под проливным дождём

Лунный свет падал на слабо освещённый кабинет, наполняя пустую страницу журнала своим серебряным светом. Несколько месяцев страницы были пусты. В лучи света влился дым от сигареты, образуя красивые фигуры, а по стеклу барабанил слабый дождь. Детектив Александр сидел у себя в кабинете, как обычно, до полуночи в ожидании клиентов, которые резко перестали садиться в кресле напротив после последнего успешного дела. Оно было успешным для заказчика, но детектив после него стал совсем ненужным. Как только часы пробили полночь, детектив уже привычным движением потушил сигарету. Закрыв журнал, он встал с кресла и начал уходить. Не успев накинуть на себя пальто, в дверь постучали. С интересом взглянув на дверь, мужчина поспешил узнать, кто наконец вспомнил о нём. Открыв дверь, он обнаружил девушку невысокого роста в мешковатом тканевом плаще, который был чуть намочен дождём. Это было привычное дело для этого города, туч нет, а дождь идёт. Кажется, к этому привык уже каждый житель. Александр поспешил провести девушку в зал на приём, но, вопреки его мыслям, она осталась в дверях.       — Извините, у меня нет времени на прелюдии. Я пришла вызвать вас на дело о пропаже и убийстве восьмерых человек. Очередной полицейский, который хочет опросить свидетелей, — промелькнула мысль в голове детектива, он сразу поспешил ответить.       — Я весьма благодарен за визит, но я не имею никакого… Очередной полицейский, который хочет опросить свидетелей, — промелькнула мысль в голове детектива, он сразу поспешил ответить:       — Я весьма благодарен за визит, но я не имею никакого... Но не успел закончить фразу, его перебила гостья:       — Да, я знаю. Но вы можете помочь мне в расследовании. Это уже звучало интересно: первый клиент спустя долгое время. Наконец-то в журнале появится новая строчка.       — Я и вправду могу вам помочь, но не сегодня. К сожалению, моё время работы прошло. Приходите завтра, с шести утра до полуночи. — Это была полная ложь. Клиента он мог принять когда угодно, но в данный момент хотел выспаться. Да и к тому же в воздухе всё ещё витал запах сигарет, что не нравилось его клиентам.       К сожалению для Александра, его посетительница не собиралась сдаваться. В ответ он услышал:       — Нет! Вы врёте! Я видела, как вы принимали людей и в три часа. Я могу заплатить прямо сейчас, если вы так хотите! — Это было произнесено так уверенно и громко, что бедный детектив простоял в ступоре несколько секунд.        — Видимо, сон отменяется... Да и, как погляжу, вы полны решимости. Ох... ладно, я помогу вам.       В ответ мужчина получил лишь кивок, а через секунду — безэмоциональную фразу:       — Я буду ждать вас около машины. Поторопитесь.       — Ох, и во что я опять ввязался... — Тихо сказал детектив.       Спустя пять минут Александр был у порога здания. Когда двери распахнулись от его толчка, перед ним была привычная картина: с неба падали капли дождя, а тучи всё так же скрывались. Одно оставалось неизменным — луна всё так же ярко светила. Тут его ступор прервал голос:       — Эй, вы долго собираетесь мокнуть?       — А?.. Да, точно, иду.       — Почему вы так уставились на небо?       — Я хотел увидеть тучу. — Это был очень глупый ответ, думал Александр, ведь она тоже намокла под дождём. Искать тучи на небе стало своеобразной традицией горожан.       — Ну и как успехи? — ехидно спросила девушка.       — Их нет. Но вы ведь тоже намокли. Неужели вам не интересно, откуда идёт дождь?       — Вы об этом? — с усмешкой спросила дама. — Всё из-за меня. Дождь идёт в зависимости от моего состояния. Если мне больно или эмоции берут верх, то дождь начинает идти. Он усиливается от боли, которую я испытываю, и, наверное, от глубины ран. Но операции я пока не планирую. Да и город жалко. Экспериментировать не хочу.       На лице детектива прыгнула мимолётная улыбка.       — Дамочка, я, конечно, извиняюсь, но, по-моему, вам не ко мне надо, а к психиатру. А лучше — и куда подальше. Дождь зависит от вашего здоровья? Это полный бред!       