Обреченный: изменить себя или изменить себе?

      Профессор зельеварения грозно смотрел на меня, но я спокойно выдержал его взгляд, зная, что мои мысли он все равно не прочтет. Это я узнал еще в нашу первую встречу. В доме Моуди. Но, тем не менее, я укрепил щиты на сознании и стоял, ожидая начала разговора. Снейп фыркнул, и сел в кресло, правда, при этом держа спину очень прямо и скрестив руки на груди. Я спокойно присел на диван, напротив, а крестный устроился во втором кресле. Я молча наблюдал за тем, как они меня разглядывали.       Начинать разговор сам я не собирался. Не видел смысла. В конце концов, легче отвечать на вопросы, чем оправдываться в своих поступках. Хотя, на этот раз я точно не был виновен. Ведь меня похитили. Не мог же я ожидать подобного от профессора школы? По крайней мере, именно такую стратегию защиты я разработал, пока обдумывал наш будущий разговор с крестным. Но мне все еще было интересно, почему здесь Снейп. Ему я все еще не доверял. И вряд ли бы мое мнение на его счет изменилось бы. Да, в этом мире многое выглядит по-другому, но мог ли знать, как действительно обстояли дела тогда? Сперва ведь я был слишком мал для таких разговоров и мыслей, а потом… Впрочем, нет смысла думать об этом сейчас.       В итоге Снейп не выдержал и хмыкнул, смотря на мое спокойное и весьма равнодушное выражение лица. Он наклонился в мою сторону и, смотря мне в глаза, заговорил, своим вкрадчивым и тихим голосом. Думаю, если бы он так говорил с Долгопупсом, тот бы лишился чувств. Если бы не умер. — Поттер, ты скрываешь слишком многое, что не прибавляет тебе ума, а, скорее, неприятностей. Я был уверен, что ты осторожен и всегда ходишь со своими дружками, но ты стал слишком самоуверен! — прошипел он. — Откуда у тебя столько самомнения? И я вижу, что ты знаешь многое. Больше других. Даже тех, кто воспитывался в волшебных семьях. И не говори, что тебе помогла твоя память, я в это никогда не поверю.       Я спокойно смотрел на профессора, думая о том, что он слишком сильно переоценивает свои навыки запугивания. — Профессор, с чего вы взяли, что мне известно больше, чем другим? Я просто много читаю, — ответил я пожав плечами. — И я всего лишь шел днем, по коридору, где проходил профессор Квиррелл. Откуда я мог знать, что он планирует? — спросил я, спокойно глядя за плечо зельевара. Смотреть ему в глаза, когда я нагло вру, я не решился. Вдруг он сможет что-то уловить? Все-таки он был непревзойденным мастером ментальной магии. И я не мог быть уверенным в том, что он не пробьёт мои блоки. — Поттер, хватит врать! — он почти подскочил, но крестный удержал его за плечо, молча глядя на меня.       Все-таки я был удивлен этим единодушием. Враги объединились, чтобы вывести ребенка на чистую воду. Это даже в мыслях звучит смешно. Так что я не выдержал и улыбнулся, отчего зельевар рассердился еще больше. — Ты еще и издеваешься! Что ты скрываешь от нас, мальчишка?       Нужно сказать, что я не ожидал, что это обращение на меня хоть как-то повлияет. Но я автоматически выставил руку, закрывая лицо. Я помнил, как в детстве дядя замахивался на меня и бил, правда, в основном просто ставил подзатыльники, но учитывая его вес и размер, это всегда было больно. А я боялся, что он ударит в лицо и разобьёт очки. Так что реакция сложилась за мое детство. Но я не ожидал, что сейчас этот рефлекс сработает.       И в комнате воцарилась звенящая тишина. Я отвел руку, смотря на ошарашеных мужчин. И увидел, что им… Стыдно. Да, я не ожидал таких лиц у них, но решил, что мне, как ребенку, можно позволить еще одну вольность. Во мне все-таки умирал актер. Так что я вскочил и помчался в свою комнату. Благо, я помнил, где она, все-таки зимние каникулы не прошли даром. К моему удивлению за мной никто не пошел.       