Моя тихоня

Часть 8 Счастье на двоих.

Уроки прошли гораздо круче, чем раньше. Ведь рядом сидело мое счастье и было плевать, что будет дальше, главное, что сейчас она пишет очередную записку, с такими теплыми и такими желанными словами: «Я люблю тебя». Зеленые глаза ее устремились на меня, щечки смущенно покраснели, а на губах появилась улыбка. Люблю, когда она их закусывает, вот так, как сейчас. О том, чтобы сосредоточиться на уроках не могло быть и речи. Мы только сидели и переглядывались друг с другом, передавая записки с откровенным содержанием. «Может... Не хочешь пойти ко мне сегодня?» Пару раз обведя вопросительный знак, я обдумала, стоит ли давать записку и все же протянула ее Окси. «Давай», - девушка улыбнулась мне, передавая записку, и в моей груди снова разлилось тепло. Ставить шестым уроком историю было жестоко, но я выдерживала как могла. Окси смотрела в окно с задумчивым видом, а я, лежа рукой на парте, а головой на руке, пыталась впечатать в свою память и без того ставшие почти родными черты лица. И тут мне в голову пришла мысль. Предвкушая реакцию девушки, я опустила свободную руку под парту. Глянув на закушенную Оксаной губу я почувствовала, как дрожью отозвалось тело любимой на мое легкое прикосновение к ее коленке. Глаза девушки нервно стрельнули в мою сторону, и Окси замерла, чувствуя, как я сжала пальцы. Немного ослабив хватку, моя ладонь переместилась на внутреннюю сторону бедра и заскользила по ней, поглаживая. Окси старалась не смотреть в мою сторону, щеки девушки покрылись румянцем, а губа совсем покраснела от укусов. «Какая же она у меня чувствительная», - подумала я, продолжая дразнить свою девочку и чувствуя, как она ужа сама пододвигает ногу мне навстречу. Понимая, в какой откровенной позе она сейчас сидит, Окси покраснела еще больше и опустила глаза, опустив руку на мою, останавливая. «Не сейчас, Лина, мы в школе», - быстро написанная записка меня немного обидела, но многообещающий взгляд вернул все на место. Моя рука так и осталась там, где остановилась, и Окси не возражала. Звонок одновременно и разочаровал и обрадовал. Совсем скоро мы окажемся у меня дома, и я смогу делать с моим сокровищем что захочу. С событиями прошедшего дня я совсем забыла о предупредительных словах Крис.

***

Выходя из школы за Оксаной, я почувствовала напряжение девушки. Проследив за ее взглядом, я увидела высокую фигуру, облокотившуюся спиной о колонну на школьном крыльце. Кристина с усмешкой посмотрела на Оксану, и, немного помедлив, подошла к нам. - И не жалко тебе твою малышку? - усмехнулась та. - Зашибу же, ненароком. - Ты зашибешь меня? - спросила моя воинственно настроенная спутница, делая паузу после каждого слова. Крис протянула руку, чтобы схватить Оксану за ворот рубашки, но девушка опередила ее, как-то неестественно вывернув протянутую руку. - Лина моя, слышишь? Отцепись от нее, а то больно будет! Я не отдам ее тебе, - услышала я сердитое шипение. - Ах ты... Пусти, сучка. А ты, Геля, еще поймешь, что потеряла, да смотри, чтобы поздно не было, - и с этими словами Крис вырвала руку из ослабленного захвата Окси. Быстро спускаясь по ступенькам она обернулась и зло посмотрела на Окси взглядом человека, который бессилен что-либо сделать. Я усмехнулась и обняла свою девочку со спины. Было плевать, что сейчас на нас смотрят ошарашенные одноклассники, главное, что всего пару минут назад мое сокровище произнесло самые важные в моей жизни слова: «Лина моя». Расслабившись было, Окси поняла, где мы находимся, и смущенно прошептала: - Пусти, и так все таращатся. - Недолго тебе осталось толпой отговариваться, - улыбнулась я. - Ты же не передумала идти ко мне? - Не-а. Не дождешься. И взявшись за руки мы направились ко мне домой.

