История маленькой верности

Шредер перекатил пальцами по полированной столешнице остро сверкнувшие камешки и поднял глаза на Винсента. - Где третий? Тот равнодушно дернул плечом, не отводя совершенно спокойных чуть прищуренных глаз. - Отстал. Я выполнял приказ Й’оку. Мы разделились, чтобы избежать возможной погони и доставить Вам бриллианты, Мастер. Он сказал, что эта задача - первостепенная. Ороку Саки кивнул, продолжая хмуриться. - Да, все верно. Можете отдыхать. Я отправлю своих ниндзя искать этого чертова неудачника. Покажи мне, где именно он отстал от вас. Винсент снова пожал плечами и, склонившись над картой города, ткнул пальцем в выставочный центр. -Ясно, - Шредер раздраженно потер виски. – То есть он отстал сразу, и больше вы его не видели? Гений кивнул, явно не проявляя никакого интереса к судьбе брата. - А когда я смогу получить награду за это задание? Мне нужны три белые крысы и новый набор хирургических инструментов.

***

- Лео, брат, ты как? – Майки крутился под руками Донателло, уже схлопотав от него два подзатыльника, но так и не найдя в себе силы сидеть за дверью и ждать. – Как состояние? Я чипсы тебе принес и газировку… ай! Он потер затылок, недовольно скосив глаза на гениального брата, который только что отвесил ему очередную оплеуху, несильную, но весьма ощутимую. - Не лезь, - Донни отпихнул его в сторону. – Дай, я закончу, и потом уже будешь про чипсы болтать. - Оставь его, - Лео придержал гения за руку и слабо улыбнулся. – Дон, ну что за паника из-за одной царапины? Что вы все так разволновались? Все хорошо, не третируй Майки. Донателло неодобрительно дернул уголком губ, набирая в шприц какое-то лекарство. - Как ты себя чувствуешь? Спать хочется? Слабость? Лео сморщился, недовольно сверкнув глазами. Нездоровая беготня братьев вокруг него начинала вызывать все большее недоумение и даже легкое раздражение уже. - Да все со мной нормально… - Так нормально, что свалился чуть ли не башкой в битое стекло! – в лабораторию ввалился Рафаэль. – Ша! Лег и лежишь тихонечко, пока Дон не разрешит шевелиться. Он окинул старшего брата пристальным цепким взглядом, перекатывая во рту зубочистку, и нахмурился. - Донни, выйдем на пару слов, - Раф дождался, пока умник вытащит из руки брата иглу, ухватил его за плечо и подтолкнул к выходу. – А ты, Майки, следи, чтоб он не скакал. Ясно? - Парни, ну вы чего издеваетесь, что ли? – Лео попробовал сесть, но бешеный братец совершенно бесцеремонно пихнул его обратно на стол. Едва закрыв за собой дверь, Рафаэль уставился на Донателло, как удав на кролика, скрестив руки на груди. - Выкладывай! – без предисловий потребовал он. – Дон, ведь и в натуре царапина. Зашили бы и все. В чем дело? Он из-за болезни грохнулся в обморок, или есть что-то еще? Почему Лео так погано выглядит, хуже лягушки по осени? Гений протер очки хвостиком маски, пристально изучил их на просвет и вздохнул. - Раф, в ране яд, - сознался он. - Клинок его противника был протравлен по долу, и мне незнакома формула. Я не знаю, чем его нейтрализовать. Рафаэль дернул головой, не отрывая глаз от лица своего гениального брата. - И? - Яд медленный, с большой долей вероятности - смертельный, - Донни заговорил совсем тихо. – Но доза небольшая, может, и обойдется все… не знаю. Был бы у меня образец… - Будет, - сорвиголова шумно выдохнул, сжав кулаки. – Ты пока там пошамань, чтоб ничего не случилось, а я достану тебе образец у этого урода. Донателло чуть не поперхнулся. - Как, Раф? Мы даже не знаем кто они такие, кому служат, что делают в нашем городе. Лео не одобрит такое бросание в омут головой… - А я Лео сейчас не спрашиваю, - тихо огрызнулся бешеный ниндзя. – Вот будет здоров, тогда может хоть обвысказываться мне все, что думает. Не говори ему, ладно? Скажи, я кататься поехал. - Но их трое… а ты… - А мне насрать. Я что, по-твоему, троих не порву за брата? - Раф… - Ша, задохлик! За начальника – я! Он отодвинул Донни с дороги и потопал в гараж, спиной чувствуя взгляд полный неодобрения и обиды. Уже у двери Рафаэль все же обернулся через плечо и вдруг улыбнулся брату. - Да буду, буду я осторожным. Обещаю. А ты сделай что надо, ладненько?

