История маленькой верности

Рафаэль лежал в своем гамаке, толкаясь ногой от стены и рассматривая мерно раскачивающийся над головой потолок. Они с братьями до глубокой ночи обсуждали произошедшее и строили теории, пока старший чуть не вырубился прямо в гостиной, упрямо не желая уходить спать нормально. Сыворотка, данная Кадзэ, подействовала довольно быстро, но Лео был очень слаб и постоянно норовил заснуть хоть где-то, и при этом желал участвовать во всех обсуждениях, словно без него они не разобрались бы. Донни считал, что копии, с которыми они столкнулись – это их клоны, но Раф не верил в это. Они же не в сказке живут. Таких технологий просто не существует. Хотя с другой стороны, там где крутится задохлик-Стокман, чего угодно ожидать можно. Но тогда зачем копия Лео, Кадзэ, так упорно убеждает Рафа, что он ему родной брат? Что это? Уловка или какой-то новый план их противника? И если есть копия Лео, то есть и все остальные, зачем тогда Шредеру Рафаэль? Горы вопросов, от которых пухнет башка, и ни единого ответа или хоть намека на него. А они были нужны, чтобы понимать, чего ждать дальше. Раф перевернулся в гамаке и посмотрел на дремавшего в его кровати Лео, которого чуть ли ни силком заставил лечь здесь. - Под присмотром будешь! – сорвиголова решительно пихает брата в карапакс, громко сопя. – Нечего там… вот сидеть там нечего. Лео тихо смеется, но покорно садится на кровать. Он и сам понимает, что не в том состоянии, чтобы спорить и препираться. После лошадиной дозы какого-то препарата, который вколол ему Донни, у него немилосердно кружится голова, дрожат ноги, и хочется спать. - Там, это у себя? – все же спрашивает он. - Ну… ну да, - Раф плюхается в гамак. – А тут я присмотрю, если чего вдруг. Лео долго лежит, глядя на него, и иногда тихо улыбается каким-то своим мыслям. - Чего лыбишься? – не выдерживает Рафаэль. – Че смешного? Чуть не сдох, блин, и ржет. - Да так, - старший сует руки под подушку. – Заботливый ты. Спасибо, Раф. - П-фф, - тот даже смущенно отворачивается к стенке. – А ты милаха, когда хоть что-то, что для тебя делается, принимаешь. Теплый чуть хрипловатый смех Лео греет даже на расстоянии. - Да, я помню. Будь я не я, ты бы влюбился. Рафаэль вздохнул, вспоминая тот их давнишний шуточный разговор. Ему все в Лео нравилось – и цвет кожи, и легкая непринужденная грация, как у гепарда, голос, мягкий, ласковый, теплый смех. Глаза, синие-синие, как перелив океана в небо, и иногда грозовые, когда брат злился на него, руки, сильные и нежные одновременно. Вот все-все. - Вот будь ты не ты, я б влюбился, - Раф со смехом роняет брата подсечкой на татами и укладывается сверху, прижмуривая глаза и подпирая голову рукой. - А что во мне не так? – Лео лукаво щурится, не делая попыток сбросить Рафаэля. – Ну, кроме очевидного. - Это того, что ты не девка? – бешеный ниндзя коротко вздыхает, всматриваясь в лучистую ясную синь и купаясь в ней, как в рассветном океане. - Нет, - старший брат едва заметно качает головой. – Того, что я твой родной брат. Я не слышал, чтобы пол стал преградой для настоящей любви. Вот у японцев это вообще нормальные отношения, а самураи… - Ой, заткнись, - Раф приподнимается на руках и долго-долго смотрит ему в лицо. Лео красивый. Лео совершенный. Лео… черт, ну это просто Лео, которого он знает всю жизнь и даже при всех порывах души, которая готова была открыться навстречу брату, вот не хватало чего-то, чтоб по уши влететь в старшего. Да и Лео оно не надо. И Раф так тогда и не понял, чего же ему не хватало. А вот сейчас отчего-то накрыло тем разговором. То ли встреча с копией Леонардо так растревожила, то ли еще что, но Рафаэль не мог заснуть, снова и снова возвращаясь мыслями к тому мигу, когда его сай пробил плечо Кадзэ. Тот этого хотел, сам выпрашивал, но отчего-то было гадко на душе от этого поступка, словно сделал что-то плохое. Кадзэ служил Шредеру, он был клоном, если верить теории Донни, он был ненастоящим, то есть не родившимся, как все нормальные существа… и он тревожил Рафа все сильнее и сильнее. Ему очень хотелось снова увидеть эту копию, поговорить, может, убедить, что Ороку Саки не лучший Мастер, а проще говоря – дерьмовый, что мир не сошелся клином на клане Фут и есть еще много чего другого. - Лео? – Раф приподнял голову. – А если бы мы домой их взяли, а? Что бы ты сказал? Старший брат не ответил, и по ровному глубокому дыханию, сорвиголова понял, что он давно спит.

