Голубоглазое чудо.

***

      Арсений просыпается первого сентября в 6:15 утра. «Господи, и зачем я так рано встал? Линейка же только в 9:30, а-а-а-а-а!». Арс стал подниматься с постели, но нежно-розовое одеяло никуда не хотело его отпускать. Да, он любит розовый цвет, а ещё уют, тепло и обнимашки. Короче, он гей. От внешнего мира он свою ориентацию скрывает. Хотя одноклассники об этом знают. У него добрый класс, в котором все друг друга понимают. По началу девочки расстраивались, а пацаны, вздыхая, защищали непутёвого мальчишку от тупых сверстников. Арс не любил драться, не то что многие, вот и все за него заступались. Мальчикам он с самого начала дал понять, что ему никто не нравится из класса. Учителей-мужчин не так много, да и все — некрасивые женатики. Он больше двух лет, как гей, и больше двух лет у него никого нет.       Арсений включил музыку и не спеша начал утюжить вещи на линейку. Сначала рубашку, затем тёмно-синие брюки, а в конце черный, слегка приталенный пиджак. Парень решил, что вполне взрослый и может позволить себе не ходить в туфлях, поэтому на учебный год купил себе белые кроссовки. Все одноклассники давно ходили в кроссах, но Арсений до последнего отнекивался. Он вообще юноша правильный. Мама им всегда гордилась. Ещё бы, он ведь отличник, в хороших отношениях с классом (несмотря на ориентацию), да ещё и без вредных привычек. Золото, а не ребёнок.       На часах 7:35, а Арс и не знает, чем себя занять. Он поутюжил вообще все вещи, которые были в доме, поставил стирку, даже потанцевал. Он хорошо и вкусно готовил еду, но, занимаясь делами до этого, он не додумался поесть. О-о-о, приготовление к готовке и самой трапезе — это целая церемония. Во-первых, надо вымыть и просушить руки. Во-вторых, надеть фартук. Стол и так чистый. «Та-ак, а теперь что же мы будем готовить? Может, яишенку? Не, банально! Может, салатик? Сойдёт!» Он достал из холодильника огурцы, помидоры, листья салата и копчёную курочку из папиной заначки. «Да простит меня папуля!» Овощи вымыты и разложены на столе, а через пять минут уже и нарезаны. Курочка разобрана на удобные мелкие кусочки. Все уложено в тарелку и приправлено соусом для «Цезаря». Арсений, конечно, за правильное питание, но соус на основе майонеза — это святое. Так-то Арсу и не нужно правильное питание, ведь он выглядит как человек из рекламы, в которой делят людей на «до» и «после», и Арсений как раз это «после».       Поев, он посмотрел на часы, на которых было 8:30. Да что ж так долго-то? Обхватив голову руками, он просидел так несколько мучительно долгих минут. Подумав, он решил пойти уже в школу. Зайдёт в класс, познакомится с классруком, которого в последний год учёбы решили поменять. Арсений знал лишь то, что это будет мужчина. В его представлении это работящий небритый мужик с семьёй и детьми. И, как обычно, старый, ну лет так 40-45. В сравнении с семнадцатью годами к сорока люди уже старики. Ещё один год в одиночестве…       Арсений дошел до школы, у которой уже толпился народ. Он довольно высокого роста, а тут линейка у третьеклашек. Эти малявки путаются под ногами. Он заходит в школу, пробивается через толпу, здоровается с постоянным охранником и смотрит в списки, занявшись поиском номера нового кабинета. Брать учебники ходила мама, и она решила оставить интрижку по поводу нового руководителя. «Кабинет 424. Так это же русский и литература! Е-е-ес… Мне очень пригодится!»       Арсений готовился стать актёром. Он неплохо играл в школьных спектаклях, и его приняли в местный театр играть второстепенных персонажей. Он был счастлив. В тот раз его повысили и дали сыграть главную роль. Ромео — это прям ведущее амплуа Арсения по жизни. Он всегда нравился девочкам, жалко, девочки не нравились ему.       Арсений сидел на пуфике у закрытого кабинета около получаса. Просто сидел и ждал. Вдруг в коридоре появился худой и очень высокий силуэт мужчины. Этот долговязый парень подошёл к двери и открыл её ключом. Парень зашёл, включил свет и начал снимать верхнюю одежду. Арс был в шоке. Его новый учитель, такой молодой! Когда тот снял парку, Арс увидел тонкие руки, осиную талию. Вдруг учитель обернулся. — Рот прикрой, муха залетит, — весело усмехнулся мужчина. — Простите, здравствуйте. — Ты мой новый ученик? — Да, а как вас зовут? — Антон Андреевич. А тебя? — Попов… Арсений. — Приятно, Арсений! — Взаимно.       Если до этого Арс смотрел только на фигуру, то сейчас он перевёл взгляд и на лицо. Такое худое, с сильно выраженными скулами, зеленые изумрудные глаза, от которых вообще нельзя было отвести взгляд. Они великолепны! Арсовы раздумья об этом омуте учительских глаз прервал сам их обладатель. — Слушай, Арс… можно же тебя так называть? — Да, конечно, — Арсений заметно покраснел. — Раз уж судьба так решила, то давай будем общаться и вне школы. Не как учитель и ученик, а как друзья или… приятели? — Ну, давайте… — в голосе Попова звучало некое подозрение. — Я недавно в город перебрался, покажешь окрестности? — Окей, а как вас называть во внеурочное? — Во-первых, тогда на «ты», когда по-близости нет педагогов и учеников, а называть можно Тоша или Тоха. — Скорее Тоша, а то Тоха сильно по-быдлански. — Согласен! Ты собираешься куда-то после уроков? — Нет, у меня мало друзей. — Почему же? Ты ведь такое чудо! — Ахах, спасибо, конечно, но парни не сильно хотят общаться. — Почему? — Ну… Я более спокойный, более заинтересован уютом и саморазвитием, а не клубами и девчонками, — на последних словах Арс чуть не раскашлялся. — Есть, конечно, ещё кое-что, но это может быть позже. — Хорошо, я готов подождать.       