Потерянная сестра. Мадара и Изуна

- Почему ты не сказала раньше? - полутёмная комната, освещаемая лишь тремя лампами, в которой находились два человека. Женщина лежит на мягком футоне, укрытая множеством покрывал и вымученно улыбающаяся склонившемуся над ней мужчине. Алые волосы разметались по подушкам, а кожа словно светилась в неярком свете ламп. - Даже если бы я сказала тебе о болезни, ты бы всё равно не смог бы ничего сделать, Тоне-кун. Эта болезнь неизлечима и единственное, что я могла сделать, так это пытаться продлить жизнь настолько, насколько возможно. Ради Нару. А теперь она выросла и я могу спокойно уйти, зная, что она никогда не будет одна, - голос женщины был хриплым, надрывным, а после того, как она закончила говорить, из уголков губ тонкими струйками потекла кровь. Сидящий рядом мужчина тут же подорвался с места, и, схватив лежащее на тумбочке полотенце, стал бережно стирать кровь. - Ты же потерпишь до возвращения Наруко? Ты ведь сможешь? - с надеждой спросил мужчина, с болью наблюдая за мучениями любимой сестры. Он не мог отрицать, что Накао всегда была довольно слабой в плане здоровья: в детстве она часто и долго болела и некоторые не верили, что она доживёт хотя бы до пяти лет. Но она всегда умела удивлять и живёт уже двадцать лет. Жила ради своей семьи, ради любимых, ради дочери. Он бы, наверно, так не смог. - Смогу. Я хочу кое-что сказать Нару перед тем, как умру. Она должна знать, кто её настоящий отец. Пусть она и знает, что это кто-то из клана Учиха, но я не могу больше лгать ей, - прошептала Накао и замолчала. За окном особняка Узукаге лил проливной дождь. Pov Наруко После недели, проведённой в стране Снега, мы наконец-то возвращаемся домой. Саяки шёл впереди, осматривая территорию на предмет опасности, а Кенжи сзади, прикрывая тыл. Знаете, порой их излишняя забота и опека меня пугали. Как, например, в четырнадцать лет меня мальчик пригласил на прогулку. Благодаря шарингану, который я на всякий случай время от времени включала, я смогла уловить знакомые потоки чакры, обладатели которых тенью следовали за нами. А когда мальчик попытался меня поцеловать, эти... эти... эта парочка буквально оттащила меня от него. Саяки тогда неделю караулил меня, чтобы мы с тем мальчиком больше не пересекались, а Кенжи по ночам сидел под моими сёдзи, следя за тем, чтобы я не сбежала. Ах, какое было время... Впереди виднелась знакомая дозорная башня, находящаяся всего в нескольких милях от Узушио. Приветливо кивнув встретившему нас наблюдателю, мы в привычном быстром темпе направились в сторону дома. Как же я хочу быстрее увидеть маму и подарить ей то, что купила специально для неё... Pov Автора Прибыв в Узушио, братья и Наруко были поражены. Никто не вышел им на встречу, не было слышно радостных криков и смеха. Не было гуляющих по улицам пар и ярких вывеской магазинчиков и кафе - всё это словно утонуло в чёрном траурном свете. Сердце Наруко испуганно ёкнуло. Что-то заставило девушку обернуться и посмотреть на белоснежное здание больницы, находившееся всего за двумя поворотами от входа в деревню. Поддавшись интуиции, Узумаки быстрым шагом направилась туда. Саяки и Кенжи направились за ней. В больнице собрались самые близкие к Узукаге и его семье люди. Они все столпились около стойки врача и пытались что-то узнать. Наруко с трудом прошла вперёд. Едва заметив пришедшую химе, Гайто Саюкари, главный врач семьи Тонери, схватил её за запястье и быстрым шагом направился в одном ему известном направлении. Поражённая девушка не делала даже попыток высвободиться. Они остановились около неприметной на вид палаты, из которой слышались голоса. К своему удивлению, Наруко узнала дядю Тонери и маму. Кивнув в знак благодарности, девушка вошла в палату и сразу привлекла к себе внимание. - Наруко... - слабо прошептала Накао, пытаясь сесть, но слабость и боль в груди заставили её лечь обратно на футон. Узумаки-младшая тут же подскочила к матери, беспокойно смотря в её глаза. - Мама... Что с тобой? - неожиданно сорвавшимся голосом спросила Нару, присев на колени возле футона. Тонкая женская рука тут же легла ей на волосы, неловко взлохматив их. - Тонери... Оставь нас, - Узукаге тут же кивнул и вышел, прикрыв за собой дверь. Далеко он благоразумно решил не уходить. - Нару... Послушай меня очень внимательно. У меня осталось не так много времени. Я скажу тебе, кто твой настоящий отец. Просто чтобы ты знала. На данный момент он глава клана Учиха, которые вместе с кланом Сенжу через два дня прибудут сюда для подписания мирного договора. Твой отец - Учиха Таджима, у которого есть двое сыновей - Мадара и Изуна. Они - твои братья. Попробуй хотя бы поговорить с ними, - голос Накао постепенно стал стихать, а через несколько минут рука женщины безвольно опустилась. Грудь, вздымающаяся несколько минут назад, замерла. Pov Наруко. - Мамочка? Мама, ты слышишь? - я смотрю на маму, чьи глаза остались открытыми, и пыталась разбудить её. Мама, мама, ты должна проснуться! Ты не можешь меня оставить, только не ты! Я смотрю на её умиротворённое лицо и чувствую, как меня пробирает неконтролируемая дрожь. По щекам потекли непрошеные слёзы, а грудь спёрло от неожиданной боли. Дрожащей рукой пытаюсь стереть слёзы, но, взглянув на ладонь, едва сдерживаю собственный крик. По моим щекам вместе со слезами текла кровь. Моя собственная кровь. Последним, что я почувствовала перед тем, как потерять сознание, были чьи-то крепкие руки, обнимающие меня за плечи.