Простите, я влюбился

      Тик-так.       За окном нещадно палило солнце, и его косые лучи падали на грязно-белый пол аудитории.       Тик-так.       Юноша посмотрел на своих однокурсников, старающихся не шуметь и не навлечь на себя гнев своего преподавателя. Пятьдесят ребят самой разной масти, каждый мастерски владеет каким-либо искусством. И каждый боится преподавателя.       Тик-так.       Юлиан перевел взгляд на свою работу. Почерк у молодого дракона был ровный, что говорило о его спокойном нраве. Перечитав свои записи, парень поднял глаза на черную доску, где размашисто было выведено задание: «ПОЛНОСТЬЮ ПРОАНАЛИЗИРОВАТЬ СУЩЕСТВО, НАХОДЯЩЕЕСЯ ПРИ СМЕРТИ. СУЩЕСТВО И ЕГО РАСА НА ВЫБОР». Да, все-таки это Великая Цитадель, одно из самых престижных адских учреждений, где ты должен знать даже такие вещи. Недаром сюда сдают тех, кто собирается связать свою жизнь с войнами. Юлиан же попал на поток «общественников», то есть тех, кто будет наслаждаться гражданской жизнью. Если, конечно, жизнь в Аду можно назвать наслаждением.       Тик-так.       Сидящий за столом преподаватель буквально резал взглядом каждого, кто осмеливался издать лишний раз какой-либо шум. «Как можно допускать к работе с учениками такого демона?» — этот вопрос мучил как всю Цитадель в целом, так и Юлиана в частности.       — КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ПАРЫ, — громким голосом известил цитадельческий глашатай.       Все тут же подскочили, будто их ужалили в одно место. Торопливо собрав вещи, Юлиан схватил свою работу и поспешил спуститься к преподавателю. Положив тетрадь на стол, он развернулся и вторым вышел из кабинета. Тут же с плеч словно гора спала. Золотой дракон поправил книги в сумке, как вдруг ему на плечо опустилась чья-то горячая рука. Парень обернулся и с облегчением улыбнулся невысокой девушке.       — Привет.       — Привет, — улыбнулась она в ответ, — как экзамен у господина?       — Ох, не говори мне об экзамене. Как вспомню, так вздрогну. Почему его допускают к работе с подростками? У меня скоро нервный срыв будет, если я продолжу встречаться с ним глазами.       Элла (а так и звали девушку) тряхнула фиолетовыми волосами, взяла Юлиана за локоть и пошла по коридору к фойе.       — Это наши проблемы, преподавателям наплевать. Но согласись, господин хорошо подготавливает. Кстати, как твое ребро?       Юлиан вспомнил тот день, когда сломал себе ребрышко во время подготовки к сдаче зачета по боевым искусствам. Совсем недавно сняли повязку, ничего не болело, но дракон то и дело трогал место перелома, пытаясь нащупать бугорок сломанной кости.       — Все нормально. У меня все на сегодня, если честно. Ты уже свободна? — дракон осторожно обходил встречных адептов, которые громко обсуждали экзамен, предстоящие игры или разговаривали о чем-то своем.       — Да, но нам с тобой нужно получить стипендию.       Юлиан только сейчас догадался, почему подруга потащила его в фойе, а не в раздевалки, где висело полторы тысячи пальто, курток и плащей, принадлежавших студентам.       Пара без проблем покинула широкий коридор, наполненный народом, вышла в прохладное фойе со светло-желтой плиткой на полу и направилась к двойной двери бухгалтерии. Черная железная створка с тихим писком распахнулась, и из нее вывалилось несколько адептов, радостно потрясавших конвертами. У некоторых конверты были с золотой поблескивающей печатью. Такую ставили тем, кто отличился и получал премию. Компания демонов и вампиров громко переговаривалась между собой и даже не заметила Эллу и Юлиана. Двое пропустили их, после чего вошли сами.       Бухгалтерия была большим залом, по периметру которого стояли столы. Пол разделен на сектора, и каждый луч, отделявший один сектор от другого, блекло сверкал. Адепты пошли в свой сектор с ярко-зеленой цифрой «2» в воздухе. Здесь, во втором отделении, все студенты получали стипендию. Четырнадцать дубовых столов, каждый на определенный курс, были заставленными кипами бумаг, и за каждым сидел один сотрудник.       Первое, что бросилось в глаза дракону, был вовсе не яркий свет и даже не огромное количество работников — он к этому привык. За столом, у которого они обычно получали свои долгожданные денежки, сидел новенький демон. Юлиан даже замедлил шаг, думая, что они ошиблись, но все же совладал с собой и подошел вместе с Эллой к незнакомцу, гадая, где же их скряга Бурменд, противный старикашка с зеленым лицом.       — Здравствуйте, — певуче поздоровалась девушка.       Сидящий поднял глаза. Дракон даже вздрогнул, едва на него посмотрели. Очи у новенького были ярко-зеленые, точно молодая весенняя трава. Красивый голос еще более ввел Юлиана в транс:       — Дня доброго, ребятки. Курс?       — Третий, — ответила Эл, продолжая улыбаться. — Элла Фейфер и Юлиан Деркомн.       Зеленоглазый кивнул, пробежался длинными пальцами по стопке бумаг, из которых выглядывали хвостики указателей, и ловко вытащил два конверта.       — Спасибо, — Элла отошла, едва получив свою стипендию.       Незнакомец повертел в руках второй конверт и протянул его Юли:       — Поздравляю, Юлиан Деркомн.       Дракон изогнул бровь, глядя на демона. Он хотел уже спросить, с чем его поздравляют, но заметил на белой бумаге золотую печать. Элла выглянула из-за его плеча и радостно ахнула. Дракон успел лишь расслышать ее тихое «молодец», как вдруг его грубо оттолкнули. Парень пошатнулся и чуть не упал.       — Широкий очень?! Ой… — Юлиан прикусил язык, узнав наглеца.       Их преподаватель, которому они только что сдавали экзамен. Отлично. Темноволосый мужчина обернулся на его возглас и пригвоздил взглядом к полу. Рука молниеносным движением сбросила со стола все бумаги, а звучный голос мужчины приказал:       — Собирай. Даю тебе минуту.       Уже испытавший на себе злость этого демона, Юли опустился на колени и смиренно стал собирать листы.       — Зачем ты так? — покачал головой зеленоглазый, обращаясь к своему строгому знакомому.       — Будет знать как нужно разговаривать. Скажи мне, милый мой Вацлав, сколько мне накапало в этом месяце?       — Я не помню. Мне сейчас не до твоей зарплаты, я пытаюсь со стипендиями разобраться, если честно, — Вацлав встал из-за стола и принялся помогать Юлиану с бумагами. Он хотел еще что-то сказать, но собеседник обронил стандартное «понятно» и ушел так же быстро, как и появился, прихватив с собой Эллу. У девушки была задолженность по боевым искусствам.       Юлиан, собирая бумаги и стараясь их сильно не путать, украдкой посматривал на Вацлава. Зеленоглазый был достаточно молодым мужчиной с виду, имел правильные черты лица. И все же, так же как и у Юли, самое примечательное в нем были его глаза.       Вацлав заметил внимание к своей персоне и улыбнулся:       — Можешь не собирать, я справлюсь сам.       — Нет, что вы, это же меня наказали, это вам не стоит мне помогать.       — Чем быстрее я с ними закончу, тем раньше уйду.       Дракон мелко улыбнулся. Его взгляд упал на рубашку демона, точнее, на нагрудный карман, на котором висело его имя «Вацлав Рене». Златоглазый слегка удивился — эта фамилия была ему знакома.       — Как интересно. Я знаю девочку по имени Мира Рене.       Вацлав посмотрел на него. Улыбка несколько угасла, но демон все же ответил:       — Мира Рене моя племянница. Она сейчас болеет и лежит в госпитале. А я все никак не могу переговорить с ее новым лечащим врачом.       — Я ассистирую у мистера Сарко и вместе с ним наблюдаю за вашей племянницей. Мистер Сарко сейчас в отъезде, поэтому я веду ее один. Временно.       — Вот как? — Вацлав удивленно поднял брови. В груди пробудилось волнение насчет Миры. — Значит, я могу поговорить о ней с тобой?       — Конечно, — тут же согласился дракон, поддавшись звучанию красивого голоса. — Можете приходить каждый вечер, я приму вас. Днем я на занятиях…       Вацлав улыбнулся и кивнул. Они вместе собрали все бумаги, разложили их на столе и после попрощались. Юлиан получил визитку, где значилось, что Вацлав задействован не только в бухгалтерии Цитадели, но и заведует крупным отделом в казне города Аббадона. Парень спрятал карточку в сумку, туда же положил свою стипендию с бонусными сотнями и легкой походкой вышел из зала. Все то время, что он искал Эллу, дракон прокручивал в голове всю информацию относительно Миры Рене. «Нельзя облажаться!» — твердил он себе. Ему было не ясно, почему его так взволновал Вацлав. Наверное, парню понравилось это легкое общение. А может, всему виной глаза изумрудного цвета. Что бы то ни было, Юлиан четко понимал — он хочет встретиться с этим демоном вновь.

