Моя дорогая племянница

***

На следующий день

      В доме семьи Пак сегодня было как никогда шумно: телевизор в гостиной работал на полную громкость, а где-то с кухни был слышен громкий голос дедушки. Скинув рюкзак с плеч и переобувшись в домашние тапочки, Юн зашагала в сторону кухни, на ходу снимая пальто.       — Так, а вот это мы сюда поставим, — в очередной раз скомандовал дедушка, указывая пальцем куда-то вверх. — Сехун, ты слышишь? Поставь это вот сюда. А ты, Чанёль, туда!       — Что здесь происходит? — Повесив пальто на спинку стула и сощурившись от яркого света, Пак-младшая оглядела кухню, тут же замечая Сехуна и Чанёля. Оба стояли на стремянках и расставляли какие-то баночки на полке.       — Наводим тут небольшой порядок, — пояснил мужчина. — Сехун, эту банку ставь туда.       О тут же обернулся на знакомый голос и с улыбкой от уха до уха невзначай оглядел Джиюн с ног до головы. Сегодня утром они так и не смогли толком поговорить о произошедшем вчера. Несмотря на выходной, дополнительные занятия никто не отменял, поэтому молодым людям пришлось встать пораньше, чтобы успеть приехать к академии вовремя. И если отвезти возлюбленную на занятия Хуну удалось, то забрать не вышло, так как всё это время он помогал отцу с перестановкой. Но девушку это не особо расстроило. В конце концов, автобусы в городе ходили достаточно часто, поэтому проблем с поездкой до дома у неё не возникло.       — Сколько плохих оценок принесла сегодня, сестрёнка? — С издёвкой спросил Чан и громко рассмеялся, попутно расставляя очередные банки.       — Уж поменьше, чем ты в своё время, братец. И вообще-то сегодня выходной. Я была не в школе, а на дополнительных, — показав язык брату, школьница тут же подошла к кухонной тумбе, на которой стоял электрический чайник. Сейчас ей хотелось только одного — плотно пообедать и выпить чашечку горячего сладкого чая. Пожалуй, для счастья нужно было только это. — Нужно чем-нибудь помочь, дедушка?       — Нет, мы сами справимся. Иди отдыхай, — мужчина отрицательно покачал головой и рассмеялся в своей привычной манере. — Если что, мы тебя позовём.       Естественно, в свою комнату она не ушла. Да и зачем, собственно, когда здесь Сехун? Это было ещё одним поводом незаметно понаблюдать за ним.       Разогрев себе еду и залив кипятком пакетик чая, девушка присела за стол и тут же принялась есть, попутно наблюдая за О. Как же непривычно было теперь смотреть на него, вспоминая всё то, что произошло между ними вчера. При свете дня всё казалось совершенно другим. Даже удивительно, откуда в ней было столько смелости вчера. Взгляд девушки плавно скользнул по спине парня, а затем ещё выше к рукам. Сердце вдруг замерло, а затем снова забилось с бешеной скоростью при мысли о том, как вчера он этими руками крепко обнимал её. И не только обнимал…       — Как твоя подготовка к экзаменам? — Вдруг поинтересовался дедушка и взял из стоящей на столе тарелки залежавшийся мандарин.       — Всё хорошо, не переживай, — заверила его школьница, неспешно отпивая довольно горячий чай. — Работаю не покладая рук.       — Тебе пора бы задуматься о парнях, Джиюн. Или сходить с кем-нибудь на свидание. — Неожиданно выдал мужчина, кидая в рот дольку мандарина.       А Пак-младшая так и застыла на месте, пытаясь осознать и хоть как-то понять то, что только что сказал дедушка. На него это было совсем не похоже.       Сехун тоже застыл, но не повернулся в их сторону, а лишь насторожился, продолжая слушать разговор.       — Ну, времени на парней пока нет. Я с этим ничего не поделаю. К тому же в моей школе нет подходящей кандидатуры, — Юн пожала плечами и продолжила есть, невзначай поглядывая в сторону Се. — Если мне и суждено кого-то встретить, то, возможно, не сейчас. Никогда не знаешь, в кого влюбишься и куда занесёт тебя судьба. Возможно, мой суженый ходит где-то здесь, совсем рядом со мной.       — Минутка философии от Пак Джиюн. — Вмешался в разговор Чанёль, прыснув от смеха.       — В твою голову сейчас прилетит кружка с горячим чаем! — Предупредила она, чем ещё сильнее рассмешила брата.       — У тебя сейчас такой замечательный возраст для первой любви. Мы с твоей бабушкой как раз тоже познакомились, когда нам было по восемнадцать. — Мужчина грустно улыбнулся, вспоминая лицо своей покойной возлюбленной. Перед глазами стремительно замелькали все самые счастливые моменты их жизни.       — Я в её время и не думал даже ни о каких отношениях. Вообще не до этого было. — Заметил Чанёль, взяв очередную банку со специями в руки.       — Конечно, у тебя в то время в голове были только одни компьютерные игры, да мысли о том, как бы прогулять школу и спрятаться под трибунами на стадионе. — С издёвкой проговорила Пак-младшая, показав брату язык.       Сехун тихо рассмеялся, тем самым подтверждая слова девушки.       — А ты чего смеёшься? Ты тоже во всём этом участвовал. — Чан с прищуром посмотрел на О.       — Так, не отвлекаемся и продолжаем работать. — Напомнил им дедушка.       С расстановкой банок парни закончили уже поздним вечером. Поэтому было решено, что Се останется на ужин. И конечно же, это не могло не радовать Джиюн. Уплетая очередную порцию мяса, девушка внимательно слушала рассказ своего папы о новом проекте, делая при этом вид, что она всё понимала и ей было безу-у-умно интересно. Не то чтобы она не интересовалась делами родителей, просто подобные рассказы были немного сложны для её понимания. Родители работали в сфере архитектуры и очень часто упоминали какие-то сложные и непонятные термины, но все, кажется, уже давно к этому привыкли.       — Сехун, может останешься на ночь? — Неожиданно предложила мама Юн, зачерпнув ложечку риса из своей чашки.       — Да, поздно уже. Нечего тебе по ночам разъезжать по городу. Тем более одному в квартире скучно и тоскливо. — Поддержал разговор дедушка.       — Конечно. Почему бы и нет? — Довольно быстро согласился парень.       Джиюн в этот момент было очень сложно скрыть свою радость от услышанного. Поэтому она откусила достаточно большой кусок мяса, чтобы скрыть свою довольную улыбку. Правда, блеск в глазах никуда не делся.       Посидев ещё около часа и пообщавшись на разные темы с семьёй, Пак в компании Хуна помогла маме и дедушке убрать посуду. И лишь после этого она направилась в свою комнату. Се в это время продолжал общаться с дедушкой на кухне и разговор их затянулся на достаточно долгое время. Джиюн даже успела уже принять душ и почитать книгу. И лишь в тот момент, когда её глаза стали закрываться сами по себе, раздался тихий стук в дверь, а в следующее мгновение на пороге появился О. Тихо прикрыв за собой дверь и повернув замок, парень неспешно направился в сторону возлюбленной.       По всему телу тут же разлилось тепло, а на губах школьницы появилась лёгкая улыбка при виде возлюбленного.       — И почему это мы всё ещё не спим, Пак Джиюн? — Поинтересовался Сехун, осторожно присаживаясь на краешек кровати.       — Да как тут уснёшь? — Прикусив губу, Пак внимательно рассматривала его лицо, иногда задерживая взгляд на губах. Воспоминания невольно перенесли её во вчерашний день и каждая последующая картинка перед глазами заставляла девушку улыбаться и слегка краснеть. Кажется, что она до сих пор не до конца осознавала произошедшее.       Как же непривычно.       Ощущение, будто её просто переселили в тело другого человека и всё это происходило сейчас не с ней, а с кем-то другим. Хотя, если посудить, то так на самом деле и было, ведь Юн уже не та маленькая девочка, что была ранее. Вчера она стала на год взрослее и поняла, что значит быть ещё ближе к любимому человеку.       Непозволительно ближе.       — Как ты, Джиюн? Всё хорошо? — на несколько секунд он замолчал, будто бы собираясь с мыслями и тщательно подбирая слова. — Я переживал о том, что мы так и не смогли толком поговорить об этом.       — Я тоже переживала, — призналась школьница. — И если честно, я не знаю, что сказать сейчас. Все слова будто вылетели из головы.       — Хорошо себя чувствуешь? Ничего не болит? — Придвинувшись ближе, он приобнял её за плечи, осторожно касаясь покрасневших щёк девушки.       — Всё хорошо, не переживай. — Джиюн медленно подняла голову, тут же встречаясь с ним взглядом. А затем, вмиг смутившись, снова опустила голову.       — Ну ты чего-о-о? — Протянул О, не сдерживая улыбки.       — Просто не могу справиться с жутким смущением. — Прошептала Пак и подняла голову так, чтобы их взгляды снова встретились, а затем, не выдержав, протянула руку вперёд, нежно поглаживая его по лицу. Замечая лёгкую небритость, девушка слегка улыбнулась.       А Сехун в этот момент медленно прикрыл глаза и облегчённо выдохнул, как будто всё это время ему не хватало именно этого.       — Все хорошо, Джиюн. Мы должны быть честны друг с другом, когда дело касается подобных вещей. К тому же, это был твой первый раз и мне очень важно, чтобы ты чувствовала себя хорошо и ни о чём не сожалела. — Приоткрыв глаза, он внимательно посмотрел на неё.       — Почему я должна сожалеть? — Искренне удивилась школьница.       — Не знаю. Возможно, для тебя тогда всё произошло слишком быстро, и ты даже толком не успела хорошенько подумать обо всём. — По правде говоря, и сам Хун сейчас переживал не меньше, потому что чувствовал огромную ответственность перед ней.       Джиюн прекрасно видела его волнение сейчас и для того, чтобы развеять это чувство, она неторопливо села к парню на колени.       — Я ни о чём не сожалею, Сехун. — С этими словами она подалась вперёд, вовлекая его в неторопливый и очень чувственный поцелуй. Тело Се вмиг расслабилось, а дыхание участилось в несколько раз, как и сердцебиение. Слегка усилив хватку ладони, которая лежала на талии возлюбленной, О притянул её поближе к себе, целуя уже более настойчиво и смело.       — Ты сводишь меня с ума, ты в курсе? — Нехотя отстранившись, он сухо сглотнул, пытаясь прийти в себя.       — Да, я чувствую. — Хитро улыбаясь, Джиюн опустила взгляд вниз, на его ширинку. А затем, снова посмотрев на его губы, она невольно подумала об их следующем разе. Каким он будет? И как скоро это случится?       Что если это произойдёт в ближайшие дни?       Или, возможно, сейчас?       «О чём я думаю вообще?»       — И о чём же ты так увлечённо думаешь сейчас, Пак Джиюн? — Сехун прекрасно знал о её мыслях в данный момент. Точнее, догадывался, но не спросить не мог.       — Да так, не важно. — Хитро улыбнувшись, Юн уткнулась лицом в плечо возлюбленного и тяжело вздохнула, пытаясь справиться с лёгким возбуждением.       — Я бы тоже этого очень хотел, но не здесь и не сейчас. Это слишком опасно и нам нельзя терять голову. — Тон парня вдруг стал очень серьёзным, но голос всё равно был слегка хриплым от возбуждения.       — Я знаю, — Пак утвердительно кивнула и покрепче обняла его за шею, а спустя несколько секунд тихо-тихо прошептала. — Я очень скучала по тебе сегодня.       — Я тоже очень скучал, — осторожно взяв её ладошку в свою тёплую ладонь, он оставил на ней лёгкий поцелуй и слегка улыбнулся, чувствуя знакомый запах её сладкого парфюма. — Ты не против, если я останусь здесь до утра?       — Можно было и не спрашивать. — Сонно улыбаясь, Юн облегчённо выдохнула и прикрыла глаза, чувствуя, как с каждой секундой её всё больше и больше затягивает в глубокий сон…

***

Несколько дней спустя

      Стук маленьких каблучков Джиюн раздавался по всей лестничной площадке. Девушка буквально летела вниз по лестнице навстречу любимому. Открыв дверь академии, в которую школьница ходила на дополнительные занятия, она оглянулась. Заметив неподалёку стоящего у машины Сехуна, Пак со всех ног побежала к нему.       — Привет. — Крепко обнимая возлюбленную, шепнул Се и широко улыбнулся.       — Здравствуйте, мистер О. — Деловито ответила ему Юн и не сдержала улыбки.       — Почему так официально? — Удивился он и склонился поближе к лицу школьницы.       Пак-младшая лишь пожала плечами, прикрыв глаза в предвкушении поцелуя и тут же получила его. Нежный и неторопливый, от которого невольно подкашивались ноги, а сердце заходилось в бешенном ритме от ощущения мягких, слегка влажных и таких тёплых губ парня.       — Ну что, поехали? — Прерывая поцелуй, томно шепнул О и нежно погладил розовую щёчку возлюбленной.       Девушка лишь медленно кивнула и, облегчённо выдохнув, села в машину.

