Всё, что осталось...

Дело идёт к своей кульминации — духовной, экуменической, грамматической! — Джек Воробей.

Всё то время, пока его отчитывали, как нашкодившего щенка, Павел отчётливого чувствовал на себе взгляд Даши. Нужно было только дождаться момента, когда можно повернуть голову в её сторону… Только бы встретиться взглядами, она сразу же всё поймёт! Может быть, поможет… — Геннадий Семёнович, я владелица сети отелей, в том числе и этого. — быстро проговорила Элеонора, смотря то в пол, то на Павлика, то на генерала. — А это мой безалаберный племянник, которому я позволила поуправлять этим отелем, что бы он хоть как-то мог оплачивать свою праздную жизнь. Но я Вам клянусь, что эта жизнь у него закончилась! — серб был в шоке от решения тёти и уже открыл рот, чтобы возразить, но его попытка была пресечена на корню Элеонорой. Жена генерала смерила владелицу отеля и её племянника презрительным взглядом, а затем ответила: — Так мы и поверили, что тётя оставит своего племянничка без денег. — она постаралась вложить в эти слова как можно больше неприязни. — У них нет выбора, иначе без денег останутся все. Я проверю, как вы держите своё слово. До свидания. — закончил дискуссию генерал и направился к двери, а его жена засеменила следом. — Всего хорошего. — бросила она напоследок и скрылась за дверями отеля. На секунду все замолчали, Павлу даже показалось, что время остановилось. Он боялся, что тётя начнёт разбор полётов, ещё более болезненный. Сама же Элеонора попыталась успокоиться, она сделала глубокий вдох, затем выдохнула и продолжила: — Так, — она оглядела всех собравшихся, задержав взгляд на своём безалаберном родственнике. — Все в переговорную… Кроме тебя! — прикрикнула она на молодого человека, который уже было собирался последовать за своей тётей. Он снова сел в кресло и поморщился, после драки с Джековичем голова ужасно раскалывалась и вообще соображал Павел сейчас неважно. Серб медленно повернул голову в сторону стоящей рядом Даши и встретился с ней взглядом, в надежде на то, что она-то хотя бы поддержит… «Я всё потерял» «Нет, я всё ещё с тобой» Но вот опять этот кучерявый всё портит, зачем им генерал? Что вообще происходит? Никита и Даша быстро идут в сторону выхода, катя перед собой тележку горничных. Девушка на ходу оборачивается в сторону Павла и одним взглядом говорит: «Прости, я потом всё объясню». И Паше ничего не остаётся, как согласиться и остаться сидеть здесь, в лобби, в ожидании не понятно чего. Что там тётя Эля с Джековичем и Софией решают? Куда ему теперь податься? Может быть, как он ещё в тот раз планировал, обратно в Сербию, к дяде? Павел закрыл глаза и расплылся в улыбке, представляя дядин дом и вид из окна кухни… Но только без Даши он никуда не поедет. Да, они вдвоём оставят всю эту суетную жизнь и уедут в Сербию. Поселятся в красивом небольшом доме, на какой-нибудь набережной… Поначалу, конечно, будет трудно, но они преодолеют все невзгоды вместе. Сами будут жить на втором этаже, а на первом откроют небольшое кафе, где всегда в воздухе будет витать запах свежей выпечки, а за столиками, что стоят на улице, у воды, будут сидеть влюблённые пары и любоваться красотами города. По утрам, к ним будет выстраиваться очередь за чудесными булочками, что печёт Даша… А по вечерам, например по пятницам, жители района будут приходить вместе со своими детьми, чтобы младшие послушали какую-нибудь интересную историю, рассказанную старожилом этого города. Они будут внимательно слушать, с чуть приоткрытыми от удивления ртами, пока взрослые обсудят свои насущные проблемы… А Даша и Паша будут просто стоять в обнимку за барной стойкой и оглядывать всех собравшихся с улыбками на губах, понимая, что именно это они и искали. Только бы разобраться со всей этой чепухой, которая возникла в их жизни сейчас. Он не заметил, как уже оказался у бара. Что ж, если Павлу нужно было подумать, то способа лучше, чем коньяк — он просто напросто не знал. Серб, ссутулившись, сидел за барной стойкой, крутя в руках пустой стакан и невидящим взглядом смотря на уходящих со свадьбы гостей… Тётя Эля может в любой момент заблокировать карты, нужно срочно снимать все наличные. Надо искать жильё, потому что в отеле теперь он — никто. А никто бесплатно в дорогом отеле жить не может. Можно переехать к Даше. Ведь её подруга должна теперь жить с мужем. Не будут же они вчетвером или втроём… 
 И работу на первое время найти, пока Даша получает визу… И почему-то у серба не возникает мысли, что что-то может пойти не так, как он запланировал… Может, потому что всё плохое уже случилось?

