Стань моей тенью

Выдохнув после поцелуя с Эштоном, хватаюсь за перила, чтобы не упасть. — Сиенна, ты… — он дышит так же тяжело, как и я. — Зачем ты это сделала? — Не знаю, — честно отвечаю ему, хотя нет…я знаю. Я поцеловала его из-за Ника, чтобы вызвать ревность. Да, это неразумно. Да, это по-детски, но в каждом из нас живёт ребенок, который порой творит все, что ему вздумается. Эштон оглядывается назад, туда, где минуту назад стоял Картер. Я тоже смотрю туда, в надежде увидеть реакцию Ника. Он уже успел убежать. Наверное, нашел себе новое развлечение. — Извини, я, наверное, пойду. Вечеринка только набирает обороты, как и мое желание сделать эту ночь ещё лучше. Картер болтается где-то поблизости. От меня не ускользает каждый его шаг. Стоит мне сделать паузу в жарком танце, как я тут же улавливаю напряжённый взгляд этого мачо. Позаимствовав уже не помню какой по счету стакан, делаю несколько глотков, практически опустошая все, что было налито. Плевать, в каком я сейчас состоянии. Впрочем, как только алкоголь попадает в мой организм, меня уже мало что заботит. Так было всегда. Становится ужасно жарко, будто я провела последние несколько часов в пустыне Сахара, но эти мысли быстро испаряются, когда кто-то включает классный трек, перед которым я никак не могу устоять. Смахнув ногой все с журнального столика, запрыгиваю на него, едва не упав на пол. Подпеваю песне, хотя мой дикий ор вряд ли сейчас можно назвать пением. — За лучшую вечеринку этого месяца! — кричу я, поднимая тост. И естественно меня поддерживают ответными воплями и криками. Я чувствую себя на вершине мира. Мне хорошо, и эти эмоции трудно передать словами. Я снова стала прежней. Вернулась в то время, когда мне было действительно классно. Выйдя на крыльцо дома, прошу у какого-то парня сигарету и делаю несколько затяжек. Выдыхая лёгкие клубы дыма, закрываю глаза, наслаждаясь своей эйфорией. — Ну, надо же. — Я слышу голос Картера в самый прекрасный момент, который он, конечно же, портит своим появлением. Я уже успела забыть о нем. — Не думал, что все так запущено. Ник подходит ко мне поближе, хотя я его об этом совсем не просила. Понятия не имею, пьян он или нет. Я уж точно пьяна, это факт. Глядя ему в глаза, делаю ещё одну затяжку. Он лишь усмехается. — Тебя что-то не устраивает? — спрашиваю, фыркнув в ответ. — Хотя, можешь не отвечать. Мне все равно. — Образ дерзкой штучки тебе не идёт, Сиенна, — заявляет Картер абсолютно бесцеремонно, пока я делаю ещё одну затяжку. Его слова задевают. Сильно. Возможно, будь я трезвой, то просто прошла бы мимо, но сейчас… сейчас все иначе. — Кажется, образ праведницы тебе тоже не нравился, — смеюсь с его слов. — Вам не угодишь, мистер Картер. — Почему ты боишься просто быть собой? — внезапно спрашивает он довольно серьезно. Или мне это только кажется. Я запуталась. И вообще я пьяна. Выдыхаю клубы дыма прямо Нику в лицо. Он закрывает глаза, отворачиваясь немного в сторону. Что, противно? Неприятно? — Быть собой? — хмыкнув, говорю ему в ответ. Подхожу чуть ближе, слегка прижавшись к его телу. — С чего ты взял, что я боюсь именно этого? — Ты сама даёшь это понять, — отвечает Ник, и я не понимаю, к чему он клонит. Голова совсем не соображает. — Просто посмотри на себя. — Да пошел ты! — шиплю в ответ и не раздумывая, тушу об его куртку сигарету. Уже собираюсь уйти, как Картер хватает меня за локоть и тянет обратно к себе. И без того шаткий мир вокруг меня переворачивается, картинки сменяют друг друга слишком