Да или нет

Югем в ауте. Нет, серьезно. Ровно двадцать минут назад он думал о том, что на завтра делать дохрена конспектов, а он сидит и рубится в Mortal Combat. Ровно двадцать минут назад он пил гранатовый сок, который стоит в холодильнике невесть сколько. Ровно двадцать минут назад.. Да господи, двадцать минут назад он и подумать не мог, что у него вылет в Сидней через три часа. Но да, все именно так. «Привет всем, меня зовут Ким Югем, и это моя история.» Обогреватель натужно шумит и мешает сосредоточиться, выдавая непонятные звуки с интервалом в 5 секунд. Пепси (на самом деле, так зовут собаку) уже битый час путается под ногами и все зовет погулять. И все равно, что на улице ночь. И -25 на термометре. И буран в разгаре, ведь это так несущественно, по сравнению с тем, что снег все куда-то убегает, и его непременно нужно догнать, хозяин! Пальцы уже болят от ручки, и Югем раздражению швыряет ее об стену, с мученическим стоном сползая по стулу вниз. Пепси замолкает и виновато скулит. — Нет, Пепси, это не тебе. Все нормально, моя девочка, — парень садится на пол и треплет собаку за ушком. Пепси радостно виляет хвостом, и Югем улыбается: единственная радость с его жизни — это его собака. Пялиться в потолок совсем неинтересно, но желания садиться за домашку еще меньше. Вздохнув, Ким, кряхтя, как старик, поднимается с пола и идет на кухню за соком. — Блин, почему только гранатовый? Ну, Джексон-хен, в следующий раз не разрешу проводить вечеринку у себя, — бурчит второкурсник и наливает злополучный сок. Когда остается половина, звонит телефон, и Ким вытаскивает гаджет из кармана. Давится соком и выливает все содержимое на пол, потому что экран ярко светится заветным именем - Марки-хен❤️ Футболка безбожно испорчена, впрочем, как и штаны, а еще все лицо мокрое, но это его, естественно, волнует в последнюю очередь. — А-ало? — парень проклинает себя за неуверенный голос и тут же исправляется, — хм, то есть, привет, хен! — Югем-а! Хорошо, что ты сразу ответил, — голос Марка почему-то взволнованный и немного дрожит, что мгновенно настораживает Кима: — Хен, все нормально? — Гм, да. Я-я просто хотел спросить, точнее, ответь мне, пожалуйста. Только не перебивай и не задавай вопросов, просто скажи, хорошо? Да или нет, Югем? — тишина в трубке распространяется шорохами и громким дыханием очень взволнованного Туана. Ким стоит в прострации, и, кажется, его мозг сейчас вне зоны действия сети. Иначе, как описать то, что Югем не может понять то, что только что сказали? — Югемми? — Ким невнятно мычит и тут же спохватывается, — хен, я-я не знаю, что это за вопрос такой? — неловко смеется и прислушивается к чужим словам. — Я же просил! — голос Туана звенит раздражением и страхом, — прости. Прости, Югем, я не хотел. Забудь что я сказал, это просто так, нич… — Да, — второкурсник не дышит, потому что боится упустить ответ. Он чувствует, что это очень важно и облажаться тут, ой, как нельзя. — Ты, ты уверен? Можешь подумать, Югемми, не то, чтобы я был недоволен, нет! То есть, я не говорю, что ты должен выбрать, но, — голос Марка сбивается и слышно как тот медленно выдыхает, — хорошо, хорошо. Я приеду через 10 минут, Югем-а, пожалуйста, жди меня. Звонок обрывается так же внезапно, как и начинается. Ким пялится в окно: буран, ночь, ярко-горящий фонарь. Процент загрузки мозга: 34% Через минуту Пепси счастливо слизывает сок с пола, заливая все слюнями. Убирается Ким быстро и как будто не осознавая происходящего. Марк приедет к нему? Но зачем? Что ему надо? Ему плохо? Югем что-то не так сказал? Звонок в дверь вырывает из глубин мозга, и парень несется в прихожую. За порогом его любимый хен — промокший, с покрасневшими щеками и неуверенной улыбкой. — Привет. Югем не может оторвать от него взгляд. Расстегнутый пуховик, красный свитер и кое-как повязанный шарф. Торопился. К нему, к Югему. — Югем-а? Все нормально? — Туан выглядит ненормально счастливым и буквально светится. — А-э, да-да, проходи, хен. Чаю? — дышать в присутствии Марка легко, слышать его и осязать просто прекрасно: Югем в восторге. — Нет, мы не успеваем! Собирайся, Югемми, мы