Под знаменем феникса

Рил и Эжен, Зак и Ди. Эжен сидел за столом в небольшой, но уютной кухне, когда к нему с осторожностью подсел Рил и неуверенно обнял пальцами его холодную руку. Глаза вампира искрились непередаваемой нежностью в тот момент, когда он имел возможность касаться бархатной кожи рыжеволосого юноши, вопреки тому, что Эжену он был, откровенно говоря, безразличен. - Ну, и чего тебе? – равнодушно бросил рыжик, одёрнув ладонь и пренебрежительно фыркнув. Отчего-то пальцы Рила были тёплыми, что категорически несвойственно вампирам. Это насторожило Короля. - Просто хотел тебя увидеть. – Кратко отвечает парень, начав отвлечённо насвистывать мотивы какой-то замысловатой песенки. Неловкое молчание затягивалось, и никому особо не хотелось его нарушать. Ожидание было томительным, а Ди уже битый час собирался в дорогу. Рил поначалу хотел расспросить дядю про его жизнь и всё прочее, но учёный выпроводил племянника за дверь, убедительно попросив не мешать, поэтому юноша и отправился к предмету своих воздыханий. Глубоко в душе вампир знал, что на взаимность от столь гордого и неприступного парня рассчитывать нельзя, но всё же он не мог с собой ничего поделать. Немного высокомерный взгляд изумрудных глаз зачаровывал, приковывал к себе, не давая возможности даже спокойно вздохнуть, но он был холоден, как вековая сталь, пролежавшая во льдах. Застывшее в груди сердце Рила, неспособное чувствовать, казалось, пропускало удар, когда рыжик находился рядом. - Не смотри на меня, как на языческую статую. Ещё не хватало, чтобы ты молиться на меня начал. – Тяжело вздохнув, Эжен поднялся с насиженного места, но его резко схватили за руку и усадили обратно. – Совсем страх потерял?! - Потерял. – Горько улыбнувшись, Рил пододвинулся поближе к вампиру и начал вкрадчиво шептать, частенько оглядываясь по сторонам: - Разве тебе не понравилось? Той ночью ты был настолько близко… В сознании Рила действительно всплыла эта картина светлой, точно ясный день, ночи, скрывшей два разгорячённых тела в своих нежных объятиях. Звёзды в тот час были подозрительно благосклонны, алкоголь не успел до вечера иссякнуть в организме, поэтому моменты были настолько сладкими, а действия смелыми. Но приятного дурмана было не столь много, поэтому оба помнили всё в мельчайших подробностях, только вот если Рил отчаянно пытался запомнить каждое мимолётное мгновение той ночи, то Эжен старался забыть это, как страшный сон. - Ч-чёрт, да отвали ты от меня!! – грозно огрызается Король, после чего со всей дури ударяет назойливого воздыхателя по лицу, отчего Рил падает на пол и начинает рычать. Не от боли. От досады. Сорвавшись с места, вампир придавливает Эжена к стене, не позволяя и пальцем пошевелить. Его лицо оказывается совсем близко к лицу рыжика, губы почти касаются вожделенных уст, но внезапно на плечо ложится тяжёлая рука, и Рила нагло отшвыривают в противоположную стену. Захрипев от недовольства и растерянности, вампир вскакивает на ноги, но его нагло заваливают на пол. Когда взгляд, наконец, фокусируется на лице неприятеля, Рил понимает, что это Зак. Его сильные руки прижимают наглеца за плечи к деревянным половицам, лишая возможности выскользнуть из цепкого захвата. - Наконец-то, а то я уж думал тебя повесить за то, что где-то шляешься. – Хмыкает Король, подойдя к своему другу со спины и собственнически устроив руку на его широком плече. - Кто же тогда будет от тебя извращенцев отгонять, Ваше Величество, м? – лукавая ухмылка искажает губы воина в своеобразном оскале. Он игриво проводит кончиком языка по белоснежному клыку, не сводя испытывающего, немного прищуренного взора с Рила, распластавшегося под ним на полу. - Пф… ладно, пойду прогуляюсь. – Отмахивается рыжик, а потом, облизнувшись, добавляет: - Можешь делать