Случайность

Ким Сокджин родился наследником огромной сети элитных ресторанов по всему миру, родился обаятельным красавчиком и вырос в богатстве, любви и беззаботном веселье. Он всегда получал то, чего хотел, а его желания удивительным образом совпадали с желаниями его родителей, так что к своим двадцати четырем годам его жизнь сложилась как нельзя лучше. Он путешествует по всему миру, формально посещая филиалы семейного бизнеса, ведя бесконечные поиски новых концепций и рецептов, а на деле развлекаясь, познавая мир и себя, заодно занимаясь любимым хобби – моделингом. Он наслаждается закатами, пьет дорогое вино, не нарочно флиртует с очаровательными незнакомками и балуется водными видами спорта вроде серфинга, дайвинга и кайтбординга. Где-то в его сознании маячит мечта написать книгу, но дело все не идет, а Сокджин его и не торопит. Считает, что когда-нибудь в голову придет прорывная идея, которую он обязательно воплотит в жизнь, а пока лишь строчит небольшие рассказы и тренируется зарисовками разных жанров. В общем, этот молодой человек полностью доволен своим положением, только вот совершенно не представляет, какой переворот ждет его спокойную, но яркую жизнь уже совсем скоро. Мин Юнги родился в обычной или же немного более состоятельной семье, состоящей только из отца, который всю жизнь проработал преподавателем естественных наук в Сеульском национальном университете. Мать, по словам отца, была художницей и любила работу больше, чем мужа и сына, потому и ушла, когда Юнги был еще младенцем. Парень любил рисовать еще с детства, но отец всячески препятствовал этому увлечению сына, ведь боялся, что тот, как и мать, бросит его ради искусства. Потому и внушал все детство, что из увлечения искусством ничего не выйдет, жить им нельзя, оно лишь делает его странным «чужаком» в глазах других людей. Но отец мог сильно и не стараться, ведь сверстники вполне справлялись и сами. Его называли «чудилой», его рисунки портили и рвали, крали карандаши, брали фломастеры и возвращали уже высушенными и никуда не годными. Уже в школе у Юнги начала развиваться социофобия. По окончанию обучения он ушел из дома из-за бесконечных ссор с отцом насчет его будущей профессии и уже несколько лет самостоятельно снимает квартиру. На жизнь он зарабатывает, рисуя манхву и комиксы, в совсем тяжкие времена – веб-дизайном. Так что сейчас он нечасто выходит на улицу, общается только с продавцами, со случайными собеседниками и поклонниками его работ в интернете, пару раз в месяц с психиатром, да с соседским котом, который любит лазить к нему через балкон. В общем, наш затворник потерял всякий интерес к жизни и даже не знает, почему продолжает это нелегкое дело, но он и понятия не имеет, что совсем скоро его серое бытие наполниться красками.

***

- Сегодня я хочу предложить тебе попробовать что-то новое, - психиатр улыбается и вопросительно глядит на пациента. - Как будто у меня есть выбор, - Юнги смотрит куда угодно, но только не на доктора. - Ты же знаешь, что без твоего содействия ничего не выйдет. Я не могу лечить твое тело, мне нужно сознание. В комнате на минуту воцаряется полнейшая тишина. В это время Мин усиленно думает, взвешивая за и против, вспоминая последние недели и анализируя собственное состояние и готовность к всплеску эмоций, который, доказано личным опытом, обязательно следует за дежурными словами «попробовать что-то новое», произнесенными в этом кабинете. «С другой стороны, он не предложил бы, если бы не был уверен в моем состоянии. Это его работа, как ни как» - проноситься в голове последняя мысль перед тем, как губы размыкаются и произносят: - Я согласен. Выкладывай, только кратко, - темные глаза устремляются прямо на психиатра, но уже через несколько секунд снова цепляются за случайные предметы в комнате. - Как скажешь. Я считаю, тебе стоит использовать свой любимый Интернет для общения с людьми. Я знаю, что ты и так это делаешь, но пора выйти из зоны комфорта. Не беспокойся, ты всегда можешь нажать на крестик и вернуться в нее… Итак, мое предложение – веб-камера. Лучше будет, если ты найдешь постоянного собеседника, но можешь начать и с веб-чата. Идет? - Ага, - почти машинально отвечает Юнги, - попробуем… - Хорошо. На сегодня наше время вышло, жду тебя через неделю. Доберись домой без приключений, ладно? – психиатр поднимается с кресла, улыбаясь. Мин кивает, встает, забирает с вешалки черную толстовку и выходит. Накинув капюшон и натянув на лицо маску, он долго добирается домой, потому что идет дворами, дабы встретить по пути как можно меньшее количество людей и не дай бог не наткнуться на столпотворение. Ненадолго заходит в магазин и приходит домой уже с пивом, рамёном и еще парочкой полуфабрикатов, впрочем, как всегда. Закинув пакет на кухонный стол, Юнги падает на диван и закрывает глаза. Встречи с психиатром морально изматывают, заставляют вновь вспомнить о давних ранах, колупаться в разрывающей пустоте чувств и болезненных воспоминаниях. Спустя пару минут Мин заходит на кухню, достает новую пачку сигарет, открывает окно, закуривает и долго сидит на подоконнике, обдуваемый легким ветром. Как всегда, после сеанса думает о своей фобии, но уже не о прошлом и настоящем. Сейчас в его мысли закрадывается "А что, если...". И это "А что, если..." одновременно пугает его и умоляет сбыться. Сотни мыслей роятся где-то на фоне, голова кажется тяжелой под их грузом и Юнги с усилием скидывает с себя наступающую дремоту. Он, может, и безумец, но точно не дурак и не хотел бы провести последние секунды жизни во сне, пока его тело летит на встречу с асфальтом. Наверное, именно эти мысли в какой-то мере повлияли на его решение. "Я не хочу умирать сейчас, но и жизнь то моя красками не пестрит. Не буду ничего делать - так и умру с сожалением о несбывшемся". Так что Мин спрыгнул с подоконника и направился в свою комнату. Залез с ноутбуком на застеленную кровать и, надеясь только, что встретит поменьше идиотов, зашел в онлайн.

