Прятки

Это совершенно не по-взрослому, но Тэхён загорелся энтузиазмом и поджег всех остальных, заявив, что выучил гостиницу до последнего угла и от него никто не скроется. Взял на слабо всех, даже Юнги, который интереса изначально не проявлял, а потом вдруг увлекся, протянул Ви маску, сказал натянуть ее на глаза и отвернуться к стене. Прятаться можно в любой из семи комнат, где живут мемберы. Тот, кого Ви найдет последним – победит и получит потрясающий приз, который ребята решили не обговаривать, а просто обозначили его наличие. Тэхен тут же отвернулся к стене и начал считать до ста, даже не дожидаясь, когда мемберы разойдутся. Ребята же пустились наутек, а в комнате остался только Джин, который тихонько спрятался в ванной, считая, что это место просто идеально, потому что Тэ вряд ли будет обыскивать эту комнату. Чимин тут же начал лихорадочно думать, где бы спрятаться. В своей комнате? Слишком просто. К тому же туда уже зашел Намджун и предусмотрительно не закрыл дверь, которая изначально была нараспашку. Пак проследил за Хосоком, который скрылся в комнате Джина с гаденькой улыбкой и подметил Юнги, который пошел к самой отдаленной комнате – номеру Чонгука. Напряжённый мыслительный процесс прервал крик Тэхена: — Я иду искать! — Ты до ста не досчитал! – возмутился Чимин, забегая в первую же комнату и закрывая за собой дверь. — Кто не спрятался – я не виноват! – голос Тэ приближался. Чимин плюнул на справедливость и начал сканировать комнату, чтобы найти подходящее место. Под кроватью тесно и пыльно, не хочется испачкаться. В ванной прятаться слишком банально. Под столом все видно. Где же? Куда примоститься? Шаги раздались совсем рядом, а значит думать поздно. Поэтому Чимин подбежал к шкафу небольших размеров и открыл дверцу, едва не заорав. В нем оказался Чонгук. — Ты как тут оказался? – изумился старший, стараясь говорить шепотом. — Чимин-хён, иди в другое место, - потребовал Гук, который тоже немало удивился гостю. Вдруг где-то рядом что-то открылось со скрипом. Пак решил, что уже все равно, поэтому, несмотря на протесты макнэ, втиснулся в шкаф, встав спиной к Чонгуку и закрыв максимально тихо за собой дверь. Места в шкафу катастрофически мало: парни прямо упираются друг в друга. Чимин сразу понял, что это не самая лучшая идея в его жизни и самое хреновое убежище. Однако поздно что-то менять. — Здесь так тесно, - прошептал Пак, пытаясь расположиться поудобней. — Перестань ёрзать, хён, - потребовал Чонгук. — Тихо ты, - зашипел старший в ответ, прислушиваясь к звукам снаружи. Тихо. Совсем ничего не слышно, похоже, что Тэхен зашел в другую комнату. Вот ведь несказанная удача. Но радовался Чимин недолго, потому что неожиданно почувствовал что-то странное в области бедра. Это «что-то» было весьма твердым и большим, а упиралось в него ой как знакомо и не предвещало ничего хорошего. — Чон Чонгук, - серьезно начал танцор, сглатывая вязкую слюну, - скажи, пожалуйста, что это вешалка в меня упирается. — Хён, ты почти угадал, - усмехнулся младший, - я тебе говорил: не ёрзай. — Ты совсем? – чуть не вскричал Чимин от возмущения, но вовремя вспомнил, что сейчас не в том положении, - мы совсем недавно занимались этим. — Я молодой парень и для меня такая активность нормальна, - томно проговорил макнэ, наклоняясь к шее Чимина, - неужели ты не чувствуешь ничего такого? Руки Чона легли на талию хёна и слегка сжали, на что Чимин вздохнул обреченно: Чонгук слишком активен! Тем временем юркие руки уже пошли под майку, мять кубики пресса, давить на ребра и ласкать вставшие соски. Младший влажно целует хена в шею, причмокивает, слегка прикусывает кожу у самого основания, легко, чтобы не осталось следов, но вполне себе