Жизнь, как она есть: Воронка Времени

Очнулся Гарри в полной темноте, он даже сначала подумал, что совсем потерял зрение, но резко вспыхнувшая полоска света откуда-то справа, успокоила его, и он снова прикрыл глаза. «Даже думать не хочу, где я и что случилось», — он попытался задремать, но знакомый визгливый голос заставил его вздрогнуть. — Ма-а-ма-а-а! Я хочу есть! — Уже бегу Дадличек, сыночек, сейчас доделаю тебе кашку. — Не хочу кашу! Хочу конфет! Гарри в ужасе сел, заткнул уши и помотал головой, все еще надеясь, что ему это привиделось, но голоса никуда не пропадали. «Какая тетя Петунья? Какой Дадли? Какая к Мерлину каша?!» Дадли орал как ненормальный, Петунья его успокаивала и, видимо, все-таки пыталась накормить кашей. В отчаянии Гарри привычно провел рукой по волосам и резко замер. Что-то явно было не так. Ощупав лицо и волосы, он вскочил, привычно пригнувшись, чтобы не задеть головой потолок, но до потолка было еще далеко. Испуганно зажмурив глаза, и вслепую пошарив на самодельной тумбочке, он поднял маленький осколок зеркала, подобранный когда-то давно на улице, поднес его к лицу и приоткрыл один глаз. Полоски света вполне хватило, чтобы разглядеть торчащие в разные стороны черные волосы и перекошенное детское личико. Снова раздались голоса. — Не хочу! Дай шоколад! — Хорошо Дадличек, сегодня на завтрак у тебя будет шоколад. А потом мы поедем в парк, отмечать твой пятый день рождения. — А подарки? Я хочу подарки! — И подарки будут, скоро папа вернется с работы и принесет много подарков. — Я сейчас хочу! Дальше Гарри уже не слушал, на автомате невербально накинув заглушающие чары на свой чулан, он застонал в голос: — Мерлин, пять лет! Я просто феерический неудачник. Почему та Авада меня не добила? И вообще, Люмос, — над кроватью зажегся маленький огонек, но тут же снова погас. — Люмос! — вторая попытка ни к чему не привела. — Да что же такое? Тут мальчик резко подскочил от громких ударов по двери. — Вставай, маленький паршивец. Нечего валяться так долго, тебе ещё в саду работать. Гарри бессильно рухнул обратно на свою кровать. «Да что происходит? Почему заглушающие чары спали? Обычно этого хватало минимум на половину суток, даже не напрягаясь. Надо будет над этим подумать, а пока разведаем обстановку». Он встал и аккуратно выбрался из чулана, жмурясь от яркого света. Толстый мальчик с неожиданной прытью выскочил из-за стола и бросился на Гарри, толкнув его в плечо. Гарри упал, а слетевшие очки тут же хрустнули под тяжёлой тушей кузена. — Урод, — крикнул Дадли, показал ему язык и побежал обратно на кухню. Но, так как под ноги он не смотрел, то споткнулся об порог и упал, сопровождая падение не только взмахом рук, которые задели любимую вазу хозяйки дома, но и дикими воплями. На шум прибежала Петунья. — Дадличек, милый мой, что случилось? — Он меня толкнул! — Дадли плакал, распластавшись на полу. Петунье не хватило ума, а, может, любви к Гарри, чтобы оценить габариты её племянника и сравнить с габаритами сына. Даже если бы Гарри и толкнул эту тушу, вряд ли это принесло бы какой-то результат, но тетя редко думала, если дело касалось племянника, поэтому зло посмотрела на него и прошипела: — Убирайся вон, паршивец. Чтобы до вечера духу твоего здесь не было! В Гарри начала закипать злость. Он припомнил все нападки со стороны Дурслей за шестнадцать предыдущих лет жизни. Все время они его унижали, защищая своего тупоголового сынка, и не видя дальше собственного носа. Дадли был избалованным и жестоким ребенком. Обманывал отца, ни во что не ставил мать, а они все равно перед