с ним всё, что хочешь. Услышав это, Рил начал активно сопротивляться и пытаться отпихнуть от себя воина, но попытки были тщетными. Обида и какая-то безнадёга вмиг обвили горло невидимой удавкой, и вампир закашлялся, быстро отвернув голову в сторону, чтобы не видеть этих нагло сверкающих алых глаз. Рил был влюблён. Безнадёжно влюблён в вампира, который ни за что не проявит к нему и толику нежности. Казалось, что его сердце такое холодное, сам он эгоистичный и бездушный, но в ту ночь Рил видел эти безумные огоньки в его пронзительных зелёных глазах. Эжен так старательно скрывает свою душу, которая наверняка ранимая и чуткая, поэтому робко прячется под коркой безразличия и холода. Пока Рил размышлял, он не заметил, как в собственных очах блеснули предательские слёзы. Закери заметил эти сверкающие капельки в рубиновых глазах юноши и провёл ладонью по его щеке, привлекая внимание. Испуганный взор устремился на воина, а затем парень быстро скрыл глаза за чёлкой и тщетно дёрнулся вперёд, пытаясь освободиться, но руки Закери надёжно удерживали его в таком неудобном положении. - Советую забыть про него, как про страшный сон. Уж поверь мне, с тобой он никогда не будет, как и со мной и с кем-либо ещё. – Усмехнулся Зак, поймав ладонью подбородок Рила и насильно повернув голову юноши к себе. – Ему нравится свобода. Он как птица, которая, однажды побывав в клетке, решила стать независимой. А тебе я советую не путать физическое влечение с какими-то высокими чувствами. Слова воина больно врезались в сознание вампира, отчего он бессильно откинул голову назад, а руками обвил шею нависающего над ним Зака. Горечь и некая детская обида подступали комом к горлу юноши, из-за чего ему хотелось, чтобы хоть кто-то оказался рядом, а Закери быстро понял это и опасливо приобнял вампира, что привело того в лёгкий шок. - Т-ты… - Рил попытался что-то произнести, но голос был вероломно тих и дрожал, как осиновый листок. - Тссс… - Воин расплывается в довольной улыбке, когда он прислоняет палец к чуть приоткрытым пухлым губам вампира. – Тебе нужно отвлечься, забыться, чтобы избавиться от этой боли. Неприятно, но придётся потерпеть. – В это время его руки уже ловко расстёгивали фигурные посеребрённые застёжки на мрачно-чёрном жилете, обнажали бледную, часто вздымающуюся грудь. Губы касались красиво изогнутой шейки, вызывая трепетную дрожь во всём теле Рила. - П-перестань… - выдавил из себя юноша, вцепившись пальцами в плечи Зака и с силой сжав их до хруста костяшек в собственных пальцах. Рил нервно сглатывает накопившуюся во рту слюну, когда с ужасом понимает, что умелые ласки парня возбуждают его, зарождают внизу живота обжигающий огонёк, приятной истомой растекающийся по всему разомлевшему телу. Уже обнажённому телу. - Успокойся, я не сделаю больно. – Заверяет Зак, окинув беглым взглядом нагое тело юноши с тёмноволосой макушки до почти возбуждённого члена. Рил закусывает нижнюю губу, когда волна мурашек быстро пробегается по его спине вдоль хребта и тает где-то на копчике, оставаясь неприятным шлейфом из «гусиной» кожи. Руки безвольно обнимают шею воина, притягивая его ближе. Ноги, согнутые в коленях, сжимают бёдра вампира, не позволяя тому отстраниться, а Зак и не стремится отдалиться от разгорячённого, трепещущего в его объятиях тела. Жар неприятно разливается по всему телу, напряжение стучит в висках, но на губах воина мерцает лишь улыбка и хитрый блеск в чуть сощуренных, будто от яркого света, глазах. Руки бережно, почти ласково гладят бока и узкие бёдра любовника, разводят его колени в стороны, открывая больше пространства для активных и развратных действий, а Рил не силится сдвинуть их – послушной куклой лежит, издавая частые и судорожные вздохи, или же иногда позволяет себе сладкий, но