Столкновение II часть

Позже девушки проснулись и нашли на двери записку от Итачи. Он написал, что ушел по делам, добавив «не покидайте дом». ― Он даже подчеркнул эти слова. ― недовольно цокнула языком Джина, убирая записку в сторону. ― Потому что это очень важно, ― сказала Азуми, ― если ты еще не поняла. ― В том-то и дело, что я уже давно это поняла. В этом отрезанном от мира доме время тянулось очень медленно, и обе девушки это очень остро ощущали. Джина чувствовала, как безделье вытягивает из неё энергию. Азуми сгибалась под тяжестью своих мыслей. А кроме того, сестры боялись очередного прихода старика, который был явно не рад их появлению в доме, что бы ни говорил Учиха. В конце концов, наступил вечер, Итачи все еще не было. Поначалу это беспокоило Азуми, но Джина в своей простой манере убедила её, что у него наверняка все в полном порядке. Это же Итачи. Приготовив ужин, они легли спать. ― Просыпайтесь. Подъем. Холодный тон едва ли подходил для подобных фраз. Учиха стоял в дверях спальни. Лес за окном был едва виден под тусклыми лучами раннего рассвета, солнце еще не встало. Азуми поморщилась и приоткрыла глаза. ― В чем дело?... ― Вставайте, ― повторил он. Резкий голос заставил её ободриться и девушка села на кровать. Тут начала просыпаться Джина. ― Что происходит? Итачи ждал, пока они обе придут в себя и пробудятся настолько, чтобы можно было воспринимать серьезную информацию. ― Итачи, зачем ты разбудил нас? – мягко спрашивала Азуми, но нотку раздражения в её голосе было тяжело замаскировать. Джина же и не пыталась скрыть свое недовольство. ― Сколько сейчас время? За окном все еще темно! ― Хорошо, вы встали. ― он спокойно прошел в спальню и подошел ближе к кровати. Девушки недоуменно глядели на Учиху, который, между тем, выглядел так же сонно. Глаза слипались, как бы он ни пытался это скрыть, принимая свой привычный невозмутимый вид. ― Зачем так рано? – хмурилась Джина и откинулась обратно на подушку. Азуми же продолжала терпеливо сидеть. Наконец, Итачи заговорил. ― Я сам проснулся рано. ― его голос звучал сонно, ― Потому что вы разбудили меня. ― Что? – Джина вновь подскочила, сев на кровати. ― Каким образом? ― Я почувствовал то, что не чувствовал прежде, но до сих пор не придавал этому значения. ― Не говори загадками, Итачи. В чем дело? – обеспокоенно спрашивала Азуми. ― У меня для вас хорошая новость. Девушки приятно удивились, переглядываясь друг с другом. ― У вас просыпается чакра. Наступила пауза. Сестры вновь неуверенно переглянулись, и Азуми взяла на себя ответственность спросить. ― В каком смысле? ― В прямом. ― сказал Итачи, ― До сих пор я не чувствовал вашей чакры, а сегодня она начала формироваться. С каждым новым словом девушки удивлялись все больше. ― То есть, это значит, ― начала Джина, ― Мы теперь такие же, как вы? Итачи вскинул бровь, потому что, кажется, ему не очень понравилась формулировка фразы, но продолжал. ― Это значит, что теперь вы сможете обучиться ниндзюцу. Сестры распахнули глаза, но их удивление было разным. Джина выглядела взбудораженной и воодушевленной. Азуми же побледнела. ― Тебя это не радует? – спросил Учиха. Она задумчиво отвела взгляд. ― Я просто не понимаю, почему это должно меня радовать. ― Значит, ты не собираешься обучаться? ― Не планировала. ― неуверенно ответила старшая сестра. Джина её перебила. ― Да брось. ― она пихнула её в плечо, ― Разве не здорово? Теперь мы сможем управлять всякими техниками, узнаем, какого элемента наша чакра. Всегда было интересно! ― Зачем нам это? – спрашивала Азуми у сестры, но Итачи ответил за нее. ― Затем, чтобы выжить в мире шиноби. Кажется, вы собирались отправиться на поиски Дейдары, разве нет? Они молча кивнули. Вернее, кивнула конечно Джина, а Азуми сделала неуверенное движение головой. ― Если вы пойдете вдвоем, при таких