Так что я со вздохом облегчения закрыл за собой дверь и упал на кровать смотря на полог. Я был близок к проколу. И не знал, как кто-то догадался. Особенно Снейп. Все-таки мы не общались ближе, чем это требовали уроки. Так что меня удивил такой разговор. Или есть что-то еще, о чем я не знаю? Как мне теперь действовать? Сбегать смысла не было, тогда для меня станет закрыт магический мир, а у меня все еще были планы на его счет. И я понял, что мне придётся много врать и изворачиваться. В конце концов, Слизеринец я или нет?       Я развернулся, откинул покрывало и забрался под него, съежившись в комочек. Вышло очень реалистично, правда, я с трудом сдерживал смех от всей этой ситуации. Но у меня был один вариант - я потянулся магией к стенам дома и смог настроиться так, что услышал разговор Сириуса и Снейпа. — Снейп, как ты мог разговаривать так с Гарри?! Ты же знал, что с ним было перед школой, ведь сам, сам его лечил! А теперь? Да он же нас не простит… — закончил шепотом крестный свою гневную речь.       Со стороны зельевара пока было молчание. Хотя мне было интересно, что он думает на этот счет. — Он всего лишь защищался. Он просто не хотел показывать слабость. А ты вцепился в выражение его лица. Теперь ты видишь, насколько он спокоен? Он целый год был вдали от Дурслей. И теперь снова все придется начинать сначала. А если он уйдет? — Блэк, хватит истерить, — прошипел профессор. — Я, как и ты, думал, что надавив на него, мы получим хоть какие-то ответы. ТЫ просто не видел его в школе, он ведет себя не типично для жертвы и человека выросшего среди магглов, — задумчиво продолжил говорить профессор. — И его окружение, как и выбор факультета очень… Необычен. Я не уверен в этом, но мальчишка что-то скрывает. И готов на многое, чтобы мы не раскрыли его секрет. — Давай больше не будем давить на него. Я уезжаю с ним на море. Может другая обстановка сможет что-то приоткрыть. Будем держать связь с помощью зеркал.       Профессор громко фыркнул на это заявление. — Мерлин, мы следим за ребенком и подозреваем его во всех смертных грехах, — простонал Снейп. — И, главное, что я не могу отделаться от мысли, что я прав. Как будто кто-то руководит моим желанием.       Ненадолго повисла тишина. — И Дамблдор очень странно себя ведет, — протянул он. — Ты думаешь, что на тебя влияет Директор?       Снейп промолчал. — Понятно, сказать ты ничего не можешь, знаешь, я могу скоро привыкнуть к этой фразе. Надеюсь, от крестника ее не услышу. — Я пойду, поговорю с Поттером.       Послышался стук, видимо крестный стукнулся или что-то куда-то поставил. — Я ничего ему не сделаю. Мне нужно его доверие… Думаю, так легче будет добиться от ребенка правды.       Крестный фыркнул, а я убрал заклинание, съежившись в кровати посильнее.       Вскоре послышались легкие шаги. Надо же, а в Хогвартсе его никогда не было слышно, хотя там каменный пол. Наверное, он использует чары, чтобы передвигаться бесшумно. А здесь решил так не делать. Вот и скрипнула дверь в мою комнату, и он вошел. Как я понял, он не сразу заметил горку посредине покрывала, и прошел в комнату. Но по громкому вздоху я понял, что меня заметили. И я ждал того, что он предпримет на это. Мне было очень интересно, как зельевар будет пытаться завоевать мое доверие. Хотя, я был практически уверен, что это нереально.       Снейп присел на край моей кровати, судя по легкому скрипу пружин матраца, и медленно стал стягивать с меня покрывало. Я продолжал лежать, сильнее сжавшись, и пряча лицо в согнутые колени, обнимая их руками. Когда покрывало было скинуто - повисло молчание. Видимо, зельевар разглядывал мою беззащитную и испуганную позу. Я знал, как это выглядит. И умел притворяться. Теперь. В конце концов, у меня было что вспомнить, чтобы получилось достоверно. — Поттер, я хотел попросить у тебя прощения, — тихо сказал он. — Я не должен был кричать на тебя и что-то требовать. Чем я тебя обидел? — спросил он, видимо, не поняв, что на меня повлияло больше всего. Я же продолжал молчать, думая, хватит ли его терпения на этот разговор. — Гарри, — тихо прошептал он, и я слегка повернул голову, смотря на него одним глазом. Я был очень сильно удивлен, что он назвал меня по имени. — Ответь мне, я не хочу, чтобы ты держал это в себе.       