Неисполняющий желания

Андромеда с лёгким ужасом взглянула на собственное отражение в зеркале. Под глазами залегли тени, кожа как-то посерела, остро выделились скулы, что ж - малая цена за чистый разум. Женщина продолжала пить все известные и доступные ей защитные зелья, хотя гости к ним больше не заглядывали. Дора сидела дома, вопреки своему шабутному характеру, практически ничего не делая. Просто сидела и ждала, видимо потому, что так ей сказал Аластор Грюм. Миссис Тонкс каждый раз вздрагивала и едва сдерживала вздох, когда ловила какой-то мутный и несфокусированный взгляд дочки. Андромеда втихаря подливала дочери нейтрализующие зелья, но они не работали. Значит, это ее не опоили, а кто-то хорошо потрудился над разумом молодой волшебницы. И это приводило Андромеду в злое отчаянное уныние. Если с зельями она могла бы еще что-то поделать, имея с юношества талант и склонность к этой направленности магии, то заклятья, особенно влияющие на разум, были для нее слишком незнакомой материей. Она готова была просить помощи хоть у самого дьявола, только даже это было невозможно. Она не сомневалась, что все ее письма проверяются самым тщательным образом. И опасалась, что не сможет в достаточной мере скрыть их содержимое. Стук в дверь раздался полной неожиданностью, Дора была на втором этаже и вряд ли услышала. Женщина поспешила в коридор, они никого не ждали. Но распахнулась дверь до того, как Тонкс успела даже дотянуться до ручки. Нервно оглядываясь и держа палочку в боевой позиции, порог переступил Риддл. - Где она? - Кто, - Андромеда чувствовала, как дрогнул ее голос. Она-то давно поверила, что Вольдеморт не имеет никакого отношения к смерти ее мужа. Но написать ему об этом не имела возможности, а в последнем письме и вовсе написала, что считает все их договоренности расторгнутыми, а к этому относилась и неприкосновенность, которую Лорд обещал в войне ее дочери. - Твоя сестра. Белла. Она была здесь? - Нет, я не видела ее с той встречи, когда она убедила меня встретиться с Вами. С рычанием Томас хватил кулаком по стене, разбивая костяшки в кровь и выбивая цементную крошку. - Простите, что-то случилось? И... И я не уверена, что здесь для вас безопасно. Еще несколько дней назад здесь кишела половина Аврората. Андромеда опустила голову, не важно, какие бы отношения у них ни были с сестрой, они были одной семьей. - Мистер Риддл, я бы хотела ошибиться, но они могли ждать ее, если Вы думаете, что она шла сюда, хотя я не представляю… - Грюм? - И Дамблдор, - кивнула Андромеда, сверху послышались шаги: - Мама? Что здесь происходит? Кто Вы? – Нимфадора спустилась с лестницы, привлеченная шумом, по рабочей привычке она сжимала в руке палочку. - Все хорошо, Дора. Опусти палочку. Сейчас же! – Андромеда чувствовала, как начинают трястись руки, женщина знала, если ее дочь поднимет палочку на Риддла – тот ответит. А учитывая нервное состояние Вольдеморта, это могло закончиться еще одной трагедией. А если Нимфадора догадается, с кем беседовала ее мать, то об этом тут же станет известно Аластору Грюму. И если сейчас миссис Тонкс надеялась, что повышенный интерес к их семье вызван лишь особым талантом Нимфадоры, которой Альбус хотел бы иметь при себе. Но если… Не в силах рисковать последним оставшимся родным человеком и давать ситуации заходить дальше, Меда выхватила палочку и послала оглушающее в дочь. Не ожидавшая такого от матери девушка лишь удивленно вскликнула, но не успела отреагировать. Риддл удивленно приподнял бровь, но понимающе кивнул и развернулся к выходу. И в этот момент слепое отчаяние захлестнуло женщину с головой, она поняла, что Риддл сейчас уйдет и все закончится для нее. Это звучало до отвращения абсурдно, но она поняла, что это ее последняя надежда. Темный Лорд Вольдеморт ее последняя надежда. - Прошу Вас, - женщина метнулась вперед и упала на колени, бросаясь в ноги Риддла. – Прошу Вас, моя дочь… - Андромеда!? Что Вы делаете? - Я