Глава 23. Возвращение домой
30 января 2018 г., 22:24
— Я все-таки опоздала! Ну что за день?! — топнула ногой уволенная журналистка, с досадой дернув ручку чемоданчика на колесах. Остановка была пуста, а опускающиеся сумерки, покрытые тучами, безмолвно обволокли город.
Вдруг рядом послышался звук шуршащих шин. Джудит обернулась, прищурившись от света фар. Красный джип остановился напротив девушки.
— Ты опять забываешь, что я не такой уж и бесполезный в нормальной жизни.
Журналистка сначала тупо моргнула, потом залилась краской, сперва не решаясь взглянуть Майлзу в глаза после произошедшего в квартире, а потом до нее резко доходит смысл происходящего. Джудит мрачно хмурится.
— Ты специально, да..? Ты специально смотрел пока я соберусь и доковыляю до остановки, чтобы сказать мне про машину!
Майлз уклончиво пошкряб щеку целым указательным пальцем, с трудом сдерживая смешок.
— Я не смел тебя отвлекать, ты была так сосредоточена.
— Ах, ты!.. — покрылась пятнами возмущения журналистка.
— К тому же, мне нужно было время пригнать автомобиль, а тебе, судя по всему, не было скучно, — добил Апшер, сногсшибательно улыбаясь. Джудит захотелось треснуть ему чем-нибудь тяжелым. Разумеется, она приличная девушка, и позволить себе такого не могла. Вместо этого журналистка молча развернулась и пошла по дороге пешком, волоча за собой весело подпрыгивающий чемодан.
— Эй! Ты серьезно? — крикнул Майлз из машины.
Палмер упрямо вздернула носик, продолжая идти пешком в сторону дома. Красный джип не отставал, медленно шурша шинами за плечом.
— Брось, Джудит, это смешно.
— До твоего дома полсотни километров.
— Я даже извинюсь.
— Джудит!
Журналистка не повела и бровью, кутаясь в пальто и продолжая решительно вышагивать в освещении фар. Внезапно машина заглохла, а репортер так неожиданно возник прямо перед девушкой, что Джудит едва не врезалась в него.
— Прекрати сейчас же, не то я закину тебя в багажник, — с мягкой снисходительностью сообщил репортер, привычно засунув руки в карманы кожаной курточки.
Джудит остановило только то, что, в общем-то, Апшер мог это сделать. За ним не заржавеет. И она даже вякнуть что-то не сможет. Смерив ужас Маунт-Мэссив своим лучшим убийственным взглядом, журналистка позволила взять призраку репортера свой чемодан, а затем гордо прошла к машине под насмешливый взгляд карих глаз. Майлз возник в водительском кресле практически сразу, не утруждая себя открыванием двери.
— Я приму твой детский бойкот, но мне нужен хотя бы адрес.
Джудит сначала нарочито медленно пристегнулась и только потом скупо выдала:
— Элфорд-Драйв, Северо-Запад.
Да, Джудит злилась на Майлза, но больше ее поведение смахивало на защитную реакцию: она до сих пор не могла поверить, что глупая и наивная безответная любовь неожиданно окажется не такой уж безнадежной. Верить Майлзу или нет девушка пока не определилась — все произошло слишком неожиданно, но горький опыт жизни с опаской останавливал доверие.
Ночной Сиэтл успокаивал вечерними огнями дорожных фонарей и готовящихся ко сну домов, что мелькали за стеклами автомобиля. Джудит отстранено смотрела на дорогу, не думая ни о чем, а Майлз благодушно в этот раз решил оставить всё как есть и просто вел джип.
Они ехали быстро, но без лишнего безумства, ровно обгоняя поздние машины. Двигатель убаюкивающе шумел под капотом, а прошлое неумолимо приближалось с каждым километром. Палмер начало клонить в сон, но позволить себе захрапеть в машине, чтобы навлечь на себя дополнительные усмешки репортера она никак не могла и поэтому незаметно повернула голову, разглядывая Апшера из-под полуопущенных ресниц. Черный туман умиротворенно обвивал своего хозяина, сливаясь с чернотой вечера и, если сильно не приглядываться, можно было даже представить парня обычным человеком.