ощутимо. А еще трётся своим членом об Чимина. Настойчиво так. Призывающе. Пак чуть ли не стонет от этого, облизывает губы, чувствуя, как возбуждается от всего происходящего. Ситуация подливает масла в огонь: тесно, темно, душно, а еще где-то там бродит Тэхён. — Нельзя, - растерянно напоминает старший, надеясь на благоразумие макнэ, стараясь убрать настойчиво ласкающие руки. Чонгук убирает руки и даже кажется на мгновение, что одумался, а потом он стягивает с Пака шорты вместе с нижним бельем и тут же берет в руки уже вставший и сочащийся смазкой член. — Ты уже намок, - смеется тихо Гук, прикусывая хрящ на ушке, - я, кстати, тоже. Чимин ловит ртом воздух, надеясь, что не закричит, а тем временем Чон мнет его ягодицы, раздвигает и проникает в отверстие одним пальцем. — Ого, Чиминни-хён, ты по-прежнему растянут, - наигранно удивляется Чонгук, тут же проникая вторым пальцем. — Мы же с тобой… Старший пытается закончить предложение, но не может. Чон слишком хорошо знает его тело и слишком быстро находит нужную точку, проходя по ней пальцем, массируя. Чимин дрожит, выгибается, опираясь на крепкую грудь макнэ. Он полностью в его власти. Это конец. — Чимин-а, раздвинь шире ноги, - просит Чонгук, вытаскивая из хёна пальцы и прижимая тело хёна к себе плотней. Пак краснеет, вновь закусывает губу и, несмотря на то, что всё происходящее полное безумие, выполняет просьбу младшего, разводит ноги шире и выпячивает задницу. — Хорошо, что я всегда с собой их ношу, - буднично сообщает Чон. Чимин к своему несчастью сразу понимает, о чём идет речь. Вот ведь продвинутый мальчишка! Несколько мгновений ожидания и Чонгук пытается войти. Темно и не видно ничего. Он слепо толкается членом, водит по ягодицам и, похоже, получает от этого удовольствие, потому что постепенно от такого поведения закипает возбуждённый Чимин. Нельзя же соблазнять, а потом не давать! — Чего ты медлишь? – раздраженно шипит старший. — Чимин-а, ничего не видно, - наигранно жалостливо заговорил макнэ, - может, ты мне поможешь? Извращенец. Просто маленький извращенец. Чимин чувствует, как у него горят уши от сказанного, а Чонгук сжимает его член и размазывает смазку по стволу, ведет медленно и выжидает, когда хён сдастся. Выбора нет. Вернее он есть, но не для Чимина. Не сейчас точно, потому что хочется именно этого. Чонгук просто сводит с ума и доводит до линии невозврата. Старший пускает руку за спину, поглаживает грудь, пресс Чона, а потом, наконец, обхватывает полными пальчиками его член. Второй рукой Пак сжимает одну ягодицу и раздвигает, чтобы анус стал доступней. Приставляет к влажному входу головку члена и сам насаживается на него, подавляя собственные стоны и дрожь. Попадает с первого раза. Чон аккуратно обнимает одной рукой хена поперек талии, а второй убирает его руку. — Спасибо, - довольно шепчет Гук, - дальше я сам. Он входит полностью. Чимин закрывает рот рукой, понимая, что уже не может молчать. Чон входит резко, размашисто, как раз в его духе. Он любит брать быстро, вжимать в кровать и не отпускать до полного изнеможения. К счастью, Чимин самый выносливый в группе. Чонгук грубо сжимает накачанную задницу хёна и наслаждается разгорячённым телом. Ведет дорожку поцелуев по шее. Выпрашивает поцелуй. Чимин понимает и дает: поворачивает голову и впивается губами в чужие, кусает больно, мстит за такое поведение, а младший плавится, ему нравится страстный хён. Ритмичные толчки. Чимин запускает руку в волосы младшего, а Чон мнет его соски. Их языки переплетаются, изучают и не отпускают друг друга. Очень мокро. Звуки развратные. Духота. Открывается дверь. Чимин слышит слишком хорошо, и пелена возбуждения спадает практически полностью. Он уверен: дверь комнаты