Unknown

      Дни летели незаметно, и прошло больше недели с тех пор, как Мику узнала о своем предстоящем концерте. Но все это время она почти не вспоминала о том, что должно было стать ее звездным часом. Казалось бы, что может быть важнее?       Мику решительно шла по пустому коридору, и каждый ее шаг отдавался гулким звуком, который она сама почти не слышала, потому что ее мысли бы далеко отсюда. Она приблизилась ко входу в студию звукозаписи, замерла на мгновение, глубоко вдохнула и твердой рукой толкнула дверь.       Зайдя в комнату, она увидела того, кого и ожидала – Кагамине Лен сидел к ней спиной сгорбившись перед ноутбуком. На его голове красовались огромные наушники, под которыми в разные стороны торчали взъерошенные светлые пряди. Мику подошла ближе и какое-то время раздумывала, как именно должна заявить о своем присутствии.       После всего, что они вместе пережили, она и сейчас сомневалась, не могла решиться просто обнять его за плечи. И это было ей невыносимо, отвратительно...       Она обошла парня и встала так, чтобы он заметил ее. Лен вскинул взгляд, в котором удивление быстро сменилось на радость при виде нее, и Мику расслабленно выдохнула, улыбнувшись ему почти с облегчением.       Он нажал кнопку и музыка, прежде бившая ему в уши и доносившаяся даже до Мику, мгновенно оборвалась. Девушка собиралась сказать что-то другое, ласковое и подготовленное заранее, но вдруг обратила внимание на темные круги под его глазами, и обеспокоенно сдвинула брови:       – Ты провел здесь всю ночь? – он потупился, и Мику шагнула ближе, ловя его ускользающий взор, – Снова, Лен? Я думала, мы решили, что ты не должен так...       – Я хочу чего-то добиться, Мику, – он посмотрел на нее с усталой злостью, – Неужели ты не можешь просто меня поддержать?       Она открыла рот, еще не зная, что ответит, но уже готовая отступить, чтобы не ссориться из-за этого снова, когда дверь за спиной Кагамине опять распахнулась. Он не оглядывался, потому что знал, кто вошел в студию, а Мику ошеломленно уставилась на светловолосую девушку с двумя одноразовыми стаканами в руках.       – Привет, Мику, – походя улыбнулась Лили, стремительно приблизившись к Лену.       Он благодарно кивнул ей, когда она поставила перед ним кофе, предусмотрительно сняв со стакана крышку – она прекрасно знала, что он всегда так делал. Лен скользнул по застывшей Мику напряженным взглядом, сделал глоток и вернулся к работе. В наушниках снова зазвучала музыка, а Лили опустилась на стоявший рядом стул, словно в комнате, кроме нее и Лена, никого не было.       Чувствуя себя невидимкой и едва сдерживая гнев, Мику пронеслась к выходу из студии и вылетела в коридор, задыхаясь от негодования. Тут же захотелось вернуться облить этим чертовых кофе их обоих, накричать, сломать ненавистную аппаратуру, за которой Лен с такой легкостью прятался от проблем... Но Мику точно знала, что не сделала бы ничего подобного.       Оставшись в одиночестве вновь, девушка почти бежала вперед, не зная еще толком, куда направляется. И ноги принесли ее в небольшую кофейню, находившуюся на первом этаже здания.       Уже оказавшись перед стеклянной дверью, она подумала, что здесь, по крайней мере, всегда найдет человека, с которым можно вдоволь обсудить жизненные неурядицы. Мику вошла и почти сразу обнаружила того, кого ожидала увидеть – Кайто сидел за столиком в углу перед хрустальной вазочкой с мороженым и держал в руках громадную кружку с дымящимся черным кофе.       Она приблизилась, и Шион поднял на нее глаза, полные доброжелательности и умиротворения.       – Надо же, ты ешь сладкое, – вскинула брови Мику, вспомнив, что прежде ее друг не очень-то жаловал десерты.       – Это все Рин, – пожал плечами парень, – она пару недель сходила с ума от мороженого, постоянно только им и питалась. У нас вся морозильная камера была им забита... Но теперь у нее новая страсть, а вот я крепко подсел. Сам от себя не ожидал...       Мику уселась напротив, рассеянно слушая болтовню Кайто, однако даже не пыталась изображать заинтересованность. И вскоре он замолчал, сочувственно рассматривая ее грустное лицо и раздумывая, чем же может быть вызвана такая страдальческая мина.       – Что у тебя случилось? – наконец, спросил он напрямую.       Она явно хотела поделиться, но медлила, переплетая пальцы и кусая губы, как делала всегда, когда ее что-то сильно беспокоило. Кайто терпеливо ждал, и Мику начала негромко:       – Лен, он... Мне кажется, он меня избегает. Мы все больше отдаляемся друг от друга...       – Я уверен, ты преувеличиваешь, – покачал головой Кайто.       Мику хмуро посмотрела на друга, а он отправил в рот кусочек мороженого, облизал ложечку и обличительно указал ею на девушку со словами:       – Ты снова что-то себе придумала. Не ищи проблемы там, где ее нет, Мику.       Девушка недовольно сверкнула глазами и наклонилась вперед, опершись локтями о столешницу:       – Ты не понимаешь. Он без конца над чем-то работает, общается только с этой Лили, и я уже не помню, когда мы с ним спокойно говорили наедине...       – У вас странные отношения, – философски заметил Кайто, сделав большой глоток кофе и глубокомысленно уставившись куда-то вверх, – Ты не думаешь, что будет лучше, если вы... ну, например, сделаете паузу?       – Паузу в отношениях? – ошеломленно переспросила Мику, воззрившись на парня так, словно видела его впервые.       – Ну да, – он пожал плечами, – Вы только мучаете друг друга.       – И это говоришь мне ты? – резко и коротко рассмеялась Мику, сверля его почти обиженным взором, – Вы с Рин только и делаете, что спорите, кричите и бьете посуду.       – Это совсем другое, – отмахнулся Кайто, – Я больше никогда и ни за что не причиню ей боль.       Мику глубоко вдохнула, и ее ноздри задрожали, что означало только одно – она в ярости.       – По-твоему, мы с Леном намеренно заставляем друг друга страдать? – спросила она, с ледяным спокойствием.       – Да, иногда мне именно так и кажется, – кивнул Кайто и влил в себя последние капли кофе.       Он сделал это вовремя, потому что Мику уже готова была выплеснуть остатки жидкости ему в лицо.       Она резко поднялась на ноги, и ее стул опасно качнулся, но не упал. Несколько секунд она смотрела на парня едва ли не с ненавистью, а затем развернулась и стремительно зашагала прочь, уже во второй раз за день спасаясь бегством.       – Куда ты? – окликнул ее Кайто, вынуждая снова оглянуться.       – Найду друга, который не будет учить меня жить вместо того, чтобы просто поддержать, – рявкнула девушка и снова устремилась к выходу.       Она неслась по коридору, не разбирая дороги, и, словно недостаточно ей было этих переживаний, девушке пришлось перенести еще одно небольшое потрясение: прямо за поворотом ее ждало внезапное столкновение. На пол полетели многочисленные листы, которые до этого в аккуратной стопке нес Гакупо.       – Черт, Камуи! – нервно воскликнула Мику, отскочив от парня.       Он почти не обратил на нее внимание, лишь смерил недовольным взглядом и опустился на колени, чтобы собрать разлетевшуюся по всему коридору бумагу.       Мику постояла несколько мгновений, наблюдая за его расторопными движениями, а затем тоже присела и принялась помогать. Сперва они молчали, а потом девушка с деланной холодностью поинтересовалась, держа в руках подобранные листы:       – А что это? Почему ты вообще таскаешь какие-то бумажки?       Гакупо поднял на нее насмешливый взор и иронично усмехнулся:       – Я пока не стал такой звездой, как ты, Хацуне. Так что приходится выполнять чужие поручения и относить договора в главный офис.       Мику отвела глаза и поднялась на ноги, держа в протянутой руке маленькую аккуратную стопку, которую тут же сунула Камуи, как только он тоже встал. Ни слова не добавив, он ловко обогнул ее и уже шагал прочь, когда она неуверенно и полувопросительно проговорила ему вслед:       – Я думала, у тебя есть девушка.       Он остановился, но оглянулся не сразу. А когда все же бросил на Мику непонимающий взгляд через плечо, его лицо было непроницаемо. Она ждала ответа, и Гакупо медленно кивнул.       Она приблизилась, постепенно снова сократив расстояние между ними. Он не сводил с нее глаз, напряженно ожидая, чем она объяснит свой интерес к его личной жизни.       – Тогда почему я так редко вижу вас вместе? – Мику спрашивала уже с большей решимостью, потому что не получила в ответ ожидаемой грубости.       – А какое тебе дело до наших отношений? – поинтересовался он с наигранным безразличием.       – До ваших – никакого, – она качнула головой, не сводя с него прямого, словно гипнотизирующего взора.       – Тогда что?       – Она постоянно общается с Леном, – выдавила Мику сквозь стиснутые зубы.       Гакупо выдохнул, оскалившись в усмешке, и вскинул глаза к потолку. Девушка ждала его реакции напряженно, почти со страхом и не удивилась бы очередной насмешки. Она понимала, что он должен был подумать: как же низко нужно пасть, чтобы обращаться с такой проблемой к постороннему человеку!       Однако, как ни странно, она не видела на его лице и следа глумления или издевки. Он, казалось, был оскорблен, и это сделало его голос холодным и злым, как никогда прежде:       – Лили – моя девушка, – процедил он, – и твой белобрысый придурок ей и даром не нужен.       – Отлично, – ощетинилась Мику, скрестив руки на груди, – Потому что, ты прав, этот придурок – мой.       Гакупо выдавил едкую ухмылку и добавил, склонив голову:       – Решай свои проблемы сама, Хацуне. Я не собираюсь лезть в это.       Мику помолчала, а затем тихо спросила, поднимая на него отчаянный взгляд:       – Разве ты не ревнуешь?       Он бы не стал отвечать на столь прямой и личный вопрос, потому что не привык показывать свои чувства – особенно таким, как Мику. Но все же кое-что он ответил, стерев на мгновение со своего лица ухмылку, которая так раздражала девушку:       – У нас с Лили свободные отношения. Так что я не стану ей мешать.       С этими словами он развернулся и собирался уйти, когда Мику вскинула брови и спросила, снова подскочив к нему:       – В каком смысле «свободные»?       Утомленно вздохнув, Гакупо взглянул на нее с гремучей смесью издевки и едва ли не умиления:       – Мы просто спим вместе. И ничего более.       Он улыбнулся при виде ее растерянности и, резко развернувшись, быстро ушел, оставив Мику прожигать его удаляющуюся спину ошеломленным и весьма недовольным взглядом.       В этот момент Мику вдруг поняла, что у нее выдался до ужаса неудачный день. Но она бы не думала об этом так убежденно, если бы знала, что впереди ее ждут дни гораздо хуже...