Часть 35. Мандариновая
4 марта 2019 г., 15:00
Видите? Разноцветные искры моего бестолкового сердца и леденеющей крови, разрываясь на мелкие кусочки и брызгая в разные стороны, обжигают ваши протянутые ладошки… Это мой самый громкий крик… Крик моей души…
***
Пять непрочитанных сообщений от пользователя Мариша Резникова. Динара почувствовала укол вины. Надо же… Из-за Троицкого она совсем забыла о разговоре с Маришкой, а ведь они только начали беседовать нормально. Конечно, что-то отправлять Динаре было жутко неудобно. Она всё представляла, как реагирует на её письма сидящая по ту сторону экрана золотистоволосая девушка. Если судить по фотографии, то Маришка Резникова была суперкрасавицей, что и немудрено, ведь она являлась моделью. И, кажется, желание стать более известной было одной из причин того, что Маришка сбежала от Фэшиара, когда Дина была ещё совсем маленькой. В сердце снова поднялась обида, но Динара стремительно подавила её, вспомнив слова Василисы. Быстро введя пароль, Дина зашла в социальную сеть и открыла сообщения: Мариша: «Вы с няней настолько сильно сблизились?» Мариша: «Удивительно))» Мариша: «Всё нормально?» Мариша: «Ты где? Почему не отвечаешь? Ты обиделась на меня?» Мариша: «Ладно… Ты занята, наверное… Напиши, пожалуйста, когда освободишься». Динара не представляла, что она должна отвечать в подобной ситуации, но проигнорировать сообщения Мариши, которая, кажется, сильно переживала, было попросту неприлично. Поэтому, глубоко вздохнув и быстро выдохнув, Дина дрожащими пальцами набрала ответ: Дина: «Всё окей. Меня друг отвлёк. Светильник выбрать не может. Да мы с няней подружились. Она правда очень хорошая». Сообщение осталось непрочитанным, поэтому Динара хмыкнула почти что облегчённо и спрятала мобильник обратно в карман. Оставалось только как-то избавиться от висевшего в воздухе напряжения между ней и Максимом, а потом — хоть на край Земли. Всё просто и возможно. Но от мыслей о том, как ей лучше увильнуть от более смущающих разговоров, Динару отвлёк тихо пиликнувший телефон. Маришка, наверное, ответила. Дина снова уставилась на переписку, читая ответ: Мариша: «Я очень рада. Надеюсь, у тебя не только с няней всё хорошо?» Мариша: «Ты можешь рассказывать». Мариша: «Я помогу, чем смогу». Дина: «Нет спасибо. Всё и правда хорошо». Мариша: «Как знаешь». Мариша: «Расскажи мне про своего папу. Он всё такой же добродушный и вечно несчастный?)» Дина: «Ага. Наверное ничего не поменялось. Не может перечить няне. Такой кроткий как дамочка». Мариша: «:)» Мариша: «Он всегда был добрым человеком, так что я не удивлена». Дина: «Он сейчас очень занят, но обещал провести с нами Новый Год». Мариша: «Это прекрасно. Мы с мужем тоже отпраздновать хотим». Дина: «Передавай ему от меня привет». Мариша: «Конечно)) А ты Фэшу — от меня». Дина: «Слушай, а ты когда-нибудь собираешься в Россию? Могла бы в гости на пару дней приехать». Мариша: «Я с радостью, но не уверена, что твой папа и его девушка меня ждут. Они, скорее, будут против». Дина: «Ну ты же не жить у них будешь. Просто приедешь на поболтать. Как тебе идея?» Мариша: «Прекрасная». Мариша: «Если ты хочешь, то я могу приехать». Мариша: «Мы можем приехать». Мариша: «Муж рядом стоит и толкает меня. Говорит, я о нём забыла и решила одна бежать к тебе в гости: 3» Дина: «Короче. Ты теперь знаешь что я не против. Родители наверно не откажутся. Папа как-то упоминал что нужно бы мне с тобой познакомиться, а Василиса часто говорила что вам с ней есть о чём поболтать. О своём о женском» Мариша: «Конечно». Мариша: «Хорошо». Мариша: «Я спишусь с Фэшиаром, и мы всё обсудим))» Дина: «Не надо! Если приедешь то пусть это будет сюрприз для папы. Он явно удивится». Мариша: «Как