прошу Вас о помощи, я умоляю Вас… Дора, моя Дора, они как-то подчинили ее себе, они околдовали ее. Прошу, помогите ей. Я.. Я сделаю все, что угодно! Я готова служить Вам… как, как моя сестра! – понимая, что остановиться она уже не сможет, волшебница протянула руки и схватилась за брюки Лорда, надеясь удержать его, уговорить. - Андромеда! – это было неожиданно, это было не к месту и не вовремя, но столь всепоглощающее отчаяние в глазах женщины просто прожгло его. Он помнил, какой она была на приеме, сдержанной, уверенной и гордой, сейчас от этого мало что осталось. И будь это кто-то другой, Том молча бы ушел, чужие трагедии мало его трогали, с головой хватало и своих, а в спасители он никогда не записывался. Но перед ним на коленях стояла дочь Сигнуса, дочь его покойного друга. И это было решающим. - Встаньте! – Томас практически силой поднял ее на ноги, но женщина, словно абсолютно промешавшись от отчаяния, тут же снова упала на пол. - Пожалуйста, спасите мою Дору, прошу вас… Прошу! Я буду так же отважна как сестра, буду лучше! - Андромеда! – Риддл практически рывком поднял ее за волосы. – Успокойся! – он подошел к оглушенной Нимфадоре и наложил на нее заклятье, на секунду все тело девушки словно покрылось розоватым коконом, но спустя несколько секунд это эффект исчез. – Это не позволит ей очнуться, пока не будут сняты все наложенные заклинания. Я пришлю своего человека. Задерживаться больше не было возможности, что-то внутри ныло как в предчувствии чего-то отвратительного. Он понимал, что Беллу поймали как рыбу на крючок, сыграв на ее едва ли не единственной слабости. ** Гарри проснулся от холода, камина в библиотеке не было, и зябкий почти зимний ветер прокрался сквозь большие окна. Юноша поежился, огляделся и увидел, что в помещении он был один. Поттер поднялся и направился к выходу, он уже почти подошел к холлу, когда услышал голоса. Юноша остановился и замер, пытаясь узнать голос Риддла, но это не получалось. Осторожно, молясь, чтобы ни одна старая половица не скрипнула, парень добрался до конца коридора и осторожно выглянул. В холле были Пожиратели, многих он узнал, хотя бы из газетных хроник, некоторых видел впервые. Риддла он не разглядел, опасаясь, что его могут заметить, юноша торопливо отступил назад и спрятался в небольшой нише. Отлично, в доме Пожиратели, Лорда, похоже, нет, у него самого нет палочки, а чтобы пройти в свою комнату ему необходимо пересечь холл и подняться по лестнице. Может что-то случилось? Или почему Томас не предупредил его о том, что будет собрание? Почем оставил его одного в библиотеке? Может ли он показываться на глаза слугам Вольдеморта и что от них ожидать, Гарри понятия не имел, поэтому предпочел забиться в свое ненадежное убежище и подождать, пока они уйдут. Должны же они уйти. Но слабость и истощенность давали о себе знать, и молодой человек вскоре заснул, привалившись спиной к стене. - Хэй, - проснулся он от того, что его похлопывали по щеке. – Подъем, спящий красавец. Гарри едва не закричал от неожиданности и отшатнулся назад, прикладываясь затылком о стену, перед ним был Антонин Долохов, буквально в полушаге, он сидел на корточках и усмехался. - Что тебе здесь нужно? - Мне? – Антонин снова усмехнулся. – Я шел в уборную, это ты сладко спал в углу. Тебе так удобно? - Более чем, - юноша попытался отстраниться подальше, но просочиться сквозь стену как призрак все же не мог и нервничал все сильнее с каждой секундой, хотя Пожиратель вроде бы не делал ничего угрожающего. Но было страшно. – Я просто подожду здесь, пока вы уйдете, не хочу никого беспокоить... - Вставай, - мужчина поднялся сам и протянул ему руку. Не находя ни одной мало-мальски убедительной причины, чтобы отказаться, Гарри ухватился за протянутую руку. Он почувствовал, как Пожиратель крепко сжал его пальцы и оттолкнул назад к стене, а потом приблизился практически вплотную, упирая свободную руку в стену около головы юноши, и