— Ты не думал избавиться от Вальридера? — неожиданно, даже для самой себя, спросила Джудит.
Майлз чуть вздрогнул, словно забыв, что в машине есть кто-то еще.
— Я помилован? — поинтересовался он.
— Возможно, — подумав, ответила Джудит. Долго злиться на Апшера почему-то не получалось.
На вопрос же Майлз ответил не сразу.
— Нет, не думал. И не думаю.
— Почему?
— Потому что я мертв.
Джудит вздрогнула, услышав его слова.
— Но ты…
— Ты видела мои раны, Джудит. Некоторые пули все еще внутри меня, я это чувствую. Да, моё сердце бьется и кровь переливается по венам, но я не могу дать этому логическое объяснение. Я умер тогда, в сентябре. И сейчас дышу только благодаря демону в моей шкуре. Не знаю, как долго продлится затишье, и не потребует ли он что-то взамен, но пока он дремлет, я буду жить. Понимать это достаточно, чтобы не рыпаться по поводу собственного тела.
Журналистка видела, как Майлз сжал пальцы на руле. Он действительно не знал, что ему делать и боялся этого. Как боялся бы любой человек на его месте. И ведь Апшер прав: ему еще сомнительно так повезло с соседством внутри своей души, могло быть в стократ хуже.
— Тебя это напрягает? — неожиданно спросил парень, не отрываясь от дороги.
— Что? — встрепенулась задумавшаяся девушка.
— Что я такой…
Апшер будто спрашивает просто так, небрежно, как будто о погоде назавтра. Но Джудит замечает, что черный туман нервно клубится вокруг головы, выдавая своего хозяина. Внутри снова екнуло: похоже, не только у Джудит были опасения по поводу взаимного доверия.
— Майлз, — смягчившись, ответила девушка. — Мы же говорили об этом. Это был просто вопрос, не более. Меня не пугаешь ни ты, ни Вальридер.
Апшер лишь хмуро вдавил педаль газа.
— А зря, — тихо ответил репортер. — Его стоит бояться…
Больше Майлз не сказал ничего, а Джудит мысленно проклинала себя за то, что вообще подняла эту тему. Но оба чувствовали, что еще вернутся к этому разговору.
Пока джип уверенно продвигался к дому Палмеров, девушка прозрачно смотрела за окно и думала, думала, думала… Что же все-таки такое Вальридер на самом деле и какова его природа сейчас, в «арендованном» теле? И если Майлз действительно умер, то что будет, если однажды демон решит покинуть его тело или захватить разум? Джудит не нравился ни один из предполагаемых исходов, она пыталась сбиться с мысли, пиная себя подготовиться к предстоящей встрече с родителями и прочими земными проблемами, но призраки проклятой лечебницы не хотели покидать и ее. Чем было Маунт-Мэссив для Меркофф? Отправная точка? Маленькая подстанция по созданию монстров? Или главный офис, потеря которого привела к огромному распаду? А что, если нет? Что если лечебница была малой долей того, что могли, делали и до сих пор делают приспешники Меркофф? Какие из фантастических фильмов ужасов могли вскоре стать явью? Или все-таки это не настолько плохо, как представляла Джудит?
