копоть//бракованные.

в тот день они старались – правда старались – пахло солью и деревья к земле. хосок палкой во влажной земле и затем пальцами. мертвая птица на голой земле. и крест-накрест – зачем? – так нужно. на юнги свитер хосока. на хосоке рубашка и тело горячее, улыбки яркие. свитер мятно-зеленый в косах полных – перезрелыми колосьями. обнимает себя руками, обнимает и – правильно и спокойно вот так. пока соль в воздухе, деревья к земле. днями жарко до ломоты – плавит и хосок голубым мазком рожок мороженого. вечер и прелость, река хан, свитер на ладони, косами по рукам. хосок приобнимает, цепляется пальцами за плечи и улыбается, прижимает чужую ладонь к губам и холмы – вокруг там много холмов в мангровых деревьях. бухта огнями яблони под тяжестью плодов – я завтра уеду. ненадолго – куда? пустой вагон. середина дня и так солнечно – лимонной цедрой и сахарной пудрой. пустые сидения, открытые окна, поручни – юнги пустым взглядом, кондуктор механически станции. дверь с лязгом, искры, цедра. через реку – река черным, горы контуром – серость. мандарины. мандариновый дух откидывается на спинку сидения. туннель, огни красным – станция. светло, так шумно и светло – и внезапно хочется есть. закусочная напротив станции, бамбуковые занавески, радио. лапша в глиняной миске – два глотка – бульон обжигает отодвигает в сторону еще один пустой город, поля на окраине, железнодорожные пути. хосок уже даже не звонит – просто ждет – ты опять уезжаешь? – да. |возьми меня с собой|