***

«…Сегодня день какой-то уродский…» Да нет, для Павла день начинался вполне себе не по уродски, как впрочем и для этой невесты, Дашиной подруги. И середина у дня тоже была ничего так, совсем не уродская. Конец, конечно, немного подкачал, но были и светлые моменты — Даша с ним, с Софией поговорил. Осталось только найти Канаеву и всё ей рассказать, обрадовать. И тем, что он всё уладил с управляющей; и тем, что они в скором времени уедут. Тем, что они наконец-то вместе! Павел делает ещё один глоток коньяка и смотрит на обручальное кольцо, что оставила на стойке Юля. Это его шанс. Это его шанс показать, как он её любит. Главное, всё сделать правильно, сказать, то что нужно… Не натворить глупостей, как он умеет делать.

Не. Натворить. Глупостей.

Только не сейчас. И вот он, его шанс… Даша спустилась в лобби и встала прямо напротив Павла. Серб посмотрел на возлюбленную, она была чем-то расстроена. Затем он ещё раз посмотрел на кольцо. Глубоко вдохнул и выдохнул. Залпом выпил остатки коньяка и резко встал на ноги, даже в глазах потемнело. Да, видимо последний стакан был лишним… Но не в этом сейчас дело. Он уверенно идёт в сторону девушки, которая растерянно смотрит на него, не понимая, что Павел собирается сделать. Все мысли вылетели из головы, сейчас не было ничего важнее, чем серб, уверенно направляющийся к ней.

Не. Натворить. Глупостей.

Паша даже не заметил, что к Даше подошли София, Джекович и Элеонора.

Не. Натворить. Глупостей.

— Выходи за меня. Ступор. Элеонора не понимает, как её безответственный племянник смог решиться на такой ответственный шаг. Джекович не понимает, как ему теперь добиться Софии. Ведь, если верить её словам — у них с Павлом любовь до гроба. София не понимает, что молодой человек делает, ведь они расстались. И лишь Дарья и Павел понимают, что снова совершили ошибку. Она, что доверилась; он, что из-за алкоголя или же неизвестной силы, что в последний момент всё испортила, снова накосячил, причём по-крупному. И тогда серб предпринимает последнюю попытку. — Я… — протягивает он. — Ошибся. — Павел быстро поворачивается в сторону девушки, которая всё ещё не может заставить себя пошевелиться. — Даша, выходи за меня. — произносит молодой человек, с надеждой смотря в глаза возлюбленной. Все гости отеля, что сейчас находились в лобби, а так же Элеонора, Джекович и София, уставились на Дарью, которая начинала понемногу приходить в себя. Она встретилась с Павлом взглядом… «Что ты делаешь» «Я просто хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной» «Что только что было» «Ошибка, на самом деле — я шёл к тебе» «Ошибка — то, что я снова поверила тебе» «Пожалуйста, не уходи» «Почему» На глазах у девушки снова наворачивались непрошеные слёзы. «Я поговорил с Софией» «И что мне от этого» Павел не знал, что ответить. Он огляделся по сторонам, в поисках поддержки, но её было ждать не от кого. — Я люблю тебя, — признаётся серб, глядя Даше прямо в глаза. Он давно должен был сказать это, сейчас самый лучший момент. Даша печально улыбнулась и, наклонившись, погладила Пашу по щеке. Затем она снова выпрямилась, утёрла ладонью слёзы и, шмыгнув носом, тихо ответила: — Прости... Мне нужно подумать. Серб не успел и слова сказать, как девушка быстро развернулась и зашагала к выходу из отеля. А Павел так и остался стоят с кольцом в руке и смотреть в то место, где секунду назад стояла Даша... За вами снова косяк, Павел Аркадьевич! Молодой человек встал с пола и вопросительно посмотрел на тётю, мол что ему дальше делать? Он в такую ситуацию впервые попал, даже в таиландской тюрьме было проще. Элеонора же, тяжело вздохнув, подошла к своему непутёвому племяннику и серьёзно сказала: — Завтра ты выходишь на работу портье, — но серб как будто не слышал. — Что мне делать? — тихо спросил Паша, он вдруг вспомнил, как тётя забирала его из Сербии. И что он точно также тогда спрашивал у неё, со слезами на глазах, что ему делать. Элеонора замолчала на несколько мгновений, всматриваясь в лицо своего безалаберного, но любимого племянника. Она от чего-то хмурилась, возможно, что в её памяти так же всплыло это давнишнее воспоминание. — Найди девочку, Павлик, — она целует его в щёку и указывает на дверь. Серб благодарит свою любимую тётю и со всех ног бежит к выходу из отеля. Нужно найти Дашу.