открыли. Тэхён прямо тут. В подтверждение этому раздаются гулкие шаги. Он идет сюда. Старший теряется. Отпускает волосы младшего и прижимает руки к дверце шкафа, а Чон, как назло, и не думает останавливаться, обхватывает Пака крепче, жмет к себе и шепчет сбивчиво в самое ухо: — Тише-тише. Им конец. Тэхён напевает какой-то прилипчивый мотивчик и ходит по комнате, а Чонгук замедляет толчки. Входит почти полностью, попадает прямо по простате и выходит. Чимина почти не держат ноги, а член касается двери шкафа, пачкая ее субстанцией. Руки его срослись с деревом мебели и слегка дрожат. А Чонгук, гад такой, продолжает входить и покусывать загривок. Пак считает секунды до Армагеддона. Тэхён замирает прямо перед дверцей шкафа. Он осматривает комнату, блуждает взглядом и явно собирается заглянуть в шкаф. Чимину уже не смешно, равно как и замеревшему Чонгуку, который наконец, похоже, осознал плачевность их положения. Тэ берёт ручку двери и готовится открыть, Чимин зажмуривает глаза, а Чон зачем-то хватается за его член, едва не вырывая из плотно зажатого паковского рта стон. Раздаётся треск. Слишком звонко. Оглушительно. Звуки только нарастают, как и голоса. — А, попались! – кричит весело Тэхен, забывая о злополучном шкафе, и убегает на звук, резко хлопая за собой дверью. Чимин выдыхает облегченно, не веря своему счастью. Неужели пронесло? — Блин, еще бы чуть-чуть, - весело отзывается Чонгук. Паку совсем не весело и объективно хочется накричать на макнэ, потому что сейчас они были на волоске от гибели, но поздно: Чонгук входит снова, теперь уже быстрее, вжимается конкретно, словно пытаясь срастись с Паком, не дает дышать, а руками ласкает его член в ритм толчкам. Чимин чувствует, что слишком близко к концу. Он кусает опухшие губы, боясь закричать и вернуть неугомонного Тэхена. Перед глазами темнота разрывается яркими огоньками, в горле пересохло, а внизу так влажно и жарко, поэтому он почти… Кажется, он потерял на секунду сознание. Просто отключился, а когда вновь вернулся в себя, то дверь шкафа была открыта, а он летел на пол, вместе с вцепившимся в него Чонгуком. Благодаря хватке младшего, ударился Чимин несильно. Разве что коленями хорошо прошелся по ковру, ну и немного испачкал его своей спермой. — Хён, ты в порядке? – волнуется Чонгук, поднимает Чимина и вновь жмёт к себе, а потом переворачивает к себе лицом, осматривая и помогая натянуть спущенные трусы. Старший думает медленно. Отходит от полученного наслаждения. Чонгук выглядит взволнованным. Внимательно его осматривает и щупает, выискивая повреждения. — Ты кончил? – хрипло спрашивает Пак, заглядывая в глаза младшего. — Ага, - довольно кивает Чон, - прямо за пару секунд до того, как ты вывалился из шкафа. Чимин игриво ударяет Чонгука в плечо: он еще, между прочим, старший. Потом ребята быстро прибираются, благо, сноровку не пропьешь, тем более, когда живёшь с еще пятью парнями в общежитии. Они вытерли руки, ковер и дверцу шкафа, привели себя в порядок и отправились на поиски остальных мемберов, которые к их удивлению так и не отправились на их поиски. Все устроились в комнате Чимина перед разбитым вдребезги телевизором, лежавшим на полу. На кровати Пака сидел сгорбившийся и определенно в самых подавленных чувствах Намджун. Своим приходом они разбавили похоронное молчание. — Намджун провод задел, - покачал головой Джин, - остался ты без телевизора, Чимин. — А у меня есть, - весело отозвался Чонгук, получая тут же от Пака в ребра. Лидер тут же начал объяснять, как это произошло, и просить прощения. А пока все внимание вновь переключилось на угрюмого Джуна, Чонгук наклонился к Чимину и прошептал с довольной улыбкой на губах: — Давай еще ночью сыграем в прятки?