Hassliebe

Бэтвумен неторопливо спускалась по лестнице заброшенной виллы и оглядывалась по сторонам. Судя по всему, Клоун здесь не жил, а использовал это место в роли перевалочного пункта: на стенках висели поблекшие фотографии в рамках, покрытых тонким слоем пыли, старая деревянная лестница тихо поскрипывала, светильники тускло горели, и по ним почему-то хотелось провести пальцем, сметая слой пыли. На немногочисленных полках одиноко стояли старые, памятные вещицы, вроде непонятных стеклянных, фарфоровых, деревянных статуэток. К стене где-то были прикреплены выцветшие детские рисунки. В углу стояли нагроможденные друг на друга коробки, где, вероятно, хранились ненужные вещи, когда-то подготовленные на выброс. Казалось, что жильцы просто испарились, оставив все, как есть. Не было никакого желания думать о том, что однажды в этом миловидном доме отец внезапно зарубил свое семейство и следом покончил с собой. Джокер явно не собирался обживать виллу, и Блэр решила, что он видит в этом какую-то свою, понятную ему одному, прелесть и красоту. А может быть, он просто ленив. Тем не менее, в спальне Бэтвумен явно проводили влажную уборку, от постельного белья пахло чистотой, а не пылью. Она подумала о том, что Джокер спланировал визит и нарочито подготовился. Возможно, он поручил всегда-готовому-на-все Харли прибраться в будущей спальне Блэр, а может быть, сделал это собственноручно. От этой мысли стало не по себе. – Как будто остановилось время, не так ли? – раздался его чуть хрипловатый голос за спиной. Вдали гостиной на первом этаже тихо болтал старенький телевизор с антенной. Блэр оторвалась от разглядывания чужой семейной фотографии и обернулась в сторону мужчины. – Ты ведь не живешь тут, – заключила она. – Верно, детектив, – хмыкнул Клоун, скрестив руки за спиной и принявшись неторопливо расхаживать по гостиной. – Голодна? – он упал на потертый блекло-красный диван и раскинул руки в стороны. – Если да, то иди и приготовь себе… Не знаю. Чем там обычно питаются летучие мыши? – он сильно нахмурился и изобразил глубокую задумчивость. Убранство виллы, ее пастельные тона, нежно-розовые стены и потолок придавали жилищу вид кукольного дома. Большого и заброшенного. И Клоун в темно-фиолетовом костюме, как ни странно, невероятно органично вписывался в эту странную атмосферу. – Я не голодна. – Тогда садись, – Джокер хлопнул ладонью на место рядом с собой. С обивки дивана поднялось облако пыли, на что Бэтвумен только тихо, недовольно вздохнула и села подальше. «Этому дому явно не хватает женской руки», – подумала она и тут же отогнала от себя ненужную мысль. – Для чего это все? – спросила Блэр. – Ты явно не собрался убивать меня прямо здесь, иначе бы давно уже это сделал, пока я спала. – Боже, Бэтс! Ты снова за свое! – Джокер резко встал и всплеснул руками. – Если бы я задумал убить тебя, – он мечтательно посмотрел куда-то вдаль и блаженно улыбнулся. – Твоя смерть стала бы шедевром! Никаких банальных убийств, взрывов и отравлений, – он махнул рукой, словно отгоняя мираж. – Все это так глупо и скучно, оставим это простым людям! Ты, Бэтс… Ты и я, – он обернулся и с нежностью взглянул на женщину, взволнованно дыша. Джокер сел рядом, не заостряя внимание на том, что Бэтвумен аккуратно отодвинулась. – Мы не такие, как они. Я уже говорил тебе, – зашептал он, мягко взяв в руку ладонь женщины. – Говорил так много раз, – грустно вздохнул Клоун. – Сама подумай, куколка, что мне без тебя делать? Скупать заброшенные виллы? Обворовывать мафию? – он придвинулся. – Я знаю, Бэтс, ты тоже хочешь поговорить. Вы, женщины, любите устраивать разбор полетов, – съехидничал Клоун. Бэтвумен замолчала, глядя на улыбающегося безумца. Она не могла не отметить, что он действительно смотрел с какой-то нежностью и… Любовью? Если такие, как он, конечно, способны были любить, в чем женщина до последнего сомневалась. Блэр не обратила внимание на то, что ее ладонь все еще была в его руках. Прикосновение не вызвало неприязни, как ни странно. Хотя, должно ли было? – Хочу, – призналась она. – В те самые моменты, когда ты серьезен и способен на диалог, я постоянно пытаюсь решить нашу с тобой проблему. – Проблему? – нахмурился он, поглаживая женскую ладонь. Джокер замечтался о том, как прикасался к ее красивой коже, пока Бэтси была без сознания у него дома. Разве бы он был собой, если бы упустил возможность прикоснуться к защитнице Готэма, залезть ей под мышиный костюм? Клоун думал о том, что, пожалуй, стоило трахнуть ее в отключке, но все это не то! Нет-нет, ему нужна отдача, взаимодействие с ней. – Да. Мы уже столько лет сражаемся друг с другом. Есть ли в этом смысл? Когда это закончится? Я все чаще думаю о том, что только смерть одного из нас прервет этот замкнутый круг. Джокер резко выпустил ладонь Бэтвумен из рук. – Не говори так, – буркнул он так и скрестил руки на груди, словно был обиженным ребенком, а не Принцем преступного мира. – Почему? – Я тебя не убивать сюда притащил, Бэтс! – прошипел он. – Между прочим, я сердечно люблю эту виллу и рискую, что в следующий раз ты прилетишь сюда и все разнесешь из своих бэтпушек! – повысил голос Клоун. – С чего ты взял, что я сюда вернусь? – Ты вернешься, – загадочно ответил он и вдруг совсем поник. Блэр странно чувствовала себя рядом с ним. Сейчас они не гнались друг за другом по ночному Готэму, не дрались и не калечили, а просто сидели рядом на старом диванчике заброшенной виллы и общались. Без маски и костюма Уэйн ощущала себя особенно беззащитной, и ей казалось, будто она была нагая. Она задумалась над тем, что именно подумал Джокер, когда узнал, кто под маской? Огорченно вздохнул? Обрадовался? Равнодушно хмыкнул? «И почему меня это вообще волнует?» – Все может быть, – туманно ответила женщина. – Так! – Джокер резко встал. – Ты меня в мышиную тоску загнать хочешь? Так не пойдет, я не для этого тебя привел сюда, – добавил он совсем тихо и куда-то пропал. – Куда ты пошел? – За вином! – гаркнул Клоун, спускаясь в подвал.