***

      Взглянув на настенные часы и тяжело вздохнув, мама Джиюн вышла из комнаты дочери и неспешно зашагала в сторону кухни, чтобы заварить себе перед сном успокаивающий чай. В кармане домашнего халата неожиданно завибрировал телефон и женщина тут же поспешила ответить на звонок.       Это был репетитор Юн по математике.       — Здравствуйте, Госпожа О! Вам удобно сейчас говорить? — Послышался приветливый голос молодой женщины на другом конце провода.       — Здравствуйте, конечно-конечно! Что-то случилось? — Неожиданный звонок репетитора, по правде говоря, немного насторожил её.       — Я хотела спросить это у вас. Знаю, это не моё дело, но всё ли у вас хорошо в семье? Джиюн в последнее время очень невнимательна на занятиях, плохо усваивает материал и вечно витает в облаках. Может быть вы знаете причину всему этому? — В голосе женщины слышалось некое беспокойство и недоумение.       — Да нет, у нас всё хорошо, об этом можете не волноваться. — Мама Джиюн присела на стул, судорожно хватаясь за край кухонной столешницы.       — На самом деле у меня есть и другое предположение. Возможно, это всё из-за её парня?       — Какого парня? — Искренне не понимая слов репетитора, изумлённо пролепетала мама.       — Который забрал её сегодня после занятия. Я выглянула в окно буквально на минутку и застала весьма увлекательную картину. — Начала издалека репетитор и на секунду замолчала, как будто ожидая дальнейшей реакции от своей собеседницы.       — Расскажите поподробнее, пожалуйста. — Не выдержала женщина и насторожилась, продолжая слушать рассказ.       — Ну, дело в том, что я бы, может, и не подумала о том, что это её парень. Сначала показалось, что это брат. Но приветственный поцелуй у них был, мягко говоря, не совсем дружеский и уж далеко не родственный. А вы не в курсе? Он выглядит немного старше.       — Видимо не в курсе, — тихо произнесла мама Джиюн и поджала губы. — Большое спасибо, что сообщили. Я обязательно поговорю с ней и впредь такого больше не повторится.       Попрощавшись с репетитором, она отложила телефон в сторону и, тяжело вздохнув, уставилась в одну точку, пока не услышала хлопок входной двери.       — Я дома! — Послышался девичий голос из прихожей.       Спустя минуту в дверном проёме кухни появилась Джиюн. Улыбаясь матери, она присела за стол.       — Попьёшь со мной чай? — Спросила женщина, достав две кружки из шкафа.       Уже через пять минут они сидели за кухонной стойкой, болтая о прошедшем дне.       — Ты на автобусе приехала? — Как бы невзначай поинтересовалась мама, чтобы подтвердить свои догадки.       — Нет. Сехун забрал меня после занятий, а потом мы заехали в кофейню к Минсоку. — Прожёвывая очередное маршмеллоу, проговорила школьница.       — Сехун значит, — задумчиво пробормотала женщина, уставившись в свою кружку. — Джиюн, не пойми меня неправильно, но я хочу задать тебе один вопрос. И я прошу тебя не врать мне, а ответить честно.       Юн вмиг напряглась. Казалось, что даже настенные часы замерли на пару секунд. А когда мама снова заговорила, то все звуки вокруг и вовсе исчезли.       — Что у тебя с Сехуном?       От услышанного Джиюн прошиб холодный пот, а сердце забилось так сильно, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Девушка всеми силами пыталась не показывать своего волнения и попутно придумывала в голове ответ на вопрос матери. Казалось, ещё немного, и паника охватит её целиком и полностью.       Но школьнице всё же удалось взять себя в руки и тихо ответить:       — О чём ты, мам?       — Ты прекрасно поняла меня, дорогая. Прошу, скажи мне правду. Что происходит между вами? — Мягко спросила женщина, неспешно отпивая чай из кружки.       — Я правда не понимаю, о чём ты. — Продолжала косить под дурочку Пак.       — Вот как? Мне звонила твой репетитор и сказала, что видела, как ты целовалась с каким-то парнем у академии. А ещё, что он явно был старше тебя. Исходя из твоих слов, я делаю вывод, что это был Сехун. — Удивительно, насколько спокойным был сейчас голос женщины и от этого девушке было почему-то ещё страшнее.       