Моя дорогая племянница

      Холодно.       Очень-очень холодно.       Я похлопала рукой по постели в поисках одеяла, которого, конечно же, там не оказалось. Разлепив глаза и оглянувшись в поисках нужной вещи, непроизвольно бросаю взгляд на настенные электронные часы.       Время 4:25.       Снова оглядываюсь и мой взгляд тут же падает на отрытое окно, в которое вихрем врывается холодный ноябрьский ветер, поднимая в воздух лёгкие ситцевые занавески.       — Замечательно. — Прошептала я, бесшумно шагая к открытому окну.       С большим усилием мне удалось закрыть его, а после и найти одеяло, которое почему-то оказалось под кроватью.       Укутавшись в тёплую ткань и плюхнувшись на кровать, я попыталась снова уснуть, но сон не шёл. В комнате было ужасно холодно, настолько, что даже одеяло не помогало согреться и этот холод напрочь отбивал желание спать.       — Блин, серьёзно? — Задаю вопрос самой себе и перевожу взгляд на окно.       На улице ещё не рассвело, а я уже бодрствую, несмотря на то, что легла спать в час ночи.       Протерев глаза и выбравшись из-под тёплого одеяла, опускаю ноги на холодный пол и на цыпочках выхожу из комнаты, чтобы не разбудить спящего дедушку, который спит уж слишком чутко в последнее время. И происходит это с тех самых пор, как я без его разрешения сбежала из дома к моей подруге Чхве Сумин.       В доме было очень тихо и из-за этого мне казалось, будто мои шаги эхом отдаются в каждом уголке. Но не смотря на это, кое-как мне всё же удалось доковылять до кухни и сделать себе кофе, который был сейчас как нельзя кстати. Взяв кружку с горячим напитком, я подошла к окну. За окном было серо и уныло, как это обычно бывает в середине осени. На небе затягивались тяжёлые тучи, а ветер лишь усиливался, срывая оставшиеся коричневые листья с деревьев. На стекле стали появляться маленькие капельки дождя, которых с каждой секундой становилось всё больше и больше.       — Отлично, лучше не бывает. — Прокомментировала я, рассматривая пейзаж за окном и отпила немного кофе из кружки, чувствуя, как тепло разливается по всему телу.       Я люблю дождь, точнее, люблю наблюдать за ним из дома, укутавшись в тёплый плед. Звучит банально, да? Но кому хочется промокнуть под дождём в столь холодный ноябрьский день?       В этом году осень в Сеуле наступила рано и уже в середине сентября заметно похолодало, а дожди не прекращались на протяжении многих дней. Многие прогнозы обещали снег в начале ноября, которого, конечно же, не было. Вместо белого и лёгкого снега, непрерывно шёл дождь, оставляя за собой огромные лужи, по которым ходить мне не доставляло большого удовольствия.       — Эй, ты чего не спишь? — Слышу басистый голос своего брата, который только что появился в дверном проёме кухни.       — У меня к тебе тот же вопрос, — отставив чашку с кофе на стол, демонстративно складываю руки на груди и, поджав губы, смотрю на брата. — Только не говори мне, что ты только что из студии пришёл.       Братец частенько засиживался в своей импровизированной «музыкальной студии» с вечера и до раннего утра. И судя по его заспанному лицу и одежде, которая была на нём ещё со вчерашнего дня, он снова засиделся там за очередным сочинением песни.       