Перерождённые. Демон угасающей веры

      В глазах рябило от непрерывного сосредоточенного смотрения в монитор. Ария прикрыла их, откинувшись на спинку кресла, и громко выпустила воздух из лёгких. Приподняв запястье к лицу, она беглым взглядом посмотрела на часы, чтобы убедиться, что не вставала с этого места последние три часа. За работой время летело незаметно, что несло с собой одни преимущества. Она не только продвинулась дальше в своём расследовании, но и дала передышку своему мозгу от заполонивших его мыслей о непредсказуемой во всех смыслах блондинке. Мысли о Рейчел стали врываться в сознание настырным, прямо-таки ожесточённым образом. Её пытливые взгляды, невинные жесты, даже её запах, который теперь, кажется, преследовал обоняние Арии в каждом уголке дома — вкупе всё это будто сконцентрировалось в одну взрывоопасную смесь, которая целенаправленно ставила на пробу выдержку и самоконтроль. Как тяжёлые ядра снова и снова пробуют на прочность высокую непреодолимую крепость, сотрясая её с каждым попаданием, так и Ария, ловя на себе очередной пронзительный взгляд, вмиг алеющие щёки, мимолётную улыбку или смущенное покусывание губ, ощущала, будто получила ещё один заряд, от которого тело покрывалось мурашками, а во рту увеличивалось слюноотделение, от чего она нервно сглатывала и искала причину, чтобы ретироваться.       Четыре дня она стойко держала осаду, которую непреднамеренно устроила Рейчел. Хотя в редкие моменты у Арии закрадывались подозрения, что не так уж и непреднамеренно. Потому что периодически на какие-то доли секунды во взглядах Рейчел присутствовало что-то большее, чем праздная заинтересованность. В её глазах проскакивало некое приглашение. Она смотрела так, будто чего-то ожидала. Чего стоили только на первый взгляд безобидные жесты. Неспешно откинуть волосы на одну сторону, открывая вид на лебединую шею. Слишком долго не обращать внимание на съехавший с плеча халат, предоставляя взору сливочную кожу. А эту чёртову вещицу из тончайшего шёлка Ария начинала проклинать. В нем Рейчел вот уже который день неизменно появлялась на кухне и готовила завтрак на двоих, и даже если он и был запахнут по самое горло, всё равно облегал стройную фигуру таким образом, что воображение невольно дописывало то, что может под ним скрываться. И в такие моменты Ария резко отводила взгляд, скрипела зубами, яростно поедая свой завтрак. Рейчел, видимо, рассчитала распорядок её дня, потому что все эти дни, когда Ария после пробежки спускалась на кухню, на столе её ждала чашка (какая неожиданность) каши. Рейчел будто рвалась угодить, запоминая её предпочтения в еде. За что получала короткое «спасибо». По большей части в таких коротких фразах и заключалось их общение.       Если бы не тот факт, что отныне Ария поневоле должна проявлять какую-никакую, но вежливость, то она вообще игнорировала бы Рейчел. Все бытовые вопросы она решала перед уходом напрямую с миссис Маккой, поэтому надобность о чём-то говорить с Рейчел попросту отпадала. Но так как совсем молчать Ария тоже не могла себе позволить, то она сократила всё общение до пары общепринятых фраз: доброе утро, спасибо, да, нет. До «спокойной ночи» не доходило, потому что по её возвращению в дом, а это происходило не раньше одиннадцати вечера, Рейчел, к великому облегчению, больше не попадалась на глаза. Пока, во всяком случае.       Ария даже представить боялась, как она отреагировала бы, если бы они провели вечер вместе. Если бы она наблюдала, как Рейчел томно потягивается от усталости прошедшего дня или бездумно потирает оголённую шею, что она сделала как раз этим утром. Этот жест вызвал у Арии особый бесконтрольный порыв плоти, потому что в тот момент перед глазами предстала немного иная картина. Вместо ладони на этой изящной шее, она вдруг увидела свои губы, которые с жадностью впивались в такую нежную на вид кожу.       Утробное рычание нарушило тишину кабинета, и Ария ожесточенно ударила руками по столу. Она снова позволила себе увлечься, но вовремя остановилась. Тело не успело отреагировать. После того позорного случая, который она до сих пор с остервенением бойкотировала, заставляя сознание вычеркнуть из памяти моменты, когда в ней вспыхнуло дикое желание. Желание развернуть Рейчел спиной, нагнуть и взять прямо там, у чёртовой кухонной ниши. Хуже всего было, что она ощущала собственный провал. Унижение за то, что не она смогла управиться с собой, и пришлось удовлетворять себя, когда в голове встал образ соблазнительного тела. Она обязана прекратить об этом думать! Она не может, просто не имеет права, чувствовать подобный зов по отношению к Рейчел. Только не к ней. И Рейчел тоже ничего не имеет на уме. Ария убеждала себя, что двусмысленное поведение Рейчел лишь плод её воображения. Потому что в противном случае…       А что в противном случае, Ария не смогла бы сейчас ответить. Избавить себя от общества Рейчел теперь не представлялось возможным. Ей ничего не оставалось, как терпеть и игнорировать. И сбегать. Как она делала всё это время. Ария просто избегала Рейчел по мере возможности, и пока это работало. Так почему не должно работать и дальше.       