Джиюн стыдливо отвела взгляд, до боли закусив губу. Ей хотелось расплакаться прямо здесь и сейчас. Этот разговор свалился на неё, будто огромный камень, который буквально сдавил всё тело, не давая возможности даже вздохнуть. И в этот самый момент она поняла, что отступать уже некуда и единственное, что ей сейчас оставалось — это сказать правду. Сказать всё, как есть на самом деле.       — Мам, прости, — сжимая дрожащими руками кружку, она не смела поднять голову, до боли закусывая губу. — Я...я не знаю, что мне нужно сказать сейчас.       — Боже, — женщина тяжело выдохнула, понимая, что всё это правда. — Как так вышло? О чём вы думали вообще?       В её голосе не было осуждения. Скорее жалость и лёгкое непонимание происходящего. Это было даже удивительно, потому что ещё пару секунд назад Пак-младшей казалось, что она накричит на неё и будет дико ругаться.       — Я не знаю, правда не знаю. Это просто случилось и всё. — Первые слезинки покатились по щекам школьницы.       На пару секунд между ними повисло очень неловкое молчание.       — В твоём возрасте я испытывала что-то подобное с твоим отцом. — Вдруг заговорила женщина, нарушая тишину, и слабо улыбнулась, вспоминая одновременно и хорошие, и тяжёлые времена.       — О чём ты? — Изумленно прошептала Юн, утирая слёзы.       Она тихо рассмеялась и взяла дочь за руку, готовясь рассказать историю.       — Мне было тогда семнадцать, а твоему отцу двадцать два, как и Сехуну сейчас. Мы встретились совершенно случайно. И кто знает, возможно, это действительно была судьбоносная встреча? Мы влюбились друг в друга с первого взгляда. Но твои бабушка и дедушка были против наших отношений, потому что на тот момент наша семья была довольно состоятельна и известна в своих кругах. А он был сыном простого госслужащего. Всё как в сериалах, не правда ли? — женщина усмехнулась, отпив немного чая из кружки, а затем продолжила. — И вот в один прекрасный день я снова собралась на свидание, но мне преградила путь твоя бабушка. Единственное, что она сказала мне тогда:«Прости меня и надеюсь, что ты сможешь понять нас с папой». Они заперли меня в моей комнате, но я была умнее и хитрее. Сбежала через окно, ночевала у твоего отца и даже и не думала возвращаться домой. Мне тогда казалось, что я решила всё сама, что я буду сама строить свою жизнь и я безумно гордилась этим. Да, возможно, тогда я была немного наивна, думая, что никто за мной не придёт. Но за мной пришли и забрали домой. После этого меня даже в школу не пускали и чтобы я не сбежала, снова раздели почти догола и забрали всю одежду. Мне удавалось сбегать из дома в одной простыне и возвращаться, к счастью, до того, как они заметят. Так продолжалось некоторое время. Потом мне исполнилось восемнадцать, а после я забеременела Чанёлем.       — Дедушка был в бешенстве? — Догадалась Джиюн, улыбаясь.       — О-о-о, ещё в каком! Только вот теперь у него не было выбора. Ему пришлось благословить нас. Я как сейчас помню этот день. Именно в этот день твой отец пообещал ему, что сделает меня самой счастливой женщиной на свете и поднимется настолько высоко, насколько это возможно. И он сделал это, Джиюн, сделал. У него была цель, несмотря на все трудности. И теперь посмотри, где твой отец, кто он и какое место занимает. Скажу тебе честно, я никогда не сомневалась в нём, даже тогда, когда надежды, казалось бы, уже не было совсем. И сейчас мне не о чем жалеть, совсем. Поэтому, Джиюн, если ты действительно любишь Сехуна, то я не стану ругать тебя, не стану запрещать. Как минимум потому, что не хочу повторять ошибки своих же родителей. Потому что я знаю, как это больно, когда тебя разлучают с любимым человеком, — несколько секунд она молчала, как будто тщательно подбирала слова, но затем снова заговорила. — Конечно, ваша ситуация совершенно не похожа на нашу. Вы родственники, хоть и не по крови. И ваши отношения не будут приняты обществом. Буду с тобой честной, я тоже сейчас в очень большом шоке и даже не знаю, как выйти из всей этой ситуации, если ваши отношения действительно станут серьёзными. Могу посоветовать тебе только одно: будьте осторожны и крайне внимательны. Не дайте никому узнать о ваших отношениях так долго, насколько это возможно.       Мягкость в голосе женщины исчезла, а на её место пришла серьёзность.       Юн в ответ лишь неуверенно кивнула, стараясь отогнать плохие мысли. Мама была права. В этой ситуации им оставалось лишь одно — не дать никому узнать об их отношениях так долго, насколько это возможно.

