Стокгольмский синдром, или...

Дайра позволила себе уговорить Бесерона позволить кошечке немного прогуляться на свежем воздухе, так как считала, что в палатке где её чуть не изнасиловали было трудно находится. Орк не был против этого, потому и позволил Астре прогуляться, но только с одним условием: Север будет ходить рядом с ней и следить за её безопасностью. Все же, у мужчины появилось множество проблем после убийства Денгора. Даже не смотря на то, что оно и было сделано по закону, многие его последователи были не рады. Все же, как не крути, а Денгор мог стать следующим вождём их клана. Хотя многие соплеменники были на стороне Бесерона, потому что мертвый не раз нарушал законы их клана, за что теперь и поплатился своей жизнью. Сейчас же Астра находилась за пределами лагеря орков, но так, чтобы те могли увидеть её сидящую на земле среди деревьев. Сбегать ей сейчас совсем не хотелось. У неё сейчас перед глазами была лишь одна картина, и она далеко не связана с Денгора. Кошечка не как не могла выбросить из головы взгляд Бесерона, когда она зашипела на того и испугано отползла в сторону. Его взгляд был переполнен грустью, ненавистью и сожалением. Орк не хотел чтобы её кто-то брал насильно, ведь он сам с ней так поступал и сожалел об этом. А осознавая это сейчас, кошечке становилось лишь больнее. Она обняла себя за ноги, а после почувствовала как Север слегка толкнул своей мордой ей в бок. — Все нормально, — Астра вымученно улыбнулась зверю, — Спасибо, что переживаешь за меня… Варг с трудом, но просунул свою морду между её рукой и ногами, кошечке пришлось выпрямить колени и начать гладить того по голове. Север прикрыл свои глаза, наслаждаясь поглаживаниями девушки. Астра тяжело вздохнула. — Я, наверное, совсем глупое создание, раз виню себя в том, что произошло? — спросила кошечка то ли себя, то ли зверя. Север дёрнул своим ушком и открыв свои глаза, посмотрел на ту краем глаза. Его золотистые глаза прекрасно сочетались с его светлой шерстью, которая имела в себе темный оттенок в перемешку. — Ты и вправду думаешь, что он тебе ответит? — спросила Дайра, которая все это время стояла в стороне, позволяя кошечке собраться со своими мыслями самостоятельно. — Конечно нет, — на тяжело вздохе произнесла та. Полукровка смотрела на неё и с грустью осознавала, что было бы намного лучше, если бы их клан не нападал на Кайоро. Возможно тогда бы, кошечка не страдала так как сейчас, а Дайра не хотела бы приглушить её боль. — Ты не виновата в том, что произошло, — тихо произнесла орк, отведя свой взгляд в сторону, — На твоём месте могла быть любая. Просто, Денгор не умел проигрывать, как настоящий воин. — Я не в этом себя виню, — Север поднял свою морду и посмотрел на Астру, которая зарылась пальчиками в его шерсти и прижалась своим лбом к его, — Ты, просто, не видела его взгляда в тот момент, когда он спас меня… Его ранило то, что я его испугалась. Дайра тихо вздохнула. Она как никто другой знала ту боль, когда тебя бояться те, кого ты любишь. Орк могла понять Бесерона, она прекрасно знала что он чувствовал к Астре, пусть он и не говорил об этом в открытую. Ей хотелось помочь им, но она не знала как. — Наверное, он меня возненавидел после такого… — эти слова ушастая произнесла тихо, по Дайра все равно смогла их услышать. Она резко повернулся к той лицом и недовольно прикрикнула: — Не смей говорить такого! — полукровка заметила как плечи её собеседницы дернулись, — Он бы не возненавидел бы тебя за такое! Он бы не смог просто! Астра посмотрела на свою подругу с лёгким удивлением. Дайра была уверена в своих словах и эта уверенность заставляло ушастую задуматься, она и вправду слишком плохо знала Бесерона. Вечером, когда в лагере многие уже и забыли о том, что Денгора убили, Бесерон вернулся в палатку. Астра, увидев его, как по команде встала с кровати. Их взгляды встретились и кошечка ожидала что тот скажет что-то вроде: «Ждала меня, чтобы я тебя