быстро. Я не успеваю понять, что происходит. — Кажется, тебе пора немного освежиться, — злорадствует Ник, закинув меня на плечо. Стучу кулаками по его крепкой спине, но он не реагирует. Никак. — Отпусти меня! — кричу так громко, но из-за музыки меня вряд ли кто-то услышит. Он заносит меня в дом, проходя через огромное количество людей. Я вижу, как кто-то смеётся с меня, снимает все на телефон. О, черт! Картера это лишь забавляет. — Ты пожалеешь об этом, Ник! Я тебе клянусь! — Остынь, мышка, — говорит он мне, поднимаясь по лестнице. Я уже начинаю ее ненавидеть! Чертова лестница сегодня приносит мне одни несчастья! — Хотя я тебе сейчас в этом помогу. — Что ты задумал? Он заходит в ванную комнату, и до меня начинает доходит, что он собирается сделать. Нет! Нет! Нет! — Картер, даже не думай, — кричу на него, стуча по его спине, но он все равно ставит меня в ванну, включает душ, и я тут же вскрикиваю от потока ледяной воды, которая обрушилась на меня за секунду. — А! Ты…ты просто! Выключи! Выключи сейчас же! — Что? — смеётся он, продолжая эту пытку. — Нравится? Смотри, как я о тебе забочусь. Ты должна быть мне благодарна. Он специально направляет воду прямо в лицо, обливает одежду. — Ты мне за это ответишь, — огрызаясь с ним, пытаюсь оттолкнуть его в сторону, и шланг, к счастью, выскальзывает из его рук. Ха-ха, растяпа! Успеваю схватить его первой и сразу же направляю потоки воды на Картера. Господи, в душе я просто ликую. Да, так тебе! Получай! — Ах, ты мелкий засранец! Я тебе сейчас устрою. — Эй, полегче, — он пытается увернуться, но не тут то было. Он тоже промокает. Уж я то очень постаралась. — Сиенна, ты спятила! — Из нас двоих спятил только ты, — наконец выключаю воду. Голову кружит от алкоголя. От ледяной воды меня всю трясет, но я немного трезвею после неожиданного душа. — Это ты меня сюда притащил! И ты опять все испортил! Ненавижу тебя! — Харт, ты переигрываешь, — говорит Ник, смеясь надо мной. Он хватает полотенце, чтобы вытереться, но я не теряю надежды ему досадить. На глаза попадаются какие-то баночки из-под шампуня или ещё чего, и мой мозг подаёт мне просто «гениальную» идею. — Переигрываю? — От его слов я злюсь ещё больше. Хватаю одну из баночек и запускаю ее со всей силы в Картера. — Ты испортил мне платье! Мое любимое, между прочим! Он уворачивается, но я пускаю в ход все, что попадается мне под руки. Негодяй! Я тебе сейчас покажу. — Ты не в себе! — говорит мне, отбиваясь от всего, чем я в него бросаю. Замечаю, что несмотря на все протесты, он все равно с трудом сдерживает улыбку. Чертов клоун! Рррр… — Перестань. Ты сейчас тут все разгромишь. Пока я продолжаю свое фееричное выступление с метанием баночек, Нику как-то удается подобраться ко мне ближе. Я даже не успеваю среагировать, как он вырывает из рук мое «оружие», отбрасывая его в сторону. Хочу залепить ему пощечину, но он хватает меня за руки, заводит их за спину, лишая всякой возможности от него отбиться. Наши мокрые тела прижались друг к другу. Я с трудом могу дышать, опяненная яростью. И ещё целой кучей алкоголя. Все тело пробирает дрожь от ледяной воды. В голове такой сумбур. Реальное осознание происходящего мне сейчас совсем неподвластно. Несмотря на холод, внутри меня самый настоящий пожар. Ник окидывает меня ещё более пламенным взглядом. Прожигает своими глазами. Ох… — Не надо это делать, — говорю ему, когда он опускает взгляд на губы, и сердце замирает. — Что? — Он будто не понимает, что снова играет со мной. Я не хочу