***

Й’оку очнулся лежащим в каком-то переулке, куда даже не помнил, как добрался. Пока были силы, он бежал в противоположную от дома сторону, чтобы увести за собой погоню, если таковая будет. «Винс должен был добраться к Мастеру и доставить бриллианты, - он слабо улыбнулся сам себе, поднимая голову с прохладного, остывшего за ночь, асфальта. Над ним занимался рассвет. – Надо вернуться и поискать Ми… только бы с ним беды не было. Поднимайся, тряпка, если не хочешь потерять брата…» Он с трудом сел, ощупал запекшуюся на трапеции глубокую рану, осмотрел предплечье и ноги, вздохнул, ухватился за выступ стены и медленно встал. «Надо добраться в выставочный центр, поискать следы этих странных черепах. Вдруг они забрали Ми в заложники или бросили там раненого… Черт!» Правая нога подломилась, и он снова свалился на асфальт. Полежал минуту, давя дурноту глубокими вдохами и выдохами, и снова упрямо поднялся. «Ну, хоть на одного станет поменьше, - едко подумал клон, погладив рукоять меча за плечом. – Спасибо Винсенту – яд отменный…»

***

К своей вылазке Рафаэль готовился тщательно и обдуманно. Вопреки расхожему о нем мнению, он отлично понимал, как рискует сейчас, высовываясь в одиночку против троих совершенно неизвестных ему противников. Это когда Лео стоял во главе любой операции, можно было валять дурака, бравадиться и бездумно кидаться в схватку. А сейчас от результата этой вылазки зависел старший брат, и провалить ее или героически подохнуть было бы, по меньшей мере, глупо. Надо было не помирать, а достать образец яда для Донни и желательно быстро, чтобы не рисковать жизнью лидера. «Ну, во всяком случае, эта похожая на Лео рептилия тоже ранена и при том довольно серьезно. Лео достал его дважды и разок я, и кто-то до нас хорошенько приложил, так что он не в лучшей форме, – Раф ухмыльнулся, заводя мотоцикл. – Надо отыскать. Начну с этого выставочного центра, вдруг они вернутся за тем, что не докрали еще? А там уж посмотрим».