***

Мы просто шли, изредка перебрасываясь парой реплик, а мое сердце неведомым образом грело тепло ее ладони, отдающее в душу разрядами тока. Я шла, и любовалась красотой моего сокровища. Такая маленькая, она пробуждала во мне столько чувств, хотелось прямо сейчас взять ее на руки и кружить, слышать ее смех и видеть смущение, вновь закушенную губу и опущенные глаза, с подрагивающими ресницами. Хотелось прижать ее к себе и не отпускать никогда, целовать, снова и снова, и чтобы это никогда не заканчивалось. Поначалу девушка не замечала, что я откровенно пялюсь на нее, но заметила, когда я забыла ответить на очередной ее вопрос. - Лина, с тобой все в порядке? Прекрати пожирать меня глазами, я и без того маленькая, - улыбнулась она. И это ее «Лина». Родители, которые растили меня в строгости звали меня исключительно Ангелиной, а слащавое «Геля», как называла меня только Крис, застревало комом в горле. В свое обращение ко мне Оксана, казалось, вкладывала все свои чувства, и от каждого такого обращения по телу проходила дрожь. Хотелось, чтобы она снова и снова повторяла мое имя своими нежными губами, самыми нежными во вселенной. Мне кажется, я никогда никого не любила сильнее, чем ее, мою Оксану. Наконец, мы оказались в моем подъезде. Нажав на кнопку лифта, мы принялись ждать. Я только прижалась к ней со спины, и тут же по телу Окси прошла ответная дрожь, и прижавшись ко мне плотнее, девушка потерлась головой о мое плечо. Я успела лишь уткнуться в темные волосы и вдохнуть их сладкий запах, когда двери открылись и девушка, лукаво улыбнувшись, прошла вперед и облокотилась спиной о стенку лифта. Нажав на кнопку седьмого этажа, я подошла к Оксане. Девушка улыбнулась, облизала губы и снова закусила нижнюю. И тут меня сорвало с тормозов, уже через секунду я страстно впивалась в эти любимые губы, стараясь прижать свое сокровище как можно сильнее, мои руки опустились чуть ниже ее талии, девушка оплела меня своими руками за шею. Наши языки переплетались, наслаждаясь получаемыми ощущениями, губы, кусаемые в безотчетных порывах стали ярко алыми. Мы целовались так, как будто в первый и последний раз, настолько острые ощущения я испытывала. Недостаток воздуха заставил меня прервать поцелуй и на меня воззрились опьяненные желанием, зеленые глаза. Лифт остановился вовремя, и мы буквально вывалились на лестничную площадку. Не разрывая объятий я прижала девушку ко входной двери и, покрывая ее лицо поцелуями, пыталась попасть ключом в замочную скважину. Не знаю как, но мне это удалось, и, ввалившись теперь уже в квартиру, мы продолжили наше приятное занятие. Не в состоянии оторваться от любимой, я ногами стянула кеды и пнула их в неизвестном направлении. Окси последовала моему примеру. Из коридора, по стенам мы переместились в комнату, где, упав на кровать, я накрыла ее своим телом. С какой страстью я целовала свою девочку, с какой страстью срывала с нее одежду, такого безумия, такого неконтролируемого состояния, в которое я приходила рядом с ней мне не хватало всю жизнь. Оксана все выгибалась навстречу моим движениям, и от страстных стонов в мои губы мне все больше сносило крышу. Уже после этого безумия, лежа на кровати, я смотрела на свою маленькую девочку и понимала, что нашла свое счастье в ней, и теперь ни за что ее не отпущу. Окси, обнаженная, лежала на спине, ее небольшая грудь часто вздымалась, и я никак не могла оторвать от нее свой бесстыдный взгляд, в то время, как девушка все пыталась отдышаться. Повернув голову ко мне в блаженной улыбке, девушка проследила за моим взглядом и лицо ее покрылось краской смущения. Никогда, никогда мне не надоест ее смущать. - Хочешь, можешь сходить в душ, - сказала я улыбаясь. - Я пока приберу тут все. Девушка, взяв у меня полотенце и пытаясь им прикрыться, чмокнула меня в щеку и пошла в ванную, а я, быстро наведя порядок в комнате, направилась на кухню. Выйдя из душа Оксана направилась в мою комнату. - Лина-а, а где моя одежда? - прозвучало из-за стенки, и, не услышав ответа, Окси пошла на кухню. Сцапав ее у двери, я прижала к себе свое счастье и, поцеловав в аккуратный носик, ответила: - А зачем она тебе? В полотенце ты тоже очень и очень ничего. И прежде чем она ответила я заткнула ее рот поцелуем.

***

После маленького шуточного скандала я все же вернула девушке одежду, налюбовавшись на смущенное личико и шикарное тело, которое моя девочка усиленно пыталась хоть как-то спрятать. Мы сидели на кухне и пили чай, забывая обо всем, все больше погружаясь в глаза напротив. - Ну и что теперь? - спросило мое счастье, отпивая глоток. - А теперь в душ пойду я, - я рассмеялась, подхватывая с головы девушки полотенце. - Я серьезно, - рассмеялась Окси в ответ и схватила полотенце, пытаясь меня остановить. - А я совершенно серьезна, - я продолжила дурачиться, продолжая эту шуточную борьбу за полотенце. - Ну Ли-ин, - все-таки вернув полотенце на родину, девушка обняла меня за шею и, коснувшись губами моих губ, добавила: - Я тебя никуда не пущу, пока ты не ответишь. - Какая же ты у меня... - я разулыбалась, обнимая ее в ответ. - Это я тебя теперь никуда не отпущу. Теперь ты моя. Правда же? - спросила я, и хотя на моих губах осталась мягкая улыбка, сердце замерло в ожидании ее ответа. - Твоя, - ответило, наконец, мое счастье и потянулось за поцелуем. И в этот миг я в сотый раз убедилась, что меня совершенно не волнует, что будет дальше, важно только, что это дальше теперь будет с ней, и ничто больше этого не изменит.

Вместо эпилога.

Две девушки взявшись за руки шли по аллее от здания института. Темноволосая, сверкая яркими зелеными глазами, жарко рассказывала какую-то новость с факультета журналистики. Вторая, высокая и стройная, с русыми волосами, с улыбкой слушала девушку и наблюдала за ней с нежностью во взгляде. Сейчас ее не волновали взгляды прохожих, весеннее щебетание птиц и облака, проплывающие над головой белыми туманами. Ничего не изменилось с того момента, как она впервые увидела свое счастье. Имело значение лишь переплетение пальцев, лишь часто закусываемая губа, лишь нежность в зеленых глазах. Чувства девушек с каждым днем становились только больше и ни одна не на секунду не жалела о своем решении, хотя прошло почти пять лет. Направляясь в свою съемную квартиру, девушки уже предвкушали жар и страсть любимого тела, рваные поцелуи, летящую на пол одежду и чувственность каждого момента. И тепло, которое посещало их лишь благодаря друг другу, еще долго не покидало обоих, наполняя жизнь и душу счастьем.

Конец.