Обреченный: изменить себя или изменить себе?

***

      Жизнь в Хогвартсе никогда не бывает скучной. Здесь каждый день происходит что-то необычное. И дело даже не в том, что это школа магии, нет. Просто здесь живут и учатся дети разных возрастов. Которым часто бывает скучно. Поэтому, помимо сплетней, здесь еще любили шутить. Но главными балагурами были близнецы Уизли. Многим они нравились, но до поры до времени. Пока сами не становились предметом розыгрыша от близнецов. Многие в шутку называли их демонами, но это было довольно правильное прозвище.       Им было плевать на чувства, мораль, совесть. Они делали лишь то, что хотели. То, что может их насмешить и кажется им забавным. И тормозов у них явно не было. Но пока меня это не касалось, вмешиваться я в их игры не собирался. На самом деле они прикалывались лишь над своим факультетом. Над другими они подшучивали только из мести. Так что я не видел смысла их останавливать. В конце концов возмездие в виде лишних ушей или хвоста лучше, чем избиение. Так что им можно было простить их эксперименты.       Но оставалась всего неделя учебы. Экзамены были сданы, оставались только последние пары, где мы повторяли пройденный в этом году материал и разбирали будущее домашнее задание. Все было как обычно, пока за завтраком ко мне не прилетела незнакомая сова с запиской, которой я не ожидал: «Мистер Поттер, прошу вас после трапезы пройти в мой кабинет. Пароль — лимонный щербет. Альбус Дамблдор». Я уставился на записку думая лишь о том, что мне делать наедине с Директором. Не то, чтобы я его боялся, нет, в конце концов он ничего не сделает студенту. Не в его интересах. Но опасность всегда была. Ведь он был самым хитрым и расчетливым магом. — Кто тебе написал? — спросил Тео, с недовольным видом размазывая овсянку по тарелке. — Директор хочет встретиться. — ответил я, поморщившись. — Скажи декану. Он может присутствовать при этом разговоре. — я кивнул, посмотрев в сторону стола преподавателей.       Снейп сидел с краю, что-то увлеченно читая и медленно цедя кофе. Я внимательно разглядывал его, ожидая, когда он обратит внимание на мой пристальный взгляд. И, хвала Мерлину, он почувствовал и оторвал глаза от книги, переводя их на меня. Он явно был недоволен тем, что я отвлек его, но придется профессору с этим смириться. В конце концов я его не заставлял делать выбор в мою пользу. Он сам захотел мне помочь. Так пусть помогает.       Недовольно что-то проворчав, он захлопнул книгу и встал из-за стола подходя к нам. Я провожал его взглядом, пока он не поравнялся со мной. — Директор вызывает меня после завтрака. — он кивнул, нахмурившись еще больше. — Не составите мне компанию, профессор Снейп? — Конечно, мистер Поттер. Идемте со мной, я покажу вам дорогу до кабинета Директора. — я кивнул, вставая и махнув рукой на прощание друзьям.       Когда мы вышли в коридор, зельевар оградил нас щитом от прослушивания и сложив руки на груди, уставился на меня. Я закатил глаза, думая лишь о том, что от меня все постоянно чего-то хотят, и мне это не особо нравится. — Я не знаю, почему он вызывает. Я ничего не делал. Вообще. Учился и сдавал экзамены. — профессор кивнул и мы направились к лестницам, которые веди в башню Директора. — Хорошо, Поттер. Но будь осторожен, в конце концов в твоих интересах не выделяться. Ведь он мог вызвать тебя именно из-за того, что ты ничего не делал. — я хмыкнул, идя по ступенькам и размышляя на тему того, что Дамблдору могло понадобиться от меня.       До знакомой статуи горгульи мы дошли довольно быстро. Декан вопросительно посмотрел на меня и я пробормотал пароль, на что он лишь ехидно улыбнулся. Мы встали на движущуюся лестницу и вскоре она подняла нас до двери в кабинет. Она была не заперта и мы вошли внутрь. Дамблдор был уже здесь, что не особо удивило меня. — А, Северус. Не думал, что ты составишь нам компанию, но это даже к лучшему. Присаживайтесь. — мы кивнули, садясь в кресла напротив стола Дамблдора. — Дело в том, что Гарри позвали пройти год в одной очень хорошей школе. И я не знаю, что с этим делать. Твой опекун настаивает на переводе, но я все же хотел обсудить это с тобой. — я кивнул, с трудом сдержав эмоции. — Эта школа мало кому известна, она работает, в основном, с Америкой, точнее школой Брейкбиллз. Там есть только один профессор — Маяковский. Он один из самых сильных магов мира. Равных ему на самом деле нет. — я удивленно слушал Дамблдора.       Я никогда не слышал об этом маге. И школа его была мне неизвестна. Хотя это и не удивительно, мои знания о волшебном мире до сих пор ничтожно малы. Но мне было любопытно: почему я понятия не имел о существовании мага, которого даже Дамблдор считал могущественным? — Но он оттуда не может никуда уйти. По сути та школа — его тюрьма, а обучение магии — наказание. — Снейп фыркнул, видимо сравнил себя и этого волшебника. — Он учит волшебству без палочки. И приглашают лишь тех, кто может колдовать не пользуясь ей. В Брейкбиллзе не пользуются проводниками, колдуя руками. Она слабее нас, и этот вид магии опасней, но зато они не зависимы от палочек. Гарри, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Нет, профессор Дамблдор. — по привычке ответил я. — Ты знал о том, что можешь колдовать без палочки? — я поежился, понимая, что нагло врать нельзя, но и правду рассказать я не могу. — Я думал, что это могут все. Я же волшебник, и не палочка это решает. — Директор кивнул, откинувшись на спинку кресла. — Обучение у него длится один год. Начиная с июля. Я дам тебе наши учебники и задания, чтобы ты и от программы Хогвартса не отстал, если решишь поехать туда, конечно. — я задумчиво закусил губу.       