***

- Так, малыш, давай-ка, мы с тобой поиграем немного, - Миднайт посадил Ёдзи напротив себя и сунул ему в руки клубок проводов. – Смотри, как я это делаю, и повторяй. Весело будет, уж поверь мастеру шуток! Крошка сосредоточенно кивнул и начал повторять движения младшего клона, распутывая проволоку. За прошлую ночь он существенно подрос и уже уверенно ходил за всеми кого видел, заглядывая в лица и улыбаясь им, но только к Й’оку кидался на руки, вцепляясь, как клещ, прижимался и целовал в щеку, широко улыбаясь. И Миднайту это не нравилось. Он злился на старшего брата и хотел, чтобы малыш его любил больше, чем этого вечно усталого и хмурого зануду, который только и делал, что читал книжки, носился по каким-то делам и торчал в додзе. С ним было не интересно, да и ребенку, наверняка, тоже скучно, а вот теперь вместе им будет очень и очень весело. «Я научу тебя развлекаться, как надо, приятель!»

***

Й’оку проснулся от того, что его трясло, и торопливо сел, схватившись за спинку кровати, потому что тут же поплыла голова. - Ёдзи? – он огляделся, поняв, что малыша рядом с ним нет, а одеяльце валяется на полу. – Ты где? С трудом встав, серый клон вышел в коридор и прислушался к дому. В гостиной смеялись Миднайт и его малыш, а Винсент что-то мурлыкал в своей лаборатории, видимо, продолжая препарировать очередную мышь. - Парни, пора на тренировку, - Й’оку вошел в общую комнату и тут же рухнул, обо что-то споткнувшись, больно ударился пробитым плечом и сердито зашипел. Миднайт покатился по полу, хватаясь за живот. - Я же сказал тебе, смешно будет! – обратился он к Ёдзи, который тоже засмеялся, радостно вторя новому другу и тщательно копируя его дрыганье пятками. Старший сморщился и поднялся на ноги, заметив тонкую проволоку, натянутую над полом. Он не увидел ее при ярком свете, что горел в гостиной. - Оборжаться можно, Ми, - бросил он младшему брату. – Ты хоть покормил малыша? - А че, надо было? – Мид сел, все еще смеясь и вытирая выступившие слезы. – О, Боги! Ты бы только видел свои вытаращенные глаза! Мне кажется, ты стал плохо видеть при свете, братец, надо сказать Винсенту, он пришьет тебе глаза от своей крысы. Будешь красноглазиком, а? На лоб. Он снова засмеялся, поднимаясь на ноги. - Завтрак сделаешь? Я есть хочу. Пока поиграю в приставку до тренировки. Й’оку проводил его немного раздраженным взглядом, подхватил Ёдзи на руки и пошел на кухню. Там он усадил малыша на стол и достал баночку с пюре из холодильника, поставив на плиту сковородку. - Вот, - он открыл крышку и дал крохе ложку, потом разбил в сковороду несколько яиц. – Кушай, малыш. С этим балбесом недолго голодным остаться. Давай, берем ложечку и начинаем понемногу учиться прилично есть. Ёдзи послушно взял ложку, сунул ее в банку и начал быстро поглощать пюре, помогая себе второй ладошкой. Клон сел напротив него за стол и подпер голову рукой. Есть ему не хотелось совсем, да к тому же не отпускало чувство липкого озноба и желание свернуться клубком в углу своей комнаты, а не махать сейчас мечами. - Я на тренировку пойду, - сказал он, тепло рассматривая подросшего кроху. – А ты пока тут побудешь, хорошо? Это недолго. Всего пара часов. Малыш кивнул, полностью увлеченный своим занятием, но стоило только Й’оку встать и сделать шаг к двери, как он истошно запищал и протянул ему измазанные ладошки. - Ладно, - сдался серый клон, возвращаясь и поднимая его на руки. – Идем со мной, но я не смогу там с тобой играть. Я обещал Мастеру, понимаешь, если я не буду тренироваться, тебя заберут у меня.

