Дракон

      Я заехал к дяде на работу просто так, проведать старика, выпить кофейку. Никакого дела у меня к нему не было, я оказался поблизости от его офиса, так что все вышло совершенно случайно. У дяди было две секретарши Вера и Оля, но сегодня рядом с Верой еще сидел парень. Конечно дядькиных секретарш я называл по имени-отчеству, это были дамы за сорок. Жена дяди Ирен не допустила бы в его приемную каких-нибудь девиц, точащих коготки на ее собственность. Вера и Оля были серьезными замужними женщинами, которых интересовала только работа. Вообще-то Ирен была Ириной Викторовной, но переиначенное на французский манер имя очень ей шло. Ирен была младше дяди на десять лет, красивая, статная, с шармом и аристократическими манерами. При моем появлении парень поднялся с места, но Вера сделала жест рукой, словно отгоняла назойливую муху и вернула себе его внимание, что-то объясняла. Ольга сняла трубку. - Константин Юрьевич, к Вам Федор Евгеньевич, - важно сообщила она и выслушав ответ кивнула мне, мол проходи. А я завис, потому как мальчик, который послушно продолжил слушать Веру, был чудо как хорош. На вид ему было не больше двадцати, у него были точеные скулы, тонкий нос, замечательная чистая персиковая кожа и просто потрясающие губы. Парень внимал Вере, хмуря от усердия светлые бровки и что-то спрашивал отчего его верхняя губа изгибалась будто лук, нижняя губка была аппетитно пухленькой. В этот рот хотелось впиться поцелуем, исследовать его языком. Мальчик встал и повернулся, чтобы достать папку со стеллажа, и я понял почему он такой прилизанный. У парня были длинные волосы, низко завязанный узкий светло-русый хвост спускался по его спине почти до пояса. Хорошо подобранный костюм улучшает фигуру, но я был уверен, что и с этим у мальчика все отлично. Парень взял папку и вернулся к Вере, и видимо почувствовав внимание посмотрел на меня. Я встретил стальной взгляд. Дело даже было не в том, что у мальчика были серые глаза, взгляд его был твердым и уверенным. Ух! Я едва не упал от восторга. Может парень и выглядит мальчиком-зайчиком, но характер у него имеется. Я невольно опустил взгляд, такие гляделки и проиграть не грех, и прочитал на бейдже приколотом к лацкану пиджака: «Кокорин Александр Александрович, секретарь-референт». После этого я все-таки прошел в кабинет дяди, впрочем, почти не чувствуя ног. - Федька! – обрадовался дядя. – По коньячку? - Я за рулем. Дядя снисходительно усмехнулся. - Все не наиграешься? Сам он ездил с водителем. - Люблю водить, - согласился я, разваливаясь в кресле, ноги все еще были какими-то ватными. - Тогда кофе, сейчас Верочка принесет. Но кофе, а еще бокал коньяка для дяди, блюдечко с лимоном, корзиночку с хлебом и тарелку с нарезкой принесла Ольга. Вера видимо сильно была занята с очаровательным Александром Александровичем. - У тебя теперь три секретаря? – спросил я, когда Оля вышла. Дядя нетерпеливо отмахнулся, потянувшись за бокалом. - Да, так, практикант. Ирен попросила устроить. Как удачно, в моей голове мгновенно созрел коварный план. - А давай он будет проходить практику у меня. Дядя едва не выронил бокал и со звоном поставил его на поднос. - Федечка, - ласково поинтересовался он, - а ты часом не ахуел? Я истово помотал головой, хотя вопрос был явно риторический. Дядя надул щеки и выпучил глаза. - Ты что?! – протрубил он гневно. – Это сын какой-то подруги Ирен, она же меня прибьет. - А почему ты думаешь, что я ему сделаю что-то плохое? – обижено протянул я. - А зачем тогда? – удивился дядя. Я обиделся по-настоящему. - Вообще-то я тоже работаю, у меня офис, сотрудники, секретарь. Я едва не высказал, что в отличие от него не позволяю себе на рабочем месте коньяк хлестать, но вовремя прикусил язык. Он одним махом выпил коньяк, закусил лимоном и вперил в меня сердитый взгляд. - Знаю я твоего секретаря, - проворчал дядя. – Ничему полезному он парня не научит. - Ну, зачем так огульно …, - возмутился я. - Федька! – дядя стукнул ладонью по столу и принялся сооружать себе бутерброд с копченой колбасой. – Когда ты уже угомонишься? Тебе тридцать два года, пора одуматься, жениться и завести детей. - Ты считаешь, это проходит с возрастом что ли? – невольно фыркнул я. Дядя насупился, сдвинул пегие брови, и я понял, что сейчас получу очередной разгон. Родственники знали о моей ориентации, сначала орали, потом притерпелись, но надежды, что я исправляюсь не теряли. - Ты же наследник! – ожидаемо воскликнул он. – Мы с твоим отцом стараемся, работаем, все перейдет к тебе. А ты кому передашь? Я был единственным ребенком, брак дяди и Ирен оказался бездетным, и они относились ко мне как к своему собственному сыну. Дядя был младшим братом, но ему уже исполнилось пятьдесят семь и сложно было ожидать, что он вдруг бросит свою обожаемую Ирен и состряпает еще деток. Мои родители почему-то не осчастливили меня ни братьями, ни сестрами. А я виноват? - Придумаю что-нибудь, - буркнул я. – Ребенка можно усыновить. - Кто тебе даст усыновить ребенка пока ты не женат, балда?! – рявкнул