ним лебезили, закрывая глаза на его поступки. «Это, конечно, их дело, как воспитывать сына, но как они смеют так обращаться со мной?! Я совершенно не заслужил такого отношения и не виноват в том, что мои родители были магами!» — злился Гарри. Почувствовав прилив магической силы, не в состоянии удержать её, он в последнюю секунду еле успел отвести взгляд от тетки и вопящего кузена. Стеклянный шкаф, стоящий за их спиной, разлетелся на куски, осыпая градом мелких осколков тетушку и её отпрыска. — Вон из моего дома! — закричала Петунья. Она была сама не своя. «Да как он смеет применять в моем доме магию?» От одного упоминания этого слова в своих мыслях, она закипела еще больше. К тому же в этом шкафу стоял любимый сервиз Мардж, сестры её мужа. Петунья, конечно, использовала его только тогда, когда Мардж навещала их, потому что эти чашки с блюдцами откровенно ей не нравились, но ведь Гарри не обязательно знать об этом, правда? С трудом подняв Дадли и посадив его на диван, она бросилась к Гарри и замахнулась на него. Мальчика из последних сил хватило на ещё одну волну магии, и откинув взбешённую тётку назад, он схватил всё, что осталось от его очков, и бросился к двери. — Как же я вас ненавижу! — выкрикнул он перед тем как навсегда уйти из этого ненавистного дома. Пару дней Гарри слонялся по Литтл Уингингу, потихоньку восстанавливая резерв магии. Как оказалось, без палочки он был способен на самые простые манящие чары, и то впоследствии мучился от сильной слабости. Почти все были заняты своими делами, редко кто замечал маленького мальчика, гуляющего без взрослых. Гарри старался держаться подальше от своего бывшего дома, чтобы не встретить случайно Дадли и его дружков. Ему приходилось воровать еду, на это уходило много сил, к тому же надо было починить очки. Слишком много Гарри потратил на последнюю волну той энергии, которой он отбросил тетю Петунью. Переночевал он на скамейке, стоящей в глубине парка, повезло, что в округе никого не было. Наутро Гарри разбудил полицейский. — Мальчик, просыпайся. Где твои родители, и что ты здесь делаешь один? — Они скоро придут, — забубнил Гарри, понимая, как глупо это выглядит со стороны. Парк был безлюдным, да и одежда оставляла желать лучшего. Что ни говори, но выглядел Гарри как бездомный. — Ты должен пойти со мной, я отведу тебя в детскую комнату, а там, если не найдем родителей, тебе подберут хороший приют, где и накормят, и оденут. Не бойся, пошли, — полицейский взял мальчика за руку. «О нет, нет, нет… Из приюта я точно не выберусь, еще и увезут подальше от города. Надо бежать, причем срочно». Гарри еле вырвался и побежал к выходу. Повезло, что он был маленький и смог, перебежав дорогу, без труда юркнуть в дыру под забором и затаиться. Полицейский что-то кричал ему вслед и пытался догнать. Сердце мальчика бешено колотилось, из-за слабости закрывались глаза и подкашивались ноги. Бежать больше он не мог, сидел, прислонившись спиной к забору, и размышлял о том, что делать дальше. Вдруг послышался топот, видимо полицейский оббежал забор. Не особо на что-то надеясь, Гарри вернулся обратно к дороге и, закрыв глаза, выкинул руку вперед, надеясь, что в виде исключения Ночной Рыцарь появится без палочки. Приоткрыв глаза, и увидев на своем пути знакомый автобус, юный маг вскочил на подножку и заорал: «Гони!» Старик, сидевший за рулем, обрадовано дал по газам. Гарри припомнил, что водителя зовут Эрни, а кондуктора Стэн. Не успел он подумать о кондукторе, как тот оказался рядом и с интересом обратился к мальчику: — Проблемы, малыш? Вмешиваться я не