Выровняв непроизвольно сбитое дыхание, Ария выпрямилась и нажала кнопку внутренней связи.       — Да, мисс Доннали? — отозвался на другом конце голос секретарши.       — Джессика, свяжись с мистером Мейсоном и сообщи, что через полчаса мы выезжаем.       — Будет сделано, — услышав бодрый ответ, Ария слегка хмыкнула. — И приготовь мне кофе, пожалуйста.       — Будет у вас через пять минут.       Молодая девушка с рыжими кудрями и искристыми глазами напоминала Арии Кейлен, чем вызывала некое тепло в груди. Разрыв с сёстрами с каждым днём ощущался всё резче. Внутренний дискомфорт отзывался глубокой тоской по дому. Ария находила в себе силы игнорировать потребность рвануть назад и восстановить связь, почувствовать себя снова целостной. Потому что сейчас она себя такой не ощущала. Из неё будто вынули орган. Жить можно, но чего-то постоянно не хватает. Чего-то важного, приносящего внутреннее успокоение, что смягчало её душевные терзания. Они впервые расстались на такой долгий срок, что будет испытанием для них всех. Телефонные разговоры помогали удостовериться, что всё нормально, но это ни в коей мере не могло заменить личное присутствие. Успокаивало то, что домочадцы, не желая слушать никаких доводов, вернулись в Нью-Йорк. Если станет совсем-совсем невыносимо, несколько часов езды на машине, и они снова вместе. Но в ближайшее время Ария не видела возможности покинуть город, а приехать сёстрам она и дальше категорически запрещала.       Короткий стук в дверь, и на пороге показалась Джессика с двумя чашками кофе на подносе.       — Мистер Мейсон сейчас придет. Он тоже кофе попросил, — ответила она с улыбкой на немой вопрос начальницы.       — Спасибо, — как только чашка оказалась перед ней, Ария сразу приложилась к ней губами, наслаждаясь обжигающей горькостью напитка. — После нашего отъезда ты можешь идти домой.       — Спасибо, — обрадовалась Джессика. — У меня сегодня день рождения, как раз успею подготовиться до прихода гостей, — защебетала она, хлопнув в ладоши и сияя улыбкой. — Спасибо, вы лучшая. Мистер Эванс никогда не отпускал меня раньше. Даже наоборот, часто оставлял дольше. А вы так много работаете, но требуете совсем немного. Не понимаю, почему вас все так боятся? Вы такая… крутая, — длинная речь была произнесена на одном дыхании, поэтому последнее слово вышло на выдохе с неким благоговением. Джессика прижала руки к груди и смотрела на Арию восхищёнными глазами.       Та поперхнулась кофе от внезапного обилия новой информации. Оставляя чашку на столе, Ария откашлялась.       — Кх… спасибо, — сдержанно ответила она, внешне оставаясь невозмутимой, когда про себя улыбнулась такой непосредственной болтливости. — Что же, в таком случае с днём рождения. В следующий раз, если у тебя снова будет причина уйти пораньше, просто спроси. Как ты уже заметила, мне не требуется твоё постоянное присутствие.       — Да, я уже заметила. Мне даже неудобно становится, что я практически ничего не делаю, а зарплату получаю ту же. Мистер Эванс, правда, тоже не доверял мне ничего, кроме как отвечать на телефонные звонки, устраивать встречи, готовить кофе и иногда, если Грег был занят, печатать нудные письма.       — Грег? — Ария заинтересованно вскинула бровь.       — Он был личным помощником мистера Эванса. Он делал всю важную работу, а когда узнал, что теперь всем будете заправлять вы, возмутился, что не собирается работать на женщину и уволился, — секретарша раздражённо закатила глаза и фыркнула. — Это его мистер Эванс науськал. Сам женщин ни во что не ставил и Грегу вбил это в голову. А я вот рада, что теперь на вас работаю. Мистер Эванс, наверное, в гробу перевернулся бы, если бы узнал, что его предприятием заправляет женщина, — в кабинете раздалось плохо сдерживаемое хихикание. — Это так будоражит, — Джессика восторженно всплеснула руками и снова прижала их к груди.       Переваривая сказанное, Ария откинулась в кресле и скрестила руки.       — Если здесь так скучно, почему не уедешь?       — Куда я уеду? — Джессика как-то сдулась и пожала плечами. —  Здесь моя семья. У мамы пять лет назад случился инсульт. Я как раз колледж заканчивала. Пришлось вернуться. Отец один бы не справился. За мамой ухаживать, работать, и у меня ещё младшая сестра в старшей школе учится. До инсульта мою должность мама занимала. Это она меня пристроила. Она почти двадцать лет на Эванса работала, наверное, поэтому он согласился меня взять. Мой парень тоже на вас теперь работает, между прочим. Как и мой отец. Они на производстве. А ещё моя тётя, она…       — Я поняла, — Ария вскинула ладонь вверх, прерывая нескончаемый поток слов. Она подозревала, если не остановить падкую на болтовню девушку, она поделится всей своей родословной. — Каждый второй в этом городе как-то связан с предприятием.       — Точно, — Джессика быстро закивала. — Теперь вы главная в городе, и многие надеются, что с вашей помощью хоть что-то изменится.       — Что, например? — Ария подалась вперед. Открытость и отзывчивость секретарши была главной причиной, почему она осталась на должности. Ария надеялась, что неосознанно та выболтает стоящую информацию. И, кажется, дело сдвинулось.       — Ну, не знаю точно, — девушка замялась и опустила взгляд. — Для меня, например, уже изменилось. Вы относитесь ко мне, как к человеку, — она подняла на Арию взгляд, улыбнувшись скромной улыбкой.       — А до этого к тебе как относились?       — Как к малолетнему ребёнку, — буркнула Джессика. — Мистер Эванс считал, что женщины не блещут умом, и всякий раз не уставал об этом напоминать. И мистер Паркер, ну, его зять, вы, наверное, знаете, так вот он тоже, когда бывал в плохом настроении, всегда рявкал, что от меня никакого толку, тогда бы уж лучше дома сидела да парню угождала. А я даже не его секретарша, — её губы обиженно поджались. — Мама всегда говорила, что не завидует их жёнам. Жить с такими мужчинами - себя не уважать. Помню, когда я была младше, мама не раз повторяла: лучше жить просто и небогато, но довольной, чем быть запертой в золотой клетке и несчастной, как миссис Паркер и миссис Эванс.       Реакция была мгновенной. Имя Рейчел, будто особый условный стимул, неизбежно привёло к рефлексу — тело напряглось, спина выпрямилась, а взгляд потемнел. Глубоко втянув воздух, Ария твердила себе расслабиться.       — Отчего такие выводы, что женщинам в доме Эвансов плохо живётся? — произнесла Ария ровно, стараясь не показывать истинный интерес к этой теме. Насчёт Дианы Эванс она уже не сомневалась после их разговора. Та поведала достаточно, чтобы понять, что её жизнь на самом деле не блистала счастливыми временами. А вот картина с Рейчел вместо того, чтобы проясниться, мутнела с каждыми новыми фактами. Состроенный в ее голове план мести по отношению к Рейчел рушился буквально на глазах, и она просто не успевала вводить корректировки. Ей приходилось на ходу подстраиваться под постоянно меняющуюся ситуацию. И это опустошало, вытягивало неимоверно много сил. Её видение, в какой роли должна выступать Рейчел, пошатнулось, и с такими, кажется, незначительными крупицами сведений оно значительно накренялось, угрожая рухнуть. В таком случае Арии предстояло не просто переосмыслить свой план, а уйти глубоко в себя, вывернуться наизнанку и признать, что прожила большую часть своей жизни, строя планы мести человеку, который давно расплатился сполна. Но пока Ария твёрдо отвергала такую вероятность. И не только потому, что у неё не было тому доказательств, но и потому, что она попросту была не готова к такому повороту. Была не готова по-другому смотреть на Рейчел. Слишком много и долго было заперто глубоко внутри то, что могло сокрушительной силой изменить её сущность, ослабить выдержку, и что ни в коем случае, ни под каким предлогом нельзя позволить поднять на поверхность. Сейчас больше, чем когда-либо, Ария должна оставаться сильной и непоколебимой. Поэтому она сжала челюсти и смерила Джессику испытующим взглядом. — Так откуда такое умозаключение? — повторила она, так как девушка перед ней несколько занервничала.       — Ну, — протянула она, потирая ладони, и слегка покраснела. —  Сплетничать ведь нехорошо…       Ария мысленно фыркнула. А то она не знает, с каким упоением жители такого маленького городка перебирали косточки каждому, у кого происходило малейшее изменение в жизни.       — Смелее, Джессика. Мне просто интересно. Мне даже некому рассказывать это. Да и незачем. Я просто желаю получше узнать жителей города, в котором проведу неизвестно сколько времени, — подбодрила Ария, заставляя себя слабо улыбнуться.       Джессика оглянулась на дверь, удостоверяясь, что входить в этот момент никто не собирается, поправила пояс своей цветастой юбки, бросила ещё один короткий взгляд через плечо и только потом сделала шаг ближе и заговорила таинственным голосом.       — Мой парень рассказывал, что слышал у себя на работе, как мужчины обсуждали, правда ли, что мистер Паркер изменяет своей жене. Они ещё диву давались, как можно изменять, если дома тебя ждёт такая шикарная женщина, — она многозначительно хмыкнула. Ария сжала челюсти и кивнула, побуждая продолжать, одновременно гневно вытесняя возникший перед глазами образ Рейчел, подтверждающий, насколько роскошной была эта женщина. — А ещё она никогда не смеётся и ни с кем не общается. Мама-то чаще её видела из-за работы, так вот она после каждой встречи твердила, что ей жаль миссис Паркер, потому что взгляд её всегда какой-то грустный, пустой, даже если она улыбается. На людях-то они с мистером Паркером всегда вместе, но мама уверяет, что всё это напускное. Говорит, нельзя верить богатым, — на последних словах Джессика виновато улыбнулась, опустив глаза на сцепленные в замок руки. — Но не все, конечно. Вот вы…       — Всё хорошо, — отмахнулась Ария. — Меня ты не имела в виду. Продолжай, что ещё говорила твоя мама, — с ухмылкой добавила она.       — Она всегда спорит с тётей Карлой. Та считает, что мама слишком доверчивая и наивная. Такие, как миссис Паркер, не могут быть несчастными. У них всё есть, и им не надо работать. И что миссис Паркер строит из себя холодную, надменную… стерву, — почти шёпотом промямлила Джессика. — Но мама не верит, да и я тоже. Мамина подруга работает в приюте, куда миссис Паркер часто приходит. Так вот она говорит, что не раз убеждалась, какая добродушная и ласковая миссис Паркер с детьми. Она так много для них делает. Вот только тётя Карла только фыркает и говорит, что та грехи свои так замаливает. Вот, — на одном дыхании закончила она.       Пока секретарша делилась сплетнями, у Арии в груди появилась необъяснимая тяжесть. Некое беспокойство или тревожное волнение. Разумом она понимала, что нельзя доверять городским слухам, но почему тогда она принимала услышанное так близко к сердцу? Влияние Рейчел на её внутренний мир сказывалось всё ощутимей. Ария уже пожалела, что начала этот разговор. Она не успела открыть рот, чтобы отправить секретаршу собираться домой, как та резко нахмурилась, явно желая сказать что-то ещё.       — А ещё мама говорит, что мистер Паркер водит дружбу с Большим Джоном и поэтому не может быть хорошим мужем. Никто не может быть хорошим человеком, если тесно общается с Большим Джоном, — рот Джессики скривился, будто одно упоминание этого имени заставляло её испытывать отвращение.       Но это было ничто по сравнению с тем, что в этот момент испытала Ария. Это была не просто вспышка — мощный взрыв смертельно опасной ярости ударил по каждому нервному окончанию. Руки затрясло мелкой дрожью, пришлось вцепиться ими в подлокотники кресла. Тяжело втянув воздух, Ария едва сдержала себя, чтобы не вскочить.       — На сегодня довольно разговоров, — слишком жёстко бросила она, едва сдерживаясь. Ей срочно необходимо было движение, или она взорвётся. Просто жизненно необходимо стереть омерзительную улыбку самого бесчеловечного из ублюдков. — Ты можешь идти домой.       Ария поднялась, но медленней и сдержанней, чем требовала взбесившаяся тьма. Как раз в этот момент зашёл Мейсон, вызывая у Арии толику облегчения. Теперь они могли ехать.       — Мы уезжаем, — отчеканила она. Не ожидая возражений, она точными движениями упаковала ноутбук. — До завтра, Джессика, — добавила она на ходу и быстрыми тяжёлыми шагами покинула кабинет, а верный раб без слов молча последовал за своей госпожой. Джессика осталась стоять с приоткрытым ртом, не совсем понимая, что это сейчас было.       — Всё-таки у богатых свои причуды, — буркнула она, пожимая плечами, прежде чем прихватить недопитые чашки.

* * *

      Двухэтажное здание приюта значительно выделялось на общем фоне местности, где оно находилось. В отличие от других по большей части невзрачного цвета домов оно было выкрашено в жёлтый. За исключением пары окон на нижнем этаже, стёкла остальных были украшены самым разным образом. На каких-то можно было различить детские разноцветные отпечатки рук, на других - вырезанные из бумаги фигурки животных, а на некоторых красочные рисунки были нанесены прямо на стёкла. Выходящая на дорогу часть участка, окружающего дом, радовала глаз своей ухоженностью и обилием зелени. Прямо над главным входом большими «пританцовывающими» цветными буквами было написано «Детский приют Эвансов».       За исключением своих домочадцев, Ария предпочитала ездить одна. Находиться с кем-то чужим в одном салоне автомобиля было сравнимо с вторжением в её личное пространство. Поэтому в приют они с Мейсоном приехали раздельно. Припарковавшись вдоль тротуара, Ария вышла из машины. Бросив хмурый взгляд на затянутое тучами небо, Ария подняла воротник плаща и двинулась к главному входу. За те десять минут, что она была в дороге, ей удалось утихомирить разбушевавшиеся эмоции. То, что эта мразь Большой Джон находится где-то в городе, Ария осознавала и понимала, что рано или поздно столкнётся с ним и Паркером-старшим лицом к лицу, и думала, что готова к этому. Как оказалось, не совсем, если одно упоминание в разговоре чуть ли не стоило ей срыва. Она должна лучше управлять своими чувствами. Всё только начинается.       — Никто не знает о нашем приезде, как вы и велели, — учтиво сообщил адвокат, открывая дверь и пропуская Арию вперёд.       — Хорошо, — сухо отозвалась Ария.       Оказавшись в помещении она огляделась. В обе стороны от неё вели пустые коридоры. Откуда-то справа доносились слабые звуки музыки. Не зная, с чего начать, Ария направилась на шум. Спустя лишь пару секунд позади них негромко хлопнула одна из дверей, которых Ария насчитала минимум шесть.       — Я могу вам чем-нибудь помочь? — окликнул женский голос.       Прервав ходьбу, Ария развернулась. Им навстречу шла невысокая женщина средних лет. Большие круглые очки, деловой пиджак и длинная юбка придавали ей строгий вид, но при более близком расстоянии можно было увидеть сеть глубоких морщинок у глаз, какие бывают у людей, которые много и часто смеются.       — Добрый день, — первым вступил в разговор Мейсон. — Меня зовут мистер Мейсон, — он протянул руку и получил рассеянное рукопожатие, так как женщина наградила его коротким взглядом, возвращая главное внимание Арии. — Позвольте представить вам мисс Доннали, — его голос звучал почти торжественно, когда он представлял свою начальницу. —  Не знаю, в курсе ли вы уже о произошедших изменениях на предприятии Эвансов, но…       — Ох, — глаза под очками распахнулись в изумлении. — Конечно же! Рейчел уже оповестила меня, но она не говорила, что вы собираетесь сегодня нас посетить, — от спокойной и строгой женщины не осталось и следа. Она засуетилась, нервно оглядываясь, будто ещё не определилась, беспокоиться ли ей по поводу внезапного визита или радоваться.       — Наш приезд был спонтанным решением, — ровным голосом соврала Ария. — И зовите меня Ария, — она протянула руку, которую женщина обхватила своими двумя и возбуждённо потрясла.       — Рада с вами познакомиться, — затараторила женщина. — Меня зовут мисс Сойер. Я управляющая приютом. Если бы я только знала, — она растерянно всплеснула руками. — Мы бы встретили вас, как полагается. Может быть, даже дети для вас могли бы устроить небольшое представление. Они любят у нас всякого рода праздники. Да что там говорить, у нас что ни день, то праздник, — на губах управляющей расцвела мягкая улыбка. — Как сегодня, например. Правда, он уже подходит к концу. Но я могу вас проводить, если желаете…       — В этом нет нужды, — прервала её Ария сухо. — Может быть, позже. Мы здесь для того, чтобы сперва познакомиться. Я собираюсь пересмотреть все текущие проекты. Это просто один из них. Не придавайте нашему визиту слишком большое значение.       — Да что вы, — мисс Сойер уверенно покачала головой. — Вы ведь наш главный спонсор. И я вполне понимаю, что вы хотите знать, куда уходят деньги. Можете спрашивать меня о чём угодно. Я рада показать вам наше заведение. Может, и с детишками успеете познакомиться. Они у нас любят гостей.       — Может быть, — сдержанно ответила Ария. По правде говоря, она не очень горела желанием знакомиться с детьми. Не потому что не любила их, а потому что не знала, что с ними делать. За всю свою взрослую жизнь ей не доводилось иметь с ними дело. Она видела их на улице или в машинах, она слышала их смех или лепет, но всё на расстоянии. Она никогда не держала на руках ребёнка, не говоря уже о младенцах. Ей казалось это каким-то чужим и диким ощущением. Она никогда не представляла и не думала о детях в своей жизни. Поэтому предложение познакомиться сразу с кучкой маленьких человечков показалось ей немного пугающей.       — Хорошо. Я даже не знаю с чего начать, — мисс Сойер развела руками. — Что вас интересует?       — Можем начать с этого этажа. А пока вы показываете нам здание, можете рассказать о нём, — вмешался Мейсон учтиво, заметив нахмуренный взгляд Арии. Та посмотрела на него и кивнула в знак согласия.       — Отличная идея, — бодро отозвалась женщина и развернулась в сторону, откуда пришла. — В таком случае следуйте за мной…       Обход нижнего этажа занял около двадцати минут. Мисс Сойер оказалась общительной женщиной. Она рассказала, как они вместе с Рейчел подняли на ноги ставшее дорогим сердцу убежище для сиротских детей. Не переставала повторять, сколько сил и времени тратила миссис Паркер на их заведение, и что только благодаря ей и её семье всё это стало возможным. И каждый раз, когда упоминалось имя Рейчел, Ария неуловимо хмурилась из-за растущей тяжести в груди. Если бы она знала, что это имя будет и здесь преследовать её буквально в каждом втором предложении, то отправила бы Мейсона одного разведывать обстановку или выбрала бы другой день. Такой день, когда ей было бы легче выносить постоянное напоминание о женщине, которая становилась для неё всё большей загадкой. Хотя где-то глубоко в подсознании Ария догадывалась, что, вероятнее всего, такой день никогда не наступит. Поэтому она держала себя в руках и слабо кивала, пока управляющая показывала им столовую с маленькими столиками и стульчиками, при виде которых слегка хмыкнула. Всё было таким миниатюрным, что она казалась себе великаном, который при одном неверном движении может что-нибудь разломать. Кухня, где повара сами готовили еду, а не заказывали, как это делают большинство приютов, была светлой и сверкающей чистотой. Лишь у одного длинного стола две женщины раскладывали на многочисленные тарелки бутерброды и овощи. Мисс Сойер объяснила, что по поводу праздника обед был поздним и обильным , поэтому ужин дети получат более легкий.       Их взору предстали несколько малоинтересных кабинетов работников, две большие игровые комнаты. По их интерьеру и игровым принадлежностям Ария предположила, что они рассчитаны на разные возраста. Из рассказа она уже поняла, что дети здесь исключительно дошкольного возраста.       — Ну, вроде на этом этаже вы уже всё увидели. Остался спортивный зал.       — У вас есть спортивный зал? — удивилась Ария. Она не могла себе представить, где в этом здании находилось столь большое помещение.       — Ну, возможно, спортивный зал - слишком громко сказано, — улыбнулась мисс Сойер. — Большая комната со спортивным снаряжением. Идёмте, там как раз проводится заключительная часть праздника, — она повела гостей за собой, заворачивая за очередной угол, за которым оказался ещё одни коридор, стены которого были из стекла. — Это дополнительная пристройка. Изначально её не было. Благодаря усилиям миссис Паркер она появилась два года назад. Там у нас музыкальная комната и наш спортивный зал.       