скажешь, хотя эта идея мне не нравится. Надо бы предупреждать заранее, а то вдруг какой-нибудь казус случится…» Дина: «Ещё поговорим про это. Мне сейчас идти надо. Пока. Напишу потом». Маришка: «Я была очень рада пообщаться с тобой. Пожалуйста, не забывай, пиши ещё :)» Мариша: «Пока :)» Динара растерянно убрала телефон. Она сама не знала, почему пригласила Маришку в гости. Ей давно казалось, что уже пора воссоединить давно распавшуюся семью. Конечно, видеть своей мамой кого-то, кроме Василисы, Динара не желала, но девочку коробило, что её родная мама находится непонятно где, хотя для общения с ней и её женихом, которого, кажется, Маркусом зовут, нет никаких препятствий. Просто проводить вместе свободное время, общаться и понимать, что семья большая — вот, чего Динаре хотелось. Да, Фэшиар и Василиса будут вместе, Маришка выйдет замуж за своего Маркуса, но это же не причина не видеться совсем. Драгоций уже давным-давно простила сбежавшую Маришку, так как поняла, что Василиса была права, — незачем таить ненависть и злость на кого-то, с кем даже не видишься. От этого плохо лишь тебе самой, никому другому, поэтому лучше да и проще отпустить. — Как дела с мамой? — поинтересовался Максим, успевший несколько раз сходить в отдел детских игрушек, а теперь внимательно разглядывающий розовую плюшевую лягушку. — А вот она реально красивая, — имея в виду лягушку, заявил Троицкий. — Куплю для твоей тёти, — хмыкнул он, взглянув на Динару. — Лягушка отпадная, а Маришка… Ну… — Драгоций замялась под внимательным взглядом Макса. — Я это… Я, кажется, пригласила её в гости, — Дина посмотрела на Максима, но сразу поняла по лицу друга, что подобные вести его не особо удивили. — Оригинально, — пробормотал Максим. — Отцу скажешь? — Нет, это будет сюрприз, — усмехнулась Динара.***
31 декабря 2018-го года
— Так вот я и говорю ему: «Ты куда, бестолочь? Дети ещё спят!», — нарезая огурцы для оливье, весело продолжала Захарра рассказ про своего мужа и детей. Больше всего Динаре, сидящей рядом и слышавшей эту историю раз сто, как минимум, нравилось, когда тётя Зара начинала рассказывать про то, как они с Мааром выбирали коляску для ещё нерождённого малыша и как удивлялись потом, узнав, что у них двойня: девочка и мальчик. Дядя Маар настоял на бежевой коляске, потому что в итоге смирился с тем, что розовое для девочек — это стереотип, а Захарра же в свою очередь подумала о том, что фиолетовый цвет чересчур яркий для малюток, поэтому новый выбор мужа ей пришёлся по вкусу практически сразу. — А он ведь не знал, что… — дальше Динара полностью абстрагировалась от разговора мамы-Василисы и тёти, ибо просто не может слушать, когда Захарра с упоением рассказывает про первые какашки детей, их цвет и запах. А ведь Зару иногда на подобное несло… Во всём виновато ужасное умиление, появляющееся в её голосе каждый раз, когда разговор заходил о её с дядей Мааром детях. Дина хмыкнула, засовывая в рот мандарин сразу целиком. — А что Маар? — спросила Василиса. Динара сначала не поняла, о чём говорит мама, но потом до неё дошло, что она, задумавшись, пропустила добрую половину разговора тёти и мамы-Василисы, и та самая Лиса сейчас спрашивала о чём-то постороннем для Дины, но нужном для Захарры. — Да ничего. Он всегда понимает меня с полуслова, в общем-то. Это так прекрасно. Но когда приходит домой уже ночью, то совсем не соображает, — хмыкнула Зара. Женщина уже закончила с ингредиентами для оливье и приступила к нарезке крабовых палочек. Динара жадно посмотрела на любимое лакомство, тайно мечтая, когда Захарра отвлечётся, стащить пару штук. Девушка помотала головой и продолжила чистить мандарины. Она сама взялась именно за них, потому что переживала за сохранность