Брак по расчету.

Лицемеры — это такой сорт людей, которые делают вид, что гладят тебя, в то время как вытирают о тебя свои грязные руки. Джулиана Вильсон

      Гермиона медленными шажками продвигалась темными коридорами поместья. Окна, выполненные в готическом стиле, были полностью закрыты тяжелыми темно-зелеными портьерами. Выложенный серым камнем пол как никогда давил на воспаленное сознание.       Стук серебряных туфель на каблуке в цвет внутреннего края, несомненно, дорогой мантии глухо отдавался в удушающей темноте.       Сердце отчаянно билось. Хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не чувствовать этот стыд.       А ведь когда-то Гермиона Грейнджер была отважной гриффиндоркой, которая не боялась ни темноты подземелий, ни Драко Малфоя во время гнева, не тем более его мать-аристократку. Однако сейчас тело пробирала мелкая дрожь.       Гермиона тихо подошла к массивным двойным дверям, доходящим до самого потолка. Девушка остановилась и сделала глубокий вдох в попытке успокоить бушующие нервы. Но это сделать не удалось из-за доносящегося из парадной столовой голоса Нарциссы. — Драко, дорогой, я конечно рада, что у тебя работает горничная с титулом Героини войны, но она грязнокровка! Само ее нахождение в Малфой-мэноре оскорбительно, не говоря уже о кровати главы рода. — Мама, во-первых, мне чистота крови не важна, а во вторых… — Мне все равно, — Нарцисса прервала рассказ сына. — Я буду жить тут и грязнокровку-уборщицу в своем доме не потерплю. А если она нас обворует? Ты думал об этом, а?!       Гермиона слушала разговор, прислонившись лбом к прохладной поверхности лакированного дерева. Вдруг захотелось наплевать на просьбу Драко спуститься к семейному ужину и уйти в комнату, предварительно попросив эльфа принести еду туда. Однако сил не хватало, чтобы развернуться и дойти до комнаты.       В животе противно заурчало.       За дверью Нарцисса все еще продолжала свою возмущенно-гневную тираду о маглах как отбросах общества.       Гермиона с великим трудом, сдерживая слезы стыда и обиды, натянула на лицо маску безразличия. Ее карие глаза стали непроницаемыми. Сделав еще два вдоха, девушка три раза постучала по двери и, нажав массивную ручку, тихонько вошла в праздничную столовую. — Тебя никто не звал! — рявкнула Нарцисса, измученная спором с сыном. — Потом приберешь, а то у меня аппетит пропадает при виде тебя, — добавила женщина уже более спокойно и холодно.       Гермиона посмотрела на нее напускным взглядом полным безразличия. — И вам здравствуйте, миссис Малфой, рада вас видеть, — холодно отчеканила гриффиндорка и краем глаза заметила, как от ее давно отрепетированного перед зеркалом тона поежился Драко. Она неспешной, но уверенной походкой подошла к своему месту — справа от хозяина поместья. Драко встал и отодвинул стул, помогая удобнее сесть за стол.       Нарцисса смотрела на все эти действия спокойно, но глаза ее метали молнии. Гермиона всерьез задалась вопросом, не было ли у Малфоев в роду василисков. — Драко, что это значит? — смягчив тон при обращении к сыну, спросила миссис Малфой. — Мама, давай мы все обсудим за чаем. Гермионе необходимо сейчас поесть, — парень щелкнул пальцами, и на столе появилась еда.       Ужин проходил в тягостном молчании, Грейнджер казалось, что окутывающая атмосфера холода просто заморозит ее. Единственное, что согрело девушку во время этого ужина, были действия Драко, который постоянно подкладывал еду ей в тарелку. Нарцисса старательно не смотрела никуда кроме своего ужина.       Гермиона снова посмотрела на миссис Малфой, и ее сознание затуманилось воспоминаниями.       Это было в начале шестого курса.       