Обрывки жизни в Долине

      Бараш бежал по сочно-зелёной полянке, усыпанной ласковыми и приветливыми цветочками-ромашками. Сегодня у него появилась одна очень хорошая цель, вовсе не связанная с привычным творчеством, но вполне себе лежащая в области искусства общения. Привычку здороваться выработать никак не получалось, и Бараш устремился к тому, чтобы её, проклятую, наконец натренировать. Солнце светило достаточно ярко, как бы подавая зелёный свет барашку. Только жёлтый.       Дорога была длинной. Поздороваться Бараш хотел не абы с кем, а с самим чемпионом Долины по прыжкам в длину, высоту, ширину, долготу… С Крошем, в общем. Он вообще-то с Ёжиком больше общался, но ведь и Бараша удостоит своим вниманием, правда?       Домик Кроша уже виднелся. Сам хозяин сидел на очередной розовой скамейке на крыльце, что располагалось на втором этаже, и стучал лапками по некой интересной штуке. Крош крутил ручку, штука жужжала и высовывала белый бумажный язык, по которому, насколько мог разглядеть Бараш, стоя снизу, бежали какие-то жучки.       Штука, право же, любопытная! Но хотелось бы, чтобы Крош отвлёкся. Бараш вздохнул и произнёс, наконец, заветное:       — Привет.       Он улыбнулся как можно шире и добродушнее, чтобы по изгибу его губ Крош догадался обо всех хороших мыслях, переполнявших барашеву голову.       — Подожди, Бараш. Некогда, — беззлобно, но деловито ответил кролик. Занимательная, видно, штука эта, ох занимательная!       «Штука» звалась телеграфом, а выдавал такие лично мастер Пин. Бараш, не теряя ни минуты, поспешил к его ангару. Раз Крошу больше нравилось не слышать «Привет», а читать, Бараш его своими письменными приветами обеспечит. Писать он умеет, можете не сомневаться! Однажды целую поэму сочинил и вывел чуть-чуть корявым почерком.       Днём и ночью строчил барашек свои сообщения для кролика. Читал ли их тот — неизвестно. Выйти из дома и убедиться в этом Бараш не додумывался. Он искренне верил, что Крошу приятно получать его послания.       Трагедия случилась одним утром, когда Бараш обнаружил ставший родным телеграф в ужасном состоянии: помятый, покорёженный, какие-то детальки отвалились… Бараш понёс скорее своего друга на починку к Пину, но там уже собрались такие же несчастные, потерявшие бесценные средства для общения на расстоянии. Кроша среди них не было, но Пин немного успокоил, сообщив, что у того телеграф сломался ещё раньше.       — Я столько всего не успел сказать, — бесцветно произнёс Бараш, уже мирясь с мыслью о потере телеграфа.       Но Карыч, Карыч всех спас! Он подарил надежду на то, что общение не прекратится, а станет ещё лучше. Ведь куда приятнее не просто читать сухие фразы из буковок-жучков, а слышать их и говорить такие же приятные слова собеседнику. Смотреть в глаза, пожимать лапу… Ах, прекрасно! И как они могли забыть об этом!       Не жалко ведь потратить время, чтобы дойти до дома Кроша и сказать «Привет» ему лично.