этого. — Не надо так смотреть на меня, — повторяю уже настойчивей. Ник все равно крепко прижимает к себе. Все в душе просто трепещет. — Как? — Он выгибает бровь, и мне хочется его треснуть. Хватит прикидываться дурачком! — Как будто ты… — начинаю фразу, но внезапно делаю паузу, позволив себе снова взглянуть ему в глаза. — Как будто я сейчас поцелую тебя? — Он договаривает все за меня. И так даже лучше. Я вижу, как его губы медленно растягиваются в сладкой улыбке. Боже, что он творит? — Я не собирался этого делать. — Ох, — фыркаю в ответ. — Думаешь, я стала бы с тобой целоваться после того, как ты ещё час назад кувыркался с какой-то куклой? Знаешь, ты о себе слишком высокого мнения, Картер! — Ты что, ревнуешь? — смеётся он, и это задевает. Да, я ревную. Сильно. Ну, за что мне это наказание? — Ещё чего! — пытаюсь вырваться, и Ник меня все же отпускает. — Спасибо, что испортил мне вечер. И ночь. Вытираю руки и шею каким-то полотенцем, чтобы хоть как-то поскорее высохнуть. — Ладно тебе, — продолжает Картер. — Ты просто не видела себя со стороны. — Как жаль. Сейчас расплачусь от досады. Швырнув полотенце в Ника, иду к выходу, но его слова меня вновь останавливают. — Тебе не стоит пить так много. Этот образ тебе тоже не идёт, Сиенна. — Не знаю, говорит он это с издёвкой или нет, но почему-то сейчас его слова воспринимаются слишком серьезно. Они откладываются где-то глубоко внутри. И это ранит. — В следующий раз постараюсь обязательно прислушаться к твоему авторитетному мнению, — отвечаю ему, с трудом подавив в себе гигантский ком разочарования. — Оно ведь так важно для меня! На самом деле я знаю, что поступаю ужасно неправильно. И я знаю, что Ник прав. Я вспоминаю о своих обещаниях, которые давала тете Эрин. А ведь сейчас она действительно верит мне, только вот моя натура все равно заводит меня в дебри. Я уверяла ее, что теперь в моей жизни все будет по-другому. Так и было, пока я не приехала сюда. Точнее, пока не встретила Ника Картера. Он словно вытягивает из меня все плохое, делая это не специально. Но это все равно происходит. После той эйфории и экстаза, которыми я наслаждалась, впитывая в себя словно губка, наступило какое-то внутреннее опустошение. Наблюдая из окна своей комнаты за восхитительно красивым рассветом, ко мне постепенно возвращается трезвость мыслей. Какие-то моменты этой ночи уже успевают затеряться в закоулках памяти, но самое важное так и остается маячить перед глазами. Картер с той девушкой. Его взгляды. Тот дурацкий душ. Его объятья. Боже, как это все забыть? Как от этого избавиться? В такие моменты я начинаю понимать, насколько на самом деле я слаба перед самой собой. Почти всю свою жизнь я только и делаю, что доказываю самой себе, что я со всем справлюсь. Все выдержу, все переживу, но моя вера в себя постоянно подвергается испытаниям, которые я с треском проваливаю. Открыв на своем телефоне галерею, просматриваю фотографии, которые я успела сделать в самый разгар вечеринки. Какой кошмар. Удаляю все, чтобы мне ничего не напоминало об этой ночи, хотя я ведь знаю, что кое-что все равно будет маячить перед глазами. Достав из тумбочки свой дневник, хочу сделать новую запись. Нужно излить душу, пока я окончательно не впала в депрессию. Невольно пролистываю несколько страниц, глядя на свои прошлые записи. Здесь собрано все самое плохое. Все, что доводило меня до безумия. Все, что вызывало гнев и ненависть. Все, что напоминало мне о моем прошлом. Здесь все мои кошмары. Все, кроме