Александр уже развернулся и хотел войти обратно в здание, но тут маленькая рука упала ему на плечо.       — Стоило ждать этой реакции. Но это правда, я могу доказать это, — грустным голосом сказала дама.       —Ну, удивите меня, — скрывая смех, развернувшись, произнёс детектив.       Как только он это сказал, женщина ударила себя по лицу. Видимо, достаточно сильно, ведь у неё потекла кровь из носа. В этот момент раздался сильный грохот — это был гром. Сверкнула молния, дождь пошёл сильнее. На лице Александра улыбка сменилась двумя эмоциями: первая — недоумение, вторая — страх. Не зная, как продолжить разговор, он лишь молчал.       — Убедительно? — спросила девушка.       — Вполне... — со стыдом в голосе еле выдавил Александр.       — Ну и славненько! Ой, я совсем забыла представиться. Меня зовут Лили. — Она протянула руку.       — Александр, — всё так же с дрожью в голосе продолжал мужчина.       — Ну, я думаю, вы больше не заставите бить саму себя, — хихикнув, сказала Лили.       Придя в себя и взяв эмоции под контроль, Александр произнёс:       — Да, простите за это недоразумение.       — Ой, ну что вы! Конечно, не каждый поверит в эту чушь с дождём.       — А вы можете сказать, как у вас появился этот дар? — садясь в машину, решил спросить мужчина.       — Хм, я не помню, когда я первый раз заметила этот "дар", — Лили специально выделила слово "дар", оно ей не понравилось. — Но я бы не сказала, что это дар. Ведь всегда, когда я падала, плакала или прокалывала палец иглой, начинался сильный дождь.       — Да, думаю, тогда операции точно проверять не стоит. Кстати, мы скоро приедем? Я хочу поскорее узнать, в чём дело, и вернуться домой.— Боюсь, вы уедете домой не скоро, — упрямо смотря на дорогу, резко отрезала Лили.       — Я вас не понимаю. Я быстренько посмотрю, что случилось, и пойду домой.       — Я же сказала, вы не скоро попадёте домой. Вы останетесь рядом со мной до тех пор, пока дело не будет раскрыто!       — Вы меня похитили? — Очень глупо звучал этот вопрос, ведь детектив был больше и сильнее Лили.        — Конечно, я ведь такая грозная, — похоже, Лили и сама понимала, что из уст Александра это звучит странно. — Вы нужны мне рядом для моей и вашей безопасности. Ходят слухи... Пока не важно, узнаете об этом позже. Сейчас не безопасно.        — Это не причина. Знайте одно: я буду в вашей компании, пока сам считаю нужным.        — Вот и славно, — тихо сказала Лили с лёгкой улыбкой на лице.        — Что? Славно? Я совсем вас не понимаю! Я же человек, а не игрушка!        — Да, вы правы. Вы не игрушка. Вы нечто большое! И поймите меня правильно, я не кокетничаю. С игрушками ведь так поступают? Я лишь говорю, что вы вольны делать всё, что вам нужно, только держите меня в курсе ваших действий. Да и отпираться поздно — мы приехали, и дождь кончился. Какая удача, однако.        Не поняв тон Лили, Александр вышел из машины и вместо быстрого побега пошёл за Лили.        Он вошёл не в огромный замок с дворецким, как ожидал, а в небольшую, но уютную квартиру, в которой было три комнаты. Одна из которых была закрыта, и детектив не видел, что в ней. Зато он отлично видел гостиную и часть спальни. Дальше по коридору были двери в душ и кухню. На пороге Лили попросила снять верхнюю одежду, после чего повесила её на вешалку. Сняв туфли, Александр прошёл вслед за хозяйкой дома в комнату, в которой уже был включён свет. На стеклянном столе стояли тарелки с сэндвичами и две кружки кофе.        После осмотра комнаты детектив первым нарушил молчание:        — Вы живёте здесь одна?        — Ох, прошу перейти на "ты". Да, я живу одна и не собираюсь делить свою квартиру ни с кем!        — Простите, кхм... то есть прости. Но где я должен спать?        — Да, к сожалению, сегодня я нарушу второй свой принцип. Ты будешь спать тут! — ткнув пальцем на диван, она странно улыбалась.        — Хорошо. Но можно мне уточнить, если не секрет, какой первый принцип ты нарушила сегодня?        — Это был удар себя по щеке. Я принесу постельное бельё. Угощайся своим скромным, запоздалым ужином. Я вскоре присоединюсь к тебе.        Послушав хозяйку, Александр сел на край дивана и, не спеша, начал поглощать сэндвичи. Но его одиночество было недолгим. Лили вернулась действительно быстро, села напротив гостя и начала разговор:        — Что ж, я думаю, тебе интересно, что же за дело, о котором я говорила, так ведь?        — Да, пожалуй, мне бы не помешало узнать побольше об этом. От этого ведь зависит, как скоро я вернусь домой. Если вернусь, конечно, — последнюю часть детектив сказал про себя.        — Да, ты прав. Я расскажу всё, что знаю сама, и то, о чём подозреваю. А после ты можешь лечь спать.        — Надеюсь, мне это поможет. А если не секрет, то почему ты выбрала именно меня, а не частного детектива?        Кратко усмехнувшись, Лили продолжила:        — Если честно, то сама не знаю. Меня к тебе привёл след из твоих успешно раскрытых преступлений. Ещё тот факт, что к тебе перестали ходить люди после твоего последнего дела. Что там было? По-моему...        Александр прервал её:        — Не продолжай, я помню.        — Да, денег ты требуешь немного, — продолжала Лили, — но талант у тебя имеется. Поэтому я подумала, что тебе следует развеяться, и если ты раскроешь это дело, у тебя не будет отбоя от клиентов. Большего сказать не могу, иначе нарушу свой третий принцип. А в первый день ломать всё, что строила на протяжении всей жизни, будет плохо.        Посмотрев на свои часы, чтобы отвлечься от взгляда хозяйки, он удивился: ведь было уже три часа утра.        — Неужели время летит так быстро? — случайно сказав это вслух, он оторвал взгляд от часов и снова посмотрел на Лили. Он застала её в неудобной позе, потягиваясь и параллельно закрывая рот из-за зевка.        — Что ж, видимо, ты устала больше меня. Да и кофе тебе не особо помог.        — Да? Ты так считаешь? Но в любом случае я не могу откладывать разговор до завтра. Чем быстрее ты проникнешь в подробности, тем будет лучше для тебя... — не договорив, Лили опять зевнула, в этот раз не так заметно. — Так ведь?        — Ты права. Думаю, тебе стоит быстрее всё рассказать. Скоро солнце вставать будет.        — Да, приступим. Но у меня есть одна просьба: ты не должен меня перебивать. Я расскажу всё про жертв, а после дам тебе шанс задать вопросы. Всё это началось ещё год назад, когда я только приехала в город. Хотя первая жертва появилась чуть раньше — на пару часов, если быть точной. Её звали Анджела, ей было двадцать пять, и она не имела работы. Но при этом её часто видели в баре неподалёку, где она брала самый дорогой виски, а после устраивала «развратное шоу». После его окончания она шла к себе домой. Её убили по дороге туда. Убили её ударом в затылок тупым предметом. Но до её смерти она получила ещё травмы, а именно порезы на внешней стороне рук. Они были нанесены мелким режущим предметом, предположительно ножом. Порезы эти были в виде крестов на обеих руках.        Детектив был поражён знанием Лили о ситуации, но понял, что девушка ждёт от него вопроса. Александр тут же задал:        — Я хочу узнать: были ли это простые кресты или нечто большее? И как жертва не умерла от потери крови, если ей распороли ладони?        Лили ответила спокойно:        — Кресты были и впрямь необычные. Они напоминали христианские. А что касается потери крови — раны были быстро обработаны самим убийцей.        Лили продолжила описание жертв:        — Вторая жертва была найдена спустя два дня после первой, ещё живой. Но её не спасли. У неё были отрублены две руки по локоть и две ноги по колено. В этот раз других травм не было, но раны были также обработаны. Жертва умерла предположительно от сердечного приступа в карете скорой помощи. Её отрубленные конечности были сложены в форме полумесяца.       Лили ненадолго замолчала, затем добавила:       — Прежде чем я дам тебе слово, хочу уточнить, что именно с этого убийства все детективы начали подозревать религиозного фанатика. А это, прошу заметить, было позже, чем ты догадался.