***

      Часовая стрелка подходила уже к восьмерке. Юли сидел за своим столом в небольшом кабинете, снова и снова перечитывая одну и ту же карту. Ему хотелось дать Вацлаву как можно больше информации о состоянии Миры, поэтому он готовился к этой встрече, будто бы это итоговый экзамен.       В тысячный раз перечитав все записи, дракон кинул взгляд на часы. «Может, он не придет сегодня?» — подумалось ему. Но нет, раздался стук. Юноша подскочил, и от этого упал стул, громко стукнувшись об пол. Юлиан чертыхнулся, торопливо вернул четвероногого слугу в прежнее положение и выпрямился, когда дверь тихо открылась. В проеме оказалось лицо с глазами-изумрудами.       — Можно?       — Конечно! Здравствуйте, — Юли вышел из-за стола, машинально поправляя свой желтый костюм, который носили все ассистенты и интерны.       — Добрый вечер, — Вацлав вошёл в кабинет и быстро окинул его взглядом. В руках у него был пакет, а по округлым выпуклостям можно было предполагать, что там фрукты и прочие полезные вкусности.       — Рад вас снова видеть, — дабы заполнить паузу, сказал Деркомн. — Сейчас уже поздно, думаю, не получится навестить вашу племянницу.       — Да? Ох, а я как-то не подумал. Слишком задержался в Цитадели. Я и не знал, что студенты настолько настырны и жадны до денег!       — Типичная характеристика студентов, — усмехнулся Юли. Только сейчас он смог несколько расслабиться. Украдкой глянув на демона, он мелко улыбнулся. — А можно узнать, когда вы пришли в бухгалтерию? Я вас раньше не видел.       — Я просто заменяю коллегу, вот и всё, — Вацлав сел на предложенный стул.       Дракон отчего-то покраснел. «Зачем я лезу не в своё дело?» — подумал он, снова занимая место, на котором сидел пять минут назад. Прочистив горло, парень глянул на карту Миры, а затем — на Вацлава. Было заметно, что тот терпеливо ждет, когда Юлиан начнет говорить.       — Ну-у, — медленно начал студент, — у Миры не такой уж тяжелый случай. Всего лишь обычная рыжая крапивница, ее еще называют лисьей лихорадкой. У Миры началось заражение примерно две недели назад. Только первый симптом — огрубевшая и пожелтевшая кожа — проявился не на руках, а на шее. Поэтому лечение пришлось назначать оперативно, но никаких ошибок совершенно не было, поэтому ваша племянница идет на поправку. Она большая молодчинка.       — Я знаю, — кивнул Вацлав, — когда она выздоровеет полностью?       — Я, как и мистер Сарко, не хочу торопиться. Иначе все наши успехи могут обернуться нам большими осложнениями.       — Мне нужно число, господин Деркомн.       Дракон поднял на него глаза. Его не так часто называли «господином», но его больше смутила не фраза, а тон, каким она была произнесена. До сего момента Вацлав казался не таким, как все остальные демоны. Он дружелюбно улыбался, отвечал только учтиво и ни в коем случае не давил. А сейчас явно дал понять, что от Юлиана ему требуется ответ, а вовсе не милые улыбочки и похвалы. «Демоны, — с легким разочарованием и раздражением подумал адепт. — Все им подавай сейчас и сразу».       — Если не случится непредвиденных ситуаций, вы сможете забрать Миру через неделю. Более точной даты я вам назвать не могу.       Вацлав снова кивнул. Повисла неловкая пауза, нарушаемая лишь рокотом маленький колесиков в коридоре — это по палатам развозили вечерний чай и лекарства. Юлиан в течение минуты еще смотрел на сидящего перед ним демона, но потом не выдержал и отвел глаза. Было в детях Преисподней нечто такое, что заставляет подчиняться им и желать спрятаться подальше, даже если ты прожил с ними бок о бок несколько лет. Плюс ко всему, у Вацлава взгляд был не столь завораживающим, сколь пристальным. От него становилось не по себе. Такой взгляд Юли всегда испытывал на себе на занятиях у одного-единственного преподавателя. Только если у него и были на то причины, то Вацлав точно не мог иметь повода.       