Оттенки белого

Вечерело. Солнце медленно и верно уходило за горизонт. После сытного пиршества, которое им организовали оба старейшины не сговариваясь, настроение заметно улучшилось. Сумасшествие последних двух дней забывалось. Теперь даже не верилось, что они что-то имели против сказочников. Праздничный стол накрыли в специально созданном павильоне на живописной поляне у красивого озера. Сасори и Дейдара тоже присутствовали. Они помирились, но на их общем поведении это никак не отразилось. Сасори являлся эталоном спокойствия и невозмутимости, Дейдара — взбалмошности и импульсивности. Вероятно, старейшины знали об их обычном поведении, поэтому изначально пару усадили в дальний угол. Тихое перешептывание супругов довольно скоро сменилось на бурное обсуждение темы искусства. Хотя реплики оппонентов проговаривались вполголоса, интонации темпераментного Дейдары хорошо были слышны. Он негодовал, сердился и горячился и, в конечном итоге, довел Сасори до того, что тот повысил голос, а подобное, казалось, ему совершенно не свойственно. — Всегда так, — прокомментировал Рьютенбин, глядя на внука и его мужа. — Ничего не меняется. Когда вместе без конца спорят и ссорятся, но жить друг без друга не могут. Противоположности притягиваются. Люди с диаметрально разными характерами составляют наиболее крепкие и верные союзы, — старейшина отпил из бокала. — Ну, что, отдохнули? Готовы слушать? — обратился он к людям. Кто кивнул, кто сказал "да" в ответ. — С чего начнем, Хокаге-сама? — спросил он у Сарутоби. — С самого главного, — невозмутимо откликнулся старейшина. — А самое главное — это вечность, но о ней не расскажешь. Поэтому я расскажу о бездне. Несмотря на спокойный тон, слова прозвучали загадочно и многозначительно, вызвав у присутствующих людей непроизвольное напряжение и сосредоточенность. — Бездна — трещина, проходящее через все мироздание. Она пересекает время и пространство. — Врата! — первым понял Наруто. — Истинные, — подтвердил Сарутоби с полуулыбкой. — Вы тоже проходили через бездну, и не единожды. — То есть, любые передвижения между мирами и временами осуществляются через бездну? — уточнила Сакура ошеломляющую информацию. Сарутоби кивнул. — Некоторые способны сами путешествовать через бездну, других призывают. Существуют и многочисленные точки перехода, странные в мире людей, но вполне обыденные в других реальностях. По сути это не столь важно, важно другое — любое существо оставляет свой отпечаток в чужом для себя мире, — Сарутоби сделал паузу, давая время обдумать сказанное. — Отпечаток? На что он похож? — почти сразу спросил Какаши. — Мысль, тень, страх, — отозвался Рьютенбин. — Многое влияет на то, какой будет отпечаток. Иногда они полезны, но зачастую от них большой вред. — Поэтому вечность создала смотрителей бездны — нас, — неожиданно вмешался Дейдара. Судя по всему, их спор закончился, и они с Сасори стали готовы участвовать в обсуждении. — Стоп. Вы не сказочники? — на лице Наруто отобразилась крайняя степень удивления. — Раз вы нас так зовете, значит это — правда, — Дейдара улыбался. — Это место, где нет границ ни в чем, и оно само нигде не существует, — пояснил Сасори, еще больше запутав. — Мы хотим сказать, — быстро вставил Конохомару, — что в месте, где мы существуем, возможно все, и все становится правдой, если в нее верят. — И ваш дом не существует? — не понимая, переспросил Наруто. — Он как бы нигде и везде, — мигом ответил Конохомару с довольной улыбкой. — Вижу, вы не поняли, — Рьютенбин внимательно посмотрел на людей. — Тогда примите как данность. В каждом мире свои законы, и в нашем они таковы. — Наверное, потому что на вас слишком много отпечатков? — очень неуверенно спросил Сай. — Ведь вы постоянно прикасаетесь с чужими мирами. Сказочники дружно заулыбались, глядя на Сая. — Тебе дано удивительное качество — понимать, — подтвердил Сарутоби. — Это редкий дар. — Смотрители — это ведь наблюдатели, — подал голос Саске. Он держался спокойно и даже уверенно, словно знал часть ответов заранее. — Тонкий анализ, — похвалил Сасори. Они обменялись с Учиха взглядами, значение которых никто не понял. — Данна, а почему это вы на Саске поглядываете? — с легким недовольством тут же поинтересовался Дейдара. — Смотрю, кого это ты целуешь? — с ледяным спокойствием ответил Сасори. — То был розыгрыш! Я уже объяснял! — моментально завелся Дейдара, но потом в его глазах неожиданно появились довольные искорки, губы растянулись в улыбке, — Данна, да вы ревнуете... — Глупости, — пресек Сасори довольно строго. — Ревнуете-ревнуете, — сиял Дейдара. — Значит, оно того стоило! — Дейдара, помолчи, если не хочешь больше хрюкать! — почти рассердился на внука Рьютенбин. — И так из-за вас двоих бестолочей у людей о нас самые дурацкие представления. Дейдара с показной обидой закатил глаза, но уже через минуту влюбленно любовался супругом. — Ты прав. Мы — наблюдатели, — обратился к Саске Сарутоби. — Вечность не дала нам права вмешиваться, чтобы не нарушить равновесие мироздания. Мы только отслеживаем перемещения и фиксируем оставленные отпечатки. Однако мы можем влиять на ход событий опосредованно. — Опо... чего? — переспросил Наруто. — Не напрямую, — быстро перевел