Влюбиться в Мадару

Безусловно, Хаширама знает о том, что его… мечтам… не сбыться. Может, конечно, но не в этой жизни. Сенджу любит. Безумно, беспрекословно любит. Желает, да, желает именно её. Сам он даже и не помнит, когда началась та устрашающая, всепоглощающая влюблённость в человека, с которым, он знает, будущего ему не видать, по крайней мере, Мадара бы не ответила, а значит, не только о будущем, но и о настоящем счастье, о том, как ощущает себя Сенджу сейчас, находясь рядом с любовью всей своей жизни, и говорить нечего. Мадара – друг. До этого самого момента Хаширама изо всех сил старался подавить в себе чувства, эмоции, остановившись на сухом, как никогда режущем слух «друг». Шиноби кажется, что Учиха даже и не задумывалась ни о чём подобном, так что эту тему, ту самую, больную, Сенджу и не поднимает, иногда ему безумно хочется впиться в пухлые губы Учихи, прошептать ей на ухо те слова, которых сам Хаширама, безусловно, страшится и сторонится, и… заставить эту дурочку, наконец, увидеть в нём мужчину. Любящего мужчину. Того, кто мог бы одарить взбалмошную куноичи тем, что никогда не являлось постоянным спутником жизни юной Учихи, счастьем, избавить от осточертевшего одиночества. Но, к его сожалению, Мадара и не думает, по видимому, даже замечать ослеплённого влюблённостью дурачка, а, тем более, переходить от дружественно-сопернических отношений с наследником Сенджу, к более высоким, но в то же время, таким интимным и животным. Мужчина и подумать не мог, что, когда-нибудь, будет вот так сидеть и поглаживать мягкие, шелковистые, чёрные, как смоль, беспорядочно разбросанные по подушке, волосы, беспардонно вдыхать запах манящего женского тела, сладкий, желанный, разглядывать мягкие черты лица, частенько складывающиеся в беспокойном выражении, давая Сенджу понять, что стоит нежнее касаться Мадары, иначе девушка проснётся, и между ними снова всё усложнится: Учиха точно не поймёт, что Хаширама забыл в её спальне, а это, как шиноби предполагает, явно не заставит куноичи влюбиться в него. Хаширама просто смотрит, иногда проводя мягкой ладонью по телу спящей Учихи. Мадара постоянно вздрагивает, тяжело вздыхает, а Сенджу чувствует, как по её телу пробегает мелкая дрожь. Тогда он чуть сжимает её ладонь в своей, и Учиха продолжает невозмутимо дремать. Да, Хаширама уже не представляет жизни без этих волшебных мгновений, проведённых с ней. И, конечно, Сенджу прекрасно понимает, что надежды у него уже нет, знает, что испытывает Мадара к Тобираме, и всеми силами старается не помешать куноичи завоевать неприступного младшего братика. Так продолжалось каждую ночь уже несколько недель, Сенджу сбился со счёта. Но вот сейчас, она стоит перед ним, в дверях его квартиры, почти раздетая, и просит его о помощи. Острый запах алкоголя ударяет в нос, заставляя поморщиться, а тело всё более непредсказуемо реагирует на присутствие Учихи. Хаширама чуть сжимает рубашку на груди, внутренне чертыхаясь. Мадара, что, настолько его ненавидит?.. Сенджу чувствует, каждой клеточкой своего тела ощущает, как сердце безумно, неистово колотится о рёбра, будто прямо сейчас вырвется из грудной клетки. Что-то неразборчиво бормочет, видимо, сам себе пытаясь объяснить, что за ерунда происходит с телом великолепного шиноби. Длинноволосого трясёт, необычайно огромная волна жара окутывает Сенджу со всех сторон. Ему плохо. Хаширама чувствует себя ужасно, но, почему-то, шиноби совершенно не хочется увидеть, наконец, финишную прямую всей этой странной, весьма затягивающей, «дистанции». Лёгкий румянец на щеках Мадары возбуждает, хоть Сенджу и понимает, что всё это бред, и куноичи просто совершенно себя не контролирует. У Учихи подкашиваются ноги, и она падает, опираясь всем телом на грудь Хаширамы. Абсолютно всегда спокойная, собранная, рассудительная Мадара, может, и нравится шиноби больше, но пьяная, развязная любимая девушка, в столь откровенной и соблазнительной позе, просящая Сенджу переночевать у него дома, явно не располагает к сдержанности сегодняшней ночью. Мадара кладёт обе руки на плечи Хаширамы и, прикрыв глаза, опрокидывает голову на его грудь. Сенджу шумно