Я не должна была его отчитывать, так как Чан старше меня на пять лет, но, если честно, разница в возрасте меня совсем не волновала. Мы оба частенько отчитываем друг друга за незначительные вещи, а ещё дерёмся и ссоримся чуть ли не каждый день. Но ведь такое зачастую бывает между братьями и сёстрами, ведь так? Но даже несмотря на это, я всё равно люблю этого ушастого засранца.       — В кого ты такая проницательная, а? — Язвит он.       Даже не взглянув на него, знаю, что он улыбается.       — Кто знает. — Пожимаю плечами и продолжаю смотреть на скатывающиеся капли дождя по стеклу.       Мысленно уже представляю, как буду идти в коротенькой юбочке в школу по огромным лужам и нескончаемой грязище, только если Пак не отвезёт меня. В этот момент мне в голову приходит гениальная идея. Бесшумно подбегаю к брату и, обняв его за шею, пытаюсь заглянуть ему в глаза, мило улыбаясь и хлопая ресницами.       — Э-э-эй, чего удумала? — Басит он, пытаясь вырваться из моих неожиданных объятий. Он прекрасно знал, что сейчас я о чём-нибудь попрошу его.       Почему-то я была уверена в том, что после нескольких минут моих уговоров он согласится отвезти меня, учитывая ужасную погоду за окном и мой «наряд», в котором я просто обязана ходить в школу, иначе к занятиям попросту не допустят. Но не тут-то было, сегодня моя интуиция полетела к чертям, так как Чан с тяжёлым вздохом скинул мои руки со своей шеи и, хитро улыбнувшись, ушёл в гостиную.       — Хочешь, чтобы твоя сестра заболела? Между прочим, мне не доставляет удовольствия ходить в этой чёртовой короткой юбке по такой погоде! — Это был неплохой аргумент, согласитесь.       — А что ты зимой делать будешь? Надень джинсы или спортивные штаны под юбку натяни. Я не знаю какая нынче мода у школьниц типа тебя. Я то тут причём вообще? Парни в юбках не ходят, поэтому мне тебя не понять. — Пак расположился на диване словно домашний кот и, сладко потянувшись, посмотрел на меня с хитрым выражением лица. Ещё немного и замурлычет, ей-богу!       Всё он, блин, понимал и знал. Просто ему в очередной раз было лень поднять свою задницу с дивана и сделать доброе дело.       — Ты же знаешь, что в джинсах нельзя, а под юбку кто сейчас штаны то носит, а? Ты дорам пересмотрел? — Схватив подушку, начинаю бить уже порядком задремавшего братца.       И как у него получается так быстро засыпать? Говорят же, что людям у которых много мыслей в голове тяжело уснуть. У него же головешка настолько пустая, что и думать то не о чем перед сном.       — Айщ, злишь меня уже с утра! Неужели так сложно хотя бы денёк побыть паинькой? — Чан хватает подушку и отбрасывает её на приличное расстояние от дивана.       Победа! Мне удалось выбесить Чанёля уже с раннего утра.       — Тебе сложно отвезти меня в школу? Почему я просить должна, а? Ну, Ёлли! — Надув губы, трясу его за плечо, всё ещё не теряя надежду. Я ведь просто так не сдамся!       А вообще, только что я применила секретный приём под названием «Ёлли». Стоит мне только сказать это, как мой холодный братец тут же становится мягким и пушистым. Проще говоря, он любил, когда я его так называю.       Брат взглянул на меня, едва сдерживая улыбку.       — Хрен с тобой, иди собирайся! — С этими словами он снова завалился на диван и, обняв подушку, в считанные минуты задремал.       Две победы за день. Не только выбесила, но и уговорила отвезти меня в школу. А сегодня я в ударе, однако.