одного. Самого главного и страшного. Я так и не решилась написать о нем. Дрожь проносится по телу, стоит мне только задуматься об этом. Кажется, в ушах снова все эти страшные звуки. Нет! Захлопываю дневник и складываю его обратно в ящик, чтобы не погружаться лишний раз во все это. Чтобы не возвращаться назад. Я ведь этого и правда не хочу. Мало, кто поймет, что я пережила. Они все говорят, что это пройдет, что когда-нибудь жизнь снова заиграет яркими красками, но этот момент почему-то не наступает. Они говорят, что все забудется. Но можно ли забыть то, что я видела своими собственными глазами? То, что врезалось, въелось в память, не желая исчезать. А ведь я бы так этого хотела. Забыть и начать с чистого листа. Что может быть проще? Вместо этого я снова смотрю в окно, наблюдаю за тем, как медленно встает солнце, как начинается новый день, который может быть, и станет началом того, о чем мне все так много говорили… Ник Картер Заглушив двигатель, перевожу взгляд на Холли, которая все еще продолжает сидеть в машине. — Ну? Что скажешь? — Я рассказал ей все, что происходило с Сиенной Харт на протяжении целой ночи. Ох, а она была насыщенной. Даже слишком. — Боже, тут все очевидно. Она на тебя запала. Ты бы видел ее лицо, когда я сказала ей, что ты тоже будешь на вечеринке, — улыбается Холли, пытаясь изобразить влюбленное лицо Сиенны, но у нее это плохо получается. Глаза горят не так сильно. В них нет того, что я вижу каждый раз, когда нас разделяет всего лишь несколько сантиметров. Вряд ли ее сердце бьется так же быстро, как ее. Там все иначе. — Меня волнует другой вопрос. Долго мне еще придется изображать ее подружку? Я устала. Мне теперь нужно брать ее на все вечеринки? Надеюсь, ты не попросишь брать ее с собой еще и в туалет. — Мы же с тобой договорились, — напоминаю ей о нашем уговоре. Тем более она сама это предложила. — Да, но…мне надоело прятаться с Кевином по разным углам. Ты вспомни, какую сцену нам пришлось разыграть с ним, чтобы потом мы с Сиенной стали «ладить». Тем более она чуть не выкрутила ему все его причиндалы, а они ему между прочим еще нужны. Вообще-то…и мне тоже. Мы оба смеемся, вспоминая ту историю, которую Холли рассказывала в ярких красках. Да уж, я был удивлен, что Харт на такое способна. — Она целовалась с Эштоном, — вспоминаю одну маленькую деталь, которую я совсем упустил из виду. — Они ведь не могли помириться. Я ведь сделал все так, чтобы они сторонились друг друга. Узнай у нее, что там было. — Опять? Может быть, тебе самому все спросить? Она ведь сохнет по тебе, а не по мне, — вздыхает Холли, скорчив недовольную гримасу. — Знаешь, а еще мне кажется, Сиенна немного не в себе. Между прочим из-за нее я теперь не высыпаюсь. Я тебе говорила, что она орет по ночам? — Что? — Не знаю, что ей там снится, но она орет как резаная. Однажды я чуть не запустила в нее подушкой. Ты не представляешь, как меня это достало! Просто невыносимо! — Я вижу, как она злится, сжимая кулаки. — Кажется, как-то она сказала, что это ее детские воспоминания или еще какая-то чепуха. Я не помню. Но мне то какое до этого дело? Я просто хочу нормально выспаться, а не слушать все это! — Правда? Она говорила, что это из детства? — Ее слова сразу же заставляют меня насторожиться. Может быть, это и есть ключик к самой Сиенне Харт? — Узнай об этом подробнее. — Ник… — Давай, Холли. Это не так уж и сложно. — Она цокает, открывая дверь машины. Ох, Холли, ты не можешь меня подвести. — Я должен узнать, что она скрывает…