А еще сам Майлз Апшер в дуэте с Вальридером: девушка уже не раз одергивала себя за подобные глупые вопросы, которым пока не должно быть места в её голове, но сердце болезненно сжималось изнутри — насколько чувства призрака ответны? Сладкое ликование продлилось не долго, Джудит слишком многое увидела за последнее время, чтобы продолжать верить в сказки с хорошим концом. Майлз и в правду был одержим своей работой, смерть не стала помехой для лучшего репортера… так где гарантии, что Апшер не исчезнет, как только ухватит ниточку к делишкам Меркофф? Как быть спокойной, зная, что упрямый американец продолжает ворошить осиное гнездо, не замечая, что рядом стоит Джудит? А еще его сущность… Пока Майлз наслаждался новыми способностями и возвращением к свободе, Джудит, кусая губы, внимательно смотрела: смотрела на него каждый день — линия губ, испещренные царапинами скулы, такие же непослушные волосы, как и в первый день встречи. Он действительно не менялся, ни чуточку. И не в характере дело. Майлз Апшер застыл в своем времени, в одной точке. Он не восстанавливался, но и не старел. И даже исходящий из него черный дым, да дурацкие заскоки приступов, пугали не так сильно, как банальная перспектива состариться, пока он будет жить.
Палмер в мгновение ока представила, как она, переживая годы, будет покрываться сеточкой морщин и терять свою молодость, виновато смотря на снисходительно улыбающегося красавца, а тот лишь безразлично пожимает плечами, по-прежнему эгоистично пропадая, да отворачиваясь все чаще… пока однажды, в конце-концов, он не исчезнет, в последний раз отвернувшись от ее могилы. А сам останется все таким же, неизменным. Да, это было наивно, глупо, и думать о таком еще рано и неправильно, ведь Майлз не виноват ни в чем, но девушка, пытаясь не копаться в этом, увязала все глубже. Джудит не жалела о своих чувствах, но страшилась их. Или того, что могло произойти. А произойти могло много чего…
— Кажется, мы приехали.
Голос Майлза вывел из оцепенения резко и сразу, Джудит несмело вскинула глаза на свое родовое гнездо, вмиг забывая обо всём. Трехэтажный особняк, окруженный высокой изгородью, ничуть не изменился со времени ее отъезда, и во тьме ночи показалось, словно девушка никогда и не покидала свой дом. Двигатель затих. Палмер нерешительно вышла из автомобиля, мгновенно покрываясь мурашками от холода. Чувство странного стыда держало ее на месте, а сердце, напротив, забилось сильнее, желая вспомнить, какого это — быть дома. Захлопнув дверцу джипа, журналистка неуверенно обернулась через плечо, ища глазами Майлза. Парень как раз вытаскивал ее вещи из багажника.
— Я подожду здесь. Позови меня, как буду нужен.
Джудит только и смогла кивнуть, чувствуя, как согревают ее эти простые слова, придавая уверенности: она не одна.
Пока девушка бредет к воротам, волоча за собой чемодан, она думает, как будет лучше — войти не заметно или все же предупредить стоило до приезда? Так и не решившись, Джудит, поколебавшись, нажала на уличный звонок, оповещая всех жителей особняка, что пришла гостья.
— Дом Палмеров, — ответили по микрофону знакомым голосом.
Журналистка растерянно опустила голову, зная, что ее уже увидели по видеосвязи.
— Мисс, вы что-то хотели?
— Д-да, мадам Льютнес… это я, Джудит…
Повисла недолгая пауза, девушка вскинула вымученную улыбку, чтобы женщина по ту сторону экрана, наконец, разглядела ее лицо.
— Девочка моя! — охнул голос, искаженный микрофоном, а в следующий момент ворота приветственно распахнулись. Стоило Джудит шагнуть на вымощенную дорожку к дому, как из-за идеально стриженных кустарников выскочили две огромные черные тени, которые с лаем кинулись на гостью.
— Барон! Цезарь! — Джудит едва не упала, когда два толстомордых ротвейлера, от взгляда на которых хотелось убраться подальше, со счастливыми мордами налетели на блудную хозяйку, утыкаясь ей в ноги. Девушка бросила чемодан, мгновенно забывая обо всем и счастливо теребя за щеки псов. Собакам было запрещено прыгать на членов дома, поэтому ротвейлеры лишь тихо поскуливали, бешено виляя купированными хвостами и нетерпеливо перебирая лапами от возбуждения. — Я по вам скучала… — прошептала девушка, обнимая собак.