Милая беседа длилась довольно долго. На часах уже 9:15. Ученик простоял на линейке и пошёл к одноклассникам. И началось: «Куда идём?», «Пошли к классруку?», «Арс, как на личном?». Он не был звездой, но липли ещё как. Все пошли к классруку. Поздоровались, расселись и опять понеслось: «Такой молодой!», «Такой худой и высокий!». Было Арсу обидно за глаза, оставшиеся без внимания. Когда все поговорили и познакомились, парень удивился, что Антон Андреевич больше ни с кем не захотел «дружить» и тем более называть «чудом». Арсу это нравилось, но было странно.       Тоша попросил Арса остаться после урока. — Как я понял, ты ни с кем не идёшь? — Правильно поняли. — На «ты»! Я не настолько стар, — недовольно хмыкнул учитель. — Хорошо, Тош. — Поехали тогда в кафе, что ли? — Ну давай… — Будешь портфель домой завозить? — А у тебя машина? — Да. Ну, если захочешь, оставишь у меня в машине. — Как хорошо, что мы понимаем друг друга с полу фразы. — Это точно.       Они сидели в «Шоколаднице» и поглощали телами солнечные лучи, через стекло в потолке. Арс фоткал все вокруг (благо, 128 гигов памяти это позволяли делать). Он вёл свой профиль в Инстаграме. Там было много подписчиков, но основная часть — это знакомые и одноклассники. Антону понравилось наблюдать за сосредоточенностью Арсения в момент съёмки. — Куда тебе столько фоток? — Я выберу лучшую и выложу в Инсту. — О, ты тоже есть там? Я увлекаюсь фото, но у меня они менее жизненные. — Как тебя там зовут? — Вот, — Антон держал телефон в руках, — Сейчас увидишь! @arseniyspopov подписался на ваши обновления — Теперь буду тебя лайкать. Будем следить друг за другом. — Я тогда пролайкаю твои. Давай селфи? — Антон подвинулся к Арсу так, что тот весь покраснел. Сделав фото, он двинулся в сторону. Парню понравился преподаватель. Это и грустно, и весело одновременно. Весело, когда понимаешь, что ты «чудо» для кого-то, а грустно от безысходности ситуации. Ведь Антон наверняка скептически относится к ЛГБТ. Он, скорее, с Арсовой одноклассницей замутит, чем с ним самим. Попов думал намекнуть на свою ориентацию, но не знал как. Из-за не самых лучших мыслей Арсу хотелось зареветь. Нет, он продолжит сидеть, пить кофе и ждать свой рулет с маком.       День подходил к концу. Должно было произойти что-то хорошее? Нет! Парень все так же не знал, как каминг-аутнуться. Антон ехал за рулём и без музыки. Брюнет было подумал, что Тоша весь такой серьёзный, но тут: — Арсюш, включи музыку, диски в бардачке.       Что, простите? Арсюша? Этот Арсюша покраснел так, что мог слиться с ягодами рябины. — Хорошо, а то что-то скучновато ехать без музыки. — Ты ведь не против прозвища «Арсюша»? — Не против.       Арс рылся в бардачке и не мог выбрать диск. Там были все его любимые группы: Imagine Dragons, Twenty One Pilots, Звери. Он выбрал первый и вставил. — Я именно этот и хотел, супер! — У нас много общего! — Чего именно? — Любимые группы в музыке, любим уют и всё такое. Какие книги любишь? — Антиутопии, романтика, и по секрету фанфики люблю про геев. — Ты не против ЛГБТ? — Нет, я только за! Ребята идут против системы! — Клёво!       Антон не решился раскрыться перед учеником-другом, да и Арс тоже.       Они доехали до дома Арса. — До завтра, чудо! — Пока, Тош!       Арсений зашёл в дом. Он был счастлив, что у него, может, что-то и получиться с Антоном. Тут ему пришла идея. Ему доверили плакат на темы толерантности. Арс нарисовал большой флаг ЛГБТ и написал пару статей. Сфотал это все красиво и выложил в Инсте.       @arsenyispopov поделился публикацией       Не прошло и пяти минут как пришло оповещение:       @anton.shastoon прокомментировал вашу публикацию — Почему толерантность именно с ЛГБТ связана?       Арсений в очередной раз что-то готовил, но ответ не заставил себя долго ждать. Одна из арсовых одноклассниц написала: «А вы не знали? Арсюша-то у нас гей!»       Ответов не последовало. «Ну все, приплыли. Даже отвечать не хочет. Надеждам кранты»       @anton.shastoon поделился публикацией       На ней он стоит с флажком ЛГБТ и подпись: «Пора и мне сделать каминг-аут!»       Арсений сидел в полном шоке. Антон тоже гей! Или би! Все равно круто! Арсу пришло смс, и второе, и третье. Одноклассники начали слать ему сообщения. Арсу было плевать, ведь он мечтал о том, что теперь у него ещё больше шансов быть с Тошей. Его глаза наполнились слезами, и он как двенадцатилетка заревел в подушку. Это были слёзы чистой радости. Попов много думал, не шутка ли это, но с этим не шутят. Антон наверняка заметил постоянно краснеющего юнца, которому явно понравился. Похоже, что за последние два года что у Арса, что у Антона появится парни! И теперь юноша станет ещё ближе к своему учителю…