дядя. Этот бесполезный разговор пора было сворачивать. Родственники постоянно вещали одно и тоже, будто их заело. Я и признался-то в нестандартных наклонностях пару лет назад, потому что они задолбали меня, подсовывая невест. - Дядь Кость… - Надо, Федя, надо, - улыбнулся дядя, это была его любимая присказка для меня. Мне удалось отвлечь его рассказом о новом контракте. Я съел два бутика, выпил кофе, а когда пришло время сваливать, аккуратненько вернулся к началу беседы. - Дядя, так как насчет практиканта. Почему бы не перевести его в мой офис, у нас коллектив молодежный, ему будет интереснее. - Ты опять? – насупился дядя. – А у меня тут одни старики и старухи, да? - Дядя, ты просто ему предложи, - попросил я. – Он сам решит. Попрощавшись с дядей на вполне оптимистичной волне, я вышел в приемную. Прелестный Александр Александрович что-то увлеченно печатал на ноутбуке, эротично прикусив от усердия нижнюю губку. Я со всеми раскланялся, еще раз убедившись в неотразимости одного экземпляра. На улице было холодно. С утра небо было белым, затянутым облаками, шел снег, а сейчас развиднелось, бледное зимнее солнце заливало город. Я прищурился, вдохнул морозный воздух. Эх, хорошо! Давно я так ни на кого не западал. С универа, пожалуй. Был тогда у меня Никитка, я просто с ума по нему сходил. Но теперь я стал старше, сходить с ума я больше не собирался. Я знал, что своего добьюсь. Может это приближающаяся весна так действует? *** Я не слишком надеялся на дядю, собирался самолично переманить мальчика, а если не получится, то тогда просто пригласить его куда-нибудь сходить. Но на следующий день он позвонил сам. - Федор Евгеньевич? – раздался в трубке приятный юношеский голос. – Это Александр Кокорин. Я прохожу практику у Константина Юрьевича. Мне сказали, что в Вашем офисе есть место. О да! Для него есть место и в моем офисе, и в моей постели. Милости просим, дорогой Александр Александрович. Мы договорились, что он завтра придет в офис к двенадцати. Я летел на работу, как на крыльях, переделал утренние дела, провел планерку. Без пяти двенадцать явился Александр. Костюм и галстук на нем были те же самые, а рубашечка другая. Волосы были так же собраны в хвост. Я познакомил его с своим секретарем и отправил в отдел кадров оформляться. Через минуту в кабинет зашел Вадик, мой секретарь. - Это что за мальчик? – недовольно поинтересовался он. «Это что ревность?» - хотел было осведомиться я, но передумал. Я конечно рассердился, если мы иногда спим, то это не значит, что у Вадика на меня есть какие-то права, что я обязан перед ним отчитываться. Но с другой стороны, если прямо высказать, что подозрения верны, то Вадим еще начнет третировать малыша, а тот возьмет и сбежит. В этом случае, конечно можно будет утешить, впрочем, мне не хотелось, чтобы Александр оказался таким, не люблю знаете ли сопли вытирать. Мне же не померещился тот железобетонный взгляд? В любом случае я обязан был сохранить приличия. Драка мне без надобности. - Дядя попросил практикантом устроить, - соврал я. – Будет тебе помогать. Вадим недоверчиво что-то промычал и удалился. Я развалился в кресле в предвкушении. Вадим был хорош собой, высокий, темноволосый, глаза голубые, фигура спортивная, но одно и то же надоедает. Я считал, что у нас деловые отношения, а секс просто небольшое приятное дополнение. Я же его не заставлял, он сам высказал неоднозначное желание. Со своими обязанностями Вадим прекрасно справлялся. Вот пусть и дальше работает, а я займусь Александром. Мальчик выглядел невинным ангелочком, но я знал, что не всегда все так как кажется. Я решил сперва присмотреться к нему, растянуть удовольствие, выработать линию поведения. Если он и заметил, как я на него смотрел у дяди в приемной, то никоим образом этого не показал, а я не собирался показывать, что он здесь только потому, что я его хочу. *** Но все произошло не так как я предполагал. Через неделю Вадим с перекошенной от злости физиономией заявил, что не желает ничему учить практиканта, и его присутствия не потерпит. Я честно, даже рот разинул от такой наглости. Во-первых, я повода пока никакого не давал, хотел, чтобы милый мальчик пообвык. Во-вторых, не собирался позволять всяким секретарям собой вертеть, ставить условия, и вести себя безобразно. Я призвал Вадика к порядку, но голоса разума тот не услышал, швырнув мне чуть ли не в лицо заявление на увольнение. Я взбесился и подписал. Судя по вытащенным глазам, Вадим такого результата не ожидал, но задний ход давать не стал. Даже не извинился. Он злобно прошипел, что я не найду быстро квалифицированного сотрудника, но если мне так хочется, то могу оставаться с зеленым бестолковым юнцом, сам виноват. Вадим выскочил из моего кабинета, громко хлопнув дверью, а я позвонил в отдел кадров и велел немедленно рассчитать этого дебошира. Мне только истерик и балагана не хватало, у нас солидная фирма, отец будет недоволен. Начальник отдела кадров суровая дама Вероника Борисовна лишь осведомилась по какой статье