салатов. Не смотря на довольно большой возраст — почти четырнадцать уже — Дина откровенно плохо управлялась с ножом и нарезками. И она не против-то была помогать, но боялась испортить эстетический вид блюд, хотя Василиса убеждала её, что на вкус неровная нарезка никак не влияет. — А чего он так поздно-то? — поинтересовалась Василиса, помешивая деревянной ложкой содержимое сковородки. Насколько Динара помнила, там жарились белые грибы с сыром и ещё чем-то, но на запах определить было невозможно, ибо на кухне витала добрая сотня различных ароматов. — Ты у Фэша спроси, — по-доброму, но всё же с некоторым осуждением фыркнула Захарра и начала чистить яйцо от скорлупы. Почистила, задумчиво на него посмотрела и вместо того, чтобы начать резать, просто засунула в рот. Динара весело хихикнула, покачав головой, а Захарра поиграла бровями, силясь быстрее прожевать. — Он либо сам чёрти сколько сидит в студии, либо Маара заставляет. — Ну да… — согласилась Василиса. Динару удивляла сегодняшняя немногословность мамы, но девушка не осуждала её — Василиса с Захаррой третий раз в жизни общались, поэтому некая скованность Лисы была понятна. К тому же… разговаривали-то они про папу Дины, поэтому Динара в некоторой степени надеялась на то, что маме просто очень неловко. — К сожалению, Фэшиар Диаманович… — проговорила Василиса и замолчала. Динаре не нравилось, что Василиса так стесняется Захарры. К Фэшу и к ней, Динаре, Лиса как-то проще относилась, да даже к Маару она относится как-то не так, как к Захарре. Странно… Но Динара не могла понять причины. Возможно, Лиса переживала, что обсуждает отца Дины с его собственной сестрой. Это опасение Дина понять могла. В это время Захарра заметила, что на столе стоит ещё одна пачка крабовых палочек, поэтому отложила варёные яйца в сторону и продолжила издеваться над бедными (не)крабовыми пахнущими штучками. — Просто Фэш, Лиса, — недовольно поправила Василису Зара, приподнимая доску и сбрасывая нарезанные крабовые палочки в миску. — Да, Фэш чересчур много и часто думает о работе… — снова неуверенно произнесла Лиса. — Ты просто скажи, что он зарвавшийся индюк, — весело хмыкнула Захарра, и Василиса удивлённо вскинула брови, понимая, что подобную фразу уже слышала, а когда перевела взгляд на ухмыляющуюся Динару, то поняла от кого. — У него есть семья, к которой ты, детка, тоже относишься, — уверенно заявила Броннер. Василиса натянуто улыбнулась, хмыкнув и посмотрев в сторону. Зара внимательно проследила за реакцией Василисы и задумчиво нахмурилась. — Ну да… Я пойду проверю торт на балконе. Он должен был уже застыть, — улыбнулась Василиса и поспешила ретироваться. Торт, про который она говорила, был очень интересным: желейный, с клубникой, мятой и взбитыми сливками. Забавен был и тот факт, что на балконе было холоднее, чем в морозильной камере холодильника. Но даже если бы температура и в ней была нормальная, огромных размеров торт всё равно бы туда не поместился, поэтому тремя девушками, Захаррой, Василисой и Динарой, был выбран самый оптимальный вариант — холодный балкон дома. — Зарвавшийся индюк? — приподняла брови Динара, глядя на свою тётю. Захарра хитро улыбнулась в ответ. Динару всегда немного восхищало умение тёти так красиво нарезать, смешивать различные продукты, импровизировать. Она слышала от отца, что Захарра уже в пятнадцать лет шикарно готовила, ну, а дальше лишь совершенствовала свои навыки, данные явно от Бога. — Воруете мои фразы, дорогая Захарра Броннер, — важным тоном произнесла девушка, отложив очередной почищенный мандарин к его пахучим оранжевым братьям. — Возможно, — пожала плечами Зара. — Ты мне лучше скажи, почему Василисе так неловко в моём присутствии? Ты мне её