намерен, но позвольте поинтересоваться, у вас есть чем заплатить? Гарри только начал вставать с пола, как автобус резко вильнул в сторону, и ему снова пришлось подниматься. Приняв устойчивое положение, мальчик полез в карман. Бродя вечером по парку, он нашёл несколько монет, а что-то просто украл вместе с едой. Совесть конечно сильно гложила, но деваться было некуда. — Извините, у меня только маггловские деньги. Мне бы в Дырявый котёл, — Гарри выгреб из кармана все, что было. — Проходи в салон. Может, чашечку какао? — Стэн пересчитал и убрал деньги в сумку, намерено или случайно, не обратив внимания на то, что там не доставало несколько монет, и выдал билет. — Нет, спасибо, — Гарри еле сдержал рвотные позывы, его сильно укачивало, и была жуткая слабость. Пройдя до конца салона, он упал на койку и задремал. Стэн, глядя на это, лишь покачал головой. Ему все же было интересно, кто этот маленький мальчик, в неопрятной одежде, с растрёпанными волосами и в очках, которые он не снял даже перед тем, как заснуть. — Эрни, как думаешь, почему он один? — спросил он у старого друга. Тот лишь пожал плечами и заломил очередной крутой вираж. Стэн разбудил мальчика через несколько часов, когда они уже в третий раз проезжали нужное место, тем самым дав ему немного выспаться. Гарри вздрогнул, когда кондуктор приблизился к нему и дотронулся до плеча. — Мы приехали, твоя остановка, малыш. — Спасибо большое, — Гарри поправил очки, пригладил торчащие в разные стороны волосы и вышел из автобуса, с улыбкой махнув на прощание водителю и кондуктору. Стэну было жалко этого мальчишку, у которого, по всей видимости, не было дома, но, к сожалению, он ничем не мог ему помочь. — Удачи, маленький волшебник, — прошептал молодой человек ему вслед. Дверь автобуса закрылась, и Эрни привычно дал по газам. Гарри зашел в бар и огляделся. Народу было много, все шумели, спорили, не забывая при этом пить алкоголь и горланить песни. Мальчика никто не заметил. Он быстро прошел к заднему двору бара, и, спрятавшись за бочками, сел ждать, пока кто-нибудь откроет проход в Косой переулок. Спустя минут двадцать послышались голоса. «Не может быть! Уизли?» Гарри встрепенулся, выглядывая из своего укрытия. Молли и Артур Уизли, шумно переговариваясь, пытались успокоить дерущихся мальчиков. Рыжие головы мелькали из-за бочек, но Гарри не рискнул высунуться дальше: его могли заметить. «Скорее всего, это Билл и Чарли», — подумал мальчик. В это время Молли достала палочку и коснулась ею стены в нескольких местах. Проход открылся. — Заходим! Скорее, скорее, — суетилась женщина. Как только все зашли, Гарри выскочил из своего укрытия и еле успел протиснуться между кирпичами, пока проход не закрылся. Оказавшись в Косом переулке, он нашел одинокого мага, и сделал вид, что идет с ним, исключив вопросы посторонних «какого Мерлина он тут делает один». Интересно было посмотреть на Косой переулок в прошлом, много чего изменилось, но, в тоже время, много чего осталось неизменным. Вот магазин Мадам Малкин, лавка Оливандера, «Все для квиддича»… «Надо найти кого-то, кто смог бы мне помочь. Что может пятилетний мальчик? Да, ничего. Уизли, конечно, вариант, но лучше оставить их на крайний случай», — раздумывал Гарри. Родителям, у которых семеро детей в семье, особенно маленьких, и так хватает проблем. «Хорошо бы МакГонагалл была здесь. Я думаю, она поверит мне и поможет. Хотя, она сейчас очень предана Дамблдору». Гарри прошел уже половину улицы, заглядывая в окна лавок и уже было решил поискать Уизли, как заметил сквозь витрину одного из магазинов