Я фыркнул, отвернувшись от него, и глухо заговорил: — Я не хочу говорить об этом. И не вижу смысла в нашей дальнейшей беседе, профессор. И вы не обидели меня. Мне незачем обижаться на, по сути, чужого для меня человека. Но я не понимаю, чего вы от меня хотите? Что я скрываю? Я читаю ночами, потому что у меня часто бессонница. А какого вы ждали ответа профессор?       Он вздохнул, а я все еще прятал лицо, так что не мог сказать, какое у него выражение лица. — Почему ты никому не сказал, что не спишь? И где ты брал книги? — спросил он, но его голос был довольно мягок. — Мадам Пинс разрешила мне брать книги из библиотеки. Как и Гермионе. Мы ее любимые посетители. И часто помогаем ей.       Зельевар фыркнул, вставая с моей кровати. — Хорошо, Поттер. И еще раз извини за резкость, ты не заслужил подобного обращения к себе. В конце концов, ты лучший ученик, так что заслуживаешь большего. И пришлю тебе зелье, чтобы больше не было проблем со сном.       Я улыбнулся, не глядя на него, в этой битве победителем вышел я. Но главнее было одержать победу в войне. И это, к сожалению, была не аллегория.       Снейп ушел, и я смог лечь нормально, снова уставившись в полог. На этот раз я не стал подслушивать его и крестного. Не было смысла. И так было понятно, что он мне поверил. В конце концов, я давно просчитал многие варианты. И не боялся ошибиться. Ведь в этой жизни мне было куда и к кому идти.       Я вздохнул и встал, решив, что нужно перекусить перед сном. В конце концов, в Хогвартс-Экспрессе не кормили нормальной едой. Сладости не в счет. Я тихо спустился и отправился на кухню. Там, к моему счастью, был только домовик. Кикимер недовольно посмотрел на меня, но промолчал. — Молодой хозяин что-то желает? — спросил он своим скрипучим голосом.       Я кивнул, более уверенно проходя вперед. Я должен был играть до конца. Даже перед домовиком. В конце концов, я был обижен и расстроен. Так что нельзя было выходить из роли раньше времени. — Я немного голоден, не мог бы ты дать мне перекусить? — спросил я, смотря по сторонам и прикидывая, где можно было бы сесть. — Я подам ужин в столовую, молодой хозяин. На кухне нет места для трапезы.       Я кивнул, вздохнув, и вышел, идя в столовую. Там сидел Сириус и внимательно смотрел на меня. Я встал в дверях, не решаясь пройти дальше, и смотрел себе под ноги, чтобы не переиграть, изображая вселенскую обиду на лице. Послышался скрип ножек стула по полу, и ко мне приблизился Сириус. Он встал передо мной на колени и крепко обнял, прижав к себе. Я выдохнул от облегчения и обнял его в ответ. Порой в таких простых действиях больше слов и чувств, чем в книгах или стихах. Он отстранился и посмотрел мне в глаза. — Гарри, прости дурака, наслушался Снейпа. Ты как, в порядке? — я кивнул, не решаясь заговорить, потому, что очень сильно хотелось смеяться. — Давай ужинать. — Хорошо, Сириус.       Он подбадривающе улыбнулся и я сел за стол, ожидая нашей трапезы. — Ну как тебе первый год в Хогвартсе?       К моему счастью, он нашел тему, о которой можно говорить часами. И я стал делиться с ним своими делами, рассказал о друзьях, учебе, и все более подробно, чем писал ему. К тому же Пьюси был «новым» другом. Но крестный, почему-то, не слишком хорошо принял то, что я общаюсь со взрослым парнем. Хотя и промолчал. Но его глаза сказали все за него.       