Цветные

      Последними уроками по вторникам всегда была совмещенная физра. На ней обычно играли в волейбол или, если повезет девочкам, в баскетбол. Ходить на физру в выпускном классе, — этакая невидаль. И если пару лет назад люди с освобождениями или «забытой формой» на готовых к уроку смотрели с сожалением, то сейчас, конечно, не без сожаления, но с глубоким уважением. Пиетет, правда, распространялся не на всех…       В шеренгу под пристальным взором учительницы выстроились так называемые остатки роскоши. Куренай мученически выдохнула, количества учеников даже на один класс едва наберется. На трибунных лавочках сидело около десяти человек, кто-то прохлаждался в столовой, кто-то просто ушёл. Принимать рефераты ей придётся до старости. Дойдя до середины списка, она привыкла зачитывать фамилии в пустоту, иногда слыша «его/её нет», «она в больницу ушла», «у него освобождение», «у них олимпиада». Какими же они были милыми в пятом классе! — …Яманака. — Я здесь, — отсалютовала Ино, последняя. — И того двенадцать человек в 12А, — хмыкнула учительница. — Да мы растём! Это же… — Куренай снова пробежалась глазами по списку, чтобы уточнить, — ровно половина класса! — и начала хлопать в ладоши.       Под смех и жидкие аплодисменты она перевернула листок и открыла список 12Б, начала перекличку заново. Их и того меньше, как всегда. Эх, класса до восьмого-девятого они всё еще были милыми. И их было больше. Казалось бы, отключить голову и размять тело: чего еще надо, чтобы отдохнуть от математики? Не пользуются эти дети благами системы. — …Узумаки Карин. — На месте. — Узумаки в сборе, какая красота. Вы меня балуете, — с елейной улыбочкой прокомментировала Куренай, не отрываясь от списка. — Хозуки? — К вашим услугам, — парень как всегда паясничал, сделав торжественный поклон. — Иди сетку растяни, раз к нашим услугам.       Суйгецу, заручившись помощью Наруто, покорно пошел исполнять приказ. И на этом, казалось бы, всё. Но Куренай, больше по инерции, назвала последнюю фамилию, хотя была уверена, что его нет на уроке: — Шимура. — Здесь.       Учительница, пару секунд в ступоре пялясь в листок с именами, не могла поверить своим ушам. Она картинно подняла взгляд исподлобья, выискивая ученика и, во имя здорового образа жизни, чудо! Тот действительно был здесь! Такой момент нельзя упустить. — Как давно мы не виделись, — женщина прижала руку к груди, понизила голос, играя удивление, — а ты какими судьбами? — Да вот, как-то, — Сай пытался выдавить из себя хоть каплю вины, но не смог сдержать смешливую улыбку. — Всё дела? — участливым тоном спросила Куренай, легко кивая и качая головой. — Да, — протянул парень, — дела, звёзды всё никак не складывались…. — Значит, сегодня сошлись? Упустила я эту деталь в своём гороскопе. Застал ты меня врасплох, — женщина начала обмахивать себя списками классов как веером, пытаясь показать, что вот-вот рухнет в обморок. — Может, меня еще теперь и замуж позовут?       Кто-то хихикнул. Эти черти давно начали подтрунивать над ней по поводу свадьбы. Раньше её это, может, и раздражало, но теперь она тоже позволяет себе такого рода высказывания. Вступила в коалицию против Асумы. — Как главный астролог этой вселенной, — Ино, обратив внимание на себя, сложила троеперстия, как в медитации, запрокинула голову и закатила глаза, нагоняя максимум мистицизма, — вижу, всё мутно. А, нет, вижу, теперь лучше. Вас точно позовут замуж. Это я точно вижу. Сегодня. Это точный прогноз. Духи предков говорят, — продолжила Яманака уже не так сбивчиво, — вы отпустите нас сегодня с уроков пораньше и поставите всем десятки.       