Снейпа. Приподняв взгляд, Гарри прочел название лавки: «Аптека Малпепера». Усмехнувшись, он толкнул тяжелую дверь и зашел внутрь, в последний момент подумав: «Надеюсь, меня не заавадят». Профессор стоял у прилавка и, явно уже несколько минут, что-то доказывал продавцу. Народу было не так много, но очередь уже начинала перешёптываться, все желали поскорее купить нужное и уйти. Гарри прислушался к разговору. — Я же вам ясно сказал, мне нужен драконий клык. Тем более я делал заказ на него ещё неделю назад, и вы, между прочим, его подтвердили, — шипел Снейп в своей любимой манере. — Извините, я не знаю, как так получилось, но у нас сейчас нет клыка, — аптекарь судорожно пытался вспомнить этот заказ, и куда он мог его деть. — У меня зелье на последней стадии, где я вам его сейчас найду?! — Драконий клык можно поменять на смесь алмазной пыли и обычного клевера, пыль воздействует как катализатор, а клевер позволит сохранить свойства зелья и продлит время действия, — вмешался Гарри, которому очень надо было обратить на себя внимание зельевара. — Мальчик, не влезай, когда взрослые разговаривают. Что ты тут забыл? Иди к родителям, — прикрикнул на него аптекарь. — Хм, — Снейп задумчиво посмотрел на мальчика. — Дайте алмазную пыль и клевер, — очередь облегченно вздохнула. Гарри обрадовался, и уже хотел продолжить разговор, но Снейп быстро расплатился и вышел из аптеки. — Профессор Снейп! — Гарри метнулся за ним, еле успевая за широкими шагами зельевара. — Подождите, профессор! — Если ты мне помог, это не значит, что я тебе что-то должен, — фыркнул Северус через плечо. — Пожалуйста, подождите, мне надо с вами поговорить. — Я не хочу видеть рядом с собой ребенка, тем более такого приставучего, — Снейп даже не обернулся, продолжая вышагивать, размахивая мантией. Гарри понял, что профессор сейчас просто уйдёт. Учитывая, насколько часто тот выбирается из своей лаборатории, найти его будет очень сложно, и он предпринял последнюю попытку: — Я Гарри Поттер. — И тем более, если этот ребенок — Гарри Пот… Что? — Снейп резко остановился и развернулся. — Ой! — Гарри с размаху налетел на него. — Извините, выслушайте меня, пожалуйста. — Что надежда магического мира делает в Косом переулке, да ещё и в обносках? — он скривился. — Я отведу тебя домой. Где ты живешь? — профессор схватил мальчика, и повёл к выходу. — Мы сейчас трансгрессируем, я сдам тебя твоим родственникам и, слава Мерлину, до Хогвартса не увижу. «Ну почему он такой…» — Гарри заскрипел зубами. — Да, выслушайте же меня, чёрт возьми! — он вывернулся из железной хватки и отпрыгнул чуть подальше. — Ладно, я выслушаю и после отведу тебя домой. У тебя ровно минута, — Снейп сложил руки на груди. «И в самом деле, что будет, если я просто выслушаю этого паршивца? Конечно, потрачу несколько минут своего драгоценного времени, но зато он наконец отвяжется от меня», — подумал зельевар. — Мы сражались с Волдемортом, потом что-то произошло, и я оказался тут, в этом теле, мне на самом деле шестнадцать лет, — быстро произнес Гарри, и тут же почувствовал, какую чушь он только что сказал. Объяснения никогда не были его сильной стороной. — Ха-ха-ха, и ещё раз ха. Очень смешно, мистер Поттер. Время вышло, — Северус уже собрался снова схватить мальчика, как тот выпалил: — Поменять драконий клык на смесь алмазной пыли и клевера придумали вы! Когда я учился на третьем курсе, вы делали зелье для Ремуса Люпина. А ещё, у вас есть Метка, — последнее он добавил уже шепотом и отошел еще чуть дальше, так, на всякий случай. Снейп машинально провел рукой по левому