Нарисованная ветром

Тишина пронзила всё вокруг. Было слышно быстрое сердцебиение Нуара. И как тяжело он дышал. Пропасть была слишком близко. Она буквальным образом была за стеной. Медленно, но верно кот подходил к деревянной двери, которая была хорошо заперта на все запорки. Кот подумал: «Не хватало ещё и сирены тут». Он поглядывал на Мари. Его рука дотронулась двери, блондин стал прислушиваться к каждому шороху. Его уши ловили каждый звук. Малейшее движение заставляло вздрагивать. Хоть Нуар и не боялся никого, однако некоторые твари намного сильнее какого-то кота. — Был тут один, — начал разговор кот, когда понял, что никакой опасности нет, — это было существо, больше похожие на собаку. Повадки были теми же. Он жестоко обходился со всеми, кто заходит в этот лес. И я обманул тебя. Я никогда никого не убивал. В этом лесу живут много разных тварей, и лишь единицы способны на ужасный поступок. Пропавшие дети не исключения. Псина не на шутку поиграла. Когда вырезала им глаза. Они умирали с голоду. Им было больно. Плач, мольба. Всё это резало уши. Невинные дети, которые только начали жить, погибли от рук какого-то психа. Я видел это. Я был там. Среди этих детей. Он оставил меня в живых. Эта хуетень хотела, чтобы я продолжил его дела. Я хотел жить и согласился. Я не убивал детей, я мочил подростков. Типа тебя. Мне хотелось поскорее закончить эту хрень и жить как раньше. Но как раньше уже нельзя, — на лице Нуара были видны еле заметные слезинки, его голос ломался от того, что он чуть не заплакал, — все считаются в без вести пропавшими. Никто не хочет заходить сюда. В глубь леса. Жопа чует, что что-то не доброе случиться. Когда Нуар закончил, Мари встала и подошла к нему. Проводя рукой ему по лицу. Он нежно замурчал. — Тебе не хватает женского тепла, — Маринетт улыбнулась. Её рука гладила его за ушком. — Никогда не испытывал таких ощущений, — котик тоже улыбнулся. Какой-то звук пронзил всё вокруг. Так, что пришлось закрыть уши руками. — Что это?! — Мари сильно сжалась. — Это Серена, — Нуар знал, что делать…