увольнять. Я не стал жлобствовать, велел уволить по собственному желанию и характеристику выдать хорошую, если он попросит. Но по большому счету Вадим был прав. Кто работать-то будет? Я вышел в приемную. За столом испуганным зайчиком сидел Александр, умильно сложив лапки и хлопая глазищами. Он конечно все слышал, но поскольку еще не убежал, то это был хороший знак. - Э, Саша, -- промямлил я, обращаться к нему «Александр» было излишне тяжеловесно. – Зайди ко мне, пожалуйста. Мы вошли в кабинет. Я указал ему на стул для посетителей, он сел. Я проследовал на свое место. - Вадиму пришлось срочно нас покинуть и кажется навсегда, - сообщил я. - О! – произнес Саша, а я прилип взглядом к его округлившемуся рту, даже жарко стало. Пришлось срочно себя одернуть. - Ты не мог бы сегодня отвечать на звонки? – вспомнил я о насущном. - Конечно, - с готовностью кивнул Саша. Я приободрился. - Ты сколько был на практике у Константина Юрьевича? - Вышел сразу после новогодних праздников, - сообщил он. Ну да, я после нового года к дядьке на работу не заходил. Маловато, однако, но чем черт не шутит. - Ты полный день можешь работать? На каком ты курсе? До которого у тебя практика? - Я учебу уже закончил, - ответил Саша. – Четыре месяца работал в отделе корреспонденции, потом Ирина Викторовна меня устроила на стажировку к Константину Юрьевичу. Какие новости. Ну да, я же ничем не интересовался кроме его прелестей. - Сколько тебе лет? – удивился я. - Двадцать один будет в этом году. С возрастом я угадал. Но позвольте! - Ты что же в шестнадцать лет в институт поступил? – быстренько посчитал я. - В пятнадцать, - он скромно потупил глазки. – Я школу окончил экстерном. Уникум? Вундеркинд? Но раз уж Саша такой одаренной мальчик, то обязанности секретаря изучит быстро. Сейчас и выпускникам ВУЗов сложно устроится на хорошо оплачиваемую работу. - А что с армией? Судя по прическе, он не служил, такой хвост нужно несколько лет растить. Да и когда? Только институт закончил. Не хотелось бы чтобы его сразу призвали. - У меня отвод по медицинским показаниям. Отмазался значит, ну это нормально. - У меня освободилось место секретаря-референта, - важно сообщил я. – Хочу предложить тебе эту должность с двумя месяцами испытательного срока. Если все будет хорошо, то оформим тебя на постоянную работу. Серые глаза просияли. - Спасибо! Я согласен. Как приятно это слышать! Какой энтузиазм! Какие желанные слова! Но все в свое время. - Можешь приступать, - поощряюще улыбнулся я. Саша выпорхнул в приемную, а я снова набрал отдел кадров. Непробиваемая Вероника Борисовна опять нисколько не удивилась. *** Работал Саша хорошо, у меня не было никаких нареканий. Мальчик все выполнял быстро, вовремя и без ошибок. Кофе, бутерброды, пирожные, - все из его ручек было невероятно вкусным. Он не опаздывал, не переспрашивал, не возражал. Он показывал себя старательным сотрудником, на которого можно положиться. В этом плане я был очень доволен, но в другом пребывал в замешательстве. Я вдруг оробел. Я любовался, восхищался, мечтал, но шагов на сближение не делал. Я изображал делового занятого начальника, и этот тесный образ не только приелся, но и очень мешал. Однажды утром меня ждала дивная картина. Я вошел в приемную и увидел, что из-под стола секретаря выглядывает роскошная задница, обтянутая темно-серыми брючками. Пиджак сиротливо висел на спинке кресла. Саша всегда его носил и мне не удавалось изучить тылы, а тут такая удача. Реальность превзошла все фантазии, попка была аппетитная до невозможности. Так и хотелось полапать и задать шлепка. Саша выбрался, поднялся, увидел меня и очаровательно покраснел. - Пилот сдох, пришлось заменить, - пояснил он. - Если появляются проблемы, то ты можешь звонить в технический отдел, - ласково заметил ему я. - Я знаю, - кивнул Саша. – Но это ведь ерунда. Он улыбался и был слегка растрепан. Я решил больше не тянуть. - Сегодня пообедаем вместе, - сказал я. - Где заказать столик? – деловито спросил Саша. - На твой выбор. - На сколько человек? - Э, мы вдвоем. - Хорошо, Федор Евгеньевич. Саша надел пиджак и выпростал из-под него свой хвост. Так и хотелось ему помочь. Я даже руку протянул, но убрал. Кажется, он не понял ничего, нужно было сразу на ужин приглашать. Пообедали в деловой обстановке. Саша заказал столик там, где я обедаю обычно. Как только узнал? Он переключил звонки на свой сотовый и бодро отвечал, что Федор Евгеньевич изволят обедать, но он все запишет и передаст, пока я ему не запретил, строго заявив, что сейчас обедают не только Федор Евгеньевич, но Александр Александрович тоже. Саша послушался, но бдительно зыркал на пропущенные звонки, что твоя сторожевая собака. Меня такой боевой задор восхищал. Впрочем, воодушевлен я был не столько служебным рвением, сколько обществом красивого мальчика, сидел и восторгался тем, как двигается его верхняя губа, когда он жует. Что-то я совсем распоясался, надо ситуацию разряжать. Мне хотелось увидеть Сашу без костюма в неформальной обстановке, а еще лучше вообще без