предплечью, встрепенулся, тут же отдернул её и прорычал: — Черт возьми, Поттер, если это, конечно, ты, откуда тебе столько известно? — Я же сказал, что из будущего, — Гарри надулся. — Вы всегда были так недоверчивы. — Я и сейчас недоверчив, откуда я могу знать, что ты не какой-нибудь Пожиратель, под оборотным зельем? — Чертов Грюм с его «постоянной бдительностью», — пробурчал мальчик. — Я могу вам прямо сейчас перечислить все компоненты ликантропного зелья, а ведь о нём ещё никто не знает, верно? — он улыбнулся и посмотрел на ошарашенного мужчину. — Ладно, предположим, я тебе верю. Подчеркиваю, предположим. И что тебе надо от меня? «Ну, слава Мерлину! Дело сдвинулось с мертвой точки», — с облегчением подумал Гарри и ответил: — Помощь, конечно. Что может ребенок? Тем более мне будет ужасно мешать вот это, — он приподнял челку, показывая шрам. — Хм, ты действительно Поттер. Если это, конечно, не подделка. Гарри демонстративно закатил глаза и вздохнул. Но все равно, он был рад тому, что Снейп не так уж сильно изменился. Хоть можно было догадаться, чего от него ожидать. — А что будет, если я сейчас просто развернусь и уйду, забыв это как страшный сон? Ты расплачешься? — внезапно спросил профессор и усмехнулся. — А вам и, правда, не интересно, почему Лили Эванс так быстро ушла к Джеймсу Поттеру? Почему она отвернулась от вас? — Заткнись! Это не твоё дело, — улыбка тут же сползла с лица зельевара. Внутри похолодело. — Всё, убирайся! — Снейп развернулся и ринулся прочь. Гарри тут же пожалел о сказанном. Ему надо было расположить к себе профессора, а не разозлить. План рушился на глазах, он решил пойти на крайние меры и крикнул вдогонку Северусу: — Сбегаете от правды, профессор? Лили Поттер убил не Волдеморт, её убил Дамблдор. Ну, или думал, что убил. Снейп резко остановился, и повернулся к мальчику. Он давно знал, что Дамблдор не так чист, как кажется. За ним числится много грешков, и он совсем не светлый маг. Северус продолжал работать в Хогвартсе только потому, что «бывшего» Пожирателя больше никуда не возьмут. Вот и приходилось поддакивать Альбусу. Он подозревал, что Дамблдор замешан в смерти Поттеров, и вот приходит мальчишка, который заявляет о том, что Дамблдор их убил. Но тут его словно током ударило. «Думал, что убил? Значит, она может быть жива?» — пронеслись мысли в голове и он, стараясь унять дрожь в голосе, попросил: — Повтори, что ты сейчас сказал. — Я сказал, что мою мать пытался убить ни кто иной, как наш любимый директор. — Что значит пытался? Она жива? — Северус забыл, как дышать. — То и значит. Пытался, но, скорее всего, не смог. По нашим сведениям… — Гарри начал задумчиво бубнить себе под нос. — Она жива?! Говори, Поттер, не тяни! — Снейп взял его за плечи и начал трясти. — Профессор! На нас уже смотрят, — Гарри кивнул в сторону, где собралась уже приличная толпа. Ему нельзя было привлекать столько внимания. Не приведи Мерлин, кто-то заметит шрам и все, пиши, пропало. Но Северус быстро сориентировался и поспешно заговорил, чуть повысив тон: — Слава Мерлину, моя любимая кошка жива! Ребенок, ты просто невыносим, больше так не делай. Пошли домой, — он взял Гарри за шкирку и прошипел на ухо: — Держись, трансгрессируем. Как только они исчезли, толпа начала шумно обсуждать увиденное. — Из-за какой-то кошки так дергать бедного сына. Ужасный отец, — сказала одна женщина соседке. — Дети сейчас очень жестокие. Нельзя позволять им издеваться над животными, — возразил старый маг, и, поправив мантию, пошёл своей дорогой. Решив, что больше ничего интересного не предвидится, остальные