— Я, конечно, польщён, но ты думаешь, что сейчас самое время для лести? Ладно, делай, что знаешь. Я хочу задать лишь один вопрос: полумесяц был ведь без звезды в центре?       — Да, это так. Но разве тебя не смущает тот факт, что жертва умерла не от травм, а от приступа?       — Ясно… Нет, не смущает. Ты же сказала, что раны были обработаны. У меня есть версия, как такое возможно, но всё остальное я расскажу после твоего рассказа. А судя по тому, как ты сдерживаешь сон, лучше это сделать завтра.       — Да, так будет лучше.       Лили перевела дыхание и продолжила:       — Третья жертва — Ричард, служитель католической церкви. Его нашли спустя месяц после двух убийств. У него был один большой крест на груди. Разумеется, не церковный, а в виде травмы. Умер он сразу, но рана была обработана. Его позвоночник был сломан в двух местах, но это не стало причиной смерти.       Она замолчала, давая слово детективу, но он ничего не сказал.       — Четвёртая жертва умерла спустя четыре дня после Ричарда. Это была певица Матильда. Она была популярной в узких кругах, и её пропажа сразу привлекла внимание. У неё на животе был вырезан полумесяц, похожий на тот, что был выложен частями тела второй жертвы. Она умерла от сильного удара в шею, то есть это была единственная жертва, которая умерла ещё до пыток.       Лили сразу начала рассказывать про пятую жертву, понимая, что детектив не станет её перебивать.       — Пятая жертва — детектив, который, как писали в газетах, был очень близок к разгадке. Но, как позже выяснилось, он не приблизился ни на шаг. Его звали Оливер. На нём не было никаких отметок, как на телах других жертв, но в руке была записка. В ней было написано:       «Я тот, кого вы ищете, и я решил дать себе прозвище. Мне кажется, что "Реван" будет подходящим. Оно никак не связано с чем-то или кем-то, просто набор букв, которые мне нравятся.»       Лили потёрла виски и тяжело вздохнула:       — Думаю, что мне стоит поторопиться с рассказом, иначе я засну. Ты не против? — спросила она, потягиваясь на стуле и едва сдерживая зевок.       — Нет, я не против. Думаю, что так будет лучше для нас двоих.       — Да, я продолжу?       В ответ Александр лишь махнул рукой вперёд.       — Шестая жертва была убита спустя большой промежуток времени, а именно через пять месяцев. Это была очередная женщина лёгкого поведения, которую убили по пути домой. В этот раз знаков не было. Её звали София. Она незадолго до инцидента устроилась в стрип-бар. Как говорили её коллеги: «Она была неконфликтной и обслуживала каждого клиента, как последнего». Но один из друзей Софии дал уточнение: «Недавно она рассказывала мне, как один лысый мужик пришёл к ней. Он был жутким. По её словам, он начал ей угрожать, и она, испугавшись, отказалась его обслуживать». Девушка умерла от удара в рёбра, осколки которых попали в лёгкие и другие органы. На её теле был лишь один порез, в котором лежала бумажка с текстом:       «Здравствуйте, это я, Реван, и сегодня я убил ту, которая знала или видела то, что ей не надо. Я советую всем, кто знает хоть мизерную информацию про меня, совершить самосуд».       Лили вздохнула глубже и добавила:       — К сожалению, его призыв сработал. Число самоубийств увеличилось, хоть и ненамного, и ненадолго. Потом всё утихло.       Она сделала паузу, но продолжила, не дав Александру вмешаться:       — Седьмой жертвой был парень двадцати двух лет. У него было два ножевых ранения в области плеч, а также большой порез на животе. В этом порезе был найден палец тогда ещё не причастного человека. Восьмая жертва — "хозяин" пальца. Его нашли пару дней назад. Это был Сергей, бывший военный, который за два дня до пропажи седьмой жертвы ушёл из службы в армии и не успел вернуться к семье.       Лили тяжело выдохнула, затем закончила:       — Ну вот, я и рассказала всё, что знала. А может, я знаю больше, но сейчас слишком хочу спать. Если что-то вспомню, скажу утром.       — Полностью согласен, — наконец сказал Александр. — Думаю, с утра будет легче всем нам, как бы странно это ни звучало.