***

      — Надеюсь, что забирать тебя мне не придётся. — Пробурчал Ёль, выруливая из очередного перекрёстка на дорогу.       Брат пытался ехать дворами, чтобы избежать пробок, но что-то мне подсказывало, что ничего у него не выйдет, потому что именно сейчас то самое время, когда улицы переполнены толпящимися пешеходами на тротуарах и сигналящими на дорогах машинами.       — Надейся, — огрызнулась я и отвела взгляд в сторону окна, где каждую секунду один пейзаж сменялся другим. — Но если тебе действительно настолько сложно отвозить и забирать меня из школы, то больше просить об этом не буду.       Я не люблю навязываться людям и просить что-то у них, исключением сегодня стал Чан по вполне понятной причине. Поэтому для себя я твёрдо решила, что больше ничего не буду просить у него. Абсолютно ничего. Справлюсь как-нибудь сама.       — Только не строй из себя обиженную девочку. Я ведь знаю, что ты не такая. — Не отрывая взгляда от дороги, брат сжал мою маленькую ладонь в своей.       — Значит плохо знаешь меня! — Обиженно воскликнула я и надула губы.       Наконец Чанёль посмотрел в мою сторону и негромко рассмеялся. И чего смешного то?       — У тебя новая помада?       Он и такое умеет замечать? Вот это да! Чего-чего, а вот этого я точно не ожидала. Обычно братец никогда не интересовался подобными вещами, а точнее не замечал их вовсе. Ему попросту было всё равно.       — Тебе это не поможет искупить свою вину, понял? И вообще, на дорогу смотри! — Я указала пальцем вперёд и снова отвернулась к окну, потому что, если взгляну на него сейчас, то точно начну улыбаться.       — Чёрт, Пак Джиюн, ты та ещё вредина! — Достав из бардачка коробку с мятной жвачкой, он закинул одну себе в рот и, смачно чавкая, снова уставился на дорогу.       Но я уже не слушала брата. Точнее, мне вообще не хотелось его слушать. Я молилась, чтобы впереди нигде не образовалась пробка, потому что эта атмосфера очень напрягала, хотелось поскорее выйти из машины и пойти в не менее приятное место под названием «школа». Но судьба определённо издевалась надо мной сегодня, потому что впереди была огромная пробка длиною около двух километров. На первый урок можно уже смело не заявляться. Иначе учитель Сон убьёт меня, точно убьёт.       — Замечательно. — Пробурчала я и сложила руки на груди, нервно постукивая пальцем по руке.       Чан лишь тяжело вздохнул и откинулся на спинку сидения, смачно чавкая и в перерывах что-то напевая себе под нос.       Бесит.       Он же прекрасно знал, что это действует мне на нервы, но всё равно продолжал чавкать, а мне просто хотелось стукнуть его по лбу. Так мы сидели в тишине около получаса, пока ситуацию не спас зазвонивший в кармане куртки телефон. Уже не смотря на экран, знаю, что это Сумин. Только она может звонить мне в это время.       — Эй, ну и где ты? Только не говори, что ты опять заболела или тебе плохо. — Её «грозный» тон заставил меня рассмеяться.       На фоне её голоса я отчетливо слышала голоса своих одноклассников. Кажется, что все уже в классе и нет только меня одной.       — Нет, я еду в школу, но на первый урок точно опоздаю. Скажи учителю, что у меня замок сломался. — Глупая отмазка, но ничего путного сейчас мне в голову не приходило.       — Ладно, только, давай быстрее! — После этих слов она тут же отключилась.       — Сумин? — Не открывая глаз, пробормотал Чанёль.       — Угу-у-у. — Безразлично протянула я и отвернулась к окну.       Как и предполагалось, в школу я приехала ко второму уроку и, конечно же, умудрилась опоздать и на него. Бинго!       — Учитель, — тихо войдя в класс и, прикрыв за собой дверь, я поклонилась учителю и виновато опустила голову. — Прошу прощения, у меня возникли непредвиденные трудности.       Учитель Сон окинул меня скорее удивлённым, нежели злым взглядом и тяжело вздохнул. А в классе тут же послышались перешёптывания и смешки. Исподлобья пытаюсь оглядеть весь кабинет и нахожу взглядом Сумин, сидящую почти в конце класса.       — Какой раз за год ты опаздываешь, а? — Уперев руки в бока, учитель устало посмотрел на меня, показывая всем своим видом, что в следующий раз пощады мне уже точно не будет.       Так было и в прошлый раз. Но что я могу поделать, если живу довольно таки далеко от школы? И переводиться не собираюсь, между прочим! Уж лучше опаздывать.       — Прошу прощения, такого больше не повторится. — Ещё раз кланяюсь, тем самым показывая ему, что действительно сожалею о своём поступке. Не думала же, что кому-то приспичит в аварию попасть прямо посередине дороги.       Учитель кивком пригласил меня сесть за парту и, взяв книгу в руки, продолжил прерванный мной урок.       — В следующий раз он тебя вышвырнет отсюда. — Прокомментировала Сумин, хитро посмеиваясь.       Ну да, Су умеет поддерживать, точнее стебаться надо мной при каждом удобном случае. Я хотела бы ответить ей, но промолчала, так как могла получить ещё одно замечание от учителя из-за болтовни.       До конца семестра была ещё уйма времени, но я предпочла бы позаботиться о своих отметках сейчас, чем в самый последний момент, когда что-то менять уже будет поздно. Сумин же вообще не волновалась об оценках и частенько забивала на учёбу. Впрочем, сейчас и я не особо слушала учителя, потому что толком не могла собраться с мыслями. Недосып и ужасная погода за окном отбивали всякое желание что-либо делать, а учиться в особенности.       Я не была отличницей, скорее что-то между хорошисткой и троечницей. Частенько впопыхах мне приходилось делать домашнее задание на уроках, так как дома после школы я либо смотрела дорамы, либо просто спала.       И, если честно, мне о-о-очень нравилось бездельничать и отлынивать от своих обязанностей, очень нравилось. И с этим уже, наверно, ничего не поделаешь.

