Не судите книгу по обложке

Я никогда не знала, что такое поцелуй. Нет, теоретически, я, конечно же, имела представление о том, что это. Но увидеть это волшебное прикосновение губ, как написано в книгах, в жизни мне не приходилось. Странно, но за шестнадцать лет своей жизни я действительно никогда не видела, чтобы кто-то целовался. Лишь в кино и книгах, но это было не то. Я всегда с волнением обдумывала то, каким у меня будет первый поцелуй. Где, как, при каких обстоятельствах? Я придавала ему безумно много значения и он до сих пор оставался в моём сознании одним из самых важных и волнительных моментов в жизни. Но я никогда не задумывалась о нём всерьёз, ведь ощущала себя ещё неготовой маленькой девочкой для такого чего-то «взрослого». В среду школьный день прошёл просто прекрасно. Хлоя не пришла, учительница сказала нам, что она заболела. Адриана всё также не было. Когда я проводила с Натаниэлем больше времени, я стала забывать мучившее меня волнение за Агреста. Натаниэль отвлекал меня от грустных мыслей, смешил, разговаривал. Алья весь день подозрительно щурилась на нас и хитро улыбалась, что, конечно же, от меня не скрылось. Я постоянно краснела и отмахивалась, когда она начинала играть бровями, смотря на нас с Натаниэлем за новой увлекательной беседой. Мы могли говорить о чём-то и ни о чём. С ним мне было спокойно и легко. У меня с ним не возникло никакой химии, это точно. Мы просто друзья. Хорошие друзья. Но затем после школы во дворе за зданием я случайно увидела, как прячась от чужих глаз, Нино нежно держит лицо Альи двумя ладонями. Издалека, не до конца понимая, что происходит, я наивно поспешила к ним. Но приблизившись, впала в ступор. Они целовались. Правда, по-настоящему целовались. Для меня это настолько было незнакомо, а особенно видеть в этом процессе свою лучшую подругу, которую никогда раньше не видела с такой стороны. Для меня это было настоящим шоком. Находясь в неком омуте, я тихо и осторожно, чтобы они меня не заметили, развернулась и пошла домой. Картинка настырно так и стояла перед глазами, и невольно в голове заместо друзей появлялись мы с Натаниэлем. Я упорно отгоняла подобные мысли, но они сворачивались в тугой узел в животе и не хотели исчезать. Мысли о том, что Алья моя ровесница, и то, что целоваться в шестнадцать лет уже абсолютно нормально, никак не вылезали из головы. Но я настырно твердила себе, что мне ещё слишком рано даже думать о таком. — Маринетт, — я резко ойкнула и подпрыгнула на месте от неожиданности, хватаясь за сердце, — извини, я не хотел тебя напугать, — Натаниэль застенчиво почесал затылок. Парень отдышался, в то время как я пыталась привести сердце в порядок, и продолжил. — Я подумал… Может, проводить тебя до дома? До дома… Меня ещё никто никогда не провожал до дома, помимо Альи. Безумно приятно от его дружеской заботы, но мне так не хотелось обременять его этим. — Нет, спасибо, Нат, я здесь рядом живу, — я улыбнулась ему и уже развернулась в сторону своей улицы, как увидела, что он невозмутимо пошагал за мной. — Натаниэль? — Я провожу, ничего страшного, — парень улыбнулся и развернул меня, чтобы я продолжила идти, не обращая на него внимания. — Спасибо, — буркнула я себе под нос, не став больше настаивать. Вдали на соседней улице я увидела воркующую парочку, сидящую на скамейке. У парня в руках было чуть подтаявшее мороженое и он держал его в вытянутой руке, чтобы девушка забавно за ним тянулась. Они хохотали, мило смеялись и краснели. И где-то в отдалённых, ранее чуждых для меня, мечтах я представляла вместо них себя и… Резкий