/два дня спустя/

Й’оку не мог заснуть, вертясь в кровати и бестолково пытаясь устроить разболевшееся окончательно плечо, которое горело огнем, мешая сосредоточиться и доводя руку до онемения. - Сам дурак, - усмехается Винсент, рассматривая воспалившуюся рану. – Зачем подпустил противника так близко? Й’оку молчит, глядя в сторону. Ну не говорить же правду. - Ладно, - Винс лезет в аптечку, досадливо морщась, потому что пришлось оторваться от микроскопа. – Держи обезболку и не лезь больше под руку. У тебя там вроде есть чем заняться. Следи, чтоб из твоей мелочи второй Мид не вырос, а то спелись очень. - Спасибо, брат, - старший берет таблетки и отворачивается уйти. – Извини, что побеспокоил. - Извиняю, - Винсент поправляет очки и снова утыкается в микроскоп. – Если хочешь мой совет, то дай обоим по заднице хорошенько, иначе из твоего Ёдзи вырастет вторая избалованная скотина, такая же дебильная и неблагодарная, а Боливар не вынесет двоих. Йоку сел, прижимая к себе руку, и уткнулся лбом в колени. У него остались всего сутки из отпущенного Мастером времени, а ему становилось только хуже. Он смог бы это пережить и как-то справился бы, он был в этом уверен, но внутри просто разрывалось что-то, заставляя сердце больно дергаться в разные стороны, заходясь частым рваным ритмом, и именно это не давало уснуть и выматывало до того, что даже тренировки не приносили ему успокоения. Сегодня Ёдзи ушел спать к Миднайту, а вчера заговорил, и первое слово, которое он сказал старшему клону, было «дурак», днем кинул в него печеньем. Й’оку не мог понять, чем так обидел малыша, что тот убегал от него, показывал язык и бросал на пол предложенное пюре, разбрасывал вещи и разливал по столу сок. «Чем я его так задел? Почему не смог найти общий язык? Вот у Ми все получилось, они даже спят теперь вместе… А я ничего не смог ему дать». Он сел, понимая, что не уснет, и провел пальцами по пустому месту в изголовье кровати, откуда малыш вчера демонстративно утащил свою подушку. Й’оку поднялся и тихо покинул дом, решив пробежаться по поверхности и хоть немного проветрить голову и остудить горевшее огнем плечо. Да к тому же надо было снова добывать еду для крохи, который рос очень быстро, и вещи вот-вот тоже станут малы…

***

Раф легко прыгал по крышам, перелетая с одной на другую, порой цепляясь за провода и ловя кайф от этой ночной гонки. Ему надо было проветриться, хорошенько поноситься и выбросить дурь из головы, которая слишком настойчиво туда лезла. - Еп твою! – он споткнулся и рухнул, совершенно некуртуазно проехавшись физиономией по сухому бетону крыши. – А ты-то тут какими судьбами? Буквально на соседней крыше он увидел знакомый силуэт, крутивший не менее знакомые ката. - Охренеть можно! Рафаэль поднялся и осторожно двинулся дальше, размышляя, как бы не спугнуть загадочную копию Лео.