***

      Каково же было моё удивление, когда выходя из школы, я заметила машину Пака у ворот. Всё же угрызения совести взяли над ним вверх и он приехал за мной. Но я так просто не сдалась и, с высоко поднятой головой, ненавязчиво прошла мимо его машины. Реакция не заставила себя долго ждать, брат тут же выскочил из машины и побежал за мной. Ха-ха, так и знала.       — Куда пошла? — Схватив за руку, он повёл меня обратно к машине и лично усадил на сидение, не забыв пристегнуть ремень.       Надо же, какой заботливый.       — Не нужно было заезжать, я бы и сама как-нибудь доехала. — Смотрю на экран телефона и делаю вид, что чем-то занята.       — Прекрати себя так вести, я не ссориться приехал, а мириться. И вообще, на меня посмотри! Я с тобой разговариваю или как? — С силой вырвав из рук мой телефон, он положил его к себе в карман и, в считанные секунды обойдя машину, сел на водительское сидение.       — Э-э-э, телефон отдай!       — Ты кому тут «э-э-э» сказала, а? — Уставившись на меня, протянул он.       — Тебе, тут больше никого нет! — Делаю точно такое же лицо, как и у него, еле сдерживая смех.       — Ну что за девчонка? — Ткнув мне пальцем в лоб и улыбнувшись своей фирменной улыбкой, проговорил Чан.       — Эй, прекрати! Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты так делаешь! — Поправив выбившиеся пряди волос, я повернула зеркало заднего вида к себе и удостоверившись, что выгляжу неплохо, улыбнулась своему отражению.       Ёль громко рассмеялся и, подождав, пока я закончу, потянул зеркало на себя, повторяя мои движения. Не выдержав, бью его по спине со всей силы, на что он наигранно вскрикивает и смеётся ещё сильнее.       Я ненавижу тебя, Пак Чанёль!

***

      Пак решил искупить свою вину хорошим фильмом, огромной пачкой попкорна и несколькими литрами колы. Расположившись на огромном диване в гостиной, он включил наш любимый фильм, поправочка, единственный фильм, который нравится и мне и ему. Но не успели мы и половины посмотреть, как входная дверь хлопнула, отвлекая нас от просмотра.       — Дедуль, это ты? — Кричу я, чтобы удостовериться в своих догадках.       Слышу до боли знакомый хрипловатый смех и тут же понимаю, что это он.       — Проходи, надевай тапочки, сынок. — Шепчет дедуля, а мы с Чаном удивлённо переглядываемся. Что за?       — У нас гость! — Появившись в проёме двери, дедушка оглядывает нас двоих и широко улыбается.       Чан заинтересованно посмотрел в сторону дверного проёма. В это же мгновение в гостиную вошёл высокий широкоплечий парень. Он с улыбкой посмотрел на Чанёля и я поняла, что ранее они были знакомы. И только я одна, как дура, сидела и ничего не понимала.       — Дедуль, а это кто? — Отложив пачку попкорна в сторону, я не переставала разглядывать только что вошедшего гостя.       Дедушка лишь изумлённо посмотрел на меня, видимо, не в силах что-либо сказать.       — Твой дядя. — С улыбкой произнес Чанёль и подошел к незнакомцу.       — Мой кто?       Чего? Какой ещё дядя? Да по виду он старше меня лет на пять, какой из него дядя и почему я о нём ничегошеньки не знаю? Он мне в братья годится, совсем как Чан!       — О Сехун, паршивец, ты куда пропал? — Они крепко обнялись, хлопая друг друга по спинам.       Дедушка же с улыбкой наблюдал за ними. А я до сих пор, сидя на диване, смотрела на них и не понимала, что, блин, происходит.       — Джиюн, подойди сюда. Невежливо будет не поздороваться. — Подозвал меня дедушка, едва сдерживая улыбку и стирая выступившие с глаз слёзы.       — Сынок, это Джиюн. Посмотри, как выросла эта девчонка!       СЫНОК?       Сехун довольно кивнул и осмотрел меня с ног до головы. И только сейчас до меня дошло, что я стою перед ним вся такая крутая в штанах, которым сто лет в обед, да ещё и в длинной старой майке, которую одолжил мне Чан и завершали мой домашний образ пушистые розовые тапочки. Чёрт, как же неловко! Но кто ж знал, что такое случится?       — Приятно познакомиться. — Я поклонилась ему и опустила голову, скрывая порозовевшие от стыда щёки. Что я делаю вообще?       Се, коротко кивая, что-то пробормотал в ответ и посмотрел на меня как-то грустно и даже разочарованно. Пять минут только видимся и я уже успела сделать что-то не так? Иначе почему этот парень смотрит на меня сейчас таким печальным взглядом, от которого плакать хочется?       Что было дальше, я не знала, так как убежала в свою комнату переодеваться в нормальную одежду. Вообще не буду выходить отсюда сегодня, а может и завтра. Мне было почему-то слишком стыдно. Звучит бредово, я и сама это понимала, но, тем не менее, это так.       — Джиюн, ужин готов! — Слышу голос дедушки с кухни и чувствую прекрасный запах супа с бобовой пастой.       — М-м-м, это же мой любимый суп. — Принюхиваясь, шепчу я.       Заурчавший живот и жуткое желание поесть отодвинули стыд и смущение на второй план. Я тут же выбежала из комнаты навстречу вкусному супу с бобовой пастой, рису и домашним кимчи.       За ужином я старалась отмалчиваться и лишний раз не смотреть на моего «дядю». На самом деле мне до сих пор было ничего не понятно. Почему он здесь и почему этот человек вдруг оказался моим дядей? Сехун почему-то помнит меня, а я его не помню совсем. Чанёль с дедушкой как-то странно косились в мою сторону и это приводило меня ещё в бо́льшее в замешательство. Что я сделала не так?       — Как учёба в Лондоне? — Поинтересовался рядом сидящий Чан, отправляя ложку риса в рот, при этом смачно чавкая. Ну не-е-ет, только не это.       — Перестань так чавкать! — Не выдержала я, легонько ударив брата по спине. Серьёзно, ненавижу, когда он чавкает, как свинья в свинарнике.       — Э-э-э, ты меня сейчас отчитываешь? — С громким стуком отложив ложку с палочками в сторону, басит он.       В ответ показываю ему язык и зачерпнув ложкой немного риса, следую его примеру, но без ужасного чавканья.       Сехун тихо рассмеялся, прикладывая ладонь к губам и, подождав, пока мы успокоимся, наконец, заговорил.       — Всё хорошо. Правда первое время было тяжело освоить язык.       Дедушка взглянул на Се и согласно закивал, гладя его по спине. Пока он рассказывал о своей учебе в Лондоне, я взглянула на него исподлобья. Изящные черты лица: выступающие скулы, мягкие пухлые губы розоватого цвета, тёмно-карие глаза, кожа цвета молока и небольшой шрамик на правой щеке. Да, этот парень был безумно красив и, судя по его речи и рассказам, невероятно умён.       Но кто он такой, чёрт возьми?       Странно, что дедушка ничего не рассказывал мне о нём, да и Чан молчал. Или это моя вина? Может забыла его или ещё что? Но почему я помню абсолютно всю родню, даже дедушку по папиной линии, который умер, когда мне было четыре года? Но таинственного человека по имени О Сехун, я не помнила совсем. Ни одного воспоминания, ни одной зацепки, совсем ничего.       И с этого самого момента главной загадкой для меня стал О Сехун…