наклонился к нему. – Хватит бояться. Он не любит трусов. Ответить Гарри не успел, не успел даже придумать ответ, как Пожиратель крепко ухватил его под локоть и повел в сторону гостиной, парень чувствовал, что ноги словно становятся ватными с каждым шагом, еще немного, и он начнет позорно спотыкаться на ровном месте. Сердце бухало так, что кровь набатом стучала в висках и все убеждения, что ему ничего не угрожает, что он под защитой Лорда, действовали слабо. - Джентльмены, мы невольно помешали этому юноше пройти к себе, - все присутствующие обернулись к нему. Гарри почувствовал, как у него затряслись поджилки, он был один в комнате с почти тремя десятками волшебников, на него были направлены какие-то злые, встревоженные, обеспокоенные взгляды. Пока Долохов вел его через помещение, эти взгляды сопровождали его, парню казалось, что они прилипали к нему. Около лестницы стоял, опираясь на перила, Люциус Малфой и нервно крутил в руках свою трость. Рабастан Лестрейндж пересек комнату и подошел к ним: - Тони! Тебе не кажется, что сейчас не время для шуток!? - Мне кажется, сейчас еще не время умирать. Было видно, что Рабастан хотел что-то ответить, но в один миг побледнел, схватился правой рукой за левое предплечье и, пожав плечами, практически бегом направился к выходу. По комнате будто прокатилась волна шепота. - Проходите, Мистер Поттер, не думаю, что вам следует тут задерживаться, - Люциус указал рукой на лестницу. Гарри торопливо кивнул головой и стал подниматься по ступенькам, почувствовав, как блондин хлопнул его по спине, не то ободряюще, не то, прося ускориться. - Для кого это не новость? – обвел взглядом своих друзей Антонин. - Думаю, это никого из нас не касается. - Я бы тоже не лез, - Джагсон поддернул воротник и снова уставился в огонь. - Да бросьте вы! – Антонин развел руками. – Плевать, конечно, но никто не замечает, что он чем-то похож на Себи Вагнера? - Давайте действительно не загружать себе головы! Пока хотелось бы реально не сдохнуть во всей этой круговерти! Еще несколько ничего не значащих фраз и снова воцарилось угрюмое молчание, каждый думал о своем. О том, насколько они все рискуют и как бы они временами ни грызлись, не ссорились, но все равно их связывали узы столь же прочные, как и родственные, даже прочнее. Это было общее волнение, общее напряжение. Люциус задумчиво смотрел вслед ушедшему Поттеру, приходя в некий ужас от того, что этот парень ровесник его сына и поражаясь, насколько же он сильнее Драко в моральном плане. ** Первой вернулась боль, как же хотелось снова потерять сознание и ничего не чувствовать. Она лежала и не шевелилась, стараясь даже дышать как можно тише и поверхностней, чтобы никто по возможности не заметил, что она снова в сознании. Белла чувствовала, как болят разбитые губы, как противной сохнущей коркой засыхает кровь и сперма на бедрах, как окончательно занемели стянутые руки и самое пугающее – пустоту внутри, там, где раньше всегда вторым живым сердцем пульсировало магическое ядро, то, что делало ее волшебницей. Сознание неумолимо возвращалось, Беллатрикс поняла, что лежит на все том же холодном бетонном полу, который отвратительно царапал и без того израненную кожу, которую мало прикрывали остатки порванного платья и мантии. Она смутно помнила как в нее вливал какие-то зелья, и все-таки допрашивали, после многочисленных круциатусов, после того как она дважды теряла сознание. О чем? Она плохо помнила. До нее доносились какие-то обрывки разговоров, она напрягала слух, чтобы расслышать как можно больше. Она понимала, что это важно, это крайне важно! Она должна запомнить, должна сказать, удержать… - Надо закругляться, - Аластор Грюм вошел в комнату отчаянно хромая. – Ребята не придут, непредвиденные обстоятельства. Надо менять план. - Нет! Это уникальный шанс. Мы готовились! - Сынок, я видел, как он расправляется с моими людьми, я видел, как моих людей разрывало на части, как они захлебываются