Один хорошо, а два лучше

      Этот оборотень так бесил волка. Так и маячил перед глазами.       — Чего тебе? — сказал альфа, не желая разговаривать с хищником.       «Теперь он еще и на моего омегу претендует», — подумал Ким.       Как только оборотень открыл рот, чтобы что-то сказать, его прервали.       — Он невинен!       От эти слов волку стало легче: «Хорошо хоть, что он ничего Раю не сделал», — подумалось ему. Сразу к оборотню отношение улучшилось, значит не такой плохой, как показалось вначале. Раз ничего омежке не сделал.       Запах омеги медленно окутывал полянку. Течка была в самом разгаре. Правда, этот запах никто не ощущал, кроме истинного. Он будто звал альфу придти сделать своим, но он продолжал стоять на полянке. Понимал, что омега ему за это «спасибо» не скажет. У них не как у всех истинных, да к тому же они не вместе.       «Надеюсь, это скоро изменится», — пронеслось в голове Кима.       Оборотень разглядывал волчонка. Он ожидал, что получит подобный ответ, а потому отреагировал адекватно.       — Любишь его? — поинтересовался он и его понесло. — Парень, друг или просто прохожий, как те? — кивнул он на альф, которые еле-еле держались, чтобы не наброситься на бедненького омегу.       — А зачем тебе это знать? — альфа любит и очень, и скрывать этого не собирается. Но сейчас он слишком устал, чтобы выкабениваться.       Однако ответил шепотом: — Да, — казалось, никто не услышит.       Неожиданно для всех, омега вышел из дома. Ноги дрожали, пот тек ручьем, но он очень хотел поговорить с этими двумя. По-своему поговорить. Подошёл к этим двоим, взял обоих за шиворот и притянул к себе, смачно так поцеловав в губы одного, а потом и другого. Настала тишина. Альфы стали ещё злее. Эти двое стояли в непонятках. Что сейчас было?       Мэт уставился на омежку. Еле держится же… Откуда-то сбоку послышался грохот, видимо это папа омежки в обмороке спасение нашел. Но на него никто не обратил внимания, главное и интересное действие происходило впереди.       У оборотня мысли путались и было как-то непонятно, это ему привиделось или его и вправду поцеловали? А за что? А как? А почему? А почему его поцеловали вторым?!       Вид у волка тоже был не лучше, а вот у омеги был очень решительный вид.       Омега в окно наблюдал за этими двоими и испугался, как бы они друг другу глотки не перегрызли, а потому взял волю в кулак и поднялся. В комнате никого не было, сейчас внизу все разбирались. Он оделся, чуть ли не падая, и вышел. Он просто хотел поговорить с ними, объяснить, что драки устраивать тут не надо. Только вот он потерял голову и поцеловал их. Обоих. Потом стало еще хуже, захотелось побыть с кем-то из альф, а тут двое попались.       Взяв обоих альф за руки, под недоумевающие взгляды, затащил их в дом, к себе в комнату. Он жадно смотрел на них. Мозги отключились, и хотелось только секса. Голые инстинкты и никаких мозгов. Толкнув Кима на кровать, залез на него и принялся мять мягкие губы альфы, а рукой гладить торс оборотня.       Что произошло, Ким сразу не понял. Это было очень неожиданно. И вот его уже тащат в комнату, бросают на мягкую большую кровать, и он прикладывается затылком. Омеге на это было пофиг и вот его опять целуют. Альфа лихорадочно соображал: оттолкнуть и успокоить, или просто отдаться удовольствию и трахнуть. Только оборотень, смотрящий на них, мешал. Ну и ладно. Сейчас есть возможность и её надо брать. Он углубил поцелуй, проникая в рот омежки языком. Надо же ему показать, как правильно целоваться.       Мэт как истукан стоял, также как волчонок не понимая, что происходит. Но что он однозначно знал, так это что надо пользоваться, пока дают. И этот волчонок, присосавшийся к его любимому омеге, сильно мешал. Отцепив омегу от него, поцеловал сам.       Волчонок возмутился, но волкодав, не желая слушать скулеж, закрыл ему рот поцелуем. Если и брать, то по полной. Можно даже и альфика завалить и пофиг, что это неправильно. У них же групповушка.       