С одной стороны — попасть в ученики к человеку, которого даже Дамблдор считает сильным, было бы неплохо. С другой стороны я боялся оставить здесь всех своих друзей и Снейпа на целый год. — Я могу подумать, профессор? — спросил я, переведя свое внимание на феникса. — Конечно, Гарри. Но не думай слишком долго, Маяковский ждать не любит. — я кивнул, вставая. — И да, Гарри. — я повернулся, глядя в глаза Директору. — Хогвартс всегда будет твоим домом. — я молча развернулся, идя к двери.       Зельевар последовал моему примеру, и попрощавшись с Директором мы покинули его кабинет. Молчание было привычным, так что мы шли в сторону подземелий, и каждый размышлял о своем. Я понял, что мне придется ехать в неизвестную школу, где всего лишь один преподаватель, и он преступник. Причем очень могущественный. Но самым странным было то, что я о нем никогда не слышал.       В кабинете Декана было темно. Камин давно потух, судя по виду, но зельевар быстро зажег свет и сел в свое кресло. Я уселся напротив него, ожидая начала разговора. В конце концов было видно, что ему есть о чем сказать. Потому я и ждал. — Поттер, но почему тебе так не везет? — я был немного удивлен этим вопросом. — Ты уедешь в школу, где живет маг, который учил Гриндевальда и Дамблдора. После них он никого не принимал, кроме учеников Брейкбиллз. Но теперь есть ты. Он воспитывает в людях желание подчинять. Он учит могуществу, но оно идет рука об руку с жаждой власти. Как ты справишься с этим, можешь ответить? — я сглотнул, не зная что именно ответить.       Справлюсь ли я с подобными пороками? Я не мог сказать наверняка. В конце концов я был человеком. И мне, как и другим, свойствены некие недостатки. И я не был уверен в том, что смогу справиться со всем, о чем меня предупреждал зельевар. Но кто не рискует, тот не пьет шампанское, верно? — Я все равно поеду туда, сэр. К тому же особого выбора, как я понял, нет. А мне нужно знать и уметь больше. Кто еще меня сможет научить подобной магии? — он фыркнул, задумчиво потерев подбородок.       Вообще Снейп был человек привычек. У него были определённые жесты и взгляды на все случаи жизни. Он ел всегда одно и тоже, он учил всех одинаково, пусть многие и говорили, что зельевар выделяет Слизеринцев, но это было не так. Просто представители его факультета не хотели разочаровывать своего декана, потому и учили больше других. Теперь я это знал. Жаль, что в прошлом я был так слеп в таких ситуациях. — Да, конечно, тот, кто мог щелчком пальцев уничтожить город. Не то, чтобы он этого не сделал. — с легкой ехидцей заметил профессор.       Я внимательно посмотрел на него, думая о том, шутит ли он, или предельно серьезен. По нему всегда было сложно что-то определить, ведь в основном его лицо выражало полное безразличие к происходящему. Лишь легкие изменения мимики, которые никто не сможет в полной мере контролировать, иногда выдавали его. — Но почему я тогда о нем не слышал? — удивленно спросил я. — Наказание за его преступление. Забвение. Я о нем знаю только благодаря тому, что мне рассказал Директор. Он ведь был его учеником. Потому и знает о нем все, что возможно. — я кивнул, закусив губу. — Но как я смогу всех оставить здесь? — профессор фыркнул, вызвав эльфа и заказав чай с печеньями. — Без тебя мир не рухнет, Поттер. Я прослежу за ними. Да и Эдриан поможет. Так что не волнуйся, мы справимся. — я улыбнулся, взяв чашку с чаем. — Что ж, профессор, я буду учиться у Русского мага с задатками Бога? — Снейп фыркнул, едва не пролив чай. — Он считает, что и есть Бог. Берите выше. И с этим многие соглашались. Его сила… Обескураживает. — Но как его смогли тогда заключить в тюрьму? — Снейп скептически на меня посмотрел, будто планируя препарировать меня. — Он сам туда отправился. Добровольно. — я был удивлен, но от этого мне стало еще более любопытно. — Почему? — Он никому еще не рассказал. Может ваша прозорливость вам поможет, и вы узнаете об этом первым. — я фыркнул, допивая чай. — К тому же у каждого человека есть Ахилесова пята. Возможно, о его слабости узнали не те, кто должен. — Это звучит правдоподобно. Но разве такие люди имеют слабости? Что для них может быть выше власти? — он ухмыльнулся, поставив чашку на стол. — Поттер, ты забываешь, что большинство магов вполне умеют чувствовать. У него могла быть любимая, дети. Да хоть родители. Поверь мне, любовь — не лучшая эмоция, на мой взгляд, но именно она толкает на безумства. — Звучит так, будто вы точно знаете, о чем говорите. — он внимательно посмотрел мне в глаза.       И этот взгляд меня удивил. Я такого еще не видел, и даже не знаю, как это описать. Сожаление? Страх? Боль? Очень неопределенно он выглядел в этот момент. — Поверь, Гарри, я точно знаю, о чем говорю.