всего в обстановке постельной, и я не собирался себе в этом отказывать. Где моя наглость, наконец? Когда это я начал стесняться подкатывать к парням? Если честно, ориентация Саши меня мало беспокоила. Я сомневался, что он непробиваемый натурал, даже если и не был никогда с мужчиной. Может поломается для антуража, а так особых проблем я не предвидел. Когда мне нужно, я могу быть чертовски обаятельным. И когда сразу идут в койку мне тоже не нравится, предысторию я люблю, просто не надо затягивать. Я заметил, что костюм у Саши один и недорогой. Неизвестно, что там за подруга у Ирен, но мальчик судя по всему не слишком обеспечен. Поэтому я выбрал приличный ресторан с умеренными ценами, чтобы он не чувствовал себя стесненно. В пятницу, к концу рабочего дня, я вызвал его в кабинет. Саша вошел и замер в ожидании, никакого неудовольствия, от того, что я сейчас возможно загружу его работой, когда уже пора идти домой, я не заметил. - Я приглашаю тебя в ресторан, - сказал я, полюбовавшись немного на этот образец работоспособности, и предупредив возможные вопросы, добавил. – Мы вдвоем, и я уже все заказал. Сейчас иди домой, я заеду за тобой в восемь. На милом личике появилось выражение недоумения, затем он кивнул и направился к двери, и только возле нее обернулся и неуверенно спросил. - А Вы знаете куда заезжать? В смысле мой адрес? Действительно, не знаю я его адреса, а отдела кадров небось уже и след простыл. - Буду признателен, если ты мне сообщишь, - ответил я. Саша вышел, через несколько секунд звякнуло СМС. Я не спеша собрался и покинул кабинет, приемная пустовала. Вот ведь исполнительный молодой человек. *** Реакция его была непонятной, не обрадовался, но и не расстроился. Если Саша не понял зачем я его приглашаю, то придется разъяснить. Такое было ощущение, что он воспринял это, как очередную рабочую задачу. Не может же быть он настолько наивным. Его уже и коллектив мог успеть просветить насчет моих предпочтений, наши сотрудники языками метут знатно, если сам не догадался. Хватит же у него сообразительности сложить дважды два. Жил Саша в каких-то ебенях, хорошо, что я заранее поинтересовался куда ехать, это оказалось гораздо дальше, чем я думал. Погода была мерзкой, холодный ветер нес мелкий колкий снег, и я быстро сел в такси. Недавнее просветление на небе казалось выдуманным, а весна нереальной. Пока ехал, я думал о том, что Саше далеко добираться до работы. Я ему позвонил, и он вышел, как только мы подъехали. Я предусмотрительно занял место на заднем сидении и Саша сел рядом со мной. Всю дорогу я мог любоваться его милым профилем, мы молчали, и это не было в тягость. На Саше были черные джинсы и такая же рубашка, все простое, но очень ему шло. Мы ужинали, пили вино, разговаривали, совершенно не касаясь работы. Обстановка была приятная, в зале наигрывал легкую мелодию пианист. Я смотрел на Сашу, любовался на то, как выгодно оттеняет черная ткань его светлую кожу, русые волосы, серые глаза, как соблазнительно светится нежная шейка в расстегнутом воротничке рубашки. Я наслаждался этим зрелищем и собирался насладиться этим прекрасным телом. Когда я предложил после ресторана заехать ко мне выпить кофе, то Саша не возразил, что кофе можно заказать и здесь. Я стал целовать его прямо в коридоре, еле дотерпел. Сделал то, о чем давно мечтал, схватил за хвост у основания, запрокинул его голову и приник к губам. Я целовал Сашу так словно не целовался вечность, как измученный жаждой путник в пустыне наконец добравшийся до источника. Его рот был даже слаще и нежнее на вкус и на ощупь, чем на вид. Я целовал его невозможную верхнюю губу и восхитительную нижнюю, вылизывал их, почти кусал. Саша поддавался моей страсти, прижимался ко мне и на поцелуй отвечал. Почувствовав его язык на своем, я в нетерпении зарычал, и начал продвигаться вглубь квартиры. Я раздевал его по дороге и когда уложил на постель, то он был почти голый. Я стащил с него уже спущенные джинсы, трусы и носки, и избавляясь от собственной одежды окинул жадным взглядом свою добычу. Да, фигура у него была отличная: длинные ноги, узкие бедра, поджарый живот, широкие плечи, развернутая грудная клетка. Я терпеть не мог дохлых дрищей, у мужчины и тело должно быть мужское, а не пойми что. Здоровенные качки тоже шли мимо, мне не нравились излишне вздутые мышцы. Все должно быть в меру, как у меня. Я за собой следил, был подтянут и мускулатуру содержал в тонусе. Саша с его персиковой кожей замечательно смотрелся на темном покрывале. Я по пути в спальню стянул резинку с его волос и теперь они рассыпались вокруг головы блестящими волнами. Восхитительно! Я отметил и светлые завитки в паху. Мне нравилось, когда там все выбрито, но это ведь дело наживное. Почему-то мне не хотелось, чтобы Саша сейчас был таким, мне хотелось, чтобы он таким стал с моей легкой руки. Интересный поворот. Вряд ли Саша ни с кем не был в его то возрасте. Я лег к нему, обнял, прижал к себе. Мы снова целовались, я ласкал его, наслаждаясь бархатистой кожей, шелком