Цветочная душа

      На новое своеобразное произведение искусства у Шерлока уходит от десяти до тридцати минут. Мужчина всегда с головой уходит в работу над новым букетом, будь он для женщины или мужчины, ребенка или старика. В небольшом магазинчике, где он работает, продаются в основном дорогие цветы, но за них денег обычно не жалеют: растения стоят и благоухают долго. Хозяин этой лавки, мистер Хамфри, ценил своего сотрудника, так как после его появления статус магазина поднялся (он даже позволил флористу недорого снять маленькое помещение в магазине, чтобы ночевать там). Пускай Холмс был заносчивым гадом, частенько хамящим многим посетителям, работу свою он делал превосходно, а некоторые постоянные покупатели даже смогли ему понравиться (они получали не тонну оскорблений в свой адрес, а кивок головы и изредка вопросы из серии «что с вашей мамой», потому что Шерлок не мог полностью перестать сканировать людей, что он делал превосходно). С парой лондонцев флорист даже более-менее подружился: инспектор Скотланд-Ярда, Лестрейд, часто покупающий небольшой букет своей жене (очевидно, она хочет его бросить и уйти с ребенком, но боится ранить чувства своего мужа), миссис Хадсон, заходящая два раза в месяц (несет невзрачные цветы на могилу умершего родственника; предположительно ребенка или супруга), Молли, зачастую просто смотрящая на разнообразие растений (патологоанатом, иногда покупает скромный букет и несет в лабораторию, чтобы не было одиноко)… С этими людьми Холмс даже здоровается, что можно считать великим чудом, а они в свою очередь не считают Шерлока фриком (тоже большая редкость, кстати говоря).       И все в жизни флориста было чудесно… пока не появился этот чертов сон. Или не сон вовсе?

— Давай, дружище, держись… — Док, Вы же понимаете, что меня не спасти. — Молчать! Билл, прошу, здесь немного осталось… — Спасибо, Джон, за все… — Нет, Билл, открой глаза! Твою мать, нет!..

      Шерлок открывает глаза и чуть не падает влево, но его успевает поймать Лейстрейд. Очевидно, он давно ждет, когда Холмс очнется (скорей всего, внешне было похоже на простую отлучку в Чертоги), но замечает растерянность в глазах приятеля и вопросительно поднимает бровь. Шерлок только качает головой и убегает в небольшую ванную комнату.

***

      Когда у тебя появляется хобби в детстве или работа во взрослой жизни, твой соулмейт может видеть то, чем ты занят. Это происходит случайно и не подвластно контролю. Ты можешь сидеть в песочнице или на совещании, как вдруг твое сознание будто бы отделяется от тебя и улетает к человеку, предназначенному тебе судьбой. Ты видишь, что он сейчас делает (и узнаешь его профессию), а потом резко возвращаешься к себе.       Шерлок никогда не видел свою пару, даже не задумывался над этим, если честно. Лет в восемь, когда он увидел бабушкин цветочный сад около дома, то понял, что знает, что увидит его соулмейт, если перенесется к нему. А вот что увидит сам Шерлок..?       И спустя восемнадцать лет Шерлок увидел войну и доктора, спасающего жизни солдат.

***

      Джон Уотсон хотел быть врачом. О том, чтобы стать военным врачом он подумал, когда узнал, что его сестра влезла в крупные долги, а родители еле сводят концы с концами. За службу по контракту хорошо платили, да и, признаться, Джону не очень хотелось каждый день сидеть дома или бегать на две работы, так что когда ему предложили такой вариант развития событий, он, недолго думая, согласился.       Еще однажды сидя за партой на последнем курсе университета, Джона перебросило в жизнь своего соулмейта. Вместо доски с формулами и стен с портретами ученых он увидел множество разнообразных цветов: розы, тюльпаны, ирисы, гортензии, орхидеи, герберы, васильки, гвоздики и другие, названия которых он не знал. Уотсону даже на секунду показалось, что на него обрушилось все обилие ароматов… Парень бегал глазами по вазам с растениями, яркими и сочными, пока не наткнулся на тощую фигуру, составляющую букет. Когда незнакомец (можно ли назвать незнакомцем того, кто предназначен тебе лет с семи?) поднял глаза и будто посмотрел в его сторону, Джона резко вернуло в класс. Уотсон частенько оказывался в этом уютном магазинчике (ментально, разумеется). Он знал, что если найдет его в Лондоне (он был уверен, что он, как и его соулмейт, находится в Лондоне), то ни с чем не спутает.       Осталось надеяться, что флорист из этой лавки никуда не исчезнет.