***

Пляж, солнце, лазурная вода, волны и чувство всепоглощающей свободы. Ветер треплет мокрые волосы и Джин широко улыбается, направляя доску к берегу. Спрыгивая на мягкий песок, он подбирает сёрф и сразу же обнимает подбежавшего друга. - Хэй, давно тебя не было видно, старик, - усмехается Чонгук и забирает ношу старшего. - Старик?! - Джин застывает на полпути, стягивая гидрокостюм. - Ах ты ж! ... И рванул за уже сверкающим пятками мелким. Шустрый Чон добегает до спота и еле успевает положить доску, когда Джин, подбежав сзади, хватает его и закидывает на плечо, разворачиваясь и направляясь к открытым душевым. - Хён, нет, не надо, ты и так мокрый, хён! - Гук болтает ногами и шутливо бьет кулаками по спине старшего, но тот сильнее. - Ну уж нет, мелкий, следил бы за словами, - Джин смеется и становится под струи прохладной пресной воды. Одежда Гука сразу же намокает, и он кричит, пока старший заливается смехом и из-за этого в итоге опускает друга на землю. Пытаясь успокоится, Джин отступает и упирается рукой в плиточную стену, а в это время Чон встает, и вроде бы злиться, но уже через секунды из его груди вырывается смешок, и они уже веселятся вместе. - Долго еще думаешь здесь оставаться? - друзья сидят на террасе люксового номера пятизвездочного отеля, пьют белое вино и заканчивают ужин из ризотто с морепродуктами. - Даже не знаю, - Сокджин делает глоток вина и устремляет взгляд на медленно направляющееся к горизонту солнце. - В Италии совсем не плохо, да и она мне пока не надоела. Так что понятия не имею, когда уеду. - Ты всегда так говоришь, а потом внезапно срываешься с места и в тот же день летишь в какие-то джунгли, - фыркает Чонгук. – Свободная птица, так? Джин посмеивается и говорит, улыбаясь: - Не думаю, что это плохо. Сейчас моя жизнь – это бесконечный поиск, только вот не совсем ясно, чего именно. А пока ищу, я набираюсь опыта. Позитивный или негативный, в конце концов, именно он определяет, насколько ярким было прожитое время. Финансы мне позволяют, так что я просто следую своим желаниям и стараюсь быть как можно более счастливым. Хотя бы немного, хотя бы пару секунд в день, но я обязательно счастлив, - парень обводит взглядом окружение, улыбается и отпивает еще вина. - Стесняюсь спросить, какой это по счету бокал в твоих руках, хён, - Гук ухмыляется, но на деле и его пронял философски-откровенный момент. – Но разве твой опыт последнее время стал не слишком однообразным? Куда бы ты не ездил, занимаешься практически одним и тем же. Старых друзей встречаешь, только случайно заехав в страну их обитания, а новых не заводишь, все деловые партнеры да случайные собутыльники. То, о чём ты говоришь, звучит круто, но ты уверен, что следуешь этому? Оба замолкают и сидят в тишине еще какое-то время. В конце концов Джин тяжело вздыхает и поднимается, Чонгук тоже встает и, приобняв хёна и похлопав его по плечу, желает доброй ночи и уходит. Старший приносит из комнаты ноубтук, заваливается на мягкое кресло и, вдыхая чистый вечерний воздух, проверяет, нет ли обновлений от его любимого художника. Видя новую главу глубоко полюбившейся манхвы, Сокджин расплывается в широкой улыбке и немедля принимается за чтение. После прочтения он, переполненный чувствами, пишет очередной отзыв благодарности автору. На удивление, тот отвечает довольно быстро, и не просто «спасибо». Он пишет, что заметил, что Джин читает и комментирует все его работы, в том числе и просто арты, на что Ким усмехается и чувствует себя особенным. Почти сразу же приходит личное сообщение. От автора. «Я бы хотел с тобой посоветоваться». Джин, как 12-летняя школьница, которую обнял любимый актер, чуть ли не кричит, несколько раз обновляет страницу и не может поверить своим глазам. В конце концов отвечает, куда уж деваться. «Да, конечно, сочту за честь». В ответ видит смеющиеся смайлики и «Говоришь, как аристократ». Сразу на «ты», но Сокджин и не против, это он тоже считает честью, как-никак, его кумир. Но сам так резко перейти не может, по той же причине. С прямолинейностью выше 100% он печатает: «Не так далеко от него ушел. Так с чем вам помочь?». И видит незамедлительное: «Опустим формальности и давай на «ты». А помочь мне нужно с работой. Ты читал достаточно моих историй и являешься большим фанатом (ведь так?), чтобы я мог советоваться с тобой при необходимости. Надеюсь, ты не против». Сокджин, конечно же, не против, а только за, и всеми свободными конечностями. Радость из него бьет ключом, он сразу же шлет положительный ответ и на этом автор с ним прощается, «до востребования». Засыпает Ким счастливейшим человеком из всех живущих, он долго ворочается в постели, но в конце концов отправляется в царство Морфея, все еще с блуждающей улыбкой на губах.