Чем ближе они приближались, тем громче доносились до них веселая музыка и детский крик, и было ещё кое-что, что увеличивалось. Непонятное внутреннее противоречивое чувство — хотелось ускорить шаг, чтобы быстрее достигнуть цели, и в то же время - растущее сопротивление, желание развернуться и идти в противоположную сторону, потому что ей не понравится то, что она там увидит. Из-за непонимания, от чего такие несуразные ощущения, возникло раздражение. «Похоже, встречи с ребятнёй не удастся избежать,» — скривилась про себя Ария. В двойной двери, к которой подвела её мисс Сойер, было встроено стекло, что позволяло спокойно следить за происходящим внутри. А то, что Ария увидела, заставило её зависнуть в пространстве в то время, как сердечный ритм ускорился примерно вдвое.       Мир словно замер по её сторону двери, в то время как по другую кипела жизнь — яркая, бурная, весёлая суета, в центре которой находилась Рейчел. Рейчел — во всём чёрном и немыслимо обтягивающем! Взгляд, словно прикованный, изучал каждый изгиб, каждое движение. К щекам прилил жар, и Ария сглотнула, не в силах оторваться от стройной, двигающейся в странном танце фигуры. Больше всего поражали изменения, произошедшие с Рейчел. Она не просто улыбалась. Было заметно, что она пыталась подпевать, но что-то постоянно заставляло её смеяться. Она буквально светилась. Глаза сверкали. Порозовевшее лицо светилось счастьем и безумной радостью. Это была определённо не та Рейчел, которую привыкла видеть Ария в доме. Эта Рейчел распространяла вокруг себя жгучую энергию, веселье и беззаботность. Она излучала некий свет, делая всё красочней. Она была прекрасна!       На какой-то миг сознание перенеслось на много лет назад, и Ария снова увидела перед собой белокурую девочку, освещённую мимолётным лучом света, показавшуюся ей маленьким чистым ангелом. Она почувствовала под грудиной нестерпимые тугость и жар. Словно что-то внутри яро рвалось наружу, в то время как грудная клетка сжималась, сопротивляясь этому желанию. Собственное тело показалось невыносимо тесным. В голове царил хаос. Мысли путались, создавая диссонанс. Ария не была уверена, то ли ей показалось, или виной тому было лёгкое головокружение, но мир вокруг неё будто пошатнулся. Ощущая мелкую дрожь во всём теле, она тряхнула головой и поморгала, желая избавиться от наваждения.       — Как вам наши маленькие супергерои? — раздавшийся рядом голос мисс Сойер вывел из транса.       — Прошу прощения? — Ария перевела на неё озадаченный взгляд.       — Дети, — управляющая кивнула на окно. — У нас сегодня день супергероев.       Арии стало неудобно, что она не сразу смогла вникнуть в разговор. Она позволила себе отстраниться от реальности и сейчас злилась своей оплошности. Не желая показывать, что у неё был момент слабости, Ария снова перевела взгляд за стекло, оставаясь внешне равнодушной.       — Интересные у вас праздники, — прокомментировала она, теперь уже осознанно оценивая происходящее.       Злость на себя усилилась, так как она только сейчас осознала, что кроме Рейчел, всё это время вообще ничего не воспринимала. А там было на что посмотреть. В помещении было ещё трое взрослых, окружённых множеством детей. Ария даже не пыталась их сосчитать, потому что те носились по самым немыслимым траекториям. Они смеялись, пели и что-то выкрикивали. Но больше всего в глаза бросались их костюмы. Ария не интересовалась ни комиксами, ни фильмами, но даже она узнала Супермена и Бэтмена, а были ещё и другие — с яркими накидками, шлемами или масками. Наконец Ария сообразила, что и облегающее одеяние Рейчел имеет смысл. Судя по кошачьим ушкам на голове и спускающемуся с поясницы длинному хвосту, наряд должен представлять из себя женщину-кошку. «Очень сексуальную женщину-кошку» — возникла в голове коварная мысль, и Ария поспешила обратить внимание на что-то менее провоцирующее. Она невольно улыбнулась, когда заметила, как несколько девочек усердно пытались запомнить и повторить движения Рейчел. Та, видя, что у них не очень хорошо получается, собрала их возле себя, села на корточки и начала что-то объяснять. Чем закончился урок, Ария не успела увидеть, так как рядом где-то снизу послышался короткий визг. Она и мисс Сойер одновременно повернулись на новый звук.       — Джонатан, почему ты здесь, а не внутри со всеми? — спросила мисс Сойер стоящего перед ними мальчика.       Ария даже не решалась судить, сколько ему лет. Для неё он был просто маленьким. Очень маленьким. Его макушка едва ли достигала ее бедра, с короткого расстояния определила Ария. Мальчишка будто не слышал вопроса управляющей. Он стоял, задрав вверх голову с широко распахнутыми глазами, в которых узнавалось неприкрытое восхищение. Приоткрытый рот лишь подтверждал, в каком восторге он находится, глазея на незнакомую гостью.       — Джонатан, поздоровайся с нашими посетителями, — мисс Сойер снова попыталась привлечь внимание ребёнка.       — Ты жена Бэтмена? — выдохнул ребёнок, выказывая интерес исключительно Арии.       Такое определение по отношению к себе Ария точно никогда не слышала, и её это очень позабавило.       — Джонатан! — воскликнула мисс Сойер, возмущённая таким поведением.       — Всё нормально, — вмешалась Ария спокойным голосом. — Почему ты так решил? — задала она встречный вопрос.       — Плащ! —  Джонатан ткнул в неё пальцем.       — Понимаю. Почему ты уверен, что я не сам Бэтмен? — потешалась Ария, с интересом наблюдая за реакцией ребёнка. Тот задумчиво нахмурился, разглядывая её ещё усерднее. И через короткое время он потряс головой, и на губах растянулась широкая улыбка.       — Ты не можешь быть Бэтменом. На тебе нет маски, и ты же девочка!       — Верно подмечено, — хмыкнула Ария и сложила на груди руки. Она бросила короткий взгляд на Мейсона и мисс Сойер. Те с улыбками следили за столь странным разговором.       — А ты на Бэтмобиле приехала? — не хотел униматься ребёнок, отчего Ария снова хмыкнула.       — Можно и так сказать, — прозвучал ответ, от которого у Джонатана загорелись глаза. Её машина была большая, чёрная и напичканная новейшей техникой — чем не Бэтмобиль для такого несмышленого существа, предположила Ария.       — А где он? Покажешь мне? Пожа-а-алуйста! — мальчик возбуждённо запрыгал на месте. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!       Вот сейчас Ария растерялась, не зная, как правильно ответить, на, казалось бы, несложную просьбу, но в тоже время… Это незнакомый ребёнок, она не могла просто взять его и отвести к своей машине.       — Машина на дороге перед зданием, — Ария неуверенно покосилась на управляющую, давая ей возможность самой решать. Джонатан тоже заметил этот взгляд, поэтому теперь смотрел уже на мисс Сойер.       — Пожалуйста, — попросил он жалобным голоском. — Я буду хорошо себя вести. Обещаю!       — Я не знаю… — женщина явно занервничала. — Ты разве не хочешь с другими выполнить прощальный танец перед ужином?       Как раз в этот момент музыка стихла, и началась новая песня, и Ария увидела, как все участники собрались вокруг и начали синхронно выполнять незамысловатые движения.       — Нет, — твёрдо ответил Джонатан, — Хочу увидеть Бэтмобиль!       — В таком случае, если мисс Доннали не возражает… — мисс Сойер посмотрела на Арию вопросительным взглядом, та в ответ небрежно пожала плечами, давая своё согласие.       — Что же, тогда идём.       Маленькая компания двинулась назад по коридорам к выходу. Оказавшись наконец на холодном осеннем воздухе, закутанный в пиджак мисс Сойер Джонатан не переставал издавать невнятные звуки полнейшего восхищения. Солнце уже село, но уличные фонари давали достаточно света на стоявший под одним из них автомобиль. Ария разрешила мальчику посидеть на пассажирском сидении. Когда же она с брелока включила зажигание и салон засветился, восторгу, сравнимому с благоговением, не было предела. Про себя Ария не переставала ухмыляться. Если бы она захотела, то могла бы для полной картины показать, что машина может управляться дистанционно, но решила, что и так произвела впечатление. В конечном итоге вместо предполагаемых пары минут они провели на улице около пятнадцати. Джонатан закидал её всевозможными вопросами, ответы на которые у неё находились не сразу. К счастью, на помощь пришла мисс Сойер. Слушая непрерывную болтовню ребёнка, Ария убедилась, что не зря порой называла Кей и Лексу детьми. Те тоже много болтали и задавали слишком много вопросов. Наконец мисс Сойер закончила экскурсию, строгим голосом напомнив, что Джонатану пора идти на ужин, а перед этим не забыть помыть руки. В конечном итоге Ария нашла ситуацию забавной, даже милой.       Когда ребёнок убежал выполнять указание, управляющая предложила посмотреть второй этаж. Там они пробыли недолго, так как наверху находились пустовавшие на тот момент спальни детей и воспитателей. Очевидно, все так или иначе были заняты внизу. Ария увидела и услышала достаточно, поэтому коротко поблагодарила женщину за потраченное время и предупредила, что, возможно, они приедут ещё раз. Довольная собой и тем, как всё сложилось, мисс Сойер предложила проводить гостей до двери. На обратном пути им пришлось миновать столовую, двойные двери которой стояли нараспашку, и откуда доносился гул. Проходя мимо, Ария машинально посмотрела направо и резко остановилась, что идущий позади неё Мейсон врезался ей в спину, что оказалось совершенно незамеченным. Все внимание Арии сконцентрировалось на одном человеке. Рейчел сидела за одним из столов на низком стульчике, держа на руках совсем ещё крохотное создание. Оно умещалось у неё на коленях. Пухлые пальчики теребили локон светлых волос. Видимо Рейчел успела переодеться. Высокий хвост исчез, позволяя волосам свободно спускаться по плечам. Вместо чего-то чёрного и недопустимо обтягивающего на ней была простая бежевая блузка и тёмная юбка. Когда взгляд Арии заприметил этот предмет одежды, в горле снова пересохло. Длина этой вещицы была слишком короткой, сглатывая, решила Ария. На согнутых ногах она едва прикрывала половину бедра. Не ведая, что за ней наблюдают, Рейчел наклонилась вперёд и проворковала над лепечущим младенцем, в то время как короткие ножки в ползунках настойчиво топали ей по груди. Но очевидно, Рейчел это нисколько не смущало. Она выпрямилась и взяла со стола стоящую перед ней бутылочку с белой жидкостью, и, что-то пробормотав малышу, начала его кормить.       