***

Тем временем Дарья, которая выбежала на улицу в одном платье, уже успела пожалеть о своём решении и, стуча зубами, шла по мосту, который находился в пяти минутах от отеля. Она оглядывалась по сторонам, на людей, которые улыбались и смеялись. Кто-то шёл в обнимку друг с другом, кто-то держался за руки и смотрел на ночное небо. А вон там, две подружки шли и что-то увлечённо обсуждали. Казалось, что весь мир сговорился. Девушка всё шла и шла, погружённая в свои мысли, и не замечая ничего вокруг. Она уже спустилась с моста, когда сзади её кто-то позвал. Но Даша ничего не услышала и продолжала идти. Что с ней не так? Она ведь так хотела этого. Опомнилась она только когда увидела надвигающиеся прямо на неё два жёлтых огня, сопровождаемые гудком машины и криком водителя. — Не успею затормозить! Уходи! В кино и в книгах всегда показывают и рассказывают, что у человека перед смертью вся жизнь перед глазами пролетает. Но, это не так. Сейчас Даша просто не могла пошевелиться, она стояла и огромными от ужаса глазами смотрела, как машина надвигается на неё, скользя по дороге в попытке затормозить. Кажется, девушка даже перестала дышать. Закрыла глаза, подумала о том, что так и не сказала Паше «да»… Как вдруг что-то или кто-то толкнуло её сбоку и повалило на обочину. Послышался звук тормозов и из машины вышел перепуганный водитель, который сегодня приобрёл пару седых волос. Он направился к всё ещё лежавшей на снегу Даше и Павлу, который успел толкнуть возлюбленную в сторону. — Вы в порядке? Переломов нет? — он присел на корточки рядом с сербом, который пытался привести Дашу в чувства. — Вроде бы, — пробубнил Павел, ощупав руки и спину спасённой. Наконец-то она открыла глаза и, увидев над собой озабоченной лицо Павла. Даша вдруг вспомнила точно такой же случай, когда Паша нашёл её на полу, в раздевалке. — Всё хорошо, — заверила она сначала водителя, а затем и молодого человека. — Я... Я не знаю, что на меня нашло, — оправдывалась девушка. — Простите. — Ничего, — облегчённо выдохнув, ответил водитель. — Главное, что все живы. — он поднялся на ноги. — Вам точно ничего не нужно? Может до дома довезти? — но Павел отрицательно покачал головой, а Дарья последовала его примеру. — Хорошо. Будь осторожна в следующий раз, — попросил водитель Дарью, как маленького ребёнка; в ответ девушка кивнула. — Чёртовы дорожники, нифига не чистят, — ворчал он, идя обратно к машине. — За что им только деньги платят? Паша проводил уезжающий автомобиль взглядом, а затем накинул на плечи Даши свой пиджак. Внезапно девушка обняла его и начала, как заведённая шептать: — Спасибо, спасибо, спасибо, — поблагодарила серба Канаева. — Ты снова меня спас... — ей на ум пришли слова Павла, сказанные им несколько месяцев назад, когда они вместе лежали у него в номере. «Ты ведь, как это говорится, моя дама сердца! Моя цель — спасать тебя!» — И прости, пожалуйста, прости за то, что я там сказала, — Даша продолжала обнимать Павла, которые не понимал, что ему сейчас делать. Она ещё продолжала шептать что-то неразборчивое, когда молодой человек начал неуверенно гладить её по голове и приговаривать: — Всё хорошо, — он только сейчас заметил, что девушка вся дрожит и это было скорее из-за шока, пережитого парой минут ранее, чем из-за холода. — Всё в порядке. — в ответ Даша лишь кивнула. Оба на минуту замолчали. Девушка всё ещё продолжала трястись, а Павел гладил её по голове. И просидеть — вот так, хотелось как можно дольше, потому что как только они вернуться в отель начнутся нескончаемые претензии и проблемы. И ни того, ни другого сейчас не хотелось. — И, возможно, что с предложением я поторопился, — как бы между прочим начала серб, чем заставил Дашу разомкнуть объятия; она непонимающе посмотрела на возлюбленного, а тот продолжил. — Но, то что я сказал позже — чистая правда. — он огляделся по сторонам, вздохнул и снова продолжил. — Я уже говорил, что такое со мной впервые? — Да, — прошептала девушка, слабо улыбнувшись. — И со мной тоже. «А как же твой аферист?», Павла так и подмывало это спросить. Но он вовремя остановил себя, если бы спросил — пиши пропало! Девушка попыталась встать, но была остановлена сербом. Тот подхватил её на руки и с довольным видом направился назад к отелю. Даша прислонила голову к его правому плечу и спросила, еле скрывая улыбку: — Что ты делаешь? — Павел вдруг остановился на полпути и, нахмурившись, серьёзно спросил. — Ты против? — Нет, — девушка поцеловала серба, медленно проводя большим пальцем по его скуле. — Я не против, — на выдохе произнесла Даша и снова приникла к губам молодого человека. Тогда они оба почувствовали какое-то приятное чувство внутри, которое с каждой секундой становилось всё больше. И согревало их обоих, не давая замёрзнуть. — Люблю тебя, — прошептала девушка на ухо Павлу и крепко обняла его. — И я тебя, Дарья-Прасковья, — ответил молодой человек, расплываясь в улыбке.