Обрывки жизни в Долине

      Пин уже устал от холодных равнодушных железяк. Ему хотелось чего-то мягкого, тёплого, чувствительного. Вот только где его найдёшь?       Он взглянул на свитер Лосяша и заказал у Совуньи такой же.       — Тебе с распорядком дня или без? — уточнила она.       — Да без разница, — ответил Пин. Он же на свитер не смотреть собирался.       Нет, не грела одежда. Как ни крути. Нет в ней жизни. Что же делать?       Мимо проходил как всегда угрюмый Бараш. Взглянул на него Пин и понял: вот где пушистость-шелковистость, нежность и прелесть! Захотелось ему Бараша обнять — да только как подступиться?       — Вдохновенья больше нет… и не будет никогда. Проживи хоть тыщщу лет!.. — унылым голосом декламировал поэт на ходу.       — Guten Abend! — слегка смущённо поприветствовал Пин.       — И тебе, — Бараш криво усмехнулся, — не хворать, — ответил он, хоть ему и сказали «Добрый вечер!», а вовсе не «Здравствуй!»       — Куда идёшь? — спросил Пин, лишь бы продолжить разговор.       — Да так, — отмахнулся Бараш. — Никуда. Можно даже сказать — в пустоту небытия.       Какие милые выражения!       — Ja, ja, понимать… Слушай, не хочешь ко мне зайти? — предложил Пин и задумался, какой бы предлог для этого придумать.       — А смысл? Всё равно ведь потом опять возвращаться…       — Это… это… как его… — бормотал Пин, чувствуя, что теряет Бараша. Нужно было срочно что-то делать. Земля убегала из-под ног. Пин рванул к Барашу и схватил его в охапку. Это была одна из самых непродуманных вещей, что он делал… и одна из самых замечательных.       — Ты чего?.. — начал возмущаться Бараш, но не успел, когда Пин крепко стиснул его в объятьях и одарил поцелуем.       — Ненормальный! — закричало пушистое-мягкое, которое наконец вырвалось и замахало во все стороны копытами. — Чтоб тебя так Няня!.. — и убежал со всех копыт.       Пингвин пожал плечами. Свою дозу милоты он пока получил…