волос, его тяжелым дыханием, трепетом ресниц, сиянием серых глаз. Он хотел быть со мной, был возбужден, подставлялся под мои ладони, цеплялся за мои плечи, при этом краснел и смущался. Я перевернул его на живот и офигел. Вид сзади был отменный, роскошная круглая попка. Но у Саши на спине была татуировка, большая, цветная, изображающая дракона. Это было красиво, просто я не ожидал нательной росписи от своего мальчика-зайчика. Может меня ждут и другие сюрпризы? Дракон был необычный, не китайский, не сказочный, серьезный, с клыками, когтями, шипами на хвосте и гребне. Здорово была изображена переливающаяся чешуя. Дракон был как живой, не злобный, но грозный. Прямо произведение искусства. Где-то я такого уже видел, наверняка мастер сдул откуда-нибудь. - Тебе нравится? – Саша напряженно наблюдал за моей реакцией. - Очень, - успокоил его я. Мне действительно нравилось, это было эротично. У меня были любовники с татуировками, даже с интимными, Сашина выделялась, выглядела элегантно, не пошло и тем не менее возбуждающе. Саша лукаво улыбнулся и повел попой, привлекая мое внимание и я наконец положил ладони на упругие полушария. Я хотел, чтобы ему было со мной хорошо, тщательно готовил его и нежно ласкал. Я овладел им аккуратно, не желая причинить лишней боли. Он был узкий и жаркий. Как он стонал, как подавался мне навстречу, как прогибал спинку, как запрокидывал голову. Это было наслаждение, двигаться в нем, видеть такую реакцию, получать такую отдачу, чувствовать, что он на грани, ощущать его дрожь, его экстаз. Я сам был очень близок, но все же добился, чтобы Саша кончил первым. Он так сжал меня, что я испытал просто фантастический оргазм, моя награда за старания. Бывало, что я выпроваживал любовников сразу после секса. Нафига они мне тут? Но конечно с Сашей я не мог так поступить, да и не готов был его отпустить. Я открыл шампанское, пусть говорят, что это бабское пойло, но я люблю, правда только брют. Мы пили, разговаривали, целовались, повторили забег. Я уснул, обнимая его, уткнувшись носом в Сашины шелковые локоны. Кофе был утром. Свою резинку для волос Саша не нашел и заплел косу, ему почему-то очень шло. Чистый и свежий после душа, одетый в мой банный халат, Саша вообще был чудо как хорош. Но он вовсе не ждал пока я принесу ему завтрак в постель, даже вызвался приготовить сам. - Что мы будем? – спросил он, заглядывая в холодильник. Мы. Мне вдруг стало так тепло и приятно. Это был замечательный уик-энд. Я не выпускал Сашу из постели, он был нежный, отзывчивый и страстный. Я просто не мог от него оторваться. В воскресенье я все-таки повез его домой, сам, а не вызвал такси, мне было любопытно, и я напросился в гости. Саша не возражал. У него была маленькая однушка. Бедненько, но очень чисто и прибрано. Неужели у него всегда так? Вряд ли Саша ждал меня, если и рассчитывал, то ехать ко мне. Мы долго целовались в крошечной прихожей, и уйти у меня не получилось. Сашину попку я уработал знатно, но можно было просто ласкаться и лежать обнявшись. Так и уснул, хотя диван у Саши был ужасно неудобный. Утром пришлось ехать домой переодеваться, а Саша, как добропорядочный сотрудник, отправился на работу. *** Мы стали встречаться каждые выходные, а то и на неделе отправлялись ко мне. С Сашей было комфортно: разговаривать или молчать, находиться дома или выходить куда-либо. Секс был изумительный и я хотел его все сильнее. Саша сам разграничил рабочее и личное, в офисе обращался ко мне на Вы и по имени-отчеству, ничем не показывая другим сотрудникам, что мы близки, он работал с тем же энтузиазмом и не требовал никаких привилегий. Мне это нравилось, я бы не потерпел от секретаря наглых наездов. Но это уж точно было не про Сашу. Когда мы были одни в моем кабинете он лишь смотрел мягче, на рабочих моментах это вообще никак не отражалось. Правда я не удержался от того чтобы пошалить и пару раз трахнул его на своем столе. Саша мило смущался и пугался, но я умел настроить его на нужный лад. Мы вместе ходили по ресторанам и клубам, в кино, на концерт, скатались в Стокгольм на пароме. В моей квартире появились его вещи, но Сашино присутствие было совершенно ненавязчивым, я и не думал волноваться, что на мою свободу как-то посягают. Хотя я уже понимал, что это не простая интрижка, и был всем доволен. Когда тебе за тридцать, то уже хочется нормальных отношений. Как-то в субботу неожиданно заявилась моя маман, и конечно застала у меня Сашу. Не иначе как помощница по хозяйству, милейшая Елизавета Михайловна – мамина ставленница, накапала, что у меня появился кто-то более-менее постоянный, и мать явилась проверять. Мы втроем пили чай с тортом и мило беседовали. Обычно, после таких встреч мне устраивали промывку мозгов, но в этот раз репрессий не последовало. Саша маме понравился. Чудеса, да и только. *** У моей семьи был дом в деревне рядом с городом, я провел там все детство, и сейчас любил бывать. Место было хорошее, река, лес, и до города близко. В мае я приехал туда с Сашей. Мама пригласила. Въехав в деревню, я