Одноклассники девушки после внимательного молчания начали, как подговоренные, заверять Куренай, что Ино — та еще гадалка, что все её прогнозы сбываются, и, что, если учительница не поставит им десятки — мироздание просто расколется пополам, пространственно-временной континуум даст трещину и наступит конец света. Убедительнее всего об этом говорил Шикамару, которого Куренай видела не многим чаще Сая (но всё же видела). — Попытка засчитана, — улыбнулась учительница. Подождав возвращения Наруто и Суйгецу в строй, она поднесла свисток, висящий у неё на шее, к губам. — Равняйсь! — ученики вышколено выстроились в шеренгу. — Смирно! Налеее-во! — и девочки, и мальчики синхронно развернулись, аж гордость взяла. — За направляющим по залу бего-ом, марш! — и раздался свист.       Да, бегать строем они так и не научились. Сразу организовались пробелы, девочки сбились в группы и бегали, болтая о чем-то. Ладно, в четверг они будут сдавать бросок в кольцо. Там и повеселимся.       После пяти минут разогревающего бега нужно было помучить учеников еще немного. Еще одна разминочка — теперь на все группы мышц — им не повредит. Взгляд Куренай пока еще неосознанно скользнул по Саю. Он вообще не выглядел уставшим. По нему она, наверное, и ориентировалась. Разделив учеников снова на классы, она выбрала по одному человеку в каждом, чтобы тот проводил зарядку. По обе стороны сетки организовались хороводы, в центре которых стояли Узумаки. С Наруто всё было сразу понятно, парень спортивный, конечно, но такой влюблённый в своё амплуа местного дурачка. Пусть и со странными, двусмысленными комментариями Учиха и вечно старым и недовольным Хьюга — упражнения делались. И повторялись остальными.       С Карин всё стало неожиданно сложнее. Начало разминки — шея и плечи — всё прошло гладко. Учительница даже не обращала на 12Б внимания, всё поглядывала за авторскими упражнениями Наруто. Видимо, поэтому она и не застала начало перепалки, резко развернув голову на громкую реплику Суйгецу: — Тебе втащить?! — Ты больной, Хозуки? — Карин сидела на корточках, вероятно, до этого она выполняла «перекаты», потому что некоторые её одноклассники тоже сидели так.       Кому именно была адресована угроза втащить было не до конца ясно, однако по сверкающим молниям между парнем и Узумаки, можно было предположить. Опять двадцать пять. Куренай прекрасно помнила, как они проявляли потрясающую меткость, когда случайно попадали друг по другу мячами. Или как дрались скакалками, или… Вспомнили развлечение. — Что у вас тут? — учительница подошла к кругу, с серьезным лицом сверля Суйгецу. — Ничего, — Хозуки сложил руки на груди, насупившись. — Тогда че вы орёте? — резонно уточнила Куренай, надеясь выяснить обстоятельства у Карин. Та поднялась на ноги, мотая головой с видом «Да я сама в этом не прочь разобраться». — Можно я поменяюсь с Карин? Я постоянно хочу провести разминку, а вы все время выбираете не меня, — вмешалась Ино. — Яманака, ты что тут забыла? Потерялась и не нашла своих? — Куренай слегка опешила. В какой момент времени Ино дезертировала? — Да, немного потерялась, — Ино пыталась как могла. — Там у Наруто свой вайб, я просто не вписываюсь, а тут и места больше. Так можно я проведу разминку?       Ну, ни к чему тут сопливые лав-стори о том, как она просто хотела проводить время с Саем. Они просто хотели быть вместе…ах. — Хорошо, проводи. До конца месяца все разминки твои, раз ты так хочешь, — довольно капитулировала Куренай. — Да мне и одного раза вполне достаточно, — всполошилась Яманака, но учительница уже шла обратно к 12А, разводя руками. — Твои психозы, Суйгецу, дорого обходятся.       Ино поменялась местами с Карин, посмотрела на своего парня с мольбой и угрозой: «Только попробуй учинить что-то такое! Я сама тебе такой скандал устрою». И разминка продолжилась под комментарии одноклассников и счет, который вела Ино.       