придушенный стон. Гадко. Отвратно от ощущения того, что он отдаётся первому подвернувшемуся под руку вампиру, коим оказался Закери. Мёртвое сердце ныло от горького отчаяния и осознания, но тело в это время упивалось обходительными ласками, подаваясь навстречу этим прытким рукам, блуждающим по всему стану; губам, оставляющим влажные поцелуи на бархатной коже. - О, да я ещё и буду твоим первым мужчиной, да? – донёсся, как сквозь вату, до Рила голос Зака. Вампир приоткрыл глаза, затуманенным от возбуждения взглядом посмотрел на пленителя, а затем неуверенно кивнул, плотно зажмурившись и наконец почувствовав дискомфорт от проникновения влажного пальца. – Хм, а ты не говорил, что ты девственник, и к тому же полукровка. - Что?! – резко взвизгивает Рил, подавшись вперёд, но его нагло заваливают обратно, надавив на грудную клетку с такой силой, что, казалось, кость треснула и больно кольнула кожу. - Наполовину человек, да? – тем временем продолжал Зак, проталкивая в девственное отверстие второй палец, который проникал уже с трудом, так как юноша сжимался, сверля любовника злым взглядом исподлобья. – Ну, думаю, ты спросишь, как я узнал, что ты у нас с грязной кровью. По запаху. Странно, что Эжен этого не заметил… - И-идиот… - буркнул Рил, но голос дрогнул, когда совсем близко оказалось лицо вампира. Он в отличие от Рила был обнажён лишь частично: штаны даже не приспущены, а вот рубашка расстёгнута, но не скинута в сторону, где покоится горка одежды Рила. Обдав горячим дыханием дрожащие губы полукровки, Зак ненавязчиво склоняет его голову вниз, заставляя посмотреть на то, как в него проникают уже три пальца. Резко, грубо и быстро, отчего вампир дёргается и скулит, пытаясь прижаться к груди воина, но он непреклонен. Когда широкая ладонь перестаёт сжимать волосы парня, тот шумно выдыхает, уткнувшись носом в плечо своего мучителя. Возбуждение становится невыносимым, налитый кровью член Рила трётся о торс Закери, а тот рычит, ускоренно растягивая полукровку. - З-зак… - срывается с губ юноши, когда он вцепляется зубами в ворот рубашки союзника и похотливо раздвигает ноги, требуя, наконец, прекратить его мучения. Закери криво ухмыляется, блистая одной из излюбленных надменных полуулыбок, а затем вынимает пальцы из горячего нутра юноши и хватает того за подбородок. Холод пальцев на лице отрезвляет, и Рил немного недоумённо смотрит на мучителя. - Ты же не думаешь, что я буду делать всё за тебя? – пренебрежительно фыркает вампир, но полукровка до сих пор не понимает, к чему он клонит. Его разум затуманен, тело изнывает от томительной муки. Немного подумав, Рил встаёт на четвереньки и неуверенно касается кончиком языка выпирающего бугорка в штанах вампира, слыша в ответ на это одобрительный полустон-полурык. Ещё мгновение, и дрожащие пальцы парня уже обхватывают основание внушительного члена, в то время как губы охватывают разгорячённый ствол, медленно, но старательно скользя по всей поверхности. Внутри разгорается пожар, и Рил понимает, что это немного не то, что он чувствовал в ту злополучную и, по странному стечению обстоятельств, в самую счастливую ночь в его жизни, проведённую с Эженом. - Хороший мальчик… - Вновь неизменная улыбка расплывается на губах Зака, а Рил этого не замечает, увлечённый своим занятием. Внезапно его резко дёргают на себя и требовательно целуют, он не противится, крепко обнимает шею воина, усевшись ему на колени. Губы сливаются в сладком поцелуе, но это лишь отвлекающий манёвр. В следующую секунду в разомлевшее от прикосновений тело Рила вторгается возбуждённая плоть вампира, и полукровка скулит в губы парня, но отстраниться не решается. Мгновение. Крик утопает в окружающей тишине. Ему было так жарко, что, казалось, тело не выдержит накала и сгорит в безудержном