совершенно не такой описывала, — верно подметила женщина. Динара вообще заметила, что взрослые часто очень правильно всё понимают, замечают, даже Максим… Максим! Динара подавилась мандарином, который жевала, и начала судорожно кашлять. Бедный Троицкий родители которого куда-то смотались на Новый Год и оставили сына одного на все зимние праздники. — Зар, прости, я сейчас, — буркнула Дина и, встав из-за стола, направилась прямиком в ванную. Захарра особенно не сопротивлялась — знала, что Динара просто так с места бы не сорвалась — поэтому просто кивнула и вернулась к яйцам. Динара закрыла ванную комнату на замок, уселась на крышку унитаза и достала из старых потёртых джинс, в которых, чтобы не испортить нормальную одежду, решила готовить, хотя кроме чистки мандаринов ничем больше заниматься не собиралась, свой телефон. Разблокировала и практически сразу набрала знакомые цифры. Через секунду на экране высветилось, что Троицкий взял трубку. — Максим, хай, чем маешься? — спросила Дина, улыбаясь и накручивая прядь волос на палец. Она хоть и заботилась о своей одежде, но совсем забыла собрать волосы в хотя бы какую-нибудь причёску, поэтому они свободно падали на плечи, спускаясь до лопаток. — Пытаюсь не умереть от скуки, — хмыкнул Максим на том конце. Динара прикрыла глаза, представляя, как Макс растягивает губы в улыбке и немного закатывает глаза, как посмеивается. Но даже сейчас Дина отчётливо видела в его улыбке (хоть и всего лишь представленной) отголосок грусти. — Я рад, что ты позвонила, мелкая зараза, — внезапно пробормотал Макс в трубку, и Динаре стало теплее на сердце. Она сунула в рот ещё одну дольку мандарина, который захватила с кухни, и, подумав, сказала: — Так приходи к нам в гости. Тут назревает реальный праздник в кои-то веки, — Динара не была уверена в том, что Максим вообще согласится, но попробовать стоило, так как ей будет очень радостно провести Новый Год со своим лучшим другом, который медленно, но уверенно превращался для неё в кое-кого другого, и Максиму будет не так одиноко. Динара прекрасно понимает боль одиночества, знает это ощущение, что все в мире оставили, забыли, бросили… — У вас семейный праздник. Я не могу, Дина, — замялся парень. Динара же, услышав подобный до жути неуверенный ответ, только сильнее загорелась желанием убедить Максима, что ему в доме Драгоциев будут только рады. — Не переживай. Тётя Захарра и Василиса с папой будут рады с тобой познакомиться. Нужно же им знать, с кем дружит их единственное чадо. — Вот прям единственное? — противным голосом спросил Максим. — У Маара с Захаррой ещё двойняшки есть, так что не надейся, — голос парня сделался более спокойным и даже немного весёлым. Динара окончательно расслабилась. — Сделаю вид, что не слышала этого, маньяк, — спокойно произнесла девушка, наверное, удивив своим ответом Максима. — Просто приходи. Никто не будет против. Какой смысл тебе просиживать в одиночестве все праздники? — спросила она и получила в ответ невнятное мычание. — Короче, желания уговаривать тебя у меня нет. Если хочешь, приходи. Буду ждать, — Динара улыбнулась, внутренне радуясь, что Троицкий не может видеть этой улыбки. — Хорошо… Спасибо тебе. За всё, Дина, — голос Максима был каким-то чересчур уж странным, поэтому девушка поспешила попрощаться с другом. Его мысли она прочитать не могла априори, особенно, когда он далеко, а жаль… Динара задумчиво хмыкнула и, поднявшись на ноги и отперев дверь, вышла в коридор. Спустя пару мгновений добрела до кухни и уселась обратно чистить мандарины. К её удивлению, Василисы на кухне не наблюдалось. — Мне вот тоже интересно, куда Лиса делась, — ответила Захарра на немой вопрос Дины. — Ушла на тортик посмотреть и куда-то