увидел Ирен, беседующую с соседкой. Значит все семейство в сборе. Ну-ну. Мы вышли из машины, чтобы поздороваться. Ирен была как всегда элегантно одета: юбка, блузка, жакет, туфли, украшения. Ее волосы были уложены в красивую прическу. Хоть сейчас на светский раут. Собеседница представляла собой совершенно иной стиль: галоши на босу ногу, растянутые спортивные штаны, бесформенная ветровка будто с чужого плеча, волосы неаккуратно зацеплены резинкой. И уж конечно никаких украшений кроме, бережно прижимаемых к груди, блока сигарет и упаковки пива. Галюнька выглядела гораздо хуже Ирен, хотя была ее моложе лет на десять. Но вдруг, наблюдая со стороны за этими двумя такими разными женщинами, я заметил в них какую-то непонятную схожесть. Не иначе как дамские секреты. Или нас обсуждали? Ирен нам царственно кивнула. - Ой, как хорошо, что вы приехали, - зачирикала Галюнька. – Такая погода замечательная, солнышко, сирень цветет. Галюнька, то есть Галя и ее муж Вася были местными персонажами. Ее Галюнькой-то все называли с легкой руки Василия, от которого только и слышалось: «Галюнька, подай, принеси, метнись». Жители деревни постоянно лицезрели чудесную картину, как этот двухметровый лось Василий вальяжной походкой шествует с баночкой пива, а за ним семенит тщедушная Галюнька, которая по росту ему в пупок дышит, и волочет то пакеты с продуктами в двух руках, то ведра с картошкой, то мешок с удобрениями, то одолженную у соседей лестницу, то еще какую-нибудь тяжесть. Общество разделилось на две части, одни жалели Галюньку, другие ее осуждали, за то, что она позволяет так с собой обращаться. Сама же Галюнька всегда была на позитиве, и от нее нельзя было услышать ни одного худого слова о Васе. Она казалось готова была наизнанку вывернуться ради своего муженька. - Галюнька, ты там скоро?! – раздался из-за забора зычный бас Васьки. – Метнись в подвал за капусткой. - Ой, - радостно засуетилась Галюнька. – Я побежала, меня мой Васятка зовет. До свидания, Ирочка, Федя. Пока, Сашка. Я удивился даже не тому, что Галюнька и Саша знакомы, он ведь сын подруги Ирен, а тому как Ирен и Саша смотрели вслед несуразной Галюньке. Ирен с умилением, а Саша с какой-то странной завистью. На даче все прошло хорошо. Мои родственники были любезны с Сашей и во мне возникла надежда, что они успокоились насчет меня и наконец приняли положение вещей. *** Саша принес мне документы на подпись, последним положил договор с новыми поставщиками. Договор уже утвердили, осталось только заверить. - Может не нужно так сразу подписывать? – задумчиво сказал Саша. Я, уже занесший ручку, изумленно замер. - А что-такое? - Да ребята какие-то подозрительные, вдруг обманут. Я удивился еще больше. - Откуда такие сведения? Саша пожал плечами. - Слухи в сети ходят. Что за ересь? Саша невозмутимо вышел из кабинета, а я уставился на камень преткновения. Обычный договор. Чем эти ребята Саше не угодили? Я вообще за то, чтобы каждый занимался своим делом. Это не Сашина работа. Тем не менее я задумался и позвонил начальнику службы безопасности. Игорь Леонидович курировал все наши фирмы и был старым другом отца. Это был солидный седой дядька весьма ехидный в общении. Почему-то он обрадовался моему звонку и даже через двадцать минут заявился ко мне в кабинет. - Что, Федька, решил наконец подумать головой? – весело поинтересовался он. - У Вас есть что мне сказать? – настороженно спросил я. - Вдруг ты хочешь что-нибудь узнать о своем новом секретаре? – хитро прищурился безопасник. Я спокойно откинулся на спинку кресла. - Если бы что-то было, то Вы бы мне сказали. Вы же всех сотрудников проверяете. Игорь Леонидович солидно кивнул. - Значит ничего не нарыли, - сделал вывод я. - Ну как, - с вредным видом согласился Игорь Леонидович. – Ничего криминального я не нарыл, просто весьма предприимчивый молодой человек и все. - В каком смысле? – не понял я и у меня ёкнуло сердце, показалось, что он сейчас скажет какую-нибудь гадость. - В прямом. Пролез в твой офис, быстренько избавился от конкурента, заняв его место… Игорь Леонидович оставил фразу интонационно открытой, но я мог легко закончить за него: «Забрался в твою (в смысле в мою) постель». Но я был не согласен, я же сам просил дядю перевести ко мне Сашу, Вадим же сам уволился. Или … - Подъебнули и довольны? – нахмурился я. - Это не подъеб, - возразил Игорь Леонидович. – Просто изложение событий. Может быть он просто влюбился в тебя без памяти, как только увидел. Или как там это у вас бывает? Меня ужасно злили подобные намеки, как будто геи не люди, а какие-нибудь инопланетяне, монстры с рогами и хвостами, как будто у нас нет чувств. - У нас так же, как и у вас, - едко парировал я и начал прояснять ситуацию: - Саша сын какой-то подруги Ирен… Игорь Леонидович меня перебил: - Вообще-то Александр сирота, но Ирина Викторовна действительно принимала в его судьбе живейшее участие. - Что?! Наверное, у меня был шокированный вид, потому как Игорь Леонидович замотал головой и выставил перед собой