Зажигая пером

Он с животной яростью разрывает переплеты книг, крошит на мелкие кусочки полюбившиеся ему когда-то страницы, теперь весь дом усыпан мелкими кусками бумаги, которые Он благополучно собирает веником в совок и кидает в недавно разгоревшийся камин. Куски горят неумолимо, и время не вернуть теперь назад, а Он сидит на кресле милом и тихо плачет о былых веках. Не нужно было срываться, психовать, нервничать, кричать без умолку в нагнетающую тишину. Зачем, зачем, ну, кто позволил сжечь Ему собственного ума творения и полет Его фантазий?! Не вернуть тех книг, которые Он с таким трепетом писал. Не вернуть той музы, что ушла от Него навсегда. Кончилось всё в этой смертной жизни. Нет теперь ничего, что будоражило бы сознания Его, что заставляло трястись в благоговейном восторге и предвкушении… Снимая треснувшие очки, Он со вздохом кладет их на комод, поднимается тяжко с мягкого кресла и вздыхает. Тяжело вздыхает. Он – человек, всё утративший в этой жизни, Он лишился самого теплого, сокровенного, что согревало Душу, лишился цели, смысла сего бренного существования. А для Него ничего не было важно, кроме книг, написанных саморучно. Кроме легких, словно дуновение ветерка героев, развивающихся как будто самостоятельно, без Его вмешательства. Кроме прекрасных сюжетов в его голове. Теперь нет ни сюжетов, ни книг. Ни героев, таких милых и прекрасных, живущих с упоением. Живущих не так, как живут обычные люди. Живущих между строк. Все в печи, догорают последние угольки. Как так-то? Куда делась та легкость, с которой жил Он всю жизнь, с которой писал и творил, будто по слову Божьему? Именно последняя книга высосала Его до капли, опустошила разум и сердце. Буквы, которые Он писал с великим трепетом, оказались губительны. Порция очередных афоризмов и сравнений уничтожили Его, заставили сгорать в собственной агонии раненных чувств. Кто тронул кусок души бедного писателя настолько, что довел до нервного срыва? Его собственный персонаж! Придуманная леди в легком ситцевом платье белого цвета и с безумно ослепительной улыбкой! Он выдумал её нечаянно, ненароком встретил на извилистой тропке своего сна. Она шла легко, вприпрыжку, держа соломенную шляпку, чтобы та не улетела от гневных порывов ветра, и улыбалась, ярко и непринужденно, красиво и так по-детски мило. Он шел сзади неё, а Она постоянно оборачивалась, словно желая убедится, что Он никуда не ушел. А Он просто не мог уйти и отпустить её светлый дух, упустить её, дать сбежать столь прекрасному созданию. Подарок — вот кем она была. Подарком судьбы! Который стал Его погибелью… Склонив голову, Он упал на колени перед камином, наблюдая, как сгорает его ВСЁ, и представляет лицо красавицы, которая с легкостью свела с ума умелого писателя, прошедшего и огонь, и воду, но, увы, медные трубы ему не поддались. Он не выдержал! Не выдержал напряжения, давления, сначала запил, утоляя жажду крепким виски, затем вроде остепенился, взялся за ум и продолжил собственное творение, но вновь что-то пошло не так, как хотелось. В итоге всё оказалось в топке… Все мы люди, все мы сгорим когда-нибудь дотла, и останется от нас лишь горстка пепла! И знаете, убьёт нас именно то, что любим мы всей своей душою. Мы погружаемся настолько, что забываем вкус реальности, хотим больше и больше, но все равно неизбежно возвращаемся в скучный, серый мир, да не просто возвращаемся… Нас выкидывает огромная волна! Мы кричим, барахтаемся, но сделать уже ничего не можем, а потом страдаем, рвем волосы на голове, разбиваем руки в кровь. Ведь мы уже не те, что были раньше! Писатель горько-горько заплакал, горячие струи слез жгли Его щеки и губы. Он ничего уже не мог сделать, не мог вернуться в тот прекрасный выдуманный мир! Тело затряслось, Он закрыл лицо руками, размазывая слёзы, а затем просто упал…принял позу эмбриона, обнял свои острые колени и…полностью обмяк. В доме неожиданно стало темно, огонь в камине потух, но уже никто не встал, чтобы включить спасительный свет…

Мне кажется, что мы давно не живы Зажглись и потихоньку догорим