пропала. Да уж… Просто как Фэш. Они очень похожи, — продолжала Зара. Динара была согласна с тётей, потому что её отец действительно очень походил на маму-Василису во многом, начиная характером и заканчивая общими повадками. — Он такой же: вечно начинал, к примеру, убирать на своём столе, а я в итоге находила его под столом за чтением какой-нибудь книги, а стол — таким же замуссоренным, каким он и был до начала этой вот уборки, — женщина улыбнулась, отдаваясь воспоминаниям, а Дина лишь хмыкнула. Она знала эту историю, она вообще много чего знала из юности и детства сестры и брата Драгоциев — они с Захаррой до беременности последней проводили почти всё свободное время вместе. Это последние несколько лет разделили их столь сильно, но Дина надеялась возобновить ту связь, что была раньше. — Кстати, возвращаясь к индюкам, — дождавшись, когда Захарра закончит рассказывать то, что Дина и так знает, начала Драгоций-младшая. — Папа после вашего с ним разговора очень изменился. Перестал ходить, как призрак. Я, наконец-то, увидела его осмысленный взгляд, а то вечно в облаках летал на протяжении последних нескольких месяцев, — вспоминать это было очень неприятно, Динара даже вздрогнула и, подумав, сжевала ещё один мандарин. Н-да… Такими темпами никакие салаты в неё влезть не смогут — мандаринами наестся. — Это не только моя заслуга, — призналась Захарра, загадочно улыбаясь. Динара приподняла правую бровь, удивляясь. — Я оказалась не первым человеком, желающим вправить твоему папе мозги, — добавила женщина, добавив Динаре только больше вопросов. — Парень твой постарался. Это из-за него Фэш задумался над тем, что поступает неправильно, хотя, конечно, доволен вмешательством во всё это какого-то левого мальчика не был. Но это не так уж важно. — Максим разговаривал с папой? — глаза Динары непроизвольно расширились. — О-о, так он действительно уже твой парень? — хитро поинтересовалась Захарра, встав из-за стола и моя руки в раковине. Женщину совсем не волновало, что она ответила вопросом на вопрос, кажется. Сначала Дина вообще не поняла смысла вопроса своей тёти, а когда поняла, то отрицательно замахала руками у себя перед носом, утверждая, что они с Троицким по-прежнему только друзья. — Правда? Очень жаль, — добавила Захарра и больше ни тётя, ни Динара к этому вопросу не возвращались. Они продолжали заниматься делами в тишине: Захарра добавляла в каждый салат порцию майонеза, старательно перемешивая, а Динара чистила мандарины. Через некоторое время Василиса, пропавшая на балконе вместе с желейным тортом, всё-таки нашлась. Оказалось, что в комнате, ведущей на тот самый балкон, девушке подвернулись под руку старые альбомы семьи Драгоциев и она просто не смогла пройти мимо. С приходом на кухню Лисы разговоры возобновились. Захарра снова посмеивалась над своим братом, Василиса, немного расслабившись, уже более спокойно и даже весело отвечала, а Динара просто слушала. Входная дверь, отворившись, хлопнула. Динара радостно улыбнулась и, отложив мандарин в сторону, поспешила поздороваться с пришедшим после работы отцом. Фэшиар оказался в компании Маара. Дядя тут же подхватил племянницу на руки и поздравил с Наступающим. Дина вежливо пожелала ему того же и добавила, что Захарра на кухне. Маар снял верхнюю одежду, разулся и поспешил к жене, оставив двоих Драгоциев наедине. — Привет, пап, — усмехнулась Динара, чуть обнимая Фэша, уже снявшего куртку с ботинками. — Вместе с нами Новый Год будет справлять Максим, — вот так, просто в лоб. Ошарашенные глаза отца развеселили Динару, и она, не собираясь сдерживаться, рассмеялась. — Да. Неожиданно, правда? — Сначала нужно разрешения спрашивать у родителей, — недовольно нахмурившись, произнёс Фэш. — А