взял?» — ну, или же, хотя бы увидит его усмешку. Но ни того и ни того не произошло. Он молча поставил свой топок у входа в палатку, повернулся к той спиной. Орк не хотел прерывать тишину, что нависла над ними, а Астра просто не знала как стоит её прервать. Она винила себя в том, что заставила того страдать, доставила тому боль. Вся эта вина как будто накрыла её с головой, не оставляя её в покое. — Бесе… — её голос прервался на середине слова Тело кошечки пронзила резкая боль, она не удержалась на своих ногах и упала на пол. — Астра! — орк тут же подлетел к ушастой, слегка приподнял её на руки. Девушка прерывисто дышала, у неё перед глазами все плыло и темнело. Она смотрела на Бесерона, но не видела его. Кошечку охватила паника, но из-за сильной боли та не могла и слова сказать. Астра мертвой хваткой схватила того за левую руку, впиваясь в ту своими коготками, но орк не обращал на это внимание. Он выругался на своём языке, подхватил ту на руки и пулей вылетел из своей палатке. Благо Север отдыхал рядом с её входом, поэтому, увидев своего хозяина, он сразу же встал на свои лапы и позволил себя оседлать. Бесерон прекрасно знал что их шаман не будет лечить того, что не родился хотя бы на половину орком. Именно поэтому у него не оставалось выбора. Орку пришлось отправится в людскую деревню, что была не так уж далеко от их места стоянки. Деревню поглотила ночная тьма. На улице шел сильный ливень, который для многих стал неожиданностью, потому что днём на него даже намека не было. Все люди уже сидели в своих домах, отдыхали со своей семьёй и готовились к новому дню. Даже старый лекарь в деревне, чье имя здесь каждый знал, готовился ко сну. Но громкие и сильные стуки в дверь заставили того слегка забыть о этих планах. — Иду я! Иду! — кричал старик тому, кто так хотел попасть внутрь его дома. Открыв дверь, Клим — именно так звали лекаря — чуть не получил инфаркт. На его пороге стоял орк, на руках которого находилась нэко, которая тяжело дышала и тихо шипела от боли. Бесерон вошёл внутрь, не ожидая что тот его запросит внутрь. Север же остался на крыльце дома, так как внутри дома для него было слишком мало места. Лекарь лишь с удивлением наблюдал за тем, как орк положил кошечку на кровать, а после зло посмотрел в его сторону. Из-за этого взгляда старика бросила в холодный пот. — Ей плохо, — слова Бесерону явно давались тяжело, — Избавь её от этой боли, а если нет, то ты будешь страдать точно так же как и она. Клим с трудом взглотнул, так как понимал что это не пустая угроза. Старик не медля подошёл к Астре и стал спрашивать где у неё что болит, но поняв что боль слишком сильная и девушка не может сказать и слова, он дал ей выпить отвар из мяты. Который помог телу расслабиться и притупил боль. Только после отвара нэко смогла тому рассказать и показать где у неё болит. Лекарственные недолго думая, сразу же сказал что проблема в её женской части и спросив у кошечки разрешение, на который получил короткий кивок, задрал её платье и начал осмотр. Клим потратил все пару минут на осмотр, а после его губы тронула старческая улыбка. — Нам не следует много волноваться, — не смотря на улыбку на его лице, голос все равно звучал строго, — Это вредно для ребенка и, в данном случае, чуть не произвело до прерывания беременности. Старик посмотрел на орка, который все это время стоял около стены и внимательно наблюдал за всем что делал лекарь, краем глаза. Клим видел как одна бровь Бесерона поползла верх, тем самым давая понять, что он не понял о чём идёт речь. — Но этого не может быть, — удивленно и даже немного испугано произнесла кошечка, — Лекарь Омелид сказал мне о том, что я не могу иметь детей… — Даже великие могут допустить ошибку, — совершенно спокойно ответил ей старик, — Но факт остаётся фактом. Вы беременны и, — голос лекаря стал тише, чтобы его могла услышать только Астра, — Как я понимаю, отцом является орк у меня за спиной? Ушастое