огне. Полукровка повиновался странному наваждению, быстро и активно насаживаясь на член Закери, позволяя ему проникать так глубоко, что весь стан пронзала дрожь и едва ощутимые разряды тока. Руки крепко стискивали плечи воина, с губ срывались протяжные, на грани боли и удовольствия, крика и вздоха, крики блаженства. С каждым толчком, достигающим чувствительной точки, внутри всё умирало и возрождалось. Ощущения были настолько чёткими, но всё туманно. Противоречивость забавляла. И лишь всепоглощающий жар и одновременный леденящий холод желанного в это мгновение тела. Зак ухмылялся, удерживая извивающееся в агонии в его объятиях тело, не позволяя юноше упасть на пол. С уст Рила срывались какие-то безумные фразочки, имя вампира, невнятные призывы, но воин благополучно пропускал всё мимо ушей, пока не почувствовал приближение оргазма. Юноша прыгал на нём так быстро и самоотверженно, так сильно сжимал его, а частыми стонами ласкал слух, что долго это продолжаться не могло. Вспышка. Яркая, почти ослепляющая. В глазах Рила всё побелело, сладострастная нега разлилась по стану язычками пламени, каждая клеточка тела содрогнулась, а жемчужные брызги спермы выплеснулись на и без того бледную кожу Зака. Руки Рила ослабли, он почти повис в объятиях любовника, прижавшись к его груди и устало опустив голову. Движения уже были не такими быстрыми, теперь Зак самостоятельно направлял вампира, держа его за бёдра цепкой хваткой. Спустя несколько глубоких толчков, он излился глубоко внутри парня, наполняя его своей горячей спермой. Ухмылка скользнула по губам Закери, когда он понял, что за ними всё это время наблюдали. Рил же был погружён в томный плен своих опьяняющий ощущений, оргазм до сих пор пылал в его теле, он дрожал и, казалось, мурчал, жавшись к широкой груди воина. Ему было так хорошо, так спокойно. Он был желанным. Ди стоял в дверях. Его лицо было мрачным, а в душе боролось отвращение и ревность. Племянник не мог его видеть, а вот Зак вовсю улыбался, демонстративно покрывая поцелуями плечико вампира, отчего он едва слышно постанывал даже сейчас. Сжав кулаки, учёный собрался уходить, но быстро передумал и громко прокашлялся. Рил вскрикнул приглушённо, ведь горло охрипло от криков. Парень сорвался с колен любовника и принялся дрожащими руками натягивать одежду. Закери же спокойно застегнул штаны и скрестил руки на груди, ладонью довольно небрежно стерев сперму Рила и слизав её с пальцев. - И что это было? – голос Ди был холоден и твёрд, как сталь, а взгляд рубиновых глаз колючий и уничтожающий. - Ну, тебе рассказать теорию пестиков и тычинок? – издевательски хихикнул Зак, покосившись на краснеющего Рила, который вроде бы хотел его обнять, но в то же время понимал, что его просто отымели без каких-либо чувств и обязательств. - Мы уходим. – Кратко бросил бывший Маршал, отвернувшись и выйдя из комнаты. Что происходило в голове Ди - неизвестно, но лицо его не выражало эмоций, лишь глаза сверкали от иступленной ненависти, а сжатые до побеления кулаки от ревности чесались нанести сокрушительный удар по лицу виновника всех его проблем. Как только Ди скрылся за одной из дверей, Рил неуверенно приблизился к Заку, а тот схватил его за руку и дёрнул на себя. Вампир удивлённо распахнул глаза, но прижался щекой к обнажённой груди воина. Мысли в его голове в это время метались испуганной стайкой. - Какой у тебя правильный дядя, что аж тошно. В мыслях Закери уже зарождалось желание провести ещё несколько подобных демонстраций. Ему нравилось ловить на себе этот исполненный злобой взгляд глубоких кроваво-красных глаз Ди. Это заставляло воспоминания вспыхнуть в его голове, ведь этот надменный, но такой слабый и падкий на нежность вампир вызывал у него искренний интерес, нежели его племянничек-полукровка.