вздыхает. Воздуха катастрофически не хватает, даже на один вздох. Она просит дать ей место, где можно отдохнуть, упрашивает принести стакан воды. Говорит вкрадчивым тихим шёпотом, медленно, почти не шевеля чуть красноватыми губами. Не понимает, наверное, что творит с одним из сильнейших шиноби мира. Хаширама хватает Мадару за плечи, прикрывая за ней дверь и заводя в квартиру. Когда Сенджу заворачивает за угол, заходя в первую по счёту комнату от входной двери, Учиха поднимает голову и, глубоко вздыхая, благодарно улыбается Хашираме. Она проводит ладонью по торсу мужчины, перебирая тонкими, холодными пальцами плотную ткань майки, по всему телу Хаширамы в который раз пробегает дрожь. Шепчет, что хочет согреться, вжимаясь в его тело, кончики ушей Сенджу предательски багровеют, когда он чувствует прикосновение её то и дело вздымающейся от каждого вздоха, груди. Мадара приобнимает черноволосого, обдавая тёплым дыханием шею — и не скажешь, что замерзает, скорее совсем наоборот — Учихе жарко, безумно жарко. Но упрямая пьяная девушка замёрзла, не смотря на все догадки Сенджу, она всегда противоречит им, да и всему, что Хаширама вообще когда-либо говорил и, может, будет. Она встаёт на цыпочки, дотрагиваясь губами до мочки уха Хаширамы, Мадара снова шепчет, просит обнять её, спрашивает, почему Сенджу не отвечает ей. Он покрывается румянцем, сердце гулко колотится о рёбра, а ноги подкашиваются, но Хаширама молчит, хоть уже давно хочет крикнуть, невыносимо громко рыкнуть, от желания, такого до неприличия животного желания, кажется, инстинкта. Хаширама терпит, старается подавить нахлынувшую бурю эмоций, но он всем телом продолжает ощущать, что долго шиноби не протянет. Может, стоит отбросить все свои принципы, поддаться чёртову искушению и заставить глупую Мадару умолять его о продолжении, ведь Учиха всё равно ничего не вспомнит на утро. Сенджу скажет ей, что куноичи пришла в этот дом ночью под действием крепкого алкоголя, хоть отчасти это и является правдой, Хаширама собирается много и безбожно лгать. Да, Сенджу решится, наверняка решится на шаг, кажется, невероятных размеров. Всё же, он почти до крови закусывает нижнюю губу, чуть прикрывая глаза, но пока, не спешив с преодолением своих страхов: Хаширама целовал, касался Мадары, крепко обнимал её, зарываясь лицом в чёрных волосах, когда Учиха спала или просто дремала, он не может сделать ничего подобного, зная, что девушка не слишком положительно отреагирует, что принесёт вполне возможный урон здоровью наследника клана Сенджу. Хаширама уверяет себя, что на сегодня хватит и поцелуя, хоть и не уточняя какого именно. Мужчина требовательно подталкивает девушку на кровать, в то время, как его руки уже упираются по обе стороны её тела. Мадара усмехается, она не понимает, чего хочет от неё Хаширама, и что ему дало изменение их положения с вертикального в горизонтальное. Он собственнически хватает Учиху за подбородок и, подождав секунду-две, впивается своими губами в её. Оторваться для Хаширамы становится просто невозможно: настолько желанная, податливая, любимая девушка стонет, шумно, невероятно горячо выдыхает ему в рот, трётся коленкой о коленку, сдвинув ноги. «Ты ведь понимаешь, насколько сильно теперь я хочу тебя, дура…» — Хаширама не помнит, произнёс ли он это вслух, но Сенджу уверен, что это становится совершенно неважно, растворяясь в густой примеси разнообразных ощущений, о которых, возможно, оба никогда и не слышали. Теперь, именно этой ночью, у Мадары и Хаширамы есть возможность много чего попробовать, ведь она забудет это на следующий же день, а впихнуть умелой куноичи мысль о том, что те мутные воспоминания — ни что иное, как сон, не составит особого труда Сенджу. Мадара просто-напросто забудет, выкинет из памяти Хашираму, ведь его место займёт хмурый, невозмутимый, но, видимо, желанный ею, Тобирама Сенджу. Однако, шиноби, к счастью, наверное, долго ещё не отпустит эти моменты, проведённые вместе, приятную негу, разливающуюся по всему его телу… Хаширама толком и не знает, приносит ли ему хоть толику счастья эта любовь. Хорошей ли идеей было влюбиться в Мадару?.. … вероятно.