***

– Если ты сейчас же не расслабишься, я прикажу Харли взорвать что-нибудь, – с мрачным видом кинул Джокер, сидя за кухонным столом напротив Бэтвумен. – Вино не отравлено, Бэтс. Пей. Блэр покрутила в руках бокал и вдохнула аромат напитка. Джокер с трепетом наблюдал за тем, как грудь женщины вздымалась от глубоких вдохoв, как она прикрыла глаза, медленно поднеся хрустальный бокал к мягким губам, как сделала робкий глоток. Джокер сам не заметил, как все это время постепенно вытягивался вперед навстречу ей, прямо через стол – жадно наблюдая с приоткрытым ртом и чувствуя непреодолимое желание смахнуть со стола треклятые бокалы, сорвать с Блэр одежду и, вылив вино на обнаженное тело, слизать все до последней капли. – Разбираешься в винах? – невзначай спросила Блэр. - А? Я много в чем разбираюсь, - уклончиво ответил Джокер. – Или ты думаешь, мои познания застополирись на взрывчатке, токсинах и извращенных пытках? – промурлыкал он. – Вовсе нет. Я так не думаю, – пожала плечами Бэтвумен и немного расслабилась, чувствуя, что завязывается непринужденная беседа. То, что сейчас происходило, на взгляд Бэтвумен, было отличным шансом узнать Джокера с иной стороны. Понять мотивы его поступков. Не гадать и не собирать слухи, как когда-то, а спросить его самого. И Блэр почему-то казалось, что Клоун сам уже готов был ей раскрыться. – Ты что-то задумал, верно? Какую-то игру. – Игру? – Разумеется. Каждое твое затишье – это затишье перед бурей. – Пей вино, Бэтс, – Джокер заметно помрачнел. Женщина сделала глоток. – Я привел тебя сюда, чтобы ты ощутила, что такое абсолютная беспомощность, – неожиданно бодрым и веселым голосом заявил Джокер, отсалютовав бокалом. – Вопрос в том, кто ты, Бэтс, без своего костюма? Кто ты без оружия и маски летучей мыши? Одна, в доме своего любимого врага, – защебетал Джокер. – Это так романтично! Но не бойся, душка, я недолго тебя продержу, все-таки Блэр Уэйн могут начать искать. Вопрос в том, не пострадает ли кто в Готэме, пока ты здесь? Женщина отпила еще вина, чувствуя приятного тепло в грудной клетке. Она думала над словами сидящего перед ней безумца, который даже сейчас, в своем убежище, был в гриме. – Пей, Бэтс, – снова повторил Клоун. – Я, кажется, говорил, что будет, если ты не будешь слушать меня, – мурлыкнул он. Женщина покорно сделала еще один глоток, смотря на Джокера нечитаемым взглядом. – Давай поиграем в игру? – вдруг предложил он. – Я задаю один вопрос, на который ты обязана ответить. Не хочешь давать ответ – выполняешь действие, а потом то же самое – со мной. Идет? Впрочем, – Джокер махнул рукой. – Зачем я спрашиваю? У тебя же нет выбора, – он расхохотался и снова наполнил бокалы. Чувствуя, как теряет былую бдительность под воздействием алкоголя, Блэр быстро еще раз окинула взглядом кухню на наличие колюще-режущих предметов, взглянула на Джокера и кивнула: – Хорошо, сыграем в твою игру.