Гарри, Рон и Гермиона зашли внутрь небольшого магазинчика Мадам Малкин. Сначала им показалось, что магазин пуст, но, едва за ними закрылась дверь, из-за вешалки с парадными мантиями, расцвеченными синими и зелеными блестками, донесся знакомый голос: —…уже не ребенок, если ты, мама, не заметила. И я вполне мог купить все сам.       Кто-то поцокал языком, а затем женский голос — Гермиона узнала мадам Малкин — произнес: — Что ты, милый, при чем тут ребенок, мама совершенно права! Никому сейчас не стоит расхаживать по улицам в одиночку… — Смотрите лучше, куда вы тычете булавкой!       Из-за вешалки появился юноша с бледным острым лицом и светлыми почти белыми волосами. На нем была красивая темно-зеленая мантия, которая по подолу и манжетам искрилась булавочными головками. Юноша подошел к зеркалу и внимательно себя осмотрел; лишь несколько секунд спустя он заметил отражения Гарри, Рона и Гермионы. Его светло-серые глаза сузились. Грейнджер уже тогда чувствовала дрожь от этого оценивающего взгляда, но вскоре злость заполнила ее с головой. — Если почувствуешь вонь, мама, не удивляйся: пришла грязнокровка, — процедил Драко Малфой. — Прошу не употреблять такие слова в моем магазине! — мадам Малкин выскочила из-за вешалки с портновским метром и волшебной палочкой в руках. — И не доставать волшебные палочки! — поспешно добавила она, заметив, что Гарри и Рон направляют палочки на Малфоя.       Гермиона, стоявшая чуть позади, прошептала: — Вы что, он того не стоит… — Конечно-конечно, как будто они осмелятся колдовать вне школы, — оскалился Малфой.       Появилась Нарцисса Малфой. — Уберите палочки, — велела она Гарри и Рону. — Если вы еще раз посмеете навести палочки на моего сына, то это будет ваш последний поступок в жизни, уж я об этом позабочусь. — Правда? — Гарри шагнул вперед. Гермионе тогда захотелось закрыть лицо руками и спрятаться за широкой спиной Рона. — Призовете своих дружков, Пожирателей Смерти, чтоб они нас прикончили?       Нарцисса Малфой неприятно улыбнулась: — М-да, Гарри Поттер… Из-за того, что ты любимчик Дамблдора, ты совсем страх потерял. Напрасно. Дамблдора не всегда будет рядом.       Гарри насмешливо завертел головой: — Ой… Смотрите-ка… Его и сейчас нет! Может, рискнете? Вам подыщут камеру на двоих с недотепой-мужем.       Малфой в ярости кинулся на Гарри, но споткнулся о слишком длинный подол. Рон громко расхохотался. — Не смей так разговаривать с моей матерью, Поттер! — рявкнул Малфой. — Успокойся, Драко, — остановила сына Нарцисса, тонкими белыми пальцами сжав ему плечо. — Я думаю, мистер Поттер воссоединится с дорогим Сириусом намного раньше, чем мы с Люциусом.       Гарри поднял палочку выше. — Не надо! — взмолилась Гермиона, повиснув у него на руке. — Подумай, у тебя будут жуткие неприятности…       Трепещущая мадам Малкин, с минуту потоптавшись на месте, в конце концов, решила вести себя так, словно ничего не случилось, видимо, в надежде, что ничего и не произойдет. Она склонилась к Малфою, который все сверлил Гарри яростным взглядом. — Мне кажется, милый, левый рукав можно еще укоротить, дай-ка я… — А-а! — взвыл Малфой и ударил ее по руке. — Да смотрите же вы, куда колете! Мама… Я уже не хочу это покупать…       Он сдернул с себя мантию и швырнул ее под ноги мадам Малкин. — Правильно, Драко, — сказала Нарцисса, презрительно глядя на Гермиону. — Теперь, когда я знаю, на какую грязь здесь можно наткнуться… Купим лучше в Шапке-невидимке.*       Гермиона помнила эту сцену в магазине вплоть до мельчайших подробностей. Она посмотрела на Драко, который тоже о чем-то задумался. Война сильно изменила его. Как внешне так и внутренне. Девушка перевела взгляд на Нарциссу: эта женщина нисколько не изменилась. Разве что на ее лице появилась чуть больше морщинок.       Еда на столе исчезла и на месте куриных ножек, картошки, мидий и салата появился чайник с горячим чаем, пирожные и другие сладости.       