Рене заметил, как неловко, будто в поисках спасения, дракон пошарил по столу, и опустил глаза на свои запястья.       — Простите, у меня со зрением проблемы. Не могу сразу же сфокусировать взгляд на предмете, поэтому долго приглядываюсь.       — Да нет, что вы, все нормально, — отмахнулся Юли, но, снова посмотрев на него, признался. — Это выглядит жутковато. Какая у вас болезнь?       — Врачебная ошибка. Несколько лет назад я прошел процедуру восстановления, у меня был серебряный рак, и во время процедуры хирурги слегка сместили поток тока, задели зрительный канал и вот, теперь у меня такой легкий недостаток.       Юлиан непонятливо посмотрел на него. Он впервые слышал про такой рак и про процедуру восстановления тоже. Куда ж ему знать о таком! Он работал на детском отделении, тем более был просто ассистентом. Выразительно глянув на демона, он даже не попытался скрыть, что не знает о том, что только что услышали его уши. Вацлав мягко улыбнулся:       — Серебряный рак портит энергетический центр. У меня была вторая стадия, поэтому мне удалось вырваться. А процедуру восстановления проходят те немногие демоны (он выделил это слово голосом), чье тело сильно пострадало. Психически, физически, морально — неважно. В ее результате восстанавливаются нервные клетки, поврежденные ткани, а еще убираются все воспоминания о вреде здоровью, поэтому то время, память о котором стерли, вычитается из количества прожитых дней, недель, месяцев. У меня забрали пятнадцать лет, поэтому теперь я даже не совершеннолетний. Вместо реально прожитых пятидесяти трех лет в моем табеле значится сорок один год жизни.       Юлиан чуть рот не открыл. Обо всем этом он не знал и даже не подозревал. Прокашлявшись, он тихо извинился и уставился в карту Миры. Через несколько минут молчания раздался его голос:       — Это ведь не запрещенная информация? Я могу без опаски жить дальше? — парень прекрасно знал, что порой за самые незначительные вещи в Аду могли убить, услышь ты о них. И законы у них странные…       Рене с улыбкой кивнул. «Ну вот, хоть на этом спасибо!» — сварливо подумал Юлиан, подмечая, что демон снова стал прежним — дружелюбным и добрым. Зеленоглазый вдруг хихикнул. Дракон тут же посмотрел на него, потом на себя, желая узнать, что так развеселило сидящего.       — Простите, — снова извинился Рене, — у вас такой вид… Как давно вы живете в Аду?       — Не так уж давно, чтобы хорошо понимать ваши законы, традиции и юмор. Вообще-то я родился в другом мире, но что-то заставило моих родителей переехать сюда, вместе со мной и моим братом, и тут же сдать меня в приют. Из того приюта меня перевели в другой приют другого мира. До пятнадцати лет я был там, а потом меня снова забрали сюда, зачислили в Цитадель, потом отчислили, потом снова приняли. Словом, я великий путешественник. За два с лишним года я еще не привык к вашим порядкам.       Вацлав слушал его с большим вниманием, и приятная улыбка не сходила с его губ. Юлиану польстило такое поведение, он еще более раскрепостился. Отодвинув от себя карточку Миры, дракон принялся рассказывать о своих первых опытах общения с демонами и ненароком высказался об этой расе весьма жестко — назвал их придирчивыми заразами. Сердце тут же охватил ужас — Вацлав же тоже демон! Юли посмотрел на него, ожидая, что его сейчас прижмут к столу и расплющат голову, как таракану. Но обладатель глаз-изумрудов только засмеялся.       — Я очень удивлен, что с таким свободомыслием вас еще не посадили, не наказали и не убили. Хотя убить вас осмелится лишь одна «придирчивая зараза». У вас же есть привилегия, которая сдержит даже…       — Привилегия?! — воскликнул удивленный Юлиан и тут же прикусил язык. — Простите… О какой привилегии вы говорите?       Пришла очередь Вацлава удивляться. Его красивое лицо вытянулось, правильной формы брови изогнулись. Немного помолчав, демон произнес:       — Вы ведь дракон, так?       — Да, золотой… Откуда вы знаете? Мой запах, да?       Демон покачал головой:       — Любой дурак знает, что запах можно подделать («Да ладно? Ну, значит, я не любой дурак» — подумал на это дракон). Вас выдают ваши глаза, и именно по глазам мы, демоны, вас узнаем из тысячи. И цвет чешуи тоже отражен в ваших глазах. Смею предположить, что в истинном обличье вы похожи на золотую статую, но не сплошного золота, а с прожилками, звездными точками, и, конечно же, это живая статуя благородного дракона.       Юли почувствовал, как предательски краснеют щеки и даже кончики ушей. Он отвел глаза от демона, боясь, что в ответ начнет нахваливать его глаза, его голос и его очарование. А ведь демон именно очаровывал. Дракону оставалось гадать: специально или нет?       — А что насчет привилегии? — тихо напомнил он.       — Все драконы благородных цветов — золотого, серебряного, бронзового — когда-то были связаны с Небесными. Только тогда у них не было прочной чешуи, и они звались вовсе не драконами и были отличны от тех, что сейчас существуют. Это были эмерфы — Небесные крылатые стражи с ровной белой кожей. Но они служили лишь украшением, прекрасными дозорными Неба. Они были беззащитны. И во время своего падения Его Темнейшество решил их спасти. Облек их тела в прочную чешую, наградил мощной мускулатурой, огромной магической силой, подарил им разум и человекоподобное обличье. И забрал с собой в Ад. Некоторых расселил в другие миры. А потом с их помощью породил и саму расу драконов. Вы — потомок одного эмерфа и настоящего дракона. В вас заключена часть Небес, поэтому вы неприкосновенны для убийства. Я удивлен, почему вас не забрали в Великую Столицу.       Юлиан сидел, как громом пораженный. Он жил все свои семнадцать лет, даже не подозревая, каков он на самом деле. Юноша беспомощно смотрел то на Вацлава, то на свои руки, то на стену. Его глаза бегали в поисках подтверждения или опровержения этих слов и не находили ни того, ни другого. Грудь волновалась, быстро вздымаясь и опадая. Чувства обуревали его, накрывали, точно бушующие волны. Злость — на семью, ведь они ничего не сказали. Удивление — он не считал себя кем-то столь важным. Облегчение — у него намного больше шансов остаться в живых. Страх — его ждут в Великой Столице. В самом Пандемонии. И этот страх больше всего другого охватил его.       Желая спрятаться, дракон встал из-за стола, на мгновение позабыв о Вацлаве, и отошел к окну. А там — сумерки. Злорцан — адская луна — прятался за обрывками туч. Юлиану стало зябко, он обхватил себя руками.       Мужчина понял, что на юношу этот рассказ подействовал очень сильно. Адепт дрожал, пусть не так заметно для других, но для демона это очевидно так же, как и то, что Юлиан — парень. Рене ощутил ответственность за то, что приоткрыл ему завесу на такую важную вещь. Тихо поднявшись, он подошел к нему и тронул за плечо.       — Не отчаивайтесь так. Многие из нас даже не подозревают о том, что скрывает наша биография от самих нас.       — Спасибо, — хрипло сказал дракон. — Я… я ценю то, что вы рассказали мне. А теперь, как мне кажется, нам стоит вернуться к цели вашего прихода.