У Арии снова перехватило дыхание, но в этот раз не от непрошеного влечения, а от нежности, с какой Рейчел смотрела на ребёнка. Если там, в спортзале, энергия в ней била ключом, то сейчас от неё исходила беспредельная нежность и теплота. Её улыбка обещала покой и уют. В глазах светилась любовь. Весь её вид — это доброта в чистейшем виде. Внутри Арии возникло ощущение потребности втянуть в себя хоть частичку этой доброты. Дотянуться и коснуться хотя бы кончиками пальцев того, кто источает что-то столь светлое, чтобы этот свет перешёл на неё и поборол кровожадную тьму. Не осознавая, что делает, Ария подалась вперёд, но раздавшийся рядом негромкий голос вовремя её остановил.       — Это малыш Луис. Он у нас совсем недавно, и он самый младший. Ему четыре месяца. Мать от него отказалась, — подсказала мисс Сойер, ошибочно решив, что Ария обратила внимание на ребёнка. — Рейчел проводит с ним столько времени, сколько может, пока она здесь. Она убеждена, что нехватка физического контакта и тепла может плохо сказываться на его развитии, поэтому при любой возможности берёт его на руки, — женщина не скрывала мягкую улыбку в голосе.       У Арии почему-то больно кольнуло в груди. Грусть и тоска нахлынули мощным потоком. В груди уже не просто болело, а жёстко резало. Появилась мысль: а что, если бы она в своё время попала в такие же нежные и добрые руки, что если бы и ей дарили любовь и ласку, когда она больше всего в них нуждалась? Если бы ей нашли любящих родителей, которые окружили бы её заботой и теплом. Если бы она не познала насилие и жестокость, если бы тьма не поработила её сущность. Как тогда бы обернулась её судьба? Где она бы сейчас была? И с кем? Водоворот вопросов и альтернативных реальностей начали давить в голове.       Именно в этот момент Рейчел подняла глаза и посмотрела на двери. На губах всё ещё играла мягкая улыбка, и на мгновение Ария потерялась, окунулась в светящуюся нежность в глазах, запоздало ощущая возникшую влагу в собственных. И в следующую секунду взгляд Рейчел изменился, став недоуменным, вопросительным и слегка нахмуренным. Это отрезвило Арию, и она отшатнулась с неким страхом, будто её застали за чем-то постыдным. Заметили её слабость и беспомощность, как тогда, когда приёмная мать застала её за переодеванием в женское платье, и теперь её тоже будут осуждать и клеймить презрением. Как она позволила такому случиться?! Гнев, неудержимый, сметающий всё на своём пути, поднялся из самой тьмы, требуя выхода. Но Ария не позволила этому случиться. Она была сильной, она справится. Особенно сейчас это было жизненно необходимо, просто чтобы доказать, что теперь никто не сможет её вывести из себя. К чёрту всё! К чёрту Рейчел и её нежность! К черту глупые представления от том, а как было бы, если бы… Кому нужны эти никчёмные бестолковые мысли от том, что всё равно уже никто не в силах изменить! Скрипя зубами, она коротко кивнула в знак приветствия и в ответ получила смущённую неуверенную улыбку, которую она уловила лишь краем глаза, так как уже развернулась к управляющей.       — Мы сами найдём выход, — резко заявила она и ринулась вперёд, преследуемая верным адвокатом.       Мисс Сойер могла лишь озадаченно наблюдать, как гости стремительно исчезли за углом.       Ария с грохотом откинула от себя входную дверь и буквально вывалилась на свежий воздух. Она только не могла наполнить им лёгкие. В горле будто находился какой-то барьер, не позволяющий дышать. Перед глазами было мутно. В голове каша, дикий беспорядок из самых противоречивых чувств, от которых выворачивало наизнанку. Ария ощущала, что ещё немного, и её действительно вырвет.       — С вами всё в порядке? — Ария уставилась на Мейсона гневным взглядом, скрывая свой испуг, так как совсем забыла о его присутствии.       — Уезжай! — рявкнула она, сжимая кулаки, не желая, чтобы он заметил охватившую её дрожь. —  Увидимся завтра в офисе, как обычно, — процедила она напоследок. Но Мейсон мешкал, обеспокоенно поглядывая на свою госпожу. — Сейчас же! — повысила Ария голос, и больше Мейсон не смел ослушаться. Он быстро попрощался и шмыгнул в свой автомобиль.       Как только его машина исчезла из виду, Ария бросилась на другую сторону улицы за пышный куст, и её стошнило. Мерзко, с отвратительным запахом, будто сама тьма желчью выходила из организма. Когда позывы закончились, дышать на удивление стало легче. Что Ария и сделала, наполнив лёгкие до отказа и поднимая голову вверх. «Это был тяжелый день» — пронеслось в голове, когда она в какой-то прострации всматривалась в тёмное небо. «Нужно поскорее его закончить.»