***

      Шерлок не мог трезво мыслить несколько дней. Почему он увидел это только сейчас? Если его соулмейт врач, причем еще и военный, он должен был узнать об этом раньше! Даже если этот человек показался только в экстренный момент, врачи и солдаты постоянно рискуют…       А сколько раз его соулмейт видел самого Шерлока за работой? Не видел ли он его в моменты депрессии, паники и… передоза?       Боже, если они встретятся, как мужчина отреагирует на Холмса?       Мужчина. Его зовут Джон.       И долго его ждать? А выживет ли он сам? Черт, если его подстрелят?!       Холмс очнулся от своих мыслей, когда почувствовал сок на своих руках. Во время своей отключки он ставил прибывшие в магазин цветы в вазы. Пару стеблей хрустнули напополам в его руках.       Надо прояснить мысли и взяться за работу.       Погрустить можно вечером, за очередной дозой.

***

— Черт возьми…

      Шерлок вздрогнул, услышав знакомый голос в своей голове.

— Где хоть какая-нибудь тряпка?

      Перед глазами появилась пустыня. Афганистан или Ирак? Вдалеке виднелись танки, слышались крики людей и звуки стрельбы.

— Я сейчас, возможно, умру, но… не знаю, как тебя зовут. Соулмейт, ты здесь?..

      Холмсу хотелось крикнуть: «Да, я рядом! Держись», но все, что было в его силах, это сконцентрироваться на видении Джона.

— Я рад, что ты показался мне… Еще давно. И, пожалуйста, прости меня. Я не хотел, чтобы эта чертова пуля попала в меня.

      Боже, пожалуйста.

— Надеюсь, ты будешь жить дальше…

— Нет! — несколько посетителей странно посмотрели на флориста, вцепившегося в прилавок, а через пару секунд, бросив сочувственный взгляд, отвернулись и поспешили заняться своими делами.       По лбу Шерлока стекала капля пота, пальцы грозились сломать чертову деревяшку, а ноги стали опасно трястись. «Он не мог умереть. Не сейчас. Я же только его увидел…»       Заботливая миссис Хадсон, случайно оказавшаяся в магазине в этот неловкий момент, строго попросила всех выйти из помещения и, перевернув табличку на двери на сторону «закрыто», оставила флориста в одиночестве.

***

      Шальная пуля. В него даже не целились. Он не видел врага. Не попытался выстрелить в ответ. Он старался не истечь кровью и не умереть на этом афганском песке.       У него получилось, кстати.       Джон Уотсон отправляется домой, в Лондон, больше непригодный ни для войны, ни для работы хирургом.       Зато будет больше времени на поиски прекрасного флориста, который, Джон надеялся, слышал его «предсмертные» слова.       И заряженный пистолет всегда в соседнем ящике, если что.

