Casual.

Дом ветров "Кошка и Дракон". Наша работа была встречена на «ура!». На различные нападения гомофобов не обращали внимания и предложили участие в конференции посвященной проблемам социума. Участие двух актеров ярче показало, что половые различия не столь важны, потому что это не сильно влияет на развитие и формирование личности. А и правда, относился бы я к Лили иначе, если бы она была парнем? Ответ очевиден. Нет. Эта малявка очень глубоко запала в душу, будь она мальчиком , я бы все равно оберегал ее…ну или его. Она мне стала, как младшая сестренка и люблю я ее не меньше, чем свою старшую сестру. И Стасик с Гером мне словно родные. Что-то я в лирику подался. На конференцию были приглашены и актеры, учувствовавшие в съемках. Она проходила в Балтийской академии. Я не ожидал, что это мероприятие окажется столь масштабным, на нем были представители из Европы и Штатов. Каждую работу обсуждали, с кем-то из авторов-студентов подписывались договоры на использование их идеи. В тех коротких роликах были показаны не самые лучшие человеческие стороны, пороки выставили на всеобщее обозрение. Затрагивались весьма серьезные проблемы. В нашей тематике тоже было около десятка работ и докладов, исторические, статистические данные и биологические обоснования. Кто-то сделал очень удачную монтажную работу по фильму «Молитвы о Бобби». Пока Стас с Гером улаживал какие то вопросы, касательно нашего выступления, мы с девочками болтали с другими авторами и делились впечатлениями. - Меня заинтересовал один вопрос, - обратилась ко мне Яна. – Как ты вырос именно с такими взглядами на жизнь, как смотрят твои родители на все это? - Яна, ну ты и выдала! – засмеялся я. – Именно благодаря их воспитанию я такой. Я с ранних лет был окружен любовью и вниманием. Я каждый день вижу их безграничную любовь друг к другу и просто физически не могу обвинить кого-то в том, что он или она испытывает это чувство к человеку своего пола. - Ты хочешь сказать, что если полюбишь парня, они спокойно это примут? - поинтересовалась Лили. - Абсолютно, если таковое случится, я же ни разу еще не влюблялся. А вы то как ко всему пришли? - Я, очень просто: у меня две мамы, - заулыбалась Яна. – Мама мне в 14 все объяснила и спросила моего согласия, чтобы Маргоша жила с нами. Это же моя любимая мамочка, как я могла ее не понять? - А вот у меня с родителями все не так прекрасно, - вздохнула Лили. – Счастливые вы… Я перевел взгляд на малышку, она лишь жестом показала, что расскажет все позже. Стас опять чуть было не сбил меня с ног. Какая-то доля секунды и это веселое создание висит на моей спине. - Скоро наш выход! Мы решили, что Гер будет играть на гитаре во время нашего фильма! Живая музыка лучше, - его радости не было предела. - Это все прекрасно, но нам надо выбрать, что я буду исполнять? – Гер немного нервничал. - Дом ветров «Кошка и Дракон», - предложил я. - Интересное предложение, а ты не такой идиот, каким кажешься, - добродушно улыбнулся Гер. - А Гил и правда в яблочко попал, эта песня очень подходит. Красивая история любви, которой, казалось, не может быть, - отозвалась Яна. - Решено! Идем готовиться, - скомандовал Стас, продолжая висеть на мне. – Вези меня, мой верный конь! - Иди на своих двоих, Гасконец, - Гер стянул с меня Стаса за шиворот и потащил за собой. Герберт с гитарой приковывал взгляды, он будто преображался, отдаваясь музыке всей душой. Это какое-то волшебство: легкая улыбка, теплый блеск серо-голубых глаз, пальцы, уверенно перебирающие струны. Мир будто сужался, больше ничего не существует, кроме него, гитары, музыки и голоса. Я с упоением проваливался в эту иллюзию. Лили тихо подпевала, сидя у меня на руках. Она всегда была кошка, а он был драконом, И лунные ночи на теплом бетоне Она проводила, греясь его огнем. Они смотрели вниз, они ходили по крышам, И этой ночью я тоже их слышал - Их тени ловил иногда тусклый свет фонарей. Прекраснее пары я не видел нигде. Он пел ей песни на своем языке. Ни одна кошка в мире не поспорила бы грацией с ней. Около полуночи Огненные кони, Ветер-шалопай, возьми меня. Око полной луны, даже ветер затих, Казалось, ночь была только для них, Но утро зевало из окон, И я, проходя открытым пролетом, Видел, как дракон прощается с ней. Могучие крылья наполнили воздух. Наверное, он полетел к своим звездам, Она мягко скользнула с крыши в мир машин и людей. С тех пор я никогда уже не слышал о ней. Наверное, когда-нибудь, лет через сто, Я тоже взлечу, разбив собою окно, И буду сидеть на крыше, и греться огнем. А про дракона я слышал — какой-то рыцарь Убил его сердце мечом.