А вся проблема заключалась в том, что Суйгецу не понравилось, как Карин выставляла задницу, когда делала упражнения, будто пытаясь соблазнить здесь всех и каждого. С одной стороны, почему бы и не показать, когда есть, что показывать, но с другой — при живом-то нём как-то совсем не по-божески. Они и так не до конца помирились после вчерашнего. Хозуки, поняв, что вспылил на пустом месте, подошел к своей девушке, чтобы извиниться, но та как ошпаренная ретировалась, скалясь: — Не трогай меня! Не. Трогай. — Угомонитесь, — Яманака уже исчерпала свои запасы женской солидарности и злилась на них обоих, когда начала приседания.       Наверняка закончив с разминкой, Куренай выбрала по три девочки и три мальчика из каждого класса, и перемешала их. В основном для того, чтобы Хозуки с Узумаки не подрались на поле, потому что она выбрала их для первой игры.       Пока команда девочек из 12Б и мальчиков 12А занимала свою сторону, которую выбрала потому, что на другой слепило солнце, Куренай с мячом в руках подошла к Шимуре, вставшему на подачу. — Почему ты такой бледный? — спросила учительница, передавая волейбольный мяч. Сай и вправду был бледным, хотя и бегал, и разминался. На его лице едва можно было различить румянец. — Утром белила из мышьяка, в обед меловая пудра, а на ночь перекись водорода, рецепт прост, — это было не совсем то, о чем спрашивала Куренай, но так он понял. — А в глаза сок белладонны капаешь? — с усмешкой спросила Темари, стоявшая около центральной позиции. — Так заметно? — Сай оценил шутку, удивленно поднял брови, будто действительно пользовался таким специфическим уходом. — Глаза горят!       Куренай оставалось только недоуменно приподнять брови, на неё уже никто не обращал внимания, и она направилась к лавочке освобожденных. — Чоджи, будешь судьей, — она достала запасной свисток из кармана олимпийки. — Сходи, помой его хорошо, с мылом. Я принесу табло, — женщина развернулась к площадке и крикнула, — разыгрывайтесь! Три минуты, — потом она посмотрела на Сая. — Подавай, — и свистнула.

*

      Прозвенел звонок, они успели сыграть всего три раза, два из которых Темари стояла на площадке. Парадокс заключался в том, что она любила играть в волейбол, но получалось у неё это не очень. По крайней мере, сегодня — ни одна её подача не перелетела через сетку. Глупо расстраиваться из-за такого? Даже если и нет, Темари не расстроилась. Её больше интересовало, из-за чего Карин снова посралась со своим мужиком. То они пусечки-заечки, то они грызутся по любому поводу. Летают на эмоциональных качелях только так.       Оглядевшись в поисках подруги, девушка её обнаружила. В компании Хозуки. Брови непроизвольно поползли вверх. Эти двое сидели на лавочке: Узумаки куксилась, её парень, видимо, извинялся. «Ну…»       Ладно. Делать как-то нечего. Сходить за водой? Пить не хочется. Просто посидеть, отдохнуть? Можно. Но точно не на той стороне, где сидят Суйгецу с Карин. На противоположной стороне была лавочка для освобождённых, и Собаку-но решила пойти туда. В зале оставалось не так много народу. И из всех оставшихся на трибуне освобожденных Темари знала только Чоджи. Садиться одной было непривлекательной перспективой. Примостившись в полуметре от Акимичи, девушка полностью развернулась к нему лицом. — Дай посмотреть, — Собаку-но протянула руку, указывая пальцем на табло, которое Чоджи держал в руках.       Парень с кем-то переписывался, так что почти не обратил на неё внимания. Но, кажется, переписка закончилась — и гадалкой быть не надо, всё на лице написано. — На, держи, — Чоджи даже немного встряхнулся.       