создание кивнуло в ответ, а со стороны орка послышался злобный рык. Который напугал и лекаря, и нэко. Он явно был недоволен этой новостью, поэтому и покинул старый домик лекаря, на последок лишь сильно ударив дверями, из-за чего могло показаться, что они вот-вот слетят с петель. POV Бесерон Я просто не мог поверить своим ушам. Астра была беременна. Беременна! После того как её изнасиловал Денгор! Меня переполняла злость и я не хотел вымещать её на Астре, или же человеке. Именно поэтому я покинул дом старика, желая немного остыть. Север сразу же уловил мое плохое настроение, поэтому не сопротивлялся, когда я оседлал его и покинул деревню без Астры. Ей нельзя было возвращаться в наш клан, ведь если кто-то узнает об этом, её жизнь превратиться в сплошной Ад. По нашим законам, если рабыня, которая стала законной женой орка, оказывается беременной от другого, она автоматически становится подстилкой для всего клана. Я не желал для неё такой жизни. Мне пришлось вернуться в лагерь, где я, как на зло, сразу же столкнулся со своей соплеменницей. — Где Астра? — недовольно спросила та, скрестив свои руки на грудях. — Тебя это не касается, — зло ответил я, пройдя мимо неё. Дайра схватила меня за руку, останавливая. — Бесерон, она моя подруга, — неужто она решила давить мне на жалость? Как-то плохо у неё это получается. — Подруга? — я засмеялся, — Какая у тебя может быть дружба с рабыней? — Но ведь она была не рабыней для тебя, — Дайра продолжала стоять на своём и это начинало злить, — Ты ведь сам заявил это всем после боя! Я освободил свою руку от неё, недовольно фыркнул. — Она всего лишь была очередной подстилкой! — я ушел, не дожидаясь ответа соплеменницы. Можно было даже сказать что я сбежал от этого разговора. А ведь я и вправду от него сбежал. Мне совсем не хотелось сейчас обсуждать с Дайрой то, как я оставил кошечку одну в деревне людей. Я ведь прекрасно понимал, что если люди узнают о том чей ребенок, а я не капли не сомневался в том что лекарь всем расскажет, то её просто убьют. В лучшем же случаи — выгонят из деревни. Но я всё равно надеялся что в дали от орков, от меня, ей будет намного лучше. День за днём для меня пролетали одинаково. Я и не знал сколько уже прошло времени с тех пор, как оставил Астру у лекаря. Мне казалось что прошла вечность. Я осознал что без кошечке мне было тяжело, мне хотели просыпаться по утрам и видеть её рядом собой. Даже если она и была беременна не от меня, я готов был с этим смирится. Лишь бы только она позволила быть мне рядом с собой. Но я не мог покинуть клан. Вождь выбрал меня своим приёмником и отказаться я права не имел, ведь это была огромная честь для любого орка. А после смерти Денгора я стал единственным, кто мог перенять его власть. — Бесерон! — услышал я злобный голос Дайры у себя за спиной, с моих уст сорвался тихий вздох. Я посмотрел в её сторону, — Я вызываю тебя на поединок! Одна моя бровь изогнулась дугой от удивления. Мне с трудом верилось что она говорила это на полном серьёзе. — Если я тебя выиграю, то займу твоё место наследника вождя! — даже как-то самоуверенно заявила та. — А не высоко ли ты метишь, полукровка? — я усмехнулся, скрестил руки на грудях. Дайра закинула свой топор на плечо и усмехнулась мне точно так же, как я ей. — А что? Боишься что я тебе наваляю? — а это уже явно была провокация. — Мы ведь оба знаем, что я намного сильнее тебя, — я достал свой топор и провел большим пальцем по лезвию, намекая на то, что от боя отказываться даже и не думал. Я не мог понять, чего она хотела этим добиться. Все и так прекрасно знали что она сильный воин и при желании и вправду могла бы стать приёмником своего отца-вождя. Правда последний сомневался в том, что она справится с этой задачей. Да и сама Дайра раньше не рвалась стать приёмником. Что же сейчас могло повлиять на её решение? — Вот и славно, — вольно произнесла она и тут же бросилась в атаку. Она не давала мне даже возможности