***

На голову вылился поток холодной воды, и Й’оку вскинулся, распахивая глаза. - Ну? – на него пристально смотрел Шредер, с самым скучающим видом подпиравший голову рукой и катавший по столу блестящие камешки. – Скажи мне хоть пару слов в свое оправдание. Почему ты отстал от братьев? Отход прикрывал? Похвально, конечно, но стоит впредь лучше думать и тщательнее просчитывать операцию. Клон мотнул головой, приходя в себя окончательно, и подобрался, поняв, что лежит на полу в луже воды, которой его окатили ниндзя Мастера, чтобы привести в себя, прямо в центральном зале Цитадели. Он сел, складывая руки, и коротко поклонился Ороку Саки. - Простите, Мастер, Вы сказали о моих братьях… с ними… с ними с обоими все в порядке? Они дома? - В отличие от тебя, убожество, - Шредер взял со стола бриллиант и провертел его в пальцах, поймав лучик света и немного насмешливо пустив Й’оку в глаза солнечного зайчика. – Посмотри на себя. С кем вы столкнулись? - С черепахами, Мастер, очень похожими на нас самих, - тот дернул веками, но голову не отвел, старательно всматриваясь в яркий свет. – Один с парой катан, но они не отравлены, у второго были саи. Идеальная рабочая двойка, очень хороши в паре. - Рафаэль и Леонардо, - Шредер улыбнулся шире, переводя солнечного зайчика с одного зрачка клона на второй. – Не всегда они были идеальной парой. Это твой брат. Й’оку все же сморгнул выбитые ярким светом слезы и снова уставился на бликующий камень. - Брат? - А разве у тебя не возникало чувства, что в бою тебя должен кто-то прикрывать? Рафаэля похитили у нас и заставили служить враждебному клану, частично лишив памяти и внушив ему, что его родной брат Леонардо, а не ты. Мне жаль было потерять такого чудесного ученика, - Шредер поднялся из-за стола, бросив бриллиант, и прошел по своему огромному залу. – Мне очень-очень жаль, что так получилось. Клон торопливо вытер ладонями глаза, перед которыми плясали цветовые пятна после ослепительного света, и поднял голову. В голосе Мастера слышалось отчетливое сожаление, такое яркое и сильное, что нельзя было даже усомниться в том, что это был его самый любимый и самый лучший ученик. Й’оку сжал кулак, несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать зрение, и повернулся на голос. - Мастер, - попросил он. – Позвольте мне вернуть его домой. Шредер надолго замер к нему спиной, чуть склонив голову набок и словно размышляя о чем-то. Он не знал, как именно старая крыса воспитывала своих мерзких выродков, но изучил их достаточно хорошо. Леонардо, такой старательный, такой идеальный и такой правильный, что мерзко порой становилось, любил своего приемного папашу до звездочек перед глазами. И Й’оку, его копия, доведенная до идеала, так же фанатично и преданно смотрел на Шредера, ловя любое его желание и любой разочарованный вздох. Этот на потолок залезет за доброе слово своего Мастера и, не задумываясь, шагнет в огонь. Удавится, утопится и зарежется, если только увидит недовольство Шредера. Ороку Саки усмехнулся уголками губ. Он же не сдержался и зашел к клонам уже на второй день их существования в его подвале, а потом наведывался еще один раз до показательной тренировки. Наблюдал. - Что это у тебя? – Шредер указывает на цепочку на руке старшего клона, рассматривая ее с большим интересом. Она хорошо знакома ему – безделушка, порвавшаяся в его прошлый визит, и с досады брошенная под стол. Й’оку нервно проводит пальцами по браслету и минуту молчит. - Простите, Мастер… - Чтоб больше я этого не видел. - Хай, - тот снимает браслет и сжимает его в кулаке. Он сделал, что Шредер потребовал – браслета больше не было, но тот эпизод ясно дал понять Ороку Саки, насколько его старшая рептилия дорожит всем, что с ним связано, и как болезненно воспринимает любое неодобрение. - Ну, попытайся, - вздохнул он. – Возвращение вашего брата в семью было бы благом. Й’оку кивнул. - Иди к Стокману, пусть зашьет твою рану и приведет тебя в порядок. Отдохни пару дней, а там уже подумаем о твоем желании порадовать меня возвращением Рафаэля.

***

- Черт! – Бакстер зло бросил сломанную иглу и полез в ящик. – Закончились. Кто придумал штопать черепаху тонкими иглами? Шилом надо сперва дырки проковыривать! Шилом! Он сердито выпрямился, захлопывая створку, и воззрился на Й’оку, абсолютно равнодушно сидевшего на высоком табурете посреди его лаборатории. Тот даже глаз на ученого не поднял, задумчиво проворачивая тонкий золотистый браслет на щиколотке и полностью погрузившись в свои мысли. - Сиди тут и ничего не трогай! – приказал Стокман, отворачиваясь к выходу. – Я скоро вернусь. Й’оку проводил его совершенно пустым взглядом и не тронулся с места. Когда за ученым закрылась дверь, он бесцельно оглядел лабораторию, продолжая тепло гладить цепочку, но потом вдруг настороженно прислушался. Ему показалось, что с высокого стеллажа раздался какой-то невнятный шорох, а потом тихий писк. «Он что, тоже держит мышей, как Винс?» Й’оку поднялся и сделал шаг к стеллажу, но потом вернулся обратно на табурет. Ему же сказали не вставать и ничего не трогать. Шорох повторился, настойчиво привлекая внимание черепашки в серой маске. «Но он не Мастер, - подумал клон, прошаривая взглядом полки и, наконец, остановившись на большой коробке, из которой явно исходили звуки. – Бакстер Стокман не может мне приказывать». Он встал и, решительно подойдя к стеллажу, снял с полки коробку. Она оказалась довольно тяжелой, и в ней что-то тут же задергалось, громко пискнув. Й’оку сел на пол, поставил перед собой коробку, открыл ее, заглядывая внутрь, и на долю секунды онемел.