С трудом оторвавшись от четвероногой охраны, которая все равно продолжила обтираться вокруг, Джудит поспешила к порогу. Ее уже ждали.
Мадам Льютенс, их домработница, а так же няня Джудит с самых малых лет, со слезами обняла девушку, крепко стиснув в своих пышных объятиях и девушка наконец поверила, что она вновь дома.
— Маргара, кого там принесло на ночь глядя? — чуть хрипловато поинтересовались из глубины дома. Женщина и девушка распустили объятия, оборачиваясь. По лестнице со второго этажа спускался высокий мужчина, у которого отсутствовала левая рука по локоть, однако это не мешало выглядеть ему, как заправскому генералу даже перед отбоем. Джудит улыбнулась сквозь выступившие слезы от эмоций. Он совсем не менялся. Никогда.
— Привет, папа…
— Джудит?.. — не веряще остановился мужчина, глядя на дочь.
И снова объятия, по которым так скучала девушка. Живые, настоящие. Их так не хватало в детстве. Может быть, есть шанс наверстать?
***
После возвращения был ужин, да такой, что у Джудит живот свело от радости поесть нормально впервые за несколько месяцев. За столом были все: мама, папа, Маргара, мистер Хейтч — муж Маргары, садовник и просто мастер на все руки, так как из-за травмы отец Джудит не всегда мог сделать что-то по дому по мужской части. Даже Барону и Цезарю великодушно позволили переночевать в доме, и теперь собаки терпеливо ждали пока хозяева закончат трапезу и обратят на них внимание, привычно заняв место на пороге просторной кухни. То, чего так боялась Джудит, к счастью, не сбылось. Ее встретили, словно всегда ждали, без упреков и осуждения, словно она не сбегала, а просто съездила в длительный отпуск или командировку. Однако это не помешало родителям засыпать дочку вопросами, от которых хотелось провалиться в землю со стыда от осознания собственной никчемности. На протяжении всего позднего ужина девушке приходилось тщательно следить за своей речью, чтобы не сболтнуть лишнего и не показать, как тяжело далась ей самостоятельная жизнь. — Какие теперь планы? — Думаю поступить в колледж, чтобы все же получить знания, необходимые для профессии, которую я выбрала. Мне этого не хватает, теперь я это поняла. — Замечательно! И какой факультет ты выбрала? — воодушевленно спросил отец у дочери, нанизывая восхитительный кусочек жареной говядины на вилку. — Журналистика, — ответила Джудит. За столом резко повисла тишина. Мать с отцом переглянулись, одновременно как-то странно меняясь в лицах, и девушка, заметившая это, сжала кружку сока в руке. — Ты уверена, дорогая? — спросила мама. — Журналистика довольно-таки… неблагородная профессия. Почему бы не попробовать точные науки или биологию? Джудит прикрыла глаза, напрягая плечи. Началось. Снова. Навязанное мнение, только высшие запросы, только запредельные цели. — Я уверена, мама. У меня было достаточно времени определиться с выбором, — наверное, слишком резко ответила девушка, выпрямившись. Подумав, что не стоит омрачать первую встречу таким образом, Джудит решила немного сдать на попятную: — Впрочем, до отбора я все же еще подумаю и подам документы в несколько заведений. Миссис Палмер немного расслабилась, но Джудит не могла не заметить недовольства на ее лице, а это значило лишь одно: от нее не отвяжутся пока она не покажет, что больше не зависит от родительского мнения. Что ж, девушка была готова к этому, возвращаясь. Палмеры вернулись к трапезе. — А вот и десерт! — показалась из кухни мадам Льютнес с огромным подносом в руках, разряжая тяжелую атмосферу.***