способностях вас сразу убьют. Я с вами за Дейдарой не пойду, разумеется. А пока вы не придумали, с чего начать, лучше потратить это время с пользой и научиться хоть чему-нибудь. ― Но мы никогда не занимались ничем подобным. ― недоверчиво говорила Азуми, ― Неизвестно, сколько лет потребуется на то, чтобы хотя бы научиться просто защищать себя. ― Это полностью зависит от вас. Своим ответом он предотвратил последующие возмущения Азуми, так что она просто отвернулась, уйдя в свои мысли. ― Итачи, ты будешь обучать нас, да? – с улыбкой сказала Джина. ― Нет. ― Что? Почему? ― Потому что у меня есть другие дела. ― говорил Итачи, ― Но я попрошу Мотаро-сана. Он большой мастер тайдзюцу, а это как раз то, с чего вам следует начать. В этот раз девушки были неприятно удивлены. ― Но… Он же.. – негромко начала Азуми. ― Что не так с ним? – холодно спросил Учиха, ― Я уже сказал, что тот случай никак не связан с вами. ― Ты говорил, что этот старикашка вспыльчивый! – возмутилась Джина. Итачи строго на неё взглянул. ― Не называй его так ― это во-первых. Во-вторых, учителя бывают и хуже. Если вы хотите как можно скорее обучиться, то такой, как Мотаро-сан, подойдет идеально. ― А других друзей у тебя нет, кроме Мотаро-сана? – жалобно спросила Азуми. ― Нет. И для вас – Мотаро-сенсей. Я поговорю с ним завтра, и вы начнете. А теперь доброй ночи. Учиха поднялся и покинул комнату, оставляя сестер в замешательстве. ― Уже утро вообще-то! – выкрикнула Джина в след и откинулась на подушку, ― Почему именно этот странный дедуля должен обучать нас? ― Видимо, других вариантов нет. ― Азуми тоже легла обратно, негромко продолжая, ― Мы почти не знаем этого человека, но у меня предчувствие, что дальше будет еще хуже. ― У меня тоже. ― хмыкнула Джина, ― Агрессивных стариканов нам еще не хватало. Через пару часов, когда все в доме Учихи оклемались, они собрались на кухне. Аматэрасу была здесь же и каждый раз мягко склоняла голову, когда Итачи вдруг решал её погладить. Джина сидела за столом и недовольно наблюдала за этим. ― Она что, никого кроме тебя не признает? – спросила рыжая, обиженно глядя на кошку. ― Здесь кроме меня никого не бывает. ― А как же Мотаро-сан? – спросила Азуми. ― Он тут нечасто. Хотя Аматэрасу к нему привыкла. ― Теперь, видимо, будет часто. ― хмыкнула Джина. ― Все никак не успокоитесь. ― он коротко взглянул на сестер, ― Советую смириться. Либо отказаться и выживать самостоятельно в мире шиноби. Его равнодушный тон звучал крайне убедительно, что никто не стал возражать. После обеда Итачи ушел, но очень быстро вернулся, созывая сестер. ― Так, вы готовы? ― К чему? – удивленно спрашивали девушки. ― К первой тренировке. ― он говорил это так, как будто они должны были знать об этом заранее. ― Ты нас не предупреждал! – воскликнула Азуми. ― Вы могли бы догадаться. ― ответил Итачи. Сестры были в негодовании и недоумении, но спорить с Итачи бесполезно, и за эти несколько дней они это поняли. Последнее слово всегда оставалось за ним. Азуми вздохнула. ― И что теперь? Он сейчас придет сюда? ― Нет, идите за мной, я покажу место тренировок. Они прошли в лес не больше пятисот метров, останавливаясь на просторной опушке. Никого не было, а Итачи уже собрался уходить. ― Где он? ― Скоро придет, ждите. ― Но... – только успела произнести Азуми, как Итачи исчез. ― Класс! ― недовольно сказала Джина, присаживаясь на камень, ― С каждым днем он поражает меня. Азуми хмуро присела рядом. ― Сейчас придет этот Мотаро и поразит тебя еще больше, чем Итачи. ― Не хочу даже думать. ― Джина поморщилась, вздыхая. ― Ладно, у нас нет выбора. Может, он не такой уж кошмарный. Ведь Итачи сказал, что Мотаро отличный учитель. Как раз такой, какой нам нужен. ― Все верно он сказал. ― раздался голос прямо за спинами девушек, так что они вскрикнули и отпрыгнули от камня.