Так и прошел первый вечер летних каникул в доме Блэков. Немного истерики и детской обиды, и все едят с моих рук. Все-таки быть ребенком очень удобно. Особенно ребенком, который пережил детство у Дурслей. Я быстро понял, что могу многое этим оправдать. И теперь мне будет легче. По крайней мере, я так думал.       Вернувшись в свою комнату, я заметил на подушке очередное письмо от Артура. Я вздохнул, и вскрыл конверт вампиров. Быстро пробежав глазами текст, я нахмурился. Почему-то он хотел встретиться в ближайшее время. Но я знал, что отказать было нельзя. В конце концов, они могут обидеться. Вздохнув, я порезал палец и провел внизу конверта. Настроившись на дом, я понял, что Сириус в своей комнате, готовится ко сну.       Но я решил подождать, ведь, в конце концов, крестный мог зачем-то зайти ко мне. Час спустя, к моему счастью, он заснул, так и не зайдя ко мне. Встав с кровати, я наложил на кровать материальную иллюзию того, что я там лежу и сплю. Снова взяв конверт, я порвал его надвое, тут же оказавшись в зале дома вампиров. Артур сидел в кресле и пил что-то. Хотя я прекрасно знал, что налито в его бокале. Он посмотрел на меня и кивнул на кресло напротив. Он молча смотрел на меня, а я спокойно оглядывал пространство вокруг. Волноваться мне было не о чем, ведь от него опасности ждать не стоило. — Гарри, ты подверг свою жизнь опасности. И почему ты оставил Эдриана в библиотеке и ушел? Это твой план, или случайность? — я криво ухмыльнулся, переведя внимание на Артура. — Не совсем мой план, но я этого ожидал. И все вышло даже лучше, чем мне хотелось бы. Так что Пьюси ни в чем не виноват, — сказал я, и передо мной появилась чашка чая.       Я спокойно взял ее и отпил ароматный напиток, предварительно остудив его магией. Здесь я мог не притворяться. И это вызвало у меня непроизвольную улыбку. Артур заметно расслабился, поддержав мое благодушное настроение. — Я рад, что ты все держишь под контролем, но прошу, будь осторожнее. Может смерть и не заберет тебя, но есть и менее приятные вещи, чем ее приход. В конце концов пытки и боль явно не лучшее времяпровождение.       Я кивнул, смотря в глаза вампиров. — Я знаю многое об этом. И вряд ли кто-то сможет удивить меня. — Возможно. Но сломать можно любого.       Я не стал с ним спорить. Ведь прекрасно знал, что он прав. Ведь меня действительно тогда сломали. И отрицать это было бы глупо. И вряд ли сейчас бы что-то изменилось. Я не был уверен, что смогу сопротивляться этому. Но и проверять себя я не собирался. — Артур, к чему ты ведешь? — спросил я, серьезно смотря на него. Он поморщился и поставил свой бокал на столик. — Госпожа не довольна тем, что мы плохо следим за тобой, — протянул он. — И попросила тебе передать, что ты должен не просто исправить свою жизнь, но и служить ей. А не наоборот — противостоять ее желаниям. — Значит, мое решение позволить воскреснуть Лорду цельным ее не устроило? — он удивленно уставился на меня. — Что значит, цельным? — Философский камень не просто даст ему нормальное человеческое тело, но и соберет его душу. Он полностью обновляет человека. Во всех смыслах.       Артур ошарашено взглянул на меня, а потом расхохотался. Я поддержал его, думая о том, что Волдеморт будет явно в шоке, когда поймет, как сильно просчитался. — Значит, потом его легко будет убить? — Да, потому что больше он свою душу разделить не сможет. Но я сперва посмотрю, стоит ли его лишать ее. В конце концов, Лорд хороший щит против Дамблдора.       Вампир задумчиво потер подбородок, смотря мне в глаза. — Я понял, кого ты мне напоминаешь, — сказал он, криво улыбнувшись. — Кого? — спросил я, поставив пустую чашку на стол. — Мерлина. Вроде ты добр и сердечен, но я не могу сказать о тебе ничего определенного. Ты все скрываешь. Но, тем не менее, я знаю, что ты очень силен и умен. Но я именно знаю. Поэтому это скрыть ты, в отличие от моего друга, не сможешь.       Я с любопытством посмотрел на Артура. — А каким он был? — Великим.