу.       — Почему потом?.. — невинно заморгал блондин.       — Ну, может, потому что сейчас у меня немного другие планы?.. — произнес тот тихо. Руки, что так невинно касались стройного тела, внезапно поползли вниз.       — Коннор?.. — моргнул Хэлти удивленно.       — Что?       — Ты…       — Тебя что-то смущает? — прошептал Коннор, касаясь своим дыханием нежного ушка, а пальцами перебираясь на округлые половинки.       — Эм-м…       — Ты же сам сказал, что любишь меня. Разве ты не хочешь этого?..       — Я… — растерянно начал блондин, но закончить не успел: Коннор толкнул его на кровать и прежде, чем парень успел опомниться, навис сверху.       — Остановись, Коннор… я серьезно, — пролепетал парень.       — Я тоже, — услышал он знакомые слова и почувствовал, как тазовых косточек касаются чужие руки.       Он рванулся вперед и открыл глаза, приседая на кровати. По коже бегали мурашки и скатывались холодные капли пота.       — Господи… приснится же такое… — произнес парень в тишину, окончательно осознавая, что находится в реальности и все, что было, ему лишь приснилось. Нет рядом Коннора, не было никакого падения с моста, не было никакого номера в отеле… все приснилось. — Вот, что значит воздержание… — протянул он. — И на всяких там Первых встанет. Пусть и под афродизиаком…       Парень передернул плечами, почувствовав новый прилив неприязни к Трею, которого и до этого терпеть не мог. Потом вспомнил Коннора, его поцелуи, «пробуждение» в его квартире. И как сказал ему… Как он вообще мог сказать этому болвану «Я люблю тебя»? Пусть и во сне! Да он в жизни первым в любви не признается! И вообще не признается! Еще чего! К тому же, этому чурбану!       Парень так разозлился, что вскочил с кровати и вышел в гостиную. Коннор ожидаемо спал и даже не догадывался о причинах его внезапной вспышки гнева. Хэлти подошел к нему, содрал с него одеяло и, усевшись верхом, принялся яростно шипеть:       — Вот же ты скотина, Бешеный пес! Спишь и в ус не дуешь! Сколько раз ты меня трахнул в моем сне, козлина?! Да как у тебя только встал на меня? И зачем ты вообще утверждал, что на парней не стоит…       В этот момент спящий Второй перевернулся на бок, Хэлти, не успевший за что-нибудь ухватиться, свалился на диван рядом с ним, после чего был прижат к мужчине его сильными руками. Оказавшись с ним лицом к лицу, Хэлти, наконец, угомонился, понимая, что тот Коннор из сна, это совсем другой Коннор, и этот его, в общем-то, не трахал, да и, кажется, вовсе и не собирался. И у этого гада на него и впрямь не стоял. Он вздохнул, смотря на его спящее лицо, подумав, что лень выбираться из его медвежьих объятий, прикрыл глаза и спокойно заснул, оставив все переживания на утро. ________________ Все, что вы видели в курсиве, написала моя дорогая Zlyuka Belle, которую я очень люблю за ее творчество и дружбу, и которой очень благодарна за этот «Страшный сон Хелти» (это его кодовое название, хехе), который мне очень понравился, настолько, что я решила вставить его в оридж как бонусную главу, чтобы и вы могли им насладиться=) Надеюсь, вам понравилось=))) Хадзёка Нами нашла подходящую картинку=) https://vk.com/photo-25240087_276115374 по-моему, очень атмосферно=))))