тоже стали расходиться. Как только перемещение закончилось, Гарри, привыкший к трансгрессии, как ни в чем не бывало, одернул свитер и вежливо ждал приглашения присесть, осматриваясь вокруг. Помещение было обставлено по-домашнему: камин, письменный стол, на котором лежала стопка пергаментов, несколько стульев, диван, пара кресел, шкаф, заставленный книгами и частично — баночками. — Это Хогвартс? — спросил он с удивлением, узнав покои зельевара. — Да, это мой кабинет. — Но в Хогвартс ведь нельзя трансгрессировать! — А ты хочешь, чтобы нас заметили Филч, МакГонагалл или дедушка Дамблдор и начали задавать кучу вопросов? — Нет, но… — Бери стул, садись. У меня самообслуживание, — прервал его Снейп и протянул Гарри кружку с горячим шоколадом, а себе налил немного виски. — Теперь расскажи мне, что с Лили? — Спасибо, — Гарри вздохнул. Давно он не пил горячего и не ел нормальной еды, но с едой можно было подождать — шоколад был таким вкусным и густым, что вполне мог заменить парочку бутербродов. Он отпил еще немного и начал рассказывать: — В моем времени мы с Гермионой провели небольшое расследование на эту тему. Выяснилось много любопытных деталей. В основном этим занималась Гермиона. Она-то мне и сказала, что мама, возможно, не умерла, а лишилась памяти. У магглов это называется амнезия. — И где она сейчас? — Северус напрягся. — Не знаю. Мы так и не успели всё закончить, — грустно сказал Гарри, вспоминая Гермиону, которая, возможно, погибла. Они были почти у цели, оставалось только узнать, куда делась Лили. Мальчик винил себя не только в смерти подруги, но и в том, что не занимался расследованием сам, а свалил все на неё. — Так закончи сейчас, — зельевар начал терять терпение. Северус пять лет жил, как в аду с мыслями о любимой женщине, которая погибла по его вине. Ведь это он сказал Волдеморту об этом проклятом пророчестве. Еще и Дамблдор не помог, чертов волшебник, грош ему цена в этом деле. — Я не могу. Всё в основном делала Гермиона, а меня готовили для битвы с Волдемортом, — Гарри опустил глаза. — Давай, найдем эту Гермиону. Ты же знаешь её фамилию, где она живет? — Знаю, — Гарри горько усмехнулся. — Только ей сейчас шесть лет. Она на год меня старше. — М-да, я как-то не подумал. — Профессор Снейп, речь же идет о моей маме. Я сделаю всё, чтобы её найти, вы мне поможете? — Помогу. Она для меня очень много значила, — решительно ответил Северус. Повисло тяжёлое молчание. Каждый думал о своём. — Профессор, — Гарри первым нарушил тишину, — есть ещё кое-что. Это я узнал буквально за четверть часа до перемещения. — Джеймс Поттер тоже жив? — он невесело усмехнулся. — Нет, Джеймс мёртв. Его убил Дамблдор. Северус опустил глаза. Он не знал, зачем это сказал. Ясное дело, что мальчику неприятно слышать о смерти своего отца, но слова очень часто вырываются сами собой. Пусть даже этот мальчик — сын его ненавистного школьного врага, но он вряд ли заслуживает сидеть тут и слушать сарказм слизеринского декана. Северус поспешил сгладить свои слова: — Когда слишком долго живешь один, невольно становишься циником. Прости, что я напомнил про твоего отца, тем более что он мертв, — профессор покрутил пустой бокал. — Давай говори, что там ещё. Я уже готов ко всему. — Ничего страшного. Да и мой отец — жив. — Как?! Ты же только что сказал, что его убил Дамблдор, — Снейп недоумённо посмотрел на мальчика. — Правильно. Джеймса Поттера убил Дамблдор. Только вот, мой отец не он, а вы… — сказал Гарри. В полной тишине бокал упал на каменный пол и разлетелся на мелкие осколки. Северус всё-таки был не готов.