визг шин и сигнал машины вырвал меня из сладостных мыслей. Я встрепенулась и начала озираться по сторонам, а затем на светофор. Вроде зелёный… — Больной какой-то, — с неким испугом и возмущением выпалил Натаниэль, смотря на одну из машин на дороге, и аккуратно взял меня под локоть, держа так руку до конца зебры. Видимо, какой-то чайник на трассе хотел попонтоваться своими скоростями. Сколько судьба подкидывает мне неприятных ситуаций на дороге, а я всё так же невнимательна… Мы дошли до дома в полной тишине. Странно, но сейчас у нас не находилось тем для разговоров. Попрощавшись друг с другом, мы разошлись и я наконец зашла в дом и спокойно упала на диван. Закрывая глаза, в тишине представляла всевозможные милые моменты с Натаниэлем. Как он взял меня за локоть, как героически спас от машины (и плевать, что машина сама остановилась, а он просто решил предостеречь меня от опасности). И в мыслях снова возникла ситуация с Адрианом. Как он грубо схватил меня за шкирку, как наорал, но… спас. Будь внимательна на дорогах, блин! В следующий раз единственный, кто будет тебя спасать — это врач! Мысли роем кружили в голове и, незаметно для себя, я уснула прям на диване в зале, даже не дойдя до своей комнаты. Некий шум, доносящийся из моей комнаты, разбудил меня. За окном было уже темно и по звукам я определила, что там даже не дождь, а настоящий ливень. Но что ещё за звуки со второго этажа? Неужели родители, не обнаружив меня, пошли искать в комнату? Нет, я накрыта одеялом, хотя не была, когда засыпала. Вероятно, они давно увидели, что я дома. Тогда что за полтергейст воюет у меня в комнате? С лёгким испугом, но своим скептицизмом ко всему сверхъестественному, я поднялась наверх. Осторожно приоткрыла дверь и увидела нечто ещё ужаснее, чем полтергейст. — О! А я тебя искал… — Адриан чуть пошатнулся, вставая с кресла. — Я даже проверил под кроватью, пусть и был уверен, что ты там точно не поместишься, — он начал дико ржать и снова свалился в кресло. — Что ты здесь делаешь? — голос у меня был стальной, терпение на исходе. Как же он выбешивает меня. — У нас так-то дополнительные, — он подмигнул мне. Взгляд его был какой-то туманный. — Я надеялась, что ты не придёшь, — я не стала вдаваться в подробности, что я забыла про эти занятия и вообще уснула внизу, но по сути я ему не соврала. — Стоп, а как ты вообще здесь оказался? — Это мой маленький секретик, — Агрест постарался встать с кресла, но попытка обернулась крахом и он упал на пол. — Ой… Что с ним такое, чёрт возьми? Я закрыла за собой дверь и поспешила к парню. Ему плохо? Он поднял голову, пытаясь устремить свой взгляд на мне, и я поняла, что он просто в дрова пьяный! Немного приблизившись и учуяв едкий запах перегара, я в этом убедилась. К тому же, я заметила, что на нём нет сухого места. Видимо, недавно он был под ливнем. — Что с тобой такое? Почему ты здесь в таком виде? — я была на пределе. Сначала посылает меня, потом каким-то образом бухой заваливается ко мне в дом! Что он себе позволяет?! — Нихао, давай тренироваться… — язык парня заплетался, он начал смеяться. — Тихо, заткнись, иначе родители услышат тебя! — Я закрыла ему рот одной рукой, а другой потянулась в карман за своим телефоном, чтобы посмотреть на время. Что?! Уже семь вечера? Что он правда здесь делает? Посмотрев на него внимательнее, я заметила новые ссадины и синяки на его лице. Ухо у него было красное. Рукой немного отодвинув мокрые волосы, я увидела на ухе у него пирсинг и, видимо, новый. Он что, решил конкретно в бэдбоя заделаться? — Адриан, что с тобой? Сядь на