Невидимка

      Той ночью многим не спалось. Бонни стояла за столом, что-то тихо говоря. Девушка подготавливала кольцо для младшей Гилберт. На душе у неё было как-то тоскливо, ей было жаль, что так произошло. Беннет не думала, что Эмма только и мечтала о том, как станет вампиром, обрекая свою жизнь на испытание принципами и моральными ценностями, ведь теперь она хищник и, иногда, за неё будут действовать инстинкты, а не мозг. Деймон стоял со стаканом бурбона и смотрел на горящий камин. Совесть глодала его неимоверно, сдавливая грудь в тиски. «Не нужно было тогда давать ей свою кровь. Не нужно было так с ней поступать тем утром, когда они остались одни в доме. Не нужно было её отпускать с этим чёртовым Каем Паркером.» Он обязан найти этого паренька и убить, иначе он не сможет спокойно спать. Елена лежала в своей комнате на постели тупо пялясь в потолок. Она боялась. Боялась первого убийства сестры, а оно обязательно случится, ведь она ещё плохо себя контролирует. Так было с Кэролайн, так было и будет со всеми вампирами. Девушка боялась, что её сестру поглотит ненависть к себе, что она просто отключит человечность и её уже не вернуть. Ей казалось, что не получится как с Кэролайн, если Эмма лишится эмоций, то уже насовсем.       Эмма полежала все ночь без сна, когда на часах пробило семь утра, девушка решила, что хочет пробежаться. Быстро надев лосины и толстовку с капюшоном, она тихо спустилась вниз, ведь не хотела разбудить Елену или Джереми. На улице было прохладно, но солнце светило и поднимало настроение. Был небольшой туман и влажность. Сделав невысокий хвост и натянув капюшон, Эмма медленно побежала по дорожке, глубоко вдыхая утреннюю свежесть. Она старалась ни о чем не думать, поскольку устала от этого, мысли угнетали её все больше и больше с каждым новым днём. Незаметно для неё, скорость бега росла. Она видела только мелькающие пейзажи, а ноги сами несли её в непонятном направлении. Резко, Эмма как вкопанная остановилась. Она была рядом с тем местом, где очнулась. Тут её пробрала дрожь, а глаза стали мокрыми. Быстро повернув голову вправо, светловолосая заметила то, что не заметила днями ранее. Большое красное пятно на асфальте. Она не сомневалась, что это её кровь и на том месте Кай Паркер убил её. Чувство ненависти и злость нахлынули на неё ещё с большей силой, чем прежде. Слезы градом текли по щекам, тело била дрожь, ноги её больше не держали, и она упала на дорогу. Ей казалось, что она так просидела не меньше часа. Солнце уже высоко поднялось, стало теплее, чем было. Эмма не заметила, как добралась домой. Она была полностью опустошена, чувства внутри как будто разом исчезли. Резко открыв дверь дома, она быстро стянула кроссовки и хотела уже пойти к себе, как врезалась во что-то твёрдое. Это был Деймон. Но на это девушка даже не обратила внимания, ей нет никакого дела до этого парня. — Эмма, доброе утро! — раздался звонкий голос Елены. — Будешь с нами завтракать?       Светловолосая какое-то время стояла молча, казалось, что она даже не дышит. — Знаете, я нашла место, где меня убили, — тихо произнесла она, её голова была опущена, но она резко подняла её. Глаза были пустыми, лишённые каких-либо эмоций. — Там он лишил меня жизни. Там он забрал её, словно она принадлежала ему. Но ничего, все будет хорошо, я переживу это.       На лице теперь красовалась загадочная ухмылка. Девушка больше не выглядела грустной и раздавленной, такая резкая перемена напугала Елену и Деймона. — Я в порядке, не стоит переживать. Приятного аппетита, — Эмма ярко улыбнулась, а после ушла к себе.

***

      Весь день Эмма пролежала в постели, ей ничего не хотелось, даже не выходила, чтобы поесть. Она взяла с собой сумку-холодильник и положила туда пакетики с донорской кровью, так любезно предоставленные Стефаном. Руки не находили себе места, поэтому девушка крутила кольцо, подарок от Бонни, хотя без него она бы сгорела на солнце. Светловолосая была очень благодарна этой ведьме, она всегда нравилась девушке больше всех из подруг Елены. Почему-то у Эммы был страх того, что она откажется и не станет делать для неё ничего. Но этого не произошло. Иногда её посещали мысли снять это кольцо и совершить самоубийство, сгорев от солнечных лучей. Гореть так ярко, словно звезда в небе, излучая тепло. Но после эти мысли покидали юную голову. И она вспоминала о Кайе и о своём последнем дне жизни. Прокручивала в голове события того дня снова и снова. Ей хотелось убить его. Эмме показалось, что этого недостаточно. Младшая Гилберт хотела, чтобы он страдал, мучился, а потом медленно и страшно умирал. Но её напугали эти мысли. Неужели она станет монстром, станет платить той же монетой своему убийце? Тогда чем же она будет лучше него? Может ли она наплевать на свою человечность, испачкаться в этой грязи, сможет ли опуститься до его уровня? И даст ли его смерть желанного спокойствия и удовлетворение? Девушка встряхнула головой, как бы прогоняя эти мысли из своей головы. Эмма почувствовала чужое присутствие.       В комнате кто-то был. — Помнишь, как я не хотела тебя пускать? Знаешь, мне было приятно чувствовать эту некую власть, — начала говорить Гилберт, не смотря на гостя. — И как же я паршиво себя чувствовала, когда мне самой пришлось проходить через это. Я не могла зайти в собственный дом без приглашения!       Парень продолжал молчать, внимательно рассматривая лицо светловолосой. Оно было спокойным и расслабленным. Его задевало это равнодушие девушки, но он не хотел давить на неё. Она явно не хотела вечной жизни, её не привлекала вампирская рутина. Кол знал, что она обратилась, но не давал о себе знать, выжидая момента. — Я так боюсь себя. Боюсь своих мыслей, боюсь навредить близким. Эмоции настолько сильные, что мне кажется, будто я схожу с ума. Они разрывают меня на части.       Шатен уже сидел на постели, сдерживая порыв обнять Эмму. Ему хотелось кричать от чувств к этой девушке. Он хотел защитить и утешить. А после он увидел красные от слез глаза. В каком-то непонятном порыве девушка прижалась своим телом к шатену, крепко обхватывая его талию руками и уткнувшись в грудь. Её все трясло от эмоций, разрывающих сердце, лёгкие, сжигая все органы изнутри. Она ощущала, как сгорает и растворяется в этом потоке чувств. Кол не стал медлить, прижимая Эмму к себе, поглаживая спину. — Позволь мне быть рядом, — тихо, почти шёпотом, сказал Кол. Он зажмурил глаза, боясь ответа. Ему нравилось вот так обнимать её, чувствовать тело, ощущать дыхание на своей коже и вдыхать её запах, задыхаясь от любви. Она позволит. Но сердце и разум не перестанут бороться.       Правильный ли она сделала выбор?