не ставить перед фактом. — А я и спросила, — покивала Динара, улыбаясь. — У Василисы. Она разрешила, так что… Никаких проблем, пап, — Фэшиар уже хотел открыть рот, чтобы поспорить, но тут в дверь позвонили. Драгоций-старший, покачав головой, поспешил ретироваться на кухню, а Динара глубоко вздохнула и открыла дверь. На ступеньках стоял Максим. Одетый очень легко для зимы: в ветровке и без шапки. — Привет, маньяк, — махнула рукой девушка. — Заваливайся. — С Новым Годом, Дина, — хмыкнул парень, уже зайдя в дом. — Это тебе, — он всунул к ней в руки пакет мандаринов. Динара, только увидев оранжевые плоды, застонала. Максим, может, и удивился, но виду не подал, а дальше… Всё так закрутилось. Захарра позвала Дину помогать, но женщине на помощь пришёл Максим, так как Драгоций-младшая напрочь отказывалась что-либо резать или нарезать, а вот Макс умел. Мама-Василиса и Захарра был крайне счастливы общаться со взрослым и умным «как бы парнем Динары». Так Троицкого за глаза назвала Зара. Вскоре все блюда были готовы, вся семья вместе с выглядящим счастливым Максимом уселась за стол. То и дело раздавались взрывы смеха. Даже изначально хмурившийся Фэш проникся атмосферой праздника, Динара же чувствовала себя просто замечательно: все люди, дорогие ей, собрались вместе, разговаривают, смеются, улыбаются. — Осталось две минуты, — громко произнёс Маар, указывая на часы, которые перед таким важным праздником несколько раз проверили вплоть до секунды. Все присутствующие подняли свои бокалы, наполненные, как ни странно, яблочно-виноградным соком и, чокаясь на последней секунде Старого Года, практически залпом повыпивали содержимое. Максим улыбался так сильно, что иногда Дина переживала за сохранность его щёк — они уже треснуть давно должны были от такой страшный лыбы от уха до уха. Но Драгоций было радостно от того, что она спасла друга от полного одиночества и привела в семью, где ему были рады. Захарра постоянно с намёками приподнимала брови, глядя на Троицкого, а Василиса, справившись со своей внезапной неловкостью, весело и задорно расспрашивала Макса обо всём на свете. Динара старалась в эти диалоги не вникать, ибо ей казалось, что она выглядит ничего не знающей дурочкой — Василиса и Максим были взрослыми, разумными людьми, обсуждали какие-то возвышенно-поэтические темы, на поддержание которых Дина не была способна… Динара хмыкнула, отставляя свой бокал в сторону. Она уже выпила столько сока, что салаты, которые в семье Драгоциев предпочитали есть уже в Новом Году, всё-таки точно не поместятся, даже если Дине очень захочется. Но ей не хотелось. Горячего хотелось. Поэтому девушка выскользнула на кухню, чтобы заварить себе чаю, а когда вернулась, за столом уже происходило какое-то волнение-движение. — А у Фэша для нас есть подарок, — добавил Маар, обнимая Захарру за плечи и улыбаясь. — Давай, Драгоций. — Ребята, друзья и любимые, мы сейчас запустим салют, — громко объявил Фэш. — Все на улицу, — Динара была счастлива, услышав это, и пока все родственники, кряхтя, поднимались со своих мест, она ухватила Максима за руку и прошептала: — Хочу на крышу. Пойдём со мной. — она заглянула в глаза Троицкому и, найдя в них положительный для себя ответ, утянула друга одеваться. Динаре нравилось, что все родственники так тепло приняли Максима, но всё же ей хотелось, чтобы он оставался только её близким человеком, то есть другом… — Пап, мы с крыши посмотрим, — крикнула девушка Фэшу, вытаскивающему из-за спинки дивана свой припрятанный салют или ту штуку, которая взрывается. Не зная точного названия, Дина окрестила салют именно так. Кое-как нацепив на себя куртку с шапкой, девушка подбежала к столу. — Максим, я сейчас, только чай возьму.