***

- Привет! Й’оку резко обернулся на голос, выхватывая один из мечей, и замер, уставившись на Рафаэля. - Привет, - он немного настороженно опустил клинок, но не убрал его в ножны. - Ты что тут делаешь? Вопрос вырвался у обоих одновременно, и Раф улыбнулся. - Я гулял. - Я тоже, - отозвался серый клон, тяжело переводя дыхание. – Не думал, что тебя отпускают бегать одного. Раф хмыкнул. - У меня не зона строгого режима, - он подошел ближе. – Не знаю, что тебе наговорили, но я хожу, где хочу и когда хочу. Меня никто в клетку не запирает. - Ясно, - Й’оку убрал клинок и отвернулся. - Эй, - Раф подошел совсем близко и тронул его за плечо. – Она погано выглядит, парень. Я понимаю, что ты этого и хотел и, надеюсь, получил, что тебе надо было, но стоило бы обработать. Неужели твой братец, который сделал нам противоядие, не мог этого сделать. Клон дернул головой, отводя глаза и чуть отстранился. - Винс занят. - А, ну да, - Рафаэль насмешливо вскинул брови. – Не до того ему. Конечно, вы ж семья, все дела. Это у меня все ненастоящее. А у тебя, гляжу, все как надо. Он уселся на край крыши и хлопнул ладонью рядом с собой. - Садись, - щедро пригласил Раф. – Я в душу лезть не буду, но если хочется, так выговаривайся. Лео говорит, от того легче на сердце должно становиться. Нерешительно постояв минуту, Й’оку все же осторожно сел рядом с ним, уставившись в небо и покачивая ногами в воздухе. Раф рассматривал его, пытаясь понять – ну неужели и в самом деле можно создать живое существо? Если верить теории Донни, то перед ним то, что не родилось, а было сделано человеком из клочка кожи его старшего брата. Вот оно – сидит рядом, дышит, думает, чем-то там живет и даже, наверное, хоть кого-то любит. Как это создать можно? Если оно живет, то и душа там, выходит, есть? А раз так, то живой, значит. «Как же похож, чертяка, - уже не в первый раз мысленно отметил он. – Только не Лео». «Как заказывал, - тут же мерзенько пошутил над ним внутренний голос. – Все для Вас - пробуй». - Давай, хоть я, что ли, перевяжу тебя, - вздохнув, предложил Рафаэль. – Я не то чтоб мастер большой, но так заражение отхватишь. Й’оку дернулся, отстраняясь, и уставился ему прямо в лицо своими пронзительными глазищами. - Нет нужды, - как-то до странного нервно отозвался он. – Все хорошо. Раф засмеялся, перехватив его за руку, и дернул к себе. - Ой, я эту фразочку знаю! Не бойся, хуже не сделаю. Не дергайся. Он вытащил из кармана бинт и кусок пластыря, которыми его снабдил Донни на случаи одиночных вылазок, и стал накладывать повязку. - Да ты дурак, - усмехнулся сорвиголова, закрепляя узел. – У тебя уже температура. - Это пройдет, - Й’оку заторможено смотрел, как Рафовы пальцы ловко бинтуют ему рану. – Не важно. Зачем тебе это? Значит, ты все же чувствуешь что-то, раз помогаешь? - Че? - Рафаэль чуть бинт не выронил, так его удивили и вопрос, и сама заявка. - Да низачем. Чего мне тебя, идиота, оставлять подыхать, что ли, от моего же штыка, а? Ты, конечно, козлина, и вот тронешь еще хоть раз кого из моих братьев – глотку порву, но в остальном… дурак ты в остальном. Он вернулся к своему занятию и буркнул напоследок. - Ничего я не чувствую. Это так… просто… Раф соврал и отлично знал это. Чувствовал. Что-то тревожное, яркое, разгоравшееся внутри с силой степного пожара. Это было то, чего он хотел уже давно, на что готово было откликнуться сердце, жаждавшее любви. Лео и не Лео. И если старший брат не будил в нем какой-то полупьяной будоражащей страсти, то вот этот клон, или копия, или хрен знает что… он заставлял кровь бежать быстрее по венам, и к нему хотелось прикасаться, несмотря ни на что. Даже зная, что это враг, который почему-то служит Ороку Саки. «Ты просто почти влюбился, братан!» Рафаэль умел быть честным если не с окружающими, то хотя бы с собой самим. А еще, что-то поняв, он хотел получить ответ немедленно. - Кадзэ, слушай, - неожиданно ляпнул он, отчего Й’оку заметно вздрогнул. - Почему ты меня так зовешь? – клон чуть прищурился. - Вот это, - Рафаэль ткнул пальцем в его татуировку, недовольно отвлекаясь от своего открытия. – Этот символ… и ты вообще на ветер похож, а я его очень люблю. Тот ничего не ответил, снова уставившись в небо, как Лео часто делал, когда они говорили о чем-то сложном для него. - Я пойду лучше, ладно, - Й’оку поднялся, чуть шатнувшись, и отступил от края крыши. – Мне пора. - До завтра,- брякнул Раф и не успел удивиться, как клон обернулся и неожиданно кивнул. - Давай тут же увидимся, если ты не против. Придешь?