своей кровью, как неизвестные мне проклятья поражают их прямо посреди заседаний, подкашивают на месте. Нас десятерых он разметает в ярости. - Тогда забираем ее, разберемся и сделаем все по плану! – голос Пирса срывался, и это помогало удерживать концентрацию внимания. – Нельзя надеяться, что…. Нельзя! Это такая удача! Да вы что не понимаете, я ждал этого, я так этого ждал! - Ты слишком эмоционален! – Грюм закашлялся. – Это будет ошибкой. Мы должны быть уверены в своих шагах. Ты же понимаешь, что она не проживет и суток. Мы просто оставим ему подсказку, кого надо благодарить за состояние его любимой собачонки и будем готовы к его появлению, - раздался удаляющийся стук трости. - Добей эту сучку, или дай мне, - тот самый ублюдок, который сломал ей ребро, навалившись сверху. - Нет. Если она будет мертва, неизвестно, когда ее найдут, поисковые заклинания работают на живые объекты куда лучше. И я хочу, чтобы ее любовник увидел ее смерть, раз уж смерть Вагнера он пропустил. Уходим и снимаем защитные заклятья. Белла попыталась незаметно повернуть голову, но новая волна боли захлестнула, унося ясность сознания. ** Он не знал, какая это было попытка. Он перемещался столько, что уже кружилась голова, не находя зацепок. За ним уже тянулся хвост из нескольких трупов, только результата не было. Злое отчаяние и съедающее изнутри беспокойство накатывали с каждым мигом все сильней, он даже не отдал уточняющих указаний своим людям, в глубине души не веря, что они действительно смогут помочь в поисках. Только Рабастана направил к Тонксам, велев проводить их к Малфоям, уверенный, что Нарцисса позаботится о сестре и племяннице. В очередной раз он кинул поисковое заклятье, скорее по инерции, чем веря, что оно сработает и получил слабый отклик. Огромное усилие потребовалось, чтобы в тот же миг не трансгрессировать туда. Но сдержался, для начала накинув на себя необходимые защитные и скрывающие заклинания, подновил ослабшие старые и сдвинул координаты на несколько десятков метров, как и всегда предпочитая подходить к самой цели пешком. Так проще не попасть в засаду, проверить все. Он чувствовал скрывающую магию, которая еще недавно была здесь, с непередаваемым отвращением узнал магическую подпись Грозного Глаза. На самом краю сознания Вольдеморт понимал, что это может быть ловушкой, несмотря на все проверки, что это опрометчиво и недопустимо. Но когда он увидел свою Беллатрикс, лежащую в крови на полу, то не смог ничего поделать и бросился к ней. - Белл! Ну же, Белл, - мужчина осторожно приподнял ее голову, отводя с лица слипшиеся окровавленные пряди волос. – Белла! - Том… - она с трудом разлепила окровавленные губы, она помнила, что должна сказать ему что-то очень важное, что-то, что услышала.… Только вот никак не удавалось сформировать мысль, дрожащими пальцами она легонько сжала его руку и снова потеряла сознание. ** Рудольфус раздосадовано забросил свою трость в угол, но не перестал мерять шагами малую гостиную, теперь безбожно хромая и припадая на больную ногу. Вольдеморта это бесило уже не на шутку, но не сказал и слова, понимая его состояние. Да, черт возьми, он сам готов был хоть выть на луну, хоть ломать кости голыми руками, если бы это хоть как-то могло помочь. - Как они вообще до нее добрались!? Как догадались, что она туда пойдет!? - Она выдала себя, - больше по инерции откликнулся Томас. – В Отделе Тайн. Белл, как и я, всегда предпочитает убивать противника, но дочь Андромеды она только вывела из строя, дав понять, что та ей не безразлична. Бердис был в комнате уже полтора часа, и это были полтора часа ужаса, неопределенности и злости, которую некуда было выплеснуть. Легкий скрип двери прозвучал как настоящий взрыв, оба мужчины как по команде обернулись к медику. - Как она? - Здравствуйте Рудольфус, - Бен кивнул Лестрейнджу, и повернулся к Лорду: - Мистер Риддл, я хотел бы сказать вам что-то другое, но, увы. Я могу напоить ее всеми моими