Джудит поднялась в свою комнату уже за полночь, зевая и шлепая босыми ногами в брюках по ковровым дорожкам. Следом, не обгоняя, плелись Барон и Цезарь. Комната осталась точно такой, какой она ее бросила: в нежных тонах ребенка, которому показали сказку, но подростково обклеенная плакатами поп-звезд и актеров, который взбунтовался против детства. Белое пианино в углу, показательное заваленное старыми учебниками. Кровать, в изголовье которой все еще сидели пара плюшевых зайцев. Зеркало, обклеенное фото последнего года учебы с друзьями. Большой комод с аккуратно расставленными баночками, духами и косметикой, срок которой, должно быть, уже истек. Даже толстый ковер этот же, с пятном от кофе, тщательно прикрытым пуфиком. Джудит улыбнулась себе под нос, вспоминая насколько нелепо она тогда растянулась с едой в руках, после ночной вылазки на кухню. И ведь все осталось, как прежде, разве что видно: Маргара протирала тут пыль, исправно и постоянно, словно зная, что девочка вернется. — Ну что, парни? Добро пожаловать домой! — Джудит со всего размаху плюхнулась на кровать, счастливо утопая в подушках. Собаки радостно влетели за хозяйкой в комнату, им не нужно было повторять дважды. Палмер перевернулась на спину. И какой бы взрослой она не выглядела в своем офисном костюме, ребенок в ней сейчас ликовал, наслаждаясь уютом, мягкостью одеял и чувством комфорта. Разложив вещи и переодевшись, Джудит внезапно со стыдом вспомнила о Майлзе, который, должно быть, заждался ее зова. Прикрыв дверь, девушка с ногами залезла на кровать и внезапно застыла. Её всегда неожиданно посещали мысли вроде: а точно ли Майлз Апшер существует? Так и сейчас, глядя на свою комнату, лица знаменитостей, взирающих с плакатов, и ощущая мягкое покрывало под пальцами, Джудит всерьез задумалась — уж не игра ли воображения создала любимого сердцем репортера? — Майлз… — тихо, почти шепотом, позвала девушка, неосознанно сжав пальцами ткани на кровати. Собаки среагировали мгновенно, в отличии от Джудит, которая аж подскочила на месте, когда Барон и Цезарь с диким лаем вскочили, кидаясь на незнакомца, появившегося из неоткуда в комнате обожаемой хозяйки. — Фу! Нельзя! — истеричным шепотом воскликнула девушка, ссыпаясь с кровати и хватая псов за ошейники. — Тихо! — И только бы никто не услышал этот шум! — Это самый оригинальный способ избавиться от меня, — нервно буркнул Апшер, чудом увернувшийся от мощных челюстей. Черный туман вокруг него заметно разросся, негодующе извиваясь вокруг репортера. И неизвестно кому больше повезло: Майлзу, или собакам, что носитель Вальридера не прихлопнул всех в этой комнате чисто интуитивно. — Прости… — все еще почему-то шепотом извинилась Джудит, практически вися на низко порыкивающий псах. Им явно не нравился новый сожитель, который еще и человеком не пах. — Нельзя, я сказала, блин! Успокоив псов, Палмер виновато посмотрела на парня, который предусмотрительно не делал лишних движений. Вряд ли носителю Вальридера страшны собачьи зубы, скорее Майлз по-человеческой привычке, да из нежелания поднимать лишний шум, просто ждал. — Прости, — повторила она. — Я забыла о них. — Ты забыла о двух пятидясетикилограммовых тушах, которые могут сожрать человека? — уточнил Апшер, посмотрев на Джудит многозначительно. — Это не туши, — пробурчала девушка. — Это Барон и Цезарь. И никого они сожрать не хотели, они просто защищают. — О, я так и понял, — с сарказмом фыркнул парень. Минутами позднее, пока Джудит подключала свой брошенный ноутбук к сети, вспоминая пароль, Майлз расположился на кровати девушки, задумчиво оглядывая комнату. — А ты, оказывается, сбежавшая принцесса, — протянул он. — Давай не будем поднимать эту тему. — Не честно, тебе не кажется? Ты знаешь обо мне