все умрут, а я останусь

На Тайлере Джозефе идиотская шапка, и это — факт. Факт даже неоспоримый, никто не хочет спорить с Джошем, просто потому, что знают, даже если он неправ, то все равно найдёт оправдания, чтобы вывести себя вперёд, доказывая людям, что заблуждаются лишь они. Джош внимательно смотрит вперёд, он видит, как руки Тайлера дрожат, пока он пытается открыть пачку чипсов — потому что идиотский пакет, он слишком легко выскальзывает из рук, особенно если пальцы чуть вспотели. А это неудивительно, потому что на улице давным-давно солнце напекает до двадцати пяти градусов, поэтому видеть людей в шапках — это не более, чем странно. Так вот, если вернуться к дрожащим рукам Тайлера, Джош смотрит за ними внимательно, затем его взгляд дёргается вверх, он смотрит, как парень шепчет сквозь зубы проклятия, возможно, он кусает нижнюю губу, пытаясь разодрать её до крови, но на самом деле это сделать не так легко. Джош не любил причинять себе боль, поэтому ему впиваться своими акульими зубами было тяжело, он почти сразу же выпускал губу или же — бывало — кожу из-под своих острых лезвий. Может, Джош тоже хотел себя как-то угомонить, точнее, угомонить свой навязчивые мысли всего лишь каплей боли, такой крохотной, ему казалось, что вот он — выход. Ты просто кусаешь себя до крови — и да, ты спокоен. На самом деле так не бывает. Джош встаёт со скамьи — он ненавидит школьные обеды, да и быть честнее, он среднестатистический подросток, поэтому нелюбовь к школе у него течёт по венам, перемешиваясь с его второй отрицательной. Он также может не любить парочку своих одноклассников, стереотипную баскетбольную команду, которую все превозносят до каких-то, честно, идиотских небес — что они там нашли? У него нет в тайных желания найти себе девчонку из команды черлидинга, да и найти обычную девчонку у него тоже в планах не было. Единственным планом — это подойти к Тайлеру Джозефу, забрать идиотскую пачку чипсов и раскрыть своими (не)дрожащими руками, пальцы которых (не)будут скользит по упаковке. А также сказать Тайлеру Джозефу, что он идиот, ибо шапки в плюс двадцать пять носят только люди, у которых не всё в порядке с головой. То что это не его дело — Джоша не волнует, его волнует лишь этот парень, к которому он направляется широкими шагами. Он становится перед ним тенью, Тайлер поднимает (о Боже) олений взгляд, почему его глаза кажутся темнее? Джош почти сквозь него может видеть, как кадык поднимает и опускается, а тёплая слюна течёт по горлу, опуская вниз, когда-нибудь достигая желудка. Губы Тайлера Джозефа уже искушены, значит, у него достаточно сил причинить себе боль. Он даже прямо сейчас это делает. Его нижние зубы кривоваты, поэтому он прячет их — что поделать, всего лишь недостаток — а верхние передние зубы вгрызаются в красную кожицу так, словно это и есть чипсина, которых так много в этой пачке. — Тебе помочь? — Джош Дан всегда казался грубым. — Е-если можешь, — Тайлер тут же теряется в собственных словах, — точнее, если хочешь, да. Джош старается аккуратно вырвать пачку чипсов из дрожащих рук Тайлера. Он открывает её почти сразу, чувствуя влажность на упаковке, всё его руки, это всё его руки. Тайлер улыбается благодарно, но он не поднимает снова глаз, предпочитая пилит зелёный ковёр из травы — она подстрижена так аккуратно, что Джошу это не нравится — на кой-это, всё равно им запрещают сидеть на траве. Джош не уходит. Он садится рядом. Это не его дело, но он всё же должен поинтересоваться, почему Тайлер Джозеф носит шапки в плюс двадцать пять.