исцеляющими зельями, но этого будет мало. Магическое истощение, столь сильное, что я не встречал такого. Может быть, она протянет еще день, но при всем моем мастерстве я не могу ничего делать, если только не поместить ее в Мунго, хотя и это едва ли даст больше пары дней. Том почувствовал как на миг глаза заволокла темная пелена, слышал как взвыл Рудольфус, судя по звуку падая на пол, затем он вдохнул, практически чувствуя как воздух царапает его горло, понимая, что эта не та правда, которую он примет. Не та, которой он позволит свершиться, даже если ему придется поставить магический мир с ног на голову за один день. - Она не может умереть, - это было самое глупое, что он мог сказать, он чувствовал себя упертым ребенком, отказывающимся признавать существующую реальность, но ничего не мог с собой поделать. - Истощение, мистер Риддл. Ее пытали, несколько суток, магия помогла ей выдержать это, но она не безгранична, резерв исчерпан. Вы понимаете, что когда внутренняя магия иссекает, начинается та черта, после которой обратно не вернуться. - Так все дело только в истощении!? - По сути, лечебные заклятья и зелья призваны помогать направить магические потоки самого волшебника должным образом, а тут нечего перенаправлять. Если бы раны Миссис Лестрейндж были не столь многочисленны и серьезны, и у нее было бы время оправиться от истощения... - Бен скорбно замолчал. - Истощение лечится. - Не такое сильное, не так быстро как необходимо. - Бердис, ты знаешь, о чем я говорю. - Сэр, - медик нервно сглотнул. – Ритуал магического донорства относится к запретным, вы должны знать, что этот запрет введен недавно, и за ним ведется серьезное наблюдение! Если кому-то станет известно, что я его проводил меня лишат лицензии, а если узнают, для кого… Да и риск… - Бен, если бы я сам мог это сделать, то ты был бы мне не нужен, но я не медик! И послушай меня! – Томас подошел почти вплотную и взял Бердиса за грудки. – Спаси ее. И я дам тебе столько золота, что ты сможешь им хоть срать! - Мне… Мне понадобятся редкие ингредиенты, - Бен поправил помятую мантию. Лорд знал, что не просчитался, Бердис был крайне корыстен, при всех своих положительных качествах, впрочем, если задумайся, при особенностях их сотрудничества, и это можно было назвать положительным качеством. - Ты получишь все необходимое, просто напиши и в течение получаса все будет! - И донор, кто-то должен добровольно согласиться отдать часть своей магической силы. Не в смысле ядра или потенциала, а просто магического резерва. И это своеобразный риск… - Я ее муж! Я буду донором, - Рудольфус впервые вмешался в разговор, выступая из угла. - При всем уважении, Мистер Лестрейндж, зелья, которые я даю вам для лечения колена, перенаправляют ваши магические потоки, вы не можете быть донором. - Милорд, прошу Вас, призовите кого-то, если Вы попросите, то никто из наших не откажется! - Не стоит, я сам буду донором. - Мистер Риддл, - Бен, кажется, подавился воздухом от неожиданности. Да что там, Томас и сам несколько минут назад не знал, что произнесет это. Но как только слова сорвались с языка, он понял, что это было самое верное решение. Он многим обязан Белле, и это меньшее, чем он мог отплатить за все горести, которые принес ей. – Вы понимаете, что это ослабит Вас на какое-то время, в значительной мере? И это не пара часов, а вероятней всего неделя или около того… - Значит, посажу самого себя под домашний арест, пока не восстановлюсь. - Мой Лорд, это слишком рискованно! Вы не обязаны… - Руди, ты в той комнате не единственный человек, кому дорога Белла, - отсек все дальнейшие осуждения Вольдеморт. – Бен, сколько тебе понадобиться времени для подготовки? - Часа три. Том кивнул и вышел. ** - Гарри, – он вошел в комнату к юноше, понимая, что хоть что-то, но должен пояснить ему. - Наконец-то, - парень облегченно выдохнул и практически кинулся ему навстречу. – Я боялся, что с тобой что-то случилось! Я проснулся один