Конохомару и пояснил: — Мы можем направлять людей или других существ в нужное время и место, потому что есть такие, кого Вечность наделила правом менять происходящее. — Рыцарей, — Сарутоби пристально смотрел на Наруто, тот стремительно покраснел. Снова у Узумаки возникло желание начать убеждать, что духи ошибаются. Но старейшина не дал ему такой возможности, говоря твердо и непреклонно: — Не сдаваться — главное качество воина. Ты не сдавался всю свою жизнь, поэтому достоин носить громкое звание — рыцарь. Просто поверь и прими эту часть себя. Наруто опустил глаза: — Я так часто ошибался и оступался... Сарутоби усмехнулся: — На то ты и человек. Запомни еще одно, рыцарь, — голос звучал по-иному, заставив Наруто поднять взгляд. Глаза старика светились вековой мудростью, внушая доверие. Сарутоби хотелось верить без всяких оговорок, а Наруто уже давно привык слушать свои инстинкты. — Гордыня — самый большой грех для рыцаря. Как только рыцарь возгордится своими победами, он перестанет быть воином. Это — поражение. Наруто снова опустил глаза, обдумывая каждое слово. — Но рыцарь на пути не один, — Сарутоби снова улыбался. — У него есть помощник, тот, кто способен дать совет в нужный момент, поднять настроение веселой шуткой, найти необходимые слова утешения и поддержки — целитель. — В смысле? — Сай ошарашенно смотрел вокруг. — Моя роль что, не розыгрыш? — Нет, — вклинился Дейдара, с озорным блеском в глазах. — Только ты, конечно, не старушка. Это мы с Конохомару специально сделали, чтобы проверить, — довольные собой юные сказочники перемигнулись. — Проверятели, — проворчал Рьютенбин. Он, вероятно, решил вмешиваться в разговор только когда речь заходила о его взбалмошном внуке. — Проверки действительно необходимы для того, чтобы вы поняли себя, — пояснил он людям. — Но не такие бессвязные и глупые. Просто эти олухи форсировали события. Обычно для избранных людей мы устраиваем классические, хорошо вам известные приключения. — Так даже было лучше, — понятное только ему счастье читалось в глазах Сая. — Неожиданно, экспрессивно, ярко. — Он понимает истинное искусство, — Дейдара удовлетворенно вздохнул и едва не пустил слезу. К счастью, Сасори в этот раз не стал переубеждать свою непутевую половину. Рьютенбин тоже счел, что последнее заявление Дейдары не стоит разборов, поэтому кивнув Хокаге, предоставил тому слово. — Есть еще драконы, — теперь все пристально разглядывали Саске. — Человек со стихией огня — дракон. Вы об этом уже знаете. Драконы нейтральны. Они вне категорий добра и зла. Дракон сам выбирает свой путь. Вы ведь понимаете, насколько это по-человечески? — Сарутоби обвел всех людей взглядом. — Дракон либо друг и соратник рыцаря, либо смертельный враг. Третьего не дано. При этих словах Наруто отчего-то поежился, словно представив, что они с Саске стали врагами. Он взглянул на Учиха исподлобья и поймал пытливый взгляд друга. Саске будто сейчас спрашивал: "Кто я тебе?" Он улыбнулся Учиха со всей искренностью, давая понять, что никогда в нем не усомнится. Но Наруто так и не понял, поверил ли ему Саске. — Маги, — продолжил рассказ Сарутоби, переводя внимание целиком и полностью на себя. — Дети хаоса. Мятежный ум. Это те, кто творит, не думая о последствиях, — сейчас старейшина смотрел на Сакуру, словно обращаясь персонально к ней. — Настоящая мудрость — в умении во время остановиться. Знать — быть сильным. Думать о последствиях силы — мудрым. — Я поняла, — прошептала Сакура, скорее для самой себя. — Я не подведу. — Разбойник — тот, кто не знает себя, — Харуно с недоумением смотрела на старейшину, не понимая последнее утверждение. Старик ответил прямо: — Ты ведь многому научилась и столько в себе нашла нового. Так? — Сакура кивнула. — Сейчас тебе трудно оценить перемены, но после ты сможешь понять, что нашла, а что потеряла. Просто знай: разбойник — это переход. Ты можешь стать кем угодно, кроме дракона, хоть рыцарем, хоть целителем или принцессой. — Значит и эта роль не случайна, — вмешался Какаши, раз речь зашла о нем. — В нашем мире не бывает случайностей, — очень серьезно ответил Сарутоби. — Принцесса — всегда жертва. Часть твоей натуры, которую ты не показываешь никому, а, возможно, просто отвергаешь, не желает бороться, — слова старейшины раздавались прямо в голове Хатаке. Вероятно, он полагал, что сказанное слишком личное, поэтому не желал произносить вслух. — В тебе все еще живет безысходность. Новая твоя цель, воспринимается тобой как долг, но не перед собой, а перед теми, кого ты потерял. Твоя цель недостаточна, чтобы вернуть тебе желание жить. Дейдара и Конохомару это поняли сразу. Хотя они, в конечном итоге, все и обернули в шутку, тебе было предоставлено время понять себя. — Ой, смотрите! Смотрите! — вдруг закричал Конохомару, моментально вскочив. — Чудо рождения! Пять искорок одновременно зажглись в воздухе и, вспыхнув ослепительно ярко, обернулись пятью пока не четкими и размытыми силуэтами. Глаза Наруто широко распахнулись от удивления. Неясными силуэтами были они: Саске, Сакура, Какаши, Сай и он сам. — Поздравляю, — со спокойной мудростью обратился к ним Рьютенбин, — Вечность только что позволила вам оставить свой отпечаток на ее теле.