***

      С того вечера они встречались каждый день. Если повезет, то в районе обеда — Юлиан видел демона в кафетерии, они обменивались приветствиями. А потом вечером, в больнице, и тут двадцать минут уделяли обсуждению здоровью Миры Рене, а остальные два-три часа просто общались. Как узнал Юлиан, у Вацлава много имен, под которыми он известен в том или ином мире. Демон не был женат, что Юлиан, хоть и со стыдом, но считал плюсом для себя. У Вацлава не было даже девушки. О личной жизни Рене ничего не говорил совершенно.       Как оказалось, у них много общего. Они обсуждали писателей, новости в области искусства (демоны, к удивлению многих, были отнюдь не такими любителями уродства и устрашающих вещей). Библиотека Юли пополнилась свежими томиками, в доме Вацлава все чаще стали появляться портреты и маленькие фигурки, которые Юлиан делал в свободное время. Элла подмечала, что у ее друга могут появиться проблемы, если он не перестанет постоянно витать в облаках. Особенно сильно ему угрожал их боевик-преподаватель. Сущее ходячее оружие, он начал поддевать Юли на известную только им двоим тему, и на все его выпады дракон фыркал и раздражался. А один случай чуть ли не лишил парня языка.       — Ты должен извиняться за то, что ничего не делаешь. А лучше — извиняйся за то, что у тебя появилась причина ничего не делать, юный мужелюбец, — сказал тогда преподаватель.       Юлиан, с кровоподтеком над губой и разбитой бровью, сплюнул.       — Простите, я влюбился, — язвительно рыкнул он.       Следом за этим язык парня вытащили, а на его корень надавило холодное железо — дуло огромного обреза втолкнули почти до гланд. На глаза выступили слезы, в грудь закрался страх. Да какой страх, настоящий ужас! Но сереброглазый демон лишь усмехнулся. На том потасовка и закончилась.       Юли предсказал Вацлаву выписку Миры через неделю. Только из-за отсутствия ведущего врача девочке не закрыли больничный, и она еще несколько дней провела в госпитале. В это время демон и дракон общались, с каждым разом все сильнее привязываясь друг к другу. А потом Миру выпустили — и приходить в больницу у Вацлава не было повода. В бухгалтерию он больше не возвращался — его коллега вернулся из отпуска. Да только это отнюдь не убавило встреч. Юлиан приглашал демона к себе в свою скромную комнатку, а Вацлав в свою очередь встречал парня на пороге своего дома, не столь сильно отличавшегося от остальных домов в городе.       В один из дней Юлиан снова пришел к нему, держа в правой руке очередную купленную книгу. Он уже ее прочел и теперь хотел дать ее Рене. Едва ноги коснулись каменной тропинки, из двери вылетел демон.       — Привет, Юлиан!       — Добрый вечер, — улыбнулся в ответ дракон и тут же протянул ему издание. — Смотри, эту занимательную книжку я выторговал у того скряги, который продает экземпляры в старых переплетах.       — За сколько?       — Двадцать золотых, хотя поначалу я предлагал только десять, а он требовал все тридцать.       — Вот же жук! — возмутился по привычке Вацлав, пропуская дракона в дом.       Юлиан вошёл, скинул с себя толстовку и последовал за своим другом вглубь его холостяцкого гнездышка. По пути юноша заглянул на кухню. Там, на столе, стояли два бокала и бутыль с вином. Юли посмотрел на Вацлава, ставившего принесенную книгу на полку, где были те произведения, что еще не прочитаны.       — Ты кого-то ждал? Или у тебя кто-то был?       — О чём ты? — демон изогнул бровь, запуская руки в карманы. Юлиан кивнул в сторону кухни. Вацлав сглотнул и улыбнулся. — Нет, просто… А ты не хочешь выпить?       — Я же не пью, ты знаешь, — дракон отвел глаза. — Нехорошие воспоминания.       