практически всё, а вот я сейчас, признаю, удивлен. — В отличии от тебя, ничего захватывающего в моей жизни нет, — всё еще возясь с техникой, ответила Палмер. — Я всего лишь дочь состоятельных родителей, которая хотела пожить на воле. — Самокритично. Джудит пожала плечами, оборачиваясь. Чтобы как раз заметить, как Майлз, сидя на ее кровати, заинтересованно смотрел на Барона. Ротвейлер занял позицию позади хозяйки, прижав круп к полу и напряженно следил за незнакомцем в ответ. Рука репортера потянулась к собаке. — Не стоит, — напряглась Джудит. — Тяпнет? — с каким-то шкурным интересом спросил парень, не отрывая взгляда от собаки. — Тебя, скорее всего, да. — Это почему это «меня, скорее всего, да»? — даже немного обиженно спросил парень, однако руку убрал. — Не знаю тонкостей собачьего восприятия, но судя по их поведению, они явно видят в тебе угрозу не человеческого характера. Поэтому, если у тебя нет больше лишних пальцев, не делай глупостей. Майлз вздохнул. — Раньше хотел завести собаку, — вдруг сказал он. — Но? — возясь с ноутбуком, поинтересовалась девушка. — Работа, — пожал плечами парень. — Смотреть же надо, а куда мне с разъездами?.. Повисла неловкая пауза. Потоптавшись на месте, Джудит подхватила распароленный ноутбук и поспешно залезла с ногами на кровать, стараясь не задеть репортера. Вообще видеть его сейчас, в своей комнате, было дико и несуразно, а после недавних событий любая тишина вызывала желание спрятаться куда-нибудь подальше, поэтому Палмер уткнулась в ноутбук, укрываясь от действительности, пытаясь не вспоминать, что еще пару часов назад погибший репортер прижимал ее к стене горячими поцелуями. — Что ты делаешь? — раздалось совсем рядом. Джудит разве что не ойкнула, вскинув взгляд и замечая лицо парня прямо над экраном ноута. — И-ищу колледж, — запнувшись, ответила девушка. — Серьезно? После всего произошедшего ты просто пойдешь учиться? — У меня нет особого выбора, — пожала плечами Джудит. Ей тоже не особо нравилась перспектива вновь становиться ученицей и ходить на лекции, но что теперь. — Брось, — отмахнулся Майлз. — Выбор есть всегда. А вот вернешься сейчас на учебу — стухнешь со скуки. — Сказал мне тот, кто умер в двадцать три… — не упустила возможности с иронизировать Джудит. — Зато я встретил тебя. Пальцы девушки дрогнули над клавиатурой, брякнув бессмысленный набор букв. Мотнув головой, журналистка нашла в себе силы посмотреть в хитрый прищур карих глаз. «Так и есть. Как пить дать что-то задумал». — О, нет, Апшер, я тебя знаю. Говори, что тебе нужно, — протянула Джудит, не позволяя обмануть себя. Когда этот жук так смотрел на нее, ничего хорошего это не значило. — Мне подумалось, ты будешь не против продолжить репортерскую практику и, к тому же, подзаработать денег. — Что? Миг, и в пальцах Майлза возникли бумаги. — Я уже пообщался с предполагаемыми клиентами через твою почту и, кажется, у нас есть дело. — Ты что..?! Погоди, ты серьезно это сейчас?! — возмущенно зашипела Джудит. — Ты влез в мою почту?! — Так и знал, что ты будешь не против. Мой джип остался на парковке ближайшего супермаркета. Позовешь, как доберешься до него утром, вот ключи, — с этими словами парень поднялся на ноги и подкинул Джудит связку ключей, которую девушка машинально поймала. А потом мимолетное прикосновение к губам, еле ощутимое, будоражащее: — Спокойной ночи. Стоило моргнуть, как носителя Вальридера и след пропал. Ротвейлеры, следившие за странным человеком, вскочили на лапы, растеряно подходя к месту, где он только что стоял. Джудит же так и застыла, сжимая ключики в руках, и запоздало багровея. — Апшер, а ну вернись!..