летим в Сидней на неделю! — Туан проносится мимо, захлопывая дверь, и подталкивает Кима к его спальне. — Что? Какой Сидней, хен? Ты не заболел? — Югем тормозит его на полпути и заботливо прикладывает руку ко лбу, но температура нормальная. Югем переводит взгляд на его лицо и застывает. Видеть хена так близко жутко смущающе, Марк краснеет, но не отстраняется. Смотрит в самую душу и привязывает к себе навсегда. Югем совсем не против. Поддавшись, старший обнимает Кима и прижимается ближе, совсем не по-дружески горячо выдыхая в шею. Второкурсник по инерции обнимает его за талию и ежится от мурашек по всему телу. — Ты же сам сказал да, Югемми. Прошу, не меняй своего решения. Давай уедем, пожалуйста, — голос глушится футболкой, но Югем прекрасно ощущает горячее дыхание и с трудом сглатывает, размыкая пересохшие губы: — Но, хен, п-почему? — отстраняться не хочется, отпустить Марка и вовсе кажется невозможным. Старший немного ниже, и по сравнению с Югемом выглядит совсем хрупким. Ким знает, что семья Туана весьма обеспеченна, и они могут позволить себе многое. Также Югем знал, что в последнее время у Марка много проблем и в семье, и в институте; Югем хотел бы помочь, но Марк сам не дает ему влезть в это. А теперь, вот, просит убежать на неделю от всего мира. И Югем совсем не против. Марк цепляется за него как-то отчаянно, словно не хочет отпускать, но заставить Кима поехать он, конечно, не сможет. Он устал от всего пиздеца в его жизни: все заморочки с конкурентами его отца, пытающиеся навредить и Туану, и его матери с сестрой; следующие за этим проблемы в институте, которые жутко выматывают — все это просто убивает его. Мучительно медленно он видит, как его образ золотого мальчика катится в Тартарары, да и вся его жизнь, впрочем, туда же. Югем, как последний мост в зону комфорта, тот, кто все еще на его стороне и Марк безумно благодарен и счастлив, что Ким появился в его жизни год назад. Может быть, именно благодаря ему Марк еще не опустил руки и борется за свою жизнь, за свою семью. Стоя, вот так обнявшись, в гостиной Туан чувствует себя спокойно, будто нет никаких проблем. Югем дышит размерено и спокойно, стук его сердца действует, как гипноз на старшего, и он уплывает куда-то очень далеко. — Хен, мне надо собраться, — младший улыбается так ярко, что у Марка щемит в груди. ***** В аэропорту не очень много людей — ночные рейсы не так популярны, а тут еще плохие погодные условия. Слава Богу, метель, небывалая для Сеула, уже утихла: сейчас снег опускается на землю большими хлопьями. — Ты уверен, Югемми? — как последний рубеж перед стойкой к залу ожидания. — Я еще ни разу не видел моря, хен, — Туан улыбается и кивает, беря младшего за руку. ****** Море очень теплое. И лазурное, прямо как на картинках. Пока Югем, стоя по пояс в воде, с восхищением осматривает пляж и сам город, Марк плавает, наслаждаясь чувством умиротворения. Туан чувствует, что распадается на много-много маленьких и счастливых молекул и атомов. Младший что-то радостно вещает и немного брызгает водой. Туан возвращается в реальность, когда видит нависшего над собой второкурсника. Югем хитро улыбается, и старший насторожено делает попытку отплыть подальше, но Югем быстрее. Ким тянет Марка на себя и, подхватывая под спину, ставит в вертикальное положение. С волос стекает вода, и Туан жмурится. Югем убирает волосы старшего назад и ярко краснеет. Наклоняется вперед и неловко замирает перед чужими губами. Когда Югем от неловкости готов отстраниться, Марк обхватывает ладонями его лицо и прижимается солеными губами к чужим. Ким отвечает через пару секунд, обхватывает нижнюю губу Марка и несмело проводит языком по чужим губам, собирал соленые капли. Туан позволяет ему вести и просто следует за младшим, наслаждаясь чужим теплом и заботой. Когда губы начинает покалываем от соли и поцелуев Туан разрывает поцелуй и чмокает смущенного Югема в нос. С пляжа доносятся радостные голоса радиоведущих: — Итак, дорогие слушатели, сегодня в Сиднее 18 января, погода отличная: +27, море спокойное, ветер южный 3 метра в секунду. А мы желаем вам приятного..