Счастье или судьба?

Всю ночь мне не спалось. Я все думала о Каткоски… Тогда, в школьном коридоре он показался действительно нежным, милым, совсем не таким, каким я его представляла изначально. Может нахальство и самовлюбленность — это всего-навсего маска? Да, вероятность присутствует, но маленькая. И всё же я до сих пор ругала себя за слабость. Надо ж было так глупо повестись… Блин, чертовы мысли! Из-за них я никак не могла уснуть, а уже через 2 часа подниматься и тащиться в школу. Мне так не хотелось вновь видеть Итана. Остался какой-то до невозможности странный осадок. Я хотела ощущать его руки на своем теле, его дыхание на своей щеке и губы на моей шее, ключицах и, наконец, губах. Эти алые губы, пересохшие в волнении. Да, когда он прижал меня к стене, я чувствовала, как в нем закипает волнение. И еще, эти слова, будто ему не всё равно. К чему это? Я нравлюсь ему? Бред какой-то. Ну, а что насчет меня, от его малейшего прикосновения, моя кожа покрылась миллионами мурашек. Это не правильно. Так не должно быть. По-моему, я слишком зациклилась на этом Каткоски. Нужно выкинуть его из головы и попытаться заснуть. Я перевернулась на левый бок и закрыла глаза. Лежала долго и все-таки провалилась в глубокий тревожный сон. *** Мне показалось, что прошла всего секунда, как меня уже будит мама. — Ви, ты проспала! — вещала она, тряся меня за плечо. — ааа, что? — мямлю я с закрытыми глазами. — Первый урок уже прошел. — Серьезно? — я немного приободрилась. — Ну конечно! Быстро поднимайся! — строго велела мама. — Ма… Я совершенно не выспалась. Сраный Каткоски! Даже когда его нет рядом, всё равно умудряется докучать мне. — Милая, тебе не здоровится? — обеспокоено спросила мама, видя, что я никак не желаю просыпаться. — нет, все хорошо, — заверила я ее. не хотелось пропускать школу, мало ли Итан подумает, что это я из-за него не пришла, будет потом подкалывать и издеваться, а оно мне надо? Я мгновенно вскочила с постели, мама даже вздрогнула от неожиданности, побежала в душ, наспех умылась, накрасилась и пошла одеваться: светлые джинсы, толстовка пыльно-розового цвета с нашивками в верхнем левом углу, серебряный толстый браслет и розово-белые кроссовки. Перекинула портфель через плечо, взяла ключи от маминой машины (она разрешала ей пользоваться), быстро попрощалась и поехала в школу. Я опять же не успела позавтракать, твою мать!

***

Это какой-то кошмар, а не урок английского! Я абсолютно не слушала учителя, все мои мысли были направлены на то, чтобы не отключиться прямо за партой. — Эй, ты как? — обеспокоено спросила Роуз, прямо маму мне напомнила. — Поспала всего полтора часа. — медленно проговорила я. — Чем же ты таким была занята всю ночь? — Свит во весь рот улыбалась. — ой, да ну тебя, — смеясь отвечала я. Признаваться, что всю ночь лежала и думала об Итане, мне совсем не хотелось. — Рассказывай! — воскликнула та. — Тшш, — шикнула я, так как на нас смотрела Миссис Форсберг. Больше Роуз вопросов не задавала. Спустя несколько минут прозвенел звонок на перемену. Я немного задержалась у своей парты, пытаясь запихнуть проклятый учебник в рюкзак. Каткоски выходил последним и бросил на меня свой божественный взгляд, тот самый, которому я вчера не могла воспротивиться. Мои щеки вспыхнули от воспоминаний, и я отвернулась, чтобы Итан ничего не увидел. Когда с учебником было покончено, Итан уже ушел. Вот и славно.

***

Сегодняшний день прошел вполне благополучно. Итан не беспокоил, Роуз не затрагивала темы о нем. Остался последний урок. Сейчас, пока что, перемена. Я шла с Роуз по коридору к своему шкафчику. Мы болтали о всякой всячине, мое настроение было на максимуме. Но, естественно, его нужно было испортить. Закрыв шкафчик, моему взору предстало следующие зрелище: Каткоски обнимает за талию какую-то сучку и мило что-то шепчет ей на ухо. А та с глупо-счастливым видом улыбается. Волна ревности накрыла меня, кровь в венах закипела, взгляд затуманило.Мое тело начало заполняться разочарованием, не столько в Итане, сколько в себе. Нет, он все такой же нахал и бабник, как можно было подумать иначе? Роуз заметила мое замешательство и, кажется, поняла в чем дело. -Ты чего, какое тебе дело до него? И действительно, чего это я? Я напустила на себя деланно-безразличный вид и прошла мимо этой «сладкой парочки», Роза, не сразу сообразив, пошла за мной. — Милтон, стой! — окликнул меня Каткоски, конечно, кому же еще мог принадлежать этот самодовольный голос? — Съеби в туман, Каткоски, — даже не разворачиваясь, ответила я. Искусственный свет в коридоре резал глаза, мои руки и лицо побледнели, а губы пересохли. Итан: Сделал я это, чтобы проверить реакцию Виктории. Такая реакция меня удовлетворила. Я услышал в ее голосе злость, ревность…печаль? Как раз то, что мне нужно. Все понятно, я смог ее зацепить. Она неравнодушна ко мне. Я победно улыбнулся про себя.

***

Виктория: Я вышла на задний двор школы, Роуз отстала. Это хорошо, я не хотела, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Здесь стояли два каких-то десятиклассника и курили, я подошла к ним. — Сигареты не будет? — охрипшим голосом спросила я. Тот, пацан, что стоял ближе ко мне, достал из кармана пачку красного Мальборо, вытащил одну сигарету и протянул мне. — Зажигалка нужна? — спросил тот. Я лишь кивнула. Он из того же кармана достал зажигалку. — Благодарю. Дальше мы стояли молча, они не задавали мне вопросов, вообще ничего не говорили. Это хорошо, потому что навряд ли я смогла бы отвечать. Раньше мне уже доводилось курить, так что это не впервые. Я этим не увлекалась, конечно. Так, бывало только на каких-нибудь тусах. Я сделала затяг, клубы дыма застелили все вокруг серой пеленой, и я расслабилась. Понятия не имею почему меня так задело поведения Итана, будто от него можно было ожидать чего-то другого. Мне просто хотелось верить, что все не так. Я хотела и поверила в то, что он другой. Почему наши личные убеждения всегда так чудовищно ошибочны? Мои надежды серым пеплом осыпались вниз.