Ким пытался оттолкнуть оборотня, но тот лишь прижался еще ближе. Было приятно конечно, но экзотика явно не для волка. А оборотень просто не замечал протеста, если бы волчонок и вправду захотел избавиться от его медвежьих объятий, он бы это сделал. Не так сильно он его и сжимал. А так… нравиться ему. Мэт заулыбался.       Омега смотрел на целующихся альф, и кровь резко хлынула обратно в голову. Мозг заработал, он как будто очнулся и сглотнул. Рай смотрел и краснел, как оказалось течка у него наплывами. И вот она пошла на спад.       — Пора сваливать, — прошептал Рай, отступая к двери. В ванной лучше отсидится.       Ким краем глаза заметил отступающего омегу и оттолкнул присосавшегося оборотня.       Тот оглянулся, увидел ошарашенного омежку по-тихоньку отходящего к двери.       — Раззадорил и в кусты? — поинтересовался Мэт. Он, конечно, знал, что когда течка мозги выключаются, но чтоб настолько…       — Друг с другом трахайтесь!       Омега выбежал из комнаты и побежал к ванной. Там замок хороший. К тому же не будут они в чужом доме дверь ломать. Отсидится там, подумает над своим поведением и что там ещё надо сделать? Да, подумать чего он хочет.       Закрывшись, он опустился на бортик ванны. Чего он хочет? Вопрос встал ребром. Он смотрел на дверь, слыша шаги и голоса. После чего хлопнула дверь.       Рай горестно плакал, стирая соленые слёзы со щёк. Ну почему всем омегам все равно, кто им вставит? Из-за этой течки, он бы мог совершить ошибку. Самую большую ошибку в жизни. Так он просидел весь вечер. Несколько раз приходили родители, пытались уговорить выйти, а потом где-то отыскали ключ от ванной и вытащили его сами. Уложили в кровать и напихали таблетками. Что это было, они пока не распрашивали, хотя очень хотелось.       — Пусть пока в себя придет. Бедный мой мальчик! Столько всего в один день, — услышал омежка голос папы.       Глаза опухли, появились синяки. Он не мог ни есть, ни пить.       — Может я влюбился в обоих… — омега смотрел в окно, начинался дождь. Мысли об альфах не выходили из головы. Каждый день он наблюдал за ними. Интересно, что они будут делать, когда дождь начнется?       — Но… Это ведь неправильно, — он потер лицо. — У меня должен быть один муж… — парень сел в кровати и откусил кусочек пирожного. Впервые за эти дни ему захотелось сладкого. Папа много ему приносил, надеясь, что сын поест свои любимые сладости, но он к ним не притрагивался, а тут захотелось. Ну все, опять жор. Это происходит постоянно, когда он волнуется.       И так продолжалось четыре дня, а там и течка закончилась.       Альф тогда родители выгнали, да и всех остальных тоже. И теперь, оборотень с волком каждый день возле дома ждали Рая. Вдруг выйдет. Правда отец омеги постоянно гнал их взашей, и они уходили, но через пять минут возвращались. В итоге старый альфа просто махнул на них рукой. Пусть делают, что хотят, к его сыну они не подойдут. А папе омеги они нравились, ему нравилось, что за его сына борются. Другие «женихи» больше не приходили, потому мужчина относился к этим двоим, как к «сыновьям». Ну, один из них точно его зятем будет.       Папа омеги даже предлагал им поговорить с сыном, а то он в ужасном состоянии. Только конечно наедине с ним. Текущего сына он с ними не оставит. Он уже в курсе, что было в тот раз в комнате. Альфы же отказывались. Они не знали, что сказать ему. Типа, ты сам меня поцеловал, и я здесь не причём?       Мэт фыркнул, нарезая круги возле омежкиного дома. Тут и Ким, наконец, пришел. Больно этот альфа поспать любит. За эти дни они подружились и уже не лаяли друг на друга, даже общие темы для разговоров нашли.       — Как он там?       — Вроде нормально. Сэм сказал, — так звали папу омеги.       — Понятно, — пожал волк плечами.       Они еще не знали, что будут делать потом, и что станет с их отношениями, но они очень надеялись на то, что судьба будет к ним благосклонна. Они любили омежку, а потому заставят его полюбить их.