Нарцисса и Гермиона встретились взглядами. Во взгляде одной читалось любопытство, у второй же страх. Их зрительный контакт прервало покашливание Драко. Видимо он всерьез опасался магической дуэли. — Мама, хочу тебе представить — моя невеста Гермиона Джин Грейнджер, — при этом объявлении слизеринец улыбался во все тридцать три зуба. На секунду Гермионе показалось, что Нарцисса упадет в обморок, цвет ее кожи приобрел серый оттенок, лицо осунулось и, кажется, она постарела лет на десять. Но вскоре привычная маска вернулась, и Гермиона позволила себе расслабиться. Зря. — Вот эта? Эта… Эта! — миссис Малфой резко встала из-за стола из-за чего стул на котором она сидела опрокинулся на спинку. Гермиона продолжала сидеть с каменным лицом и маленькими глотками пить чай.       Драко тоже встал в надежде предотвратить бурю и не лишиться ни матери, ни невесты. Нарцисса продолжала кричать и унижать Гермиону, Драко пытался вразумить мать, но у него ничего не выходило. Гриффиндорка молча рассматривала миссис Малфой. Даже во время ссоры, та не теряла своего облика истинной холодной аристократки.       Грейнджер медленно встала из-за стола, но никто не обратил на нее внимания. Девушка обвела взглядом спорщиков и тихо удалилась.       Гриффиндорка шла по уже давно изученному маршруту в сторону озера. Дождик все еще накрапывал, но небо было ясным. В носу неприятно защипало, и глаза стали застилать слезы.       Гермиона дошла до озера и прошла по старым доскам пирса. Девушка подошла к краю и, сняв туфли, села на край пирса, свесив ноги к воде. Ступни только краешком пальчиков касались прохладной воды. Солнце, разливаясь кроваво-красным цветом, медленно садилось за деревьями на противоположном берегу озера. На улице было приятно освежающе, но мелко моросящий дождик заставлял поежиться. Грейнджер прикрыла глаза и подставила лицо прохладным каплям.       Гермиона чувствовала жгучий стыд и обиду. Было стыдно за то, что она пошла на поводу у своих желаний, обидно за то, как к ней относятся в этом доме. Девушка понимала, что в Малфой-мэноре она не желанный гость. Ее здесь в принципе быть никогда не должно было. Драко предоставил ей доступ к счетам, а большего он и не обещал. Кто сказал, что она будет счастлива? Что к ней будут обращаться, как к равным себе? Никто даже не заикнулся о том, что Гермиона будет жить не как домовой эльф.       Девушка вспомнила их поцелуй. Он был особенный. Его касания обжигали кожу, заставляя гореть те места, которых он касался.       Гермиона провела подушечками пальцев по ключице, вверх по шее, к еще недавно красным от поцелуев губам.       На улице начали сгущаться сумерки и температура воздуха стала прохладней. Дождик не прекращал моросить, и гриффиндорка поежилась.       Неожиданно ей на плечи накинули еще нагретый от тела предыдущего хозяина пиджак. Девушка вздрогнула, но почувствовав приятный запах мужского одеколона, расслабилась. — Пойдем домой, ты можешь простудиться, — Драко аккуратно потянул свою невесту за руку. Грейнджер слишком устала, чтобы сопротивляться и мягко подалась вверх. — Слушай, я хотел извиниться за… Ну ты сама понимаешь, — неловко начал говорить Драко. — Конечно. Пойдем, тут холодно, — безразлично ответила Гермиона, и медленно волоча ноги от усталости, направилась к замку. Драко подбежал к невесте и приобнял девушку за талию. Гермиона доверчиво прижалась к парню, и они направились в замок.       Нарцисса Малфой смотрела из окна поместья на влюбленного сына и мягко улыбалась. Она уже чувствовала, что с Гермионой ее сын будет счастлив. Но ведь счастье не дается просто так, верно? Эта девушка не знает, что такое быть миссис Малфой. Ну, надо же подготовить девочку?