***

      Джиюн неспешно вышла из своей комнаты, сладко потягиваясь и то и дело зевая. Чтобы размять немного затёкшую шею, девушка покрутила головой из стороны в сторону и ещё раз потянулась, прежде чем зашагать вниз по ступенькам. С кухни, как и обычно, слышался звон посуды и весёлый говор родственников, который придавал дому особенную, «живую» атмосферу.       С лёгкой улыбкой на губах Юн вошла на кухню и, к своему удивлению, заметила там среди родственников Сехуна. В руках у парня была чашка с кофе, которую он тут же отставил в сторону, как только девушка появилась в дверном проёме.       — Всем доброе утро. — Пробормотала Пак-младшая, охотно усаживаясь за стол.       — Доброе-доброе! — Воскликнула мама, неспешно попивая кофе. Резкая перемена выражения лица дочери при виде Хуна не скрылась от её внимания. На это женщина лишь загадочно улыбнулась, опустив взгляд в тарелку.       — Чанёль опять не ночевал дома? — Поинтересовался папа, не отрывая взгляда от очередных важных бумаг. При этом тон его был немного строгим. Ясное дело, что ему это не особо нравилось, как и маме. Вместо того, чтобы проводить время с родителями, Ёль уходил в студию и сидел там днями напролёт. И если все остальные уже привыкли к подобному поведению парня, то для родителей это до сих пор оставалось неким неуважением с его стороны.       В этот же самый момент все перевели взгляд на Джиюн, а та даже жевать перестала от многочисленных взглядов.       — Почему вы все на меня смотрите? Как будто я знаю, где он околачивается, — на секунду девушка замолчала, отложив палочки в сторону. — Наверняка опять в студии засел.       — Скорее всего, — подтвердил Сехун, согласно кивая и невзначай посмотрел на неё, но затем быстро отвёл взгляд в сторону, уже обращаясь к дедушке. — Отец, как ты себя чувствуешь?       — Всё в порядке, не беспокойся обо мне, — мужчина слабо кивнул, улыбаясь. Его болезненный вид не скрылся ни от кого из присутствующих здесь. Было видно, что ему нездоровится. — Я хотел сегодня съездить в Канвондо, но что-то сомневаюсь теперь.       — Прошу тебя, хватит жертвовать своими силами и здоровьем только ради небольшой уборки там, — взмолилась мама Юн, приложив руку к сердцу. — В конце концов, попроси нас об этом или мальчиков.       — Ты же знаешь, что я не могу оставить дом просто так, — дедушка отрицательно покачал головой, пытаясь сдержать слёзы. — Мы столько лет прожили там с твоей матерью и этот дом мне так дорог, что я не могу не ездить туда. Мне нужно лично убедиться в том, что там всё хорошо.       — Отец, я поеду, ладно? — Се неспешно поднялся с места, тут же направляясь в сторону раковины, чтобы вымыть свою чашку.       — Тогда возьми с собой Джиюн, а то мается без дела. — Женщина кивнула в сторону Пак-младшей, а та удивлённо уставилась на неё.       — К тому же сейчас выходные, нечего вам в городе делать. Отдохнёте там, немного приберётесь, а завтра вернётесь домой. Тебе, кстати, отдых не помешает перед экзаменами. — Дедушка указал пальцем на Джиюн, а та лишь согласно кивнула, не смея спорить со старшими.       Если бы подобная ситуация произошла года три назад, то в этом не было бы ничего такого. Но сейчас, учитывая все обстоятельства, Пак-младшей было почему-то очень стыдно перед родными. Особенно перед мамой, которая теперь всё знала. И это было такое странное чувство. Но, несмотря на всё это, её чувства к Се нисколечко не изменились.       Просто теперь в голове возникали вполне логичные вопросы:       Что же теперь будет дальше с их отношениями?       И как долго они ещё смогут скрывать их?