кресло, — я попыталась поднять его, но несмотря на то, что я далеко не слабая, он оказался очень тяжёлым и поднять его мне не удалось. — Я голодный и хочу кушать. Можно тебя съесть? Ам… — он потянулся к моей руке и в шутку укусил её. — Нельзя! — я вырвала руку и отошла от него. Боже, он не соображает… — Ну и не надо, мне всё равно жирное нельзя! — он обиженно нахмурился и, лёжа на полу, отвернулся от меня. Со всей своей величайшей выдержкой и снисходительностью, я тихо открыла дверь и быстро юркнула вниз. Мама с папой ещё в ресторане, надеюсь, они не захотят проведать меня. Бегло разогрев курицу, я нарезала к ней хлеб и, чуть не разбив тарелку, торопливо поднялась к себе. Не дай бог родители увидят Адриана в таком состоянии у меня в комнате. Заскакивая в комнату, закрыла на щеколду за собой дверь и без церемоний грубо поставила тарелку на стол. — Жри, — указала я Адриану на еду, когда он поднял на меня свой помутневший взгляд. Он радостно заулыбался и снова постарался залезть в кресло. На этот раз я ему помогла и всё прошло удачно. Он начал с удовольствием запихивать в себя всё, что ему попадалось. Кажется, грыз даже куриные кости. Я села на диван и с настороженностью стала наблюдать за парнем. Почему он пьяный и почему не у себя дома? Ладно, что не у себя, почему он у меня дома?! Дополнительными здесь и не пахло, начиная даже с того, что по времени они уже давно прошли. Когда он доел, я подошла и отставила от одноклассника тарелку. Опёрлась на стол и строго посмотрела на него. — Что ты здесь делаешь? — на этот раз я спросила чётко и надеялась, что вопрос мой без ответа не останется, как все предыдущие. Я сложила руки на груди и стала прожигать Адриана взглядом. Он ухмыльнулся, затем отчего-то рассмеялся, а потом слегка обиженно посмотрел на меня. — Злая какая… — оперевшись руками о стол, Агрест встал с кресла и оказался на полторы головы выше меня. Он ухмыльнулся и навис надо мной, чуть пошатываясь. — Я сейчас покажу тебе, какая я злая, — я грозно посмотрела ему в глаза, шагнув назад, чтобы восстановилась дистанцию между нами. — Не надо, я устал от злости, — взгляд его сменился и он закусил губу, стараясь улыбнуться. Сердце моё сжалось на миг, но грозно смотреть я не перестала. Лишь молча осуждала его за поведение, но выговорить так и не осмелилась. Он потёр себя за плечи, задрожав, и я только сейчас поняла, что ему жутко холодно, ведь он весь мокрый. А окно открыто, ну молодец! Я бегло закрыла окно и рванула в ванную за полотенцем. Вернувшись, посадила Адриана на диван и кинула ему полотенце. Из рук его оно постоянно падало и, когда мне это надоело, я присела рядом с ним, взяла полотенце и начала протирать его потемневшие от воды волосы. Он смотрел на меня как беззащитный котёнок и, как бы мне не хотелось, съязвить не получалось. Затем неожиданно Адриан начал снимать с себя футболку. — Т-ты что творишь?! — я начала обратно натягивать на него мокрую одежду, пока он до конца не снял её. — Мне хооолодно, — парень застучал зубами, и пусть движения его были медлительными и слабыми, он всё равно противился и старался снять футболку. Что же мне делать? Пусть он замёрзнет с возможностью заболеть или согреется, но при этом будет без одежды? Чёрт, почему я не конченная эгоистка? Убрав от него свои руки, я позволила ему осуществить задуманное и тут же отвернулась, чтобы не увидеть лишнего. Лишь прошла к шкафу, подбирая для него сухую одежду. Как забавно. Во всяких романтических фильмах парень одалживает свою пижаму девушке, а сейчас получается всё совсем наоборот. Я нашла свою самую большую