в библиотеке, в доме Пожиратели… - Мальчишка, - прошептал Риддл, притягивая парня к себе, целуя его в затылок. Это было так непривычно, наивно, что кто-то так лично заботится о нем, беспокоится. Это было приятно. Он приподнял голову юноши за подбородок, заглянул ему в глаза и понял все. Что ж, другого нельзя было и ожидать, глупый и наивный, и конечно влюбившийся. Может так и лучше. Он не против. - Что-то же произошло? После того, что ты рассказал мне о Грозном Глазе Грюме, я все время нервничаю, мне кажется, что рядом опасность, что она нависла как огромная низкая грозовая туча. Расскажи мне… - юноша прижался к его груди, обхватывая руками за талию. - Без Грюма тут не обошлось, к сожалению,… Он добрался до Беллы… - Беллатрикс Лестрейндж? - Да, я знаю, что у тебя с ней связаны не лучшие воспоминания, но для меня она очень дорогой и близкий человек. И я понятия не имею, зачем тебе все это рассказываю. - Она убила Сириуса, - юноша отошел от Риддла и сел на кровать, низко опуская голову. - Она не убивала Блэка. - Том! – юноша издал что-то среднее между всхлипом и смешком. – Я готов поверить, что Альбус Дамблдор приложил руку к гибели моих родителей, что половина тех, кого я знаю или наивные глупцы или бессовестные интриганы, я готов принять, что для всех, кому я верил, я сам лишь свинья, которую растили на убой. Но там я был. Я все видел своими глазами! Я был, а ты нет… - Гарри, - Том сел рядом с гриффиндорцем, кладя руку ему на плечо. - Тебе хочется найти виновного, хочется все упростить. Но скажи мне, что ты видел? - Что? Я видел, как Сириус падает в Арку, пораженный ее заклятьем! - А что это было за заклятье? - Какая разница!? - Это был зеленый луч? Это была Авада? - Нет… - Поттер нахмурился, пытаясь понять, к чему ведет мужчина. Ту роковую битву в Министерстве он помнил до мельчайших подробностей, недаром же она столько месяцев мучала его в кошмарах. – Красный. Оглушающее. - Когда ты оглушаешь человека, как он падает? - Да откуда я знаю!? По-разному… - Я не говорю, что это было умно или безукоризненно, но Белла хотела лишь оглушить своего кузена, обезопасив его таким образом, она не рассчитала, попав заклятьем чуть ниже, чем нужно и он упал назад. В Арку, - на несколько секунд воцарилось молчание, а потом Томас заговорил вновь. – Тебе это может показаться странным, но она любила его, они были одной семьей. Это многое значит. Это был несчастный случай, и Белл было крайне тяжело осознавать, что она стала его причиной. - И что мне теперь!?- Гарри нервно взмахнул руками. – Простить ей все грехи прошлого и стать лучшими друзьями!? - Нет, но тебе придется принять, что она - важная часть моей жизни, не более того. Гарри глубоко вдохнул, собираясь выдать очередную тираду, но взглянул в синие глаза Томаса и понял – не стоит. В этот миг он понимал чувства мужчины и даже чуть завидовал, ему хотелось, чтобы когда-нибудь он был так же важен для Лорда, чтобы о нем так же беспокоились. И то, что Лорд в принципе был способен на такие эмоции давало необъяснимую надежду. И личная ненависть его к Беллатрикс тут не имела ценности, значения. - Ты пришел, чтобы рассказать мне об этом? - Почти. Ее серьезно ранили, ей нужна моя помощь. На какое-то время она останется в доме, Рудольфус, вероятно, тоже. Ты должен знать об этом. И скорее всего у меня не будет времени на твои тренировки, не в таком объеме точно. - Хорошо. Да, я понимаю, - Гарри закусил губу и кивнул. А что еще ему оставалось? Только подчиняться. - Молодец. У меня пара часов. Если ты хочешь о чем-то спросить, то сейчас, я не знаю когда буду свободен потом… Гарри посмотрел на Лорда, он видел, что тот устал, практически измотан. Конечно же, у него была сотня вопросов, но это было слишком эгоистично изматывать мужчину еще больше, да и не было ничего, что не могло бы подождать несколько дней. - Просто побудь со мной, - Гарри подался к Тому, обхватывая руками за шею. И утыкаясь носом в грудь.