***

      — Так, мы всё взяли? — Джиюн снова оглядела комнату, в поисках забытых вещей. И убедившись, что ничего не осталось, наконец, вышла из помещения.       — Поставите эти коробки в кладовку и всё, — напомнил дедушка и потрепал внучку за руку. — И если там много пыли, то протри там всё, Джиюн.       Мужчина с надеждой в глазах посмотрел на неё, дожидаясь утвердительного ответа.       — Хорошо, дедушка. Я всё сделаю, не переживай об этом, — Юн крепко обняла мужчину. — Прошу тебя, ложись отдыхать. Тебе сейчас нужно соблюдать постельный режим.       Он лишь кивнул и рассмеялся своим особенным смехом, который был свойственен только ему.       В это же время в дом вернулся Сехун. Он относил какие-то коробки в машину и теперь вернулся за очередной партией вещей. Улыбнувшись, парень негромко спросил:       — Ну что, едем?       — Едем. — Пак согласно кивнула и тут же последовала вслед за О, не забыв на ходу попрощаться с родственниками.       Хун, как и обычно, помог возлюбленной сесть в машину и пристегнуть ремень. Но стоило им только отъехать от дома, как воцарилось долгое и мучительное молчание. И это продолжалось до тех пор, пока они не угодили в очередную пробку на одной из оживлённых улиц Сеула.       — Поговори со мной. — Попросил парень, касаясь её холодной ладошки.       Но Юн молчала, не находя слов для дальнейшего разговора. Её так сильно беспокоил вчерашний разговор с мамой, что она почти всё время думала о нём, совершенно выпав из реальности.       — Джиюн? — Позвал её О, несильно сжимая ладонь.       — Прости. — Тяжело вздохнув и потерев переносицу, она опустила взгляд, пытаясь прийти в себя.       — Что случилось? — Се ещё крепче сжал её ладошку и обеспокоенно взглянул на возлюбленную.       — Я даже не знаю, плохо это или хорошо, но мама знает о наших отношениях. Вчера вечером мы разговаривали с ней об этом, потому что репетитор сообщила ей о том, что видела нас у академии. — Голос у девушки слегка дрожал.       — И что сказала мама? — Сглотнув, парень застыл в ожидании ответа.       — Она в шоке, но сказала быть нам осторожными и скрывать отношения до последнего. — Судорожно выдохнув, Пак подняла взгляд на возлюбленного, чтобы понять, какие эмоции он испытывал сейчас.       На его лице не было ни намёка на растерянность или что-то подобное. Лишь холодная и непоколебимая уверенность.       — Она права, — спокойно ответил он. — Всё будет хорошо, Джиюн. Не переживай об этом, пожалуйста.       — А что если все узнают? Что мы будем делать тогда? Я с ужасом думаю о том, что на всё это скажет дедушка, папа, Чанёль. — Чем дольше школьница говорила, тем сильнее дрожал её голос.       — Джиюн, — мягко притянув возлюбленную к себе, О поцеловал её в лоб. — Если мы будем осторожны, то всё будет хорошо. И в любом случае я ни за что не отпущу тебя. Слышишь?       — Да. — Прикрыв глаза, она ещё ближе прильнула к нему, ни на секунду не сомневаясь в его словах...