Мозаика двух жизней

      Впервые они встретились в Сеуле, когда Ким Тэхен пришел проситься в компанию, где Мин Юнги был правой рукой лидера. Младший решил жить на всю катушку в авторитетной банде столичных подростков. Встретили его настороженно и пренебрежительно, как дворнягу, пытающуюся прибиться к породистым псам.       Юнги так и описывал первое впечатление:       «Щеночек. Большеглазый, лопоухий, с высунутым языком и хвостом-маятником. Не то чтобы глупый, просто бестолковый, не знающий, куда себя приткнуть. Доверчивостью и наивняком несло за милю. Я сам был таким. Лет примерно в шесть. А еще он прибыл из Тэгу. Комбо». [из автобиографической книги «Ритмы юности»]       А вот как выглядела ситуация с точки зрения Тэхена:       «Да, я считал, что с ними будет весело. Они были спортивными, обалденно одетыми, вели себя круто. Особенно один – потом я узнал, что это Юнги-хен. Он напоминал белую кобру – изящную, хрупкую и смертельно опасную. Я мог смотреть только на него – и восхищаться: плавные движения, уверенный взгляд, дикая энергетика, изумительная линия губ, лунный отблеск в зрачках… Я тогда подумал, что ради встречи с ним стоило прийти к этим парням». [из интервью каналу What’s New?]       Лидер шайки воспринял желание Тэхена присоединиться скептически и предложил пройти испытание на годность. Необходимо было принести слив с деревьев аджосси Ли и накормить всех.       Следует особо отметить, что упомянутый мужчина держал на крыше дома плодово-ягодную оранжерею, которой, по свидетельству соседей, посвящал все свободное время. Там росли яблони, вишни, груши, сливы, крыжовник, малина и другие садовые культуры. Кроме того, господин Ли имел трудный характер и весьма отрицательно относился к просьбам поделиться урожаем или продать его часть. С молодым поколением вел затяжную «позиционную войну»: подростки совершали налеты на оранжерею за фруктами и ягодами, разрабатывая и осуществляя сложные стратегии. Аджосси, в свою очередь, ставил ловушки, караулил в засаде и жестоко наказывал попавшихся, заставляя работать в саду под неусыпным контролем и нескончаемым оскорбительным ворчанием.       Тэхен, недавно прибывший в столицу, о сложившемся положении не знал, имея большой шанс быть пойманным и провалить испытание. Поэтому согласился, желая непременно войти в компанию к заворожившему его парню. Банда отозвалась насмешками и равнодушием к «зарвавшемуся мальцу».       В своей книге воспоминаний Юнги рассказывал, как глядел вслед уходящему на безнадежную авантюру четырнадцатилетнему мальчишке и ощущал «… что-то тянущее в груди. Дурак. Только кто? Он? Безусловно – раз отправился на ментальное убийство мозгоклюем-аджосси. Я? Да, и я тоже – ведь пошел следом. Я догнал этого недотепу и сказал:       - Ну и куда так резво шлепаем? Кто тебя в одиночку отпустил-то?       Как он засиял… Мне было шестнадцать. Я был бесстрашен и бессмертен. И ни у кого не видел подобной улыбки. Ни до, ни после. Приручить этого щеночка оказалось несложно. И ведь ничего не предвещало, что он приручит меня…» [Мин Юнги «Ритмы юности»]       При помощи Мина Тэхен справился, одарив банду двумя ведрами слив, а лидера – еще и большим красным яблоком. Если у кого-то были возражения насчет участия Юнги в авантюре, то они остались невысказанными либо неуслышанными, и Ким стал полноправным участником группы трудных подростков.       Спустя несколько недель Тэхен поразил всех, немыслимым образом подружившись с вредным аджосси, а также с его внуком Чон Хосоком. Втроем – Тэхен, Хосок и Юнги – они помогали господину Ли обрабатывать его оранжерею. Так что вскоре урожаи перестали быть для шайки труднодоступной целью.       Через полгода после этого Мин Юнги по невыясненным причинам покинул банду. По одной версии – из-за конфликта с лидером, по другой – из-за смены интересов в сторону создания музыки. Ким Тэхен ушел вместе с ним.       Таким образом, в первую встречу Тэхен отметил ауру красоты и опасности, окутывающую Мина, а Юнги – открытость и доверчивость Кима, не оставив его без поддержки.