просчитать её удари, или же технику, которую она решила использовать в этом бою. Дайра была хорошим войном из-за того, что постоянно меняла свою тактику боя, из-за чего никто точно не мог знать, как она будет сражаться каждый новый раз. Вот и этот бой начался не так как всегда. Атаки сыпались на меня дождем и я с трудом успевал их все блокировать. Нас уже давно окружили орки, которые с интересом наблюдали за тем, как моя соплеменница боролась за право быть приёмником вождя. — Бесерон, ты ведь не хочешь быть здесь, — проскрипела она мне сквозь зубы, когда я вновь блокировал её атаку, — Я видела Астру. Мне с трудом поверилось в то, что я услышал и это была моя ошибка. Я замешкался и Дайра ранила меня в бок. Оказывается, она прекрасно знала, что мне следует говорить. Но были ли её слова правдой? Это мне нужно было узнать. Наконец-то, я впервые атаковал своего противника. — Я видела её живот, — тихо произнесла она, блокируя атаку, — Почему ты не сказал о том, что она беременна? Я промолчал, так как знал что так будет намного лучше и для меня, и для Астры. Но мое молчание явно не нравилось Дайре, она попыталась нанести удар по ногам, но я вовремя среагировал. Раз орк знала где кошечка и что с ней, значит, она могла прекрасно осознавать, почему я здесь, а не с ней. «Вот же ж хитрая чертовка!» — я ухмыльнулся собственным мыслям. Эта полукровка оказалась довольно умной и внимательной. Очередная атака и я снова её отбиваю, читаю в её глазах злобу. Ей не нравилось что я все ещё блокировал атаки, но после я вижу в её глазах удивление. Я кинул топор в землю, тем самым останавливая наш бой. — Я признаю своё поражение! — мне пришлось говорить громко, чтобы каждый услышал, — Дайра, я отдаю тебе право стать приёмником вождя! Мой противник слегка усмехнулся, она резко подалась вперёд для атаки. Её топор остановился в паре миллиметров от моей шеи. — Теперь тебя здесь нечего не держит, — прошептала она мне. — Спасибо, — тихо произнес я ей. Теперь меня в этом лагере нечего не держало и я мог спокойно его покинуть. POV Конец POV Астра Лекарь был ко мне слишком добр, мне даже становилось от этого неловко. Ведь мало того, что ему пришлось приютить беременную девушку, так он ещё и сохранил в тайне то, что я была беременна от орка. В первые дни мне было очень обидно через то, что Бесерон бросил меня в деревне нечего не сказав. Но Клим убедил меня в том, что не стоит так убиваться из-за этого, ведь у меня будет ребенок и мне нужно думать о том, как его растить. Я старалась мыслить позитивно. Я помогала лекарю, взяла на себя все обязанности по дому и, иногда, помогала ему с людьми. Которые приходили к лекарю за разными мазями и настойками. Многие люди в деревне даже решили, что я являюсь внучкой старого лекаря, а тот эти слуги даже не пытался опровергнуть. Кажется, Клим был даже рад, что у него появилась внучка. Он часто называл её «внучкой» и говорил жителям, что к нему приходили: — Я очень рад, что у меня есть такая внучка и мне все равно, от кого она родит ребенка, — в тот момент у него на лице сияла довольная улыбка. Я даже была удивлена тому, как быстро он принял меня в свою семью, да и другие жители довольно быстро привыкли ко мне. Я для них стала как родная. Со мной здоровались на улице и многие мужчины помогали, когда я несла тяжёлую корзину с рынка. Мой животик уже на втором месяце был виден и меня это сначало очень сильно волновало, но Клим успокаивал меня словами: — Дети орков рождаются большими, именно поэтому у тебя такой большой живот. Лекарь постоянно настаивал на том, чтобы я отдыхала больше, а работала меньше. Но я не могла себя заставить просто отдыхать, поэтому, все равно делала все так, как раньше. Из-за чего не редко выслушивала от Клима, что я упрямая и могу таким образом навредить себе и ребенку. Так и прошел месяц, а может и немного больше. Я уже почти забыла Бесерона и все то, что со мной произошло после нападение на Кайоро.