старую пижаму и, не смотря на Адриана, кинула её, надеясь попасть на диван. Стоя к нему спиной, минут пять выслушивала его кряхтения и различные тихие маты. Видимо, он уже жалеет о своём решении переодеться. — Ты всё? — спросила я в стену, когда кряхтения закончились. Услышала тихое «угу» и обернулась, но увидев Адриана топлесс, тут же развернулась обратно. — Ты тупой? Я спрашивала «ты всё?», а ты угукаешь! — я резко покраснела, нахмурившись. — Я не могу… Не могу надеть верх… — опечалено пробормотал он. — Даже не думай, я не буду помогать тебе! — Пожалуйста?.. — Нет! *** Надо было оставить его в мокрой одежде, пусть бы он лежал потом с ангиной две недели! Поделом бы было ему! Нечего бухать под дождём! Ненавижу! Вся красная то ли от злости, то ли от смущения, я резкими движениями, стараясь не касаться самого Адриана, пыталась с закрытыми глазами натянуть на него свою старую футболку. Но дело никак не хотело обвенчаться успехом и мне всё же пришлось открыть глаза. Дыхание моё резко сковало, а сердце загудело. Синяки, царапины, полосы от ремня. Он чуть ли не весь покрыт ими. Ключица, пресс, спина. Как так можно? Что за деспоты и тираны это делают с ним? Я приблизилась и аккуратно надела на него футболку. По его взгляду я поняла, что он не особо хотел, чтобы я увидела, что скрывается у него под одеждой. Но что тогда скрывается у него в душе? Я отсела от парня и тяжело выдохнула. — Болит? — ничего умнее я придумать не смогла и указала взглядом ему на его тело, когда он повернулся ко мне. Я не могла это оставить просто так. — Нет, — Агрест качнул головой, устремив свой взгляд в пол, и прикусил губу. Руками он с силой вжался в диван, слегка задрожав. Сначала я не поняла, но посмотрев ему в глаза, увидела пелену слёз, которую он со всей силы пытался сдержать. Меня словно оглушили, я впервые видела его таким беззащитным. Без его колючей холодной оболочки, которую он так старательно выстраивал вокруг настоящего себя. В порыве я осторожно приблизилась и обняла его. Я ждала, что он оттолкнёт меня, пошлёт, нагрубит, всё, что угодно, но никак не то, что он взаимно крепко обнимет меня и задрожит всем телом. Его всхлипывания и надрывное дыхание совсем сбили меня с толку. Я стала гладить его по спине, успокаивая. — Кто это сделал? — осторожно спросила я, продолжая обнимать его. Адриан лишь отрицательно покачал головой, уткнувшись мне в шею, и я поняла, что он ещё не готов обсудить это со мной. Мы просидели так около десяти минут, но потом я всё же аккуратно отстранилась. Сердце гулко загудело, когда я увидела его красные глаза, нос и щёки. Он вытер руками слёзы и снова постарался сделать взгляд суровее, пусть у него и не особо получалось. — Можно я останусь на ночь? — Адриан даже не посмотрел на меня, когда задал этот вопрос. Лишь стыдливо опустил голову, рассматривая ковёр. И если бы ещё сорок минут назад я прогнала его, не думая, то сейчас не знаю, чем я руководствовалась, когда тихо ответила «да»… Мы без слов понимали, что сейчас ему некуда идти. А я просто не могла выкинуть его на улицу, пусть и знала, что если родители про всё это узнают, то мне влетит по самое не хочу. Я лишь искренне благодарна им, что они не решили наведать меня сегодня. Я взяла из шкафа пижаму для себя и пошла в ванную переодеться. Когда я вернулась в комнату, то увидела Адриана спящим на диване. И хорошо, что он заснул, потому что я бы не очень была рада, если бы он лицезрел меня в пижаме. Достав из шкафа плед, я бережно укрыла Адриана, а затем поднялась к себе в кровать и тут же уснула. Денёк был не из простых.