Парень прекрасно помнил, чем закончилась его первая и последняя выпивка. Мало того, что у него потом со здоровьем были проблемы, так он еще и нарвался на плохую компанию, не постыдившуюся испробовать на нём свои умения хирургов и анатомов. С того раза у парня за ушком, недалеко от мочки, остался тоненький шрам от разреза, в который проводили трубку с веществом, восстанавливающим кость. Её тогда напрочь раздробили, и дракон не мог в течение нескольких недель двигать шеей, да и слух у него тогда тоже был на самом низком уровне.       Вацлав знал эту историю. Однако, подойдя к парню, он лишь мило улыбнулся:       — Ну, я же тебя не трону. Хотя бы один бокальчик. Или ты мне не доверяешь?       — Нет, я доверяю. Но я пить не буду, извини.       Демон вздохнул, но более никак не выдал своего огорчения. Снова улыбнувшись своему другу, демон провел парня в гостиную. Здесь они сели на диван, Вацлав принес плед для Юлиана, который тот так страстно любил, ведь он пах демоном. Зашёл очередной разговор на тему литературы, а затем постепенно перешёл на бытовые вещи. Они всегда так разговаривали. Просто сидели и наслаждались обществом друг друга.       Вацлав все же сходил на кухню и налил себе бокал. Юлиан никогда не видел демона пьяным. Он знал лишь, что тот с недавних пор стал курить, но его «перекуры» бывали не чаще раза в день, поэтому дракон не беспокоился на этот счет. Пока что не беспокоился.       — Юли, а ты мне когда-нибудь покажешь свое истинное лицо? — спросил Вацлав, когда часы пробили одиннадцать.       — Если ты хочешь, — парень ответил улыбкой и поднялся. — Уже поздно, мне пора домой.       — В такую темень? Сейчас везде патрульные. Оставайся у меня.       У дракона забилось сердце. Остаться на ночь… Что еще ему нужно? Плед есть, Вацлав есть, приглашение переночевать — есть. Лишь бы только не поддаться своим желаниям и соблазнам, которые заставляли его порою краснеть до кончиков ушей. Демон пошёл за дополнительной подушкой и простыней. Он намеревался уложить гостя в большом зале. Пока Вацлав возился с домашними делами, Юлиан сходил в ванную, умылся, сожалея, что у него нет с собой зубной щётки. Когда водные процедуры окончились, дракон вернулся в гостиную и внимательно осмотрел своё ложе.       — Спасибо, — он улыбнулся мужчине.       — Да не за что. Спокойной ночи.       Рене стоял рядом, и пока Юлиан второй раз оглядывал свое спальное место, незаметно взял его за руку. Юноша зарделся, смущенно улыбнулся и посмотрел на демона. Вацлав тоже стоял смущенный от своих действий, но держался молодцом. Шагнув к златоглазому поближе, тихо спросил:       — Ты хочешь, чтобы я это сделал?       Юлиан сразу понял, насчет чего говорит демон. Едва заметный кивок был ответом. Вацлав сглотнул, от волнения у него вспотели руки. Он неловко наклонился к Юли и боязливо коснулся его губ своими. В животе, как говорится, бабочки запорхали. Дракон сжал его пальцы и слегка привлек к себе. Целовались оба не на пятёрку, хотя Юлиан ожидал от Вацлава мастерства высшего класса. Ан нет, значит, демон не шутил, когда говорил, что у него никого не было за эти года.       Медленно отстранившись, юноша погладил его по гладкой щеке и улыбнулся.       — Ну, теперь точно спокойной ночи?       Вацлав стоял, как розовый поросенок, и по-детски улыбался. Коротко кивнув, пробормотав пожелание и повернувшись, зеленоглазый направился к себе. В душе у него царила буря, такая же сильная, как и у Юлиана. Однако, двое больше ни слова друг другу не сказали. Они тихо радовались тому, что произошло. С теми же светлыми мыслями они легли спать.       Этот день стал для них памятным.