Темари забрала табло и начала переворачивать цифры. Как давно она хотела это сделать, и только сейчас такой шанс представился. Надо же, надо было сменить школу (переехать в другой город), чтобы просто полистать циферки. — А зачем эти маленькие столбики? — спросила девушка, постукивая по одному из них пальчиком. — Для общего счета, тут баллы за каждую игру. — То есть ты переворачиваешь одну карточку, когда заканчивается один раунд, правильно? — Ага. — Интересно, — протянула она детским голосом, возвращая табло. Не очень-то интересно, на самом деле. — У тебя освобождение? Или спецмедгруппа? — У меня раньше постоянно освобождения были, а сейчас одного на две недели хватает на одну четверть, — он почти хвастался. — Чё? — Она просто уже привыкла, что я освобождён, — усмехнулся Чоджи. А через несколько молчаливых мгновений вздохнул. — Слушай, я могу попросить тебя ответить честно? — Можешь, — беспечно ответила она. — Только почему меня? — Потому что мы мало знакомы, ты девушка и ты не Ино. — По фактам раскидал, — засмеялась Темари. — Ну, так спрашивай.       Чоджи снова глубоко вздохнул, прежде чем спросить: — Я очень жирный? — он хотел, чтобы она ответила честно, но не хотел это слышать. — Я бы не сказала, что очень, но да, жирный, — хладнокровно ответила девушка.       Чоджи поник. Темари приплела сюда проблемы с его девушкой, Каруи, кажется. Она вспомнила Сакуру с её надуманным лишним весом. Ситуация несмешная. А Ино? Почему то, что она не Ино — так важно, чтобы он задал этот вопрос? Яманака соврала бы? Или, она уже столько раз говорила о его лишнем весе, что он просто не хочет от неё слышать это? — Тебя это не устраивает, я правильно понимаю, — девушка наклонила голову, её голос зазвучал иначе, по-деловому. — Вообще — нет, — в его словах прозвучали возмущенные нотки. — Тогда в чем проблема начать худеть? Если ты не начнешь сейчас — результат не появится. Если у тебя есть желание быть стройным — надо стремиться к тому, чтобы оно исполнилось. Без тебя лишний вес никуда сам не денется, ты же сам понимаешь. Нужен труд, силовые и кардионагрузки. Немного подкорректировать питание и через месяц у тебя уже будет совсем другое лицо, я это гарантирую. — Да, с питанием, наверное, основные проблемы, — парень смотрел в пол, задумавшись над чем-то. — Il faut manger pour vivre, et non pas vivre pour manger, — подмигнула Темари. — Точно, есть чтобы жить, у нас же это недавно было на эгельском? — Ага. Так тебе надо всё это похудение, или уже и так сойдёт? С диетами маяться не придется… — Надо, — его как будто только что отчитали. — Отлично, — она улыбнулась, — докажи. — И как? — Ну, вставай, — она сама поднялась с лавочки, — будем приседать. — Но на мне обычные брюки, а не… — Боишься, что ты такой жирный, что они треснут и разойдутся? — перебила она, с надменной ухмылкой взирая сверху вниз.       Парень с тяжестью поднялся и встал лицом к ней. Собаку-но поставила ноги на ширине плеч и сцепила руки перед собой, дождалась, пока Акимичи повторит за ней, глядя ему в глаза. — И — раз, — присели, встали. — Два, — присели, встали, — три…       Приседа до восьмого парень держался вообще молодцом, потом становилось потяжелее. Его лицо покраснело, дыхание становилось всё более надрывным, на лбу выступили первые капельки пота. — Энергии в вас, как в атомном реакторе.       Девушка видела, как к ним подходил Нара. Явно удивленный и заинтересованный происходящим, он вышел из-за спины своего друга. Чоджи уже хотел остановить упражнение, но Собаку-но была сурова: — Не отвлекайся, продолжаем. Четырнадцать, — присели, встали.       Акимичи повиновался, как будто нашел в Темари нерушимый авторитет. — И что вас сподвигло подвигаться? — парень с ананасом на башке был настроен скептически, его руки были сложены на груди, а взгляд выдавал уверенность в том, что из этого мероприятия ничего не выйдет. — Отстань, Шикамару, мы худеем, — девушка понимала такой настрой. Видимо, Чоджи уже сто раз пытался худеть и ничего не выходило. Ну и ладно, она будет тем, кто в него поверит. И чтобы всё это было не зря, она будет его контролировать. Надо будет предложить ему записаться в спортзал и ходить вместе. — Ладно — ты, Темари. Но Чоджи-то куда?  — Ой, либо заткнись, либо присоединяйся.       Сначала он заткнулся, потом присоединился.