***

      Целый месяц Шерлок ждал хоть какой-нибудь весточки от Джона. Гребаный месяц делал букеты, которые не получались такими прекрасными — они мастерились без той страсти и желания, что раньше. Миссис Хадсон и Лестрейд, конечно, заметили перемену в настроении флориста. Пускай Шерлок всегда был нелюдим, но цветы, окружавшие его, заменили ему социум. Он не разговаривал с ними и не давал имен; просто когда изящные пальцы мужчины аккуратно держали стебельки, бутоны этих растений будто раскрывались еще сильнее и заполняли весь магазинчик приятным ароматом. Холмс чувствовал цветы, знал, когда им плохо, понимал, какие виды не сочетаются друг с другом. Его глаза загорались при виде новых редких растений, хищная улыбка касалась губ, когда в голове возникал новый образ букета...       А сейчас этого всего нет. — С вас 137 фунтов, — очередной богатенький покупатель, задабривающий свою стервозную жену, узнавшую об измене. Как давно ему не попадались люди, желающие сделать подарок от чистого сердца. Пару раз Молли покупала небольшие, но стильные букеты (она просила Шерлока вложить в них смысл, использовав азбуку цветов), и Холмс уверен, что они предназначались либо близкой подруге, либо другой девушке, к которой Хупер испытывала симпатию (для себя девушка зачастую брала либо незабудки, либо крокусы).       В последней партии ему завезли прекрасные дельфиниумы, фрезии и альстромерии. Пока гениальный мозг Шерлока генерировал новые букеты, которые можно составить с новыми цветами (подойдут розы, орхидеи, антуриум...) колокольчик над входной дверью издал звук, который почему-то казался веселым. Холмс даже не посмотрел на вошедшего: минуты вдохновения в последнее время посещали его все реже, поэтому он решил не отвлекаться.       Человек, пройдясь пару раз мимо ваз с растениями, тихо вышел.

***

      Уотсон обошел весь цветочный базар, пять модных цветочных бутиков и в два раза больше небольших и непримечательных магазинчиков с флористикой. Ни в одном из них он не чувствовал то спокойствие и умиротворение, какое ощущалось им в видениях своего соулмейта.       И он бы даже не думал зайти в очередной магазин, если бы так не вовремя застигший его дождь. Со своей психосоматичекой хромотой он лишь успел забежать в какую-то лавку, где его моментально окружил душистый аромат цветов. «Ну, может, оно?..» — пронеслось в голове отставного солдата, когда он проходил мимо мужчины, повернутого к нему спиной: тот явно чем-то увлекся или же просто... перенесся к своему соулмейту? Кто знает.       Оглянувшись еще раз, Уотсон пообещал себе заглянуть еще разок, возможно, даже прикупить букетик.       Если не пустит в голову пулю раньше.       Колокольчик над дверью как-то грустно прозвенел, когда Джон выходил в потихоньку заканчивающийся дождь.

***

      Сегодняшнее утро выдалось неплохим: ему попалось пара интересных покупателей, которых он, безусловно, продедуцировал, чем вызвал испуг и заслуженное «псих». Легкая усмешка тронула его губы: «Скучные люди, скучные комментарии». Пока Шерлок протирал вековую пыль с подоконников (мистер Хамфри попросил держать заведение в опрятном виде), в бутик кто-то зашел. И, судя по ощущениям, этот кто-то стоят прямо за его спиной: Холмс отчетливо слышал чужое дыхание и, кажется, шуршание одежды. Через несколько (бесконечно длинных) секунд незнакомец кашлянул для привлечения внимания и произнес: — Можно Вас?       «О боже мой». Он слышал этот голос. Дважды, если быть точнее.       Он жив.       На дрожащих ногах флорист развернулся к Джону, который застыл с открытым ртом и явным удивлением в глазах. — Ты жив, — констатация. Он здесь. Он стоит перед ним. Не в госпитале, не в могиле. Живой и хромающий, прямо перед ним. — Боже, я нашел тебя... — Джон...       Холмс не знает, кто сделал первый шаг, но следующее, что он чувствовал — крепкие руки, нежно обнимающие его за талию. Его же ладони оказались на загорелой шее Джона, а голова уютно устроилась на теплом плече (одно из них ранено, он помнил, но не помнил, какое; то, что Джон не дрогнул, означает, что Холмс выбрал правильное). Он не знает, кто к чьим губам первый потянулся, но в результате он чувствовал поцелуй, полный облегчения и счастья.       Всего месяц назад эти губы могла поцеловать смерть.       Теперь до своей смерти эти губы будет целовать он.