***

      Голоса. Они мешают спать. Кто в такую рань будет разговаривать? Это, конечно, не очень громкий разговор… И все же даже шепот сейчас очень раздражал. Дракон приоткрыл один глаз. Через окно пробивались солнечные лучи, косыми линиями падая на его плед. Юноше было очень жарко, поэтому он откинул синюю материю. В коридоре все еще кто-то разговаривал. Юлиан потер глаз, спустил ноги на пол. Стук дверного замка. Златоглазый поднялся, как можно быстрее оделся и глянул на настенные часы. Они показывали без пятнадцати девять. Юлиан заторопился. Занятия начнутся через полчаса!       В гостиную прошел Вацлав в своем любимом халате. Он думал, что гость все еще спит, поэтому старался ступать как можно тише, но заметив суету пробудившегося парня, остановился.       — С добрым утром. Выспался?       — Привет, — быстро пробормотал дракон, застегивая ремень, — да, спасибо, поспал прекрасно. Извини, мне сейчас надо бежать, у меня учеба скоро начнется.       — Позавтракай хотя бы. На кухне все готово.       Юлиан подумал, что если принять предложение, то не нужно будет тратить терпение на ноющий желудок. Юноша улыбнулся хозяину дома и хотел уже собрать постель, но Вацлав отправил его на кухню. Через несколько секунд парень был уже там и с наслаждением потягивал фруктовый чай. Очень скоро к нему присоединился Вацлав.       — У тебя кто-то был? — спросил Юлиан, заметив не выпитые чашки с кофе.       — Да, знакомая приходила. Хотела остаться, но я сказал, что у меня гости, — демон выпил свою чашку кофе за раз и отправил ее в раковину.       Юли слегка смутился, понимая, что кому-то помешал. Он опустил глаза и стал разглядывать узор скатерти, но вовремя вспомнил, что ему нужно успеть зайти домой за сумкой, а потом сломя голову нестись в Цитадель. Залпом допив свой чай, он подал чашку Вацлаву и повернулся к выходу из кухни, но мягкая и мокрая рука взяла его за запястье. Дракон тут же посмотрел на Вацлава. Тот тепло улыбнулся.       — У меня для тебя подарок.       — Подарок?       — Да. Идём, — зеленоглазый вытер руки, снова взял запястье Юли и повел прочь из кухни.       Они пришли в его спальню. Демон открыл комод и достал из него какой-то круглый предмет. Через минуту Юлиан понял, что это сверток. Белая мягкая ткань окутывала нечто маленькое, размером с ладонь. Вацлав передал сверток своему гостю.       — Надеюсь, у тебя будет время ухаживать за ним. Он любит кроликов и мышей, а ещё обожает летать.       Юлиан заинтриговано посмотрел на Рене, а после развернул ткань. В ней был маленький… демонёнок. Только не такой, как многие другие. Он был очень маленьким, примерно с трехмесячного котёнка. Маленькие рожки красовались на голове, кожистые крылышки слегка подрагивали. Тело, напоминающее человеческое, было покрыто твердой черной кожей. Демонёнок спал.       — Какой милый… или милая? А он будет расти? Он разговаривать умеет? — засыпал вопросами Юлиан, восторженно оглядывая малыша.       — Это мальчик. Больше расти он не будет, как и разговаривать. Это просто демон-зверек. Он ручной.       Юлиан все изучал спящую малютку. Демон заворочался на ладонях, приподнял головку и осоловевшими от сна глазами посмотрел на дракона. Они были ярко-синие. Юли чуть ли не запищал в умилении и посмотрел на Вацлава:       — Спасибо! Только… только мне сейчас надо идти на учёбу. Можно пока что у тебя оставить? Кстати, почему ты его не подарил вчера?       — Мне его только утром привезли. Нравится?       — Ещё бы! — заулыбался дракон и погладил малыша. — Я тебя назову… Амелис. Ася. Маленький Асюшка.       Юлиан посмотрел на Вацлава, не сдержался и бросился ему на шею. Подарки ему дарили редко, а уж такие чудеса и подавно. Рене улыбнулся, обнимая дракона за талию, притянул к себе поближе и поцеловал в губы. Очередная волна радости хлынула в душу Юли. Со всей страстью ответив на этот поцелуй, юноша чуть не выронил Амелиса.       — Я люблю тебя, Вацлав Рене, — прошептал златоглазый. Его горячее дыхание согрело лицо демона. Он был полностью уверен в этом. К тому же, он не привык лгать. — Я дорожу каждым мигом с того момента, как увидел тебя в Цитадели.       Рене засмущался. Для него это было неожиданно, поэтому он с трудом собрал все свои мысли и ответил:       — Я… я тоже.       Юлиан забыл об учёбе. Он обещал себе, что он будет заботиться об Амелисе, он наслаждался близостью с Вацлавом, его объятиями, его запахом. Всем им. Демон же крепко прижал парня к себе. Сердце гулко билось в груди. Вацлав не помнил, что значит влюбляться. Но этот маленький дракон посвятил его в это, чему Рене искренне радовался. Он тоже любил. Тоже дорожил.       Двое в этот момент впустили в свои жизни Судьбу. Она велела им быть вместе и бороться друг за друга. Кто бы мог подумать, что обычный подарок перевернет их жизни? Надо сказать, что лучше бы все побывали в такой ситуации. Чтобы какая-то мелочь изменила жизнь к лучшему. Неважно, подарок, общение, слово, рисунок. Главное — к лучшему.