*

Снова прозвенел звонок. Зал снова заполнился учениками. — Отдохнули? — задала вопрос Куренай. — Нет ещё, — ответил Наруто за всех. — Тогда вам повезло, не придется разминаться по новой, — пожала плечами учительница. — Давайте тогда класс против класса уже играть. Девочки на площадку. — У нас тогда одного человека не хватает, — запротестовала одноклассница Карин. Ей начали поддакивать и остальные. — Я считаю, что это разрешимо. Предлагаю двенадцатому А выбрать одного парня, чтобы играл вместе с девочками. — В смысле из их класса? — уточнила Сакура. — Ну, если хотите отдать им кого-то из своих… — Тогда мы выбираем Шикамару! — перебила Яманака. — Ты издеваешься? Мы же проиграем! — Карин была возмущена. — Спасибо, что веришь в меня, — отозвался Нара со скамейки.       Яманака прошла к параллельному классу и склонилась над ухом друга: — Соглашайся, нам же это на руку! — Да что ты говоришь! — проворчал Нара. — Я не о том. Они обменялись взглядами, и Шика кивнул. — Телефон, — напомнила Ино, кинув взгляд на парту учителя, где все оставляли всё самое ценное: часы, наушники, телефоны, сережки и браслеты. — Решили? — Куренай посмотрела на часы. Чем старше они становятся, тем проще с ними договориться. Да, в пятом классе вопроса нехватки учеников не стояло, но и они бы не пришли согласию. — Порешали, — крикнула Яманака, уходя на сторону, где не слепит солнце, вместе с одноклассницами.       Игра еще не началась, Шикамару поставили на подачу, потому что это, возможно, единственное, в чем он может преуспеть. Весь прошлый урок отмазывался и теперь его заставили играть за девочек. Карма или злой рок? Ха! Это уже неважно! В кармане треников заиграла музыка. Учительница посмотрела на Нара как на Иуду. Парень не смутился, с важным видом достал телефон и ответил на вызов. — Да? Это вас, — Шика вытянул руку с мобилой и медленно пошел в сторону Куренай. Она и не знала, как на это реагировать. Так что тоже пошла навстречу. Быстрее, чем это делал Нара. Оба класса взорвались смехом. «Такая ли это забавная ситуация?» — мелькнуло в её голове. Придумали какой-нибудь розыгрыш? Она не против в нем поучаствовать. Смех не умолк, когда она подошла вплотную и забрала телефон. На экране было имя «Асума». — Алло?  — Обернись, — голос из телефона шел с запозданием, за её спиной… Она обернулась медленно, сердце колотилось, она отгоняла от себя любые предположения, но… её мужчина стоял перед ней, преклонив колено, с букетом самых разных цветов, значение которые придется спрашивать у Яманака. На его лице играла улыбка, а в правой руке, протянутой к ней, блестело кольцо. Зал замер в ожидании, ошарашенная Куренай прижала руку к лицу. — Кхм, — Сарутоби пытался собраться с мыслями и побороть дрожь в голосе, — я готовился, честно, но вся голова из слов вылетела, — послышался смешок. — Куренай, мы многое прошли вместе. И огонь, когда ты готовила лазанью, и воду, когда я чинил кран в ванной. Всё, что ты делала для меня — неоценимо. Ты мой лучший друг, лучший соперник и лучший напарник. Даже когда ты играешь за Вора и воруешь у меня. Я хочу, чтобы мои дети были похожи на тебя. Я хочу прожить с тобой всю жизнь и еще немного. Знаю, что ты ждала этого долго, а я всё никак не мог. Я дурак, я знаю. Но всё же, принимая во внимание все мои недостатки, ты выйдешь за меня?       На глазах женщины уже во всю текли слёзы, она прохныкала «Да!» и под громкие, заливистые аплодисменты и крики поздравлений кинулась на шею будущему мужу.       Через минуту-две они отлиплись друг от друга, Асума надел колечко на безымянный палец своей будущей жене. — Поехали праздновать? — тихо проговорил мужчина. — Я не могу, у меня сегодня еще один урок, — расстроенно проговорила Куренай. — У тебя его нет, а этих ты можешь отпустить и сейчас.       Куренай посмотрела сначала на Шикамару, потом на Ино. — Не забудьте нам всем потом поставить десятки, а то мироздание… — крикнула Яманака напоследок и пошла в раздевалку вслед за сообразившими быстрее одноклассниками.