ладони. - Нет-нет, ничего предосудительного. Она помогала. Кто отец неизвестно, а мать Александра скончалась, когда мальчику было три месяца. Отправилась в магазин за бутылкой, по дороге выпила и отравилась. Соседи услышали плач младенца, вызвали соответствующую службу и малыша забрали в Дом малютки. Когда Александру было двенадцать, то им заинтересовалась Ирина Викторовна, сначала похлопотала о переводе в детский дом получше, в нашем городе, затем нашла опекунов, договорилась, чтобы мальчик ходил в хорошую школу. Раньше успеваемость у него была посредственная, но после перехода в новую школу дела пошли на лад, он даже закончил экстерном, в институте учился на бюджете. - Значит эта опекунша ее подруга? – уточнил я. - Нет, - покачал головой Игорь Леонидович, - они не дружат. Опекуны просто хорошие люди. Но с Александром Ирина Викторовна общалась регулярно, квартирку ему выхлопотала от государства, помогла от армии отмазаться. - Ирен заплатила за белый билет? - Нет, помогла собрать справки по старой травме, он подрался со старшими ребятами и попал в больницу. Тем парням тоже хорошо досталось, неприятная была история для детского дома. Судя по всему его изнасиловать хотели, но Александр как-то отбился. Или помог кто-то. Мне даже нехорошо стало, как представит что моего Сашу … Усилием воли пришлось вернуться к действительности. - А почему Ирен сама его не усыновила? – непонимающе спросил я. Для бездетной женщины, так проникшейся проблемами ребенка, это было бы логично. - Не знаю, я ей вопросов не задавал, не посчитал возможным. Ирина Викторовна же сама сирота, возможно просто хотела помочь. Я вспомнил, что слышал разговоры о том, что бабушка с дедушкой не слишком были довольны выбором дяди Кости, но потом полюбили Ирен, как родную. - И многим она так помогала? – проворчал я. - Еще одному человеку, - поделился Игорь Леонидович. – Не подумай ничего, мне просто стало любопытно. Галине Петровой, она живет в этой вашей деревне. - Галюньке?! Вот это новость! - Интересно, что Галина и Александр сделали себе такие же татуировки как у Ирины Викторовны, и у того же мастера, каждый в свое время, примерно в шестнадцать лет. - Что?! – я чуть не выпал из кресла. – У Ирен есть татуировка?! - Я сам не видел, - мгновенно открестился Игорь Леонидович. – Но по моим данным есть, изображение дракона. У меня отвисла челюсть. - И что это значит? - Я не знаю, - развел руками безопасник. – Может быть ничего. - Тогда что Вы мне тут голову морочите? – рассердился я. – Какое это вообще имеет значение? - Просто информация к размышлению, - осклабился Игорь Леонидович. - Я собственно хотел узнать, - я впихнул ему договор, - проверяли ли твои сотрудники этого контрагента. Игорь Леонидович сказал, что уточнит и со счастливой физиономией удалился. «Сделал гадость – сердцу радость». Налил в уши какой-то фигни и свалил. Я честно не хотел обдумывать эту дурацкую информацию, но мысли все вертелись и вертелись в голове. Что же это получается? Мой искренний открытый Сашенька всего лишь охотник за богатым любовником? В принципе его можно понять, тяжелое детство, лишения, мать -алкоголичка, хоть он ее не знал, но кто-то мог припоминать. Всем хочется хорошей жизни. Но неужели он такой прожженный интриган, увидел, что понравился мне и начал действовать, позвонил (а дядя не при чем), выжил Вадима, завлек меня, вскружил голову, сумел понравиться моим родителям? Он ведь совсем юный, откуда такие умения? Но Саша никогда не просил у меня денег, не требовал дорогих подарков, не залупался на мою машину и квартиру, не просился переехать ко мне насовсем. Когда оформлял визу, то платил сам. Купил билеты на концерт моей любимой группы, чтобы сделать сюрприз. Сам покупал продукты, чтобы приготовить что-то вкусное. Он много работает, вкалывает по-настоящему. Или это такое умное поведение, чтобы усыпить мою бдительность? И что за странная история с Ирен и Галюнькой. Тоже мне, тайное общество. Ну, хорошо, можно понять человека, который хочет сделать татуировку, такую же, как у другого, потому что она очень понравилась. Понравилась настолько, что человек идет к тому же самому мастеру, чтобы все было в точности. Но мне сложно представить ситуацию, в которой наша рафинированная Ирен демонстрировала бы татуировку на спине кому-то кроме своего мужа. Я ее никогда не видел в купальнике, и платьев с открытой спиной она не носила. Все знали, как Ирен предана дяде Косте. Неужели это только видимость? Неужели она изменяла мужу с Сашей? А с Галюнькой что, в сауну ходила? Я вдруг вспомнил, где видел Сашиного дракона. Ну конечно же, Галюнька, работала в огороде в купальнике, а у них вместо забора сетка, и я заметил на ее спине красивую цветную татуировку. Это было несколько лет назад, я тогда хотел себе что-нибудь наколоть, и выбирал, высматривал как это выглядит на людях, а не на картинке. Но я так ничего не решил и не сделал. Может быть я недостаточно впечатлительный? Ладно, бог с ними, с татуировками. Участие Ирен в судьбе Саши не то чтобы странное, один человек может помогать другому просто так, без всяких на то причин. Не усыновила она его, потому что Саша был слишком взрослым, все-таки усыновляют обычно младенцев. Но почему Ирен дяде Косте сказала, что Саша сын ее подруги? Или он что-то не так понял? Такое возникает ощущение, что Ирен пытается своих питомцев, что называется, пристроить в хорошие руки. Но если так, то с Галюнькой она промахнулась, Васька далеко не богат и женой помыкает, как хочет. Как-то ничего не сходится. Мои мозги практически закипели, я обнаружил, что уже час как можно идти домой, собрался и решительно вышел из кабинета. С одной стороны, мне хотелось, чтобы Саша уже ушел, но с другой мне было бы неприятно, что он не попрощался. Саша был на месте, работал. Я не хотел на него смотреть, но не смог удержаться. Он был так же хорош, никакая пелена с моих глаз не упала: красивый и притягательный. Саша поднял голову, мягко засиял серый взгляд, в нежную улыбку сложились восхитительные губы. - Пошли домой, - сказал я. Саша быстро все выключил, и мы поехали ко мне. *** Я лежал в постели и видел, что Саша стоит у окна. Свет, проникающий в приоткрытые им шторы (ох уж эти белые ночи) освещал его скулу и бедро. Все остальное оставалось в тени, но я почему-то четко видел дракона на его спине, словно тот был нарисован люминесцентной краской. Будто почувствовав мой взгляд, Саша обернулся, оперся бедрами о подоконник и заговорил. - Я все объясню. Я -дракон. Это не неформальное течение и не тайное общество. Это моя суть. Драконы приходят в этот мир, чтобы найти своего человека. Смысл существования дракона в служении своему человеку. Дракон не душит заботой, не ограждает человека от всего мира, дракон служит настолько, насколько человеку это необходимо. Но чем больше человек нуждается в служении, тем для дракона лучше и приятнее. Правда Ира говорит, что со временем привыкаешь и начинаешь ощущать гармонию. Не дракон выбирает человека, а человек его. Люди в этом мире устроены довольно эгоистично, они в основном собственники, наверное, поэтому драконы довольно часто приходят сюда. Как правило дракон в местном обличье очень привлекателен для человека, и они становятся парой во всех смыслах. К сожалению драконы бесплодны, их близость с человеком настолько сильна, что между ними не может втиснуться даже дитя. Драконы сильны физически, имеют отменное здоровье и отличную интуицию. У драконов есть все для того, чтобы защитить своего человека, сделать его жизнь комфортной и счастливой. Призвать дракона – большая удача. А дракон счастлив тем, что его призвали. Без своего человека дракон не живет. Выражение: «Жили долго, счастливо и умерли в один день» не сказка, а описание жизни и смерти дракона и его человека. Но для них важно то, что и после исхода из этого физического мира их сущности или по-вашему души не расстаются. Драконы чувствуют друг друга и помогают, потому что если один дракон оказался в поле зрения другого, то значит и их люди тоже находятся поблизости, это соседи, знакомые или даже родственники. Передавать опыт нам не нужно, он с нами изначально как генетическая память. Обычно родителей у дракона нет, в вашем понимании он сирота, существа произведшие его физическую сущность либо отказываются от него, либо погибают. От дракона это не зависит, просто такова реальность. Семья в этом смысле дракону не нужна, дракону нужен только его человек. Драконы живучи и устойчивы к негативным проявлениям этого мира. И все же я был рад, когда Ира меня нашла. Понимание своей сущности приходит не сразу, это смутное чувство и порой начинает казаться, что ты просто сошел с ума. Как только я увидел Иру и заговорил с ней, то все встало на свои места. И я был счастлив, когда ты призвал меня. Я знал, что буду счастлив, но знать и ощущать это неописуемое чувство совершенно разные вещи. Я проснулся. В комнате был полумрак. Приснится же такое! Вредный Игорь Леонидович здорово засрал мне мозги. Вообще не стоило его слушать. Сон был такой явный, запоминающийся, и все так складно соответствовало настоящему. Какое у меня фантастическое подсознание, какое буйное воображение! Я невольно пошарил рукой рядом с собой. Саша спал спиной ко мне, я погладил бархатный бочок, провел ладонью по его бедру. Саша вздохнул и лег на спину, его светлые ресницы шевельнулись, на меня взглянули ласковые серые глаза. Я не мог оторвать взгляда от его лица, спутанных волос, нежной кожи. Я хотел его как в первый раз, я не мог себе представить, что проснусь, а его не будет рядом. Да ну, нафиг эти глупые мысли. Мне уже всякая хрень снится. Есть у меня деньги, и что? Чахнуть теперь над ними, как кощей над златом? И вся остальная ерунда тоже пусть идет лесом. Все это неважно, по сравнению с тем, что я люблю Сашу. Да, нужно это признать. Я наклонился и поцеловал его в невозможные губы. Саша ответил, обвил руками мою шею, и я